Готовый перевод The Chatty Fulan From The Hunter's Family / Болтливый Фулан Из Семьи Охотника: Глава 14. Я ни за что не стану искать замену…

Глава 14. Я ни за что не стану искать замену…

В голове у Шэнь Юньчжоу царил полный сумбур. Он уже не разбирал, о чём там твердит тётушка У. Что за «родимое пятно», что значит «легко родит»… Его взгляд словно прилип к лицу Цзян Нина.

И всё же он заставил себя отказаться. С трудом, опираясь на свою гордость, ту самую железную самодисциплину, которой он так гордился, он буквально оторвал взгляд от Цзян Нина и развернулся, направившись в сторону уездного города.

Сделал три тяжёлых шага… не выдержал — обернулся и украдкой взглянул на него снова. И этот один взгляд потребовал ещё большей силы воли, чтобы отвести глаза.

Тётушка У стояла рядом и только глазами хлопала: это он что, тренируется бросать опиум?

— Да что с тобой, старший Лан? — озадаченно спросила она, глядя на Шэнь Юньчжоу. Теперь ей было уже не только до благодарности за сватовство от семьи Цзян, её искренне разбирало любопытство: что же творится в этой его маленькой голове?

Стоило ему лишь раз взглянуть и он уже потерял душу от Нин-гера.

— От чего ты отказываешься? Боишься, что не потянешь выкуп невесты? — осторожно начала она уговаривать. — Об этом тебе и думать не надо. Семье Цзян приглянулся ты сам, с тебя ни гроша не возьмут. Если тебе неловко, можно для вида провести обряд, будто бы они сами внесут деньги. Главное — хорошо относись к их геру…

В те времена клановая система уже рушилась, а экзамены на государственную службу набирали силу. Учёное сословие, стремясь укрепить свои политические ресурсы, стало соединять талант и богатство через браки с щедрым приданым. Теперь союзы заключались не по равенству родов, статуса или состояния.

Самым наглядным примером было «ловить зятя под списком» — когда успешного кандидата буквально перехватывали сразу после объявления результатов. Такой зять не платил никакого выкупа: сам факт, что он прошёл экзамен, уже был его главным капиталом. Напротив, семья невесты давала огромное приданое и обеспечивала ему наставников и политические связи.

Но вместе с этим отношения между зятем и семьёй жены становились куда теснее: он был уже почти что полноценным сыном. Благодаря богатому приданому семья могла даже вмешиваться в его карьеру и домашние дела.

Верхушка задаёт тон. В народе стало так же: отсутствие выкупа уже не считалось чем-то необычным. Конечно, семьи девушек и геров не занимались благотворительностью: как учёные ловили только тех, кто сдал экзамены, так и здесь выбирали достойных.

В деревнях при выборе жениха смотрели на способности и перспективы мужчины, ведь в будущем он должен был помогать семье жены: обучать младших братьев, поддерживать их, работать на благо родни.

А вот мужчины из низов, без способностей и условий, по-прежнему выбывали с брачного рынка. Девушки и геры из бедных семей скорее оставались незамужними на всю жизнь, чем соглашались на брак с меньшим приданым. Ведь существовал обычай «закладывания жены»: если муж беден и неспособен прокормить семью, жену могли отдать в залог богатому в наложницы или неженатому мужчине, чтобы она рожала ему детей.

Ни один из этих путей не сулил хорошей жизни. Говоря грубо: если уж отдавать в залог, то почему бы не сделать это самим родителям? Зачем пропускать через чужие руки и позволять какому-то мужчине нажиться на этом?

Шэнь Да-лан был хорош собой, крепок телом, да ещё и мастерски охотился. Две косули тому подтверждение! Даже без поддержки со стороны тестя он не довёл бы жизнь до того, чтобы закладывать мужа или жену. В глазах тётушки У он идеально подходил Цзян Нину: с поддержкой семьи Цзян он обязательно стал бы в деревне заметной фигурой.

Просто раньше он редко спускался с гор, никто его толком не знал. Стоило ему ещё пару раз принести добычу на продажу и другие семьи тоже начали бы думать о браке с ним.

Вот потому-то и говорят: у Нин-гера голова светлая, взгляд острый, да и всех он опередил. Только вот этот Шэнь Да-лан упрям, как осёл! Непонятно, что его заклинило!

Шэнь Юньчжоу всё так же не мог оторвать взгляд от лица Цзян Нина. Но рука, державшая корзину за спиной, сжалась ещё сильнее, и он тихо произнёс:

— …У меня уже есть тот, кто мне дорог.

Тётушка У: …Вот уж правда, не заметила такого.

Она вся была в недоумении и, помедлив, сказала:

— Э-э… тогда почему ты так пялишься на Нин-гера? Глаза будто приклеились к его лицу, словно за это денег не берут.

Шэнь Юньчжоу: «…»

Тётушка У неловко усмехнулась, потому что у неё случайно вырвалось то, что она думала:

— Ну… а кто тебе тогда по душе? Какая девушка или гер? Хочешь, тётушка сходит и поможет договориться?

