Глава 4
Линь Юй добросовестно отмотал все двадцать кругов. Задний двор семьи Лу оказался пугающе огромным. Добравшись до финиша, юноша, тяжело и прерывисто дыша, обессиленно рухнул прямо на газон.
Лан Тунь, вывалив язык и громко пыхтя, плюхнулся рядом. Немного отдышавшись, огромный пес бесцеремонно ткнулся носом в карман спортивных штанов Линь Юя, пытаясь дотянуться до спрятанного там резинового мячика.
Линь Юй вытащил игрушку. Сжав ее в пальцах, он нащупал внутри что-то твердое.
— Там внутри спрятано вяленое мясо, — просветила его Система.
Так вот почему маламут так отчаянно рвался к этому мячику! Линь Юй выковырял из тайника лакомство и протянул собаке. Лан Тунь проглотил угощение с явным удовольствием.
Растроганный юноша потянулся, чтобы почесать питомца за ухом, но Лан Тунь, не теряя бдительности, виртуозно увернулся, резко крутанув головой. В итоге ладонь Линь Юя приземлилась прямо на пушистый собачий зад.
«Жадина», — мысленно констатировал Линь Юй, но все равно пару раз погладил густую шерсть на хвосте, наслаждаясь моментом.
Поднявшись на ноги, он стряхнул травинки со штанов и уже собирался идти в дом, как вдруг кожей ощутил пристальный взгляд. Чужое внимание было мимолетным — оно скользнуло по нему и мгновенно исчезло, не позволив даже попытаться определить источник.
Впрочем, размышлять об этом было некогда. На пути в свою комнату Линь Юй снова потерпел фиаско — он с размаху впечатался лицом в косяк.
К шишке, заработанной под кроватью Лу Цзэ, добавился еще один ушиб на правой стороне лба. По привычке пробормотав несколько извинений перед дверью, юноша ощупал пострадавшее место. Теперь у него были синяки с обеих сторон. По крайней мере, симметрично.
Он трижды погладил больное место, мысленно проговаривая простую детскую мантру: «Не болит, не болит». Это был его личный, проверенный годами способ успокаивать себя.
Передвигаться по незнакомому особняку без трости оказалось сродни пытке. Даже подсказки Системы не спасали от проблем с координацией: Линь Юй то и дело сбивал углы мебели, зарабатывая свежие синяки на руках и ногах. Макушка, пострадавшая от столкновения с днищем кровати, тоже давала о себе знать неприятной, пульсирующей болью — там уже наливалась приличная шишка.
Нужно было срочно найти слепую трость.
Следуя указаниям Системы, он направился к своей комнате. Шагнув в лифт, он внезапно столкнулся с Лу Е. Младший брат Лу окинул его презрительным взглядом: свитер по-прежнему надет задом наперед, на лбу красуются симметричные синяки, а на голове — настоящий птичий базар.
— Решил разжалобить брата этим нелепым маскарадом? — фыркнул Лу Е. — Думаешь, кто-то купится на твой жалкий вид?
Линь Юй промолчал. Желания ввязываться в перепалку не было совершенно. Он протянул руку к панели лифта, пытаясь нащупать кнопку второго этажа, но пальцы скользили по гладкой поверхности, не находя нужной выпуклости.
Лу Е, прислонившись к стене, с нескрываемым злорадством наблюдал за его тщетными попытками.
— И долго ты еще будешь корчить из себя невинную жертву? Давай, покажи, на что ты способен, кусок дерьма.
Линь Юй остановился. Он опустил руку и повернул голову в сторону голоса. Лицо его было серьезным, даже строгим.
— Лу Е, — тихо, но твердо произнес он.
Младший брат удивленно вскинул брови. Он ожидал чего угодно — истерики, оскорблений, нытья, но только не этого спокойного тона.
— Прости меня за все, что было раньше, — произнес Линь Юй.
Лу Е замер, переваривая услышанное. Извинения? От этого эгоистичного ублюдка?
Он подозрительно прищурился. Сегодня Линь Юй вел себя слишком странно, словно ему подменили батарейки — ни капли прежней ядовитости и спеси.
— Какую игру ты затеял на этот раз? — в голосе Лу Е звучало неприкрытое презрение. — Решил стать святым? Или просто сменил тактику и теперь давишь на жалость?
— Нет, — искренне ответил Линь Юй. — Я просто извиняюсь.
Лу Е замолчал. Внезапно он почувствовал себя так, словно перед ним стоял не знакомый ему стервозный родственник, а кто-то совершенно другой. Эта показная честность и покорность выглядели настолько неестественно, что граничили с безумием.
Линь Юй, оставив его без внимания, вновь принялся ощупывать панель. Он отчаянно хотел поскорее покинуть эту тесную, давящую кабину.
Раздался короткий электронный писк. Лу Е, небрежно ткнув пальцем в нужную кнопку, запустил лифт. Кабина дрогнула и поползла вверх.