Если у Шэнь Да-лана в сердце уже кто-то есть, дело будет непростое. Насильно мил не будешь — если они всё же поженятся, Нин-геру счастья это не принесёт.

Жаль только… Нин-геру ведь не так-то легко влюбиться.

Но стоило ей заговорить об этом, как Шэнь Да-лан внезапно разрыдался. Слёзы хлынули, как дождь, так что тётушка У от неожиданности отступила на два шага. Да что я такого сказала?!

Такой здоровенный мужик и вдруг в слёзы? Что за привычка?!

И тут она услышала, как Шэнь Юньчжоу, захлёбываясь, произнёс:

— Он… он уже много лет как умер.

Сам Шэнь Юньчжоу не понимал, почему вдруг раскрыл душу перед свахой, с которой только что познакомился. Наверное, всё к тому шло… да и копилось в нём это много лет. А увидев лицо Цзян Нина, он уже не смог сдержаться:

— …Он очень похож на того, кого я люблю.

Вот почему он не мог оторваться. Смотрел на него и снова смотрел.

Хотя прекрасно знал: это не его друг.

И всё же удивительно — сходство было на восемь-девять частей из десяти. Только этот юный гер был чуть более хрупкого телосложения, черты лица мягче, да и между бровями у его друга не было той красной родинки.

— Ну… соболезную… умершего не вернуть. Тебе всё равно надо жить дальше, — сухо сказала тётушка У, но в душе не удержалась от любопытства: кто же был его возлюбленный?

В округе на десять ли разве был кто-то, похожий на Нин-гера, будь то девушка или гер? Да ещё и умер… Как же она, такая осведомлённая сваха, ничего об этом не слышала?

Но раз возлюбленный умер, да ещё и давно, в её душе вновь затеплилась надежда:

— Тебе бы отпустить это… Раз человека уже нет, значит, вам не суждено было быть вместе. Неужели ты собираешься всю жизнь один прожить? А по мне, так Нин-гера тебе Небом послали: и похож на твоего любимого, и к тебе расположен. Может, это судьба даёт тебе ещё один шанс?! Не отвергай же волю небес!

Шэнь Юньчжоу шмыгнул носом. Вспомнив старшего товарища, он снова почувствовал, как сердце сжимается от боли, и уже не мог смотреть на Цзян Нина, даже украдкой. Опустив голову, он зашагал к уездному городу:

— Я всю жизнь не женюсь. Буду хранить ему верность.

За все годы в постапокалиптическом мире он так и не нашёл никого другого. В его сердце был только тот человек.

Чистота — лучшее приданое мужчины.

Понятно, что он уже и не надеялся «выйти замуж» за своего старшего товарища. Более того, он даже не успел признаться ему в любви до его смерти. Поэтому теперь его верность была ни к месту, ни к сроку… Мысли задели за живое, и слёзы снова закапали, одна за другой.

Тётушка У: …Ты в порядке вообще?

За всю свою жизнь, сведя столько браков, она впервые видела такого мужчину. Обычно — холодный, как лёд, отстранённый, ни с кем не водится, даже слегка пугающий. Но стоило заговорить о его возлюбленном, и он будто превращался в другого человека, плакал больше, чем трёх-четырёхлетний ребёнок.

Да только те малыши чаще ревут впустую, без слёз. А у него слёзы настоящие, льются ручьём. Поставь его на месте, так он и лужу под собой наплачет.

Эх, а она-то думала, что это сватовство уже почти в кармане. Самое сложное было всего лишь развеять опасения Шэнь Да-лана насчёт господина Вана. Кто бы мог подумать, что тот ещё и не появился в разговоре, а её уже отвергли.

Ах, этот господин Ван… Глаза тётушки У хитро забегали. Раз уж дошло до такого, ради благодарности за сватовство ей придётся и мёртвую лошадь за живую принять.

Она поспешно догнала Шэнь Юньчжоу и снова ухватилась за его корзину:

— Эх, Да-лан! Скажу тебе прямо: если ты возьмёшь в жёны этого Нин-гера, то ты ему жизнь спасёшь!

Судя по всему, Шэнь Да-лан был глубоко привязан к своему умершему возлюбленному, а Нин-гер так на него похож… После того, как он на него смотрел, тётушка У ни за что не поверит, что в его сердце не дрогнуло ни капли.

Пусть даже из сострадания!

Она, как из бамбуковой трубки горох высыпая, выложила всё: и как господин Ван хочет силой забрать Цзян Нина, и потому тот спешит выйти замуж… и подробно рассказала, какой этот Ван негодяй. К концу так увлеклась, что сама чуть не расплакалась:

— У него уже умерло четыре жены и две наложницы! Всех замучил до смерти! Если он уведёт Нин-гера, разве тот выживет? Но… но, к счастью, у Нин-гера есть знакомство с дочерью уездного начальника. Тот дал понять: если Нин-гера выдадут замуж, они смогут его прикрыть и этот Ван не посмеет силой забрать чужого, уже женатого гера!

Она окинула взглядом мощную фигуру Шэнь Юньчжоу и добавила:

— Да и нужен кто-то высокий и крепкий, чтобы защитить Нин-гера. Вдруг Ван пришлёт людей ночью его похитить! Во всей округе только ты, старый горный охотник, сможешь уберечь его от беды! Прошу тебя, сделай доброе дело! Это не просто брак, это спасение жизни!

Чем дальше она говорила, тем больше входила в роль. С чувством, с толком, она вцепилась в рукав Шэнь Юньчжоу:

— Твой возлюбленный уже ушёл… Неужели ты сможешь смотреть, как Нин-гера, так похожего на него, тоже…

В её словах было много недосказанного. Да, Цзян Нину нужно срочно выйти замуж ради безопасности, но ведь не обязательно именно за Шэнь Да-лана? Однако последняя фраза попала прямо в сердце Шэнь Юньчжоу. Вспышкой всплыло воспоминание о том дне, когда умер его старший товарищ… боль пронзила его насквозь. Он невольно снова посмотрел в сторону Цзян Нина.

Такие люди… в этом мире их и так стало на одного меньше.

Вот только мир этот странный: мало того что похищают девушек, теперь и мужчин хватают?

Слова тётушки У про «родимое пятно» и «лёгкость в родах» наконец с запозданием дошли до его сознания, и он вдруг ощутил, что здесь что-то не так.

Заметив тень сомнения на его лице, тётушка У тут же повысила голос:

— Не веришь, так сходи в уездный город, разузнай! Всё про этого господина Вана — чистая правда! Он и впрямь страшный человек!

На мгновение Шэнь Юньчжоу даже был ошеломлён её громогласностью… Он долго смотрел на Цзян Нина, прежде чем, выйдя из воспоминаний, произнёс:

— Хорошо, я…

…схожу в уезд и всё выясню. Если это правда — тогда… убью этого Вана, избавив людей от беды.

Для такого, как он, обладателя способности древесной стихии, тихо лишить человека жизни в этом древнем мире было бы вовсе не сложно.

А вот жениться — это уже лишнее. Пока этот юный гер жив, он сможет иногда видеть его и этого будет достаточно, словно смотреть на фотографии покойного старшего товарища. Тот телефон с фотографиями и видео так и не перенёсся вместе с ним в этот мир.

Вот только Шэнь Юньчжоу успел произнести лишь одно слово «хорошо», не договорив, как тётушка У уже выпалила на одном дыхании:

— Хорошо, значит, всё решено! Отказываться нельзя, ты уже согласился! Я сейчас же пойду сообщу всё Нин-геру!

Пока она говорила, рука, вцепившаяся в рукав Шэнь Юньчжоу, резко дёрнулась. Старая, заношенная одежда прежнего хозяина не выдержала и с треском разорвалась: половина рукава осталась у неё в руках.

— Вот и будет залогом помолвки!

Шэнь Юньчжоу: ?

Шэнь Юньчжоу: !!!

Он инстинктивно хотел выбросить лианы и схватить эту наглую, язык-помело бабу, что нарочно загнала его в ловушку. Но вокруг было полно деревенских, да и Цзян Нин стоял неподалёку… если сейчас открыто применить силу, последствия будут непредсказуемыми.

Замешкался всего на мгновение, а тётушка У уже, подхватив подол, припустила бегом к Цзян Нину. Подбежав, она сунула ему этот обрывок рукава и громко воскликнула:

— Нин-гер, великая радость!

Собравшиеся вокруг зеваки тут же оживились, начали расспрашивать, в чём дело.

Тётушка У немедленно, не стесняясь, объявила всем о заключённом браке.

И стоило ей это сказать, как проходившие мимо Шэнь Юньчжоу деревенские стали его поздравлять:

— Вот это да, парень, повезло тебе! Кто бы мог подумать, что Нин-гер достанется охотнику!

У Шэнь Юньчжоу сжались кулаки. Проклятая баба! Когда это его в последний раз так подставляли? Да ещё кто?! Какая-то местная дикарка, которую он и в грош не ставил. Умудрилась покуситься на самое дорогое для него, на его чистоту!

Гнев вскипел в груди. Ему хотелось плюнуть на всё и одним махом уничтожить и эту бесстыдную женщину, и всю деревню, где распустили такие слухи!

И в этот момент Цзян Нин принял тот обрывок рукава, смущённо улыбнулся и бросил на него мягкий, полный чувств взгляд.

Шэнь Юньчжоу: «…»

Я… это… Спасти одну жизнь — всё равно что воздвигнуть семиярусную пагоду.

Шэнь Юньчжоу глубоко вдохнул. Задержал дыхание.

…Я просто хочу помочь ему. Я ни за что не поколеблюсь. И уж тем более не стану искать замену!

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.

Его статус: перевод редактируется

http://bllate.org/book/17138/1604459