— Знаешь, Линь Юй, когда ты вел себя как конченый псих, это выглядело куда нормальнее, — язвительно бросил Лу Е.
Очередная колкость попала в цель. Линь Юй спрятал руки в длинные рукава свитера, сжав кулаки от бессильной обиды. Он мысленно поклялся себе, что ни за что на свете не скажет этому хаму «спасибо» за нажатую кнопку.
Никогда!
Створки лифта разъехались. Линь Юй, сохраняя ледяное выражение лица, осторожно шагнул в коридор. Ему стоило огромных усилий удержать на кончике языка рвущееся наружу слово благодарности. Тот, кто называет его «куском дерьма», не заслуживает вежливости.
Лу Е, наблюдая за его уходом, не удержался от очередного комментария:
— К твоему новому амплуа святоши придется привыкать.
«Похоже, у тебя просто склонность к мазохизму», — пронеслось в голове Линь Юя. И, к его собственному ужасу, эта мысль случайно сорвалась с губ.
— Тогда у тебя, наверное, наклонности мазохиста.
Лу Е остолбенел.
— Что?! — он не поверил своим ушам. Фраза прозвучала так тихо, что он усомнился, не показалось ли ему.
— А? Я ничего не говорил, — Линь Юй мгновенно сориентировался, сделав максимально невинное лицо. — Я просто спросил... ты сможешь меня простить?
Лу Е уставился на это кристально честное, хлопающее незрячими глазами лицо, и почувствовал себя так, словно со всего маху врезал кулаком в подушку. Глухое раздражение сменилось растерянностью.
— Больной, — проворчал он, нажимая кнопку закрытия дверей, и лифт уехал.
Оставшись один, Линь Юй с облегчением выдохнул. Медленно, как улитка, он побрел по коридору, стараясь держаться ближе к стене.
— Малыш, помоги мне найти трость, — мысленно обратился он к Системе.
— В прошлый раз ты специально подставил подножку Лу Е своей тростью. В ярости он сломал ее пополам и выбросил.
Линь Юй опешил.
— Вот это да... — пробормотал он.
Теперь стала понятна причина той откровенной ненависти, с которой Лу Е к нему относился. Что ж, реакция младшего брата была вполне закономерной и даже оправданной.
— А новую мне не купили? — спросил он. Находиться в огромном, незнакомом доме без трости было невыносимо — он полностью терял ощущение пространства и направления.
— Линь Мэй заблокировала все твои счета, — пояснила Система. — Любые траты ты должен согласовывать с ней. А после того инцидента с подножкой она категорически запретила покупать тебе новую трость.
Линь Юй застыл, словно громом пораженный. К горлу подкатил ком, а в незрячих глазах мгновенно закипели слезы, грозя вот-вот пролиться. Для слепого человека лишиться трости — все равно что ослепнуть во второй раз. Оказаться абсолютно беспомощным, зависящим от чужой милости в каждом шаге...
Система, наблюдая за тем, как отчаянно дрожат его плечи, почувствовала укол виртуальной совести. Ей захотелось хоть как-то поддержать своего подопечного.
— Маленькая рыбка... — осторожно начала она. — А почему бы тебе не обратиться к Лу Цзэ? В этом доме никто не посмеет оспаривать его решения.
Слова Системы прозвучали как озарение. Действительно! Воля Лу Цзэ в семье Лу была непререкаема.
Внезапно тишину комнаты разорвал резкий, требовательный звонок мобильного телефона.
— Это звонит твоя мать, — сухо констатировала Система.
Линь Юй, осторожно ощупывая пространство перед собой, добрался до звонящего аппарата. Дождавшись, пока мелодия стихнет и вызов сбросится автоматически, он сунул телефон в карман и, собравшись с духом, отправился на поиски Лу Цзэ.
В это время Лу Цзэ находился в своем кабинете. Фоном шло онлайн-совещание, но его мысли были заняты другим. Пальцы машинально крутили смартфон, то включая, то выключая экран. Перед глазами упрямо стояла та самая красная родинка, вспыхнувшая на бледной коже. Как яркий поплавок на гладкой поверхности озера, этот крошечный акцент притягивал внимание, будоража воображение и заставляя гадать, что скрывается под темными водами.
Тихий, нерешительный стук в дверь вырвал его из раздумий.
— Войдите, — бросил Лу Цзэ.
Ответа не последовало. Возможно, стучавший просто не расслышал из-за массивных дубовых дверей.
Лу Цзэ поднялся из кресла, пересек кабинет и распахнул створку. На пороге, понурив голову и сдвинув ноги вместе, стоял Линь Юй. Весь его вид источал такую вселенскую покорность и смирение, что Лу Цзэ, не удержавшись, решил подыграть:
— Кто там?
Линь Юй растерянно вскинул голову. Очевидно, вопрос застал его врасплох. Его невидящие глаза на мгновение округлились от удивления, но затем он снова опустил взгляд в пол, словно смирившись со своей участью.
— Злой человек... — медленно, с тяжелым вздохом выдавил он.
Уголки губ Лу Цзэ дрогнули. То ли усмешка, то ли тень улыбки скользнула по его лицу, но тут же исчезла.
— Брат... — начал было Линь Юй, но его перебил пронзительный звонок мобильного.
Сомнений не было — это снова звонила Линь Мэй. Юноша торопливо вытащил аппарат из кармана, неуклюже провел пальцем по экрану и, сам того не желая, нажал на кнопку громкой связи.
Из динамика вырвался ледяной, полный презрения голос Линь Мэй:
— Линь Юй, ты извинился перед Лу Цзэ?
— Да... извинился, — пролепетал юноша.
— Если ты еще раз выкинешь подобный фокус, клянусь, я собственными руками вышвырну тебя из этого дома! — в голосе женщины клокотала ярость.
— Я больше не буду, — Линь Юй нервно теребил край своего многострадального свитера. Его тонкая, хрупкая фигура казалась еще более беззащитной под градом этих упреков. — Мама... ты не могла бы купить мне новую слепую трость?
Из динамика донесся сухой, издевательский смешок.
— Трость?! Даже не мечтай! И прекрати уже вести себя как идиот, может, тогда перестанешь всех раздражать!
Звонок оборвался. Рука Линь Юя, сжимающая телефон, безвольно опустилась. Лицо побледнело, став похожим на бумагу.
Лу Цзэ молча наблюдал за этой сценой. Слезы, скопившиеся в незрячих глазах юноши, угрожали вот-вот пролиться. Закушенная до красноты губа, поникшие плечи, аура абсолютной, тотальной безысходности... Если это и была актерская игра, то Линь Юй заслуживал "Оскара". Впервые в жизни Лу Цзэ поймал себя на мысли, что этому человеку удивительно идет образ жертвы.
Взгляд генерального директора прикипел к покрасневшим губам Линь Юя. Рука машинально скользнула в карман, извлекла таблетницу. Очередная горькая пилюля отправилась в рот. Вязкий, аптечный аромат смешался с запахом мандариновых леденцов, исходящим от волос юноши.
От Лу Цзэ волнами расходился тяжелый, подавляющий жар. Казалось, воздух вокруг него раскалился до предела, обжигая кожу и заставляя сердце биться чаще.
— Брат... с тобой все в порядке? — Линь Юй, почувствовав эту удушающую атмосферу, робко нарушил тишину.
Лу Цзэ небрежно прислонился к дверному косяку, скрестив руки на груди. В его голосе звучала откровенная насмешка:
— Решил перейти к более продвинутым манипуляциям? Включил громкую связь, чтобы надавить на жалость?
Линь Юй отчаянно замотал головой. Его красивые, расфокусированные глаза попытались поймать взгляд собеседника, но тщетно. Опустив голову, он едва слышно прошептал:
— Нет... Я просто пришел сказать, что пробежал свои двадцать кругов.
Лу Цзэ прищурился. На секунду он даже засомневался: а не искренне ли этот парень расстроен?
В следующее мгновение Линь Юй протянул руку и вложил в ладонь Лу Цзэ мягкий, обслюнявленный мячик — ту самую игрушку Лан Туня.
— Брат... — в голосе Линь Юя зазвучали совсем уж жалкие нотки. — Я правда такой отвратительный?
Не выдержав, он судорожно всхлипнул. Ресницы задрожали, и юноша инстинктивно поднес руку к лицу, принявшись ожесточенно тереть глаза.
Лу Цзэ наблюдал за тем, как Линь Юй размазывает слезы, растирая нежную кожу до красноты. Это не прекращалось, и Лу Цзэ, потеряв терпение, перехватил тонкое запястье.
— Думаешь, если дотрешь глаза до дыр, из них, как джинн из лампы, появится новая трость? — раздраженно бросил он.
— Наверное, нет... — покорно согласился Линь Юй.
Лу Цзэ усмехнулся. Этот маленький слепец казался таким забитым и наивным, но при этом умудрялся находить ответы на любые вопросы. Цель его визита была прозрачна, как стекло: он хотел выпросить трость.
«И это все? — мысленно фыркнул Лу Цзэ. — Какая дешевая, примитивная игра. Удивительно, как он вообще дожил до своих лет с таким арсеналом».
Достав телефон, он набрал номер своего помощника.
— Распорядитесь купить партию тростей для слепых и доставить в резиденцию Лу, — сухо скомандовал он и тут же повесил трубку.
Линь Юй, осознав, что его план сработал, просиял. Он поднял на Лу Цзэ свои незрячие, полные искренней благодарности глаза и, робко выставив один палец, смущенно произнес:
— Брат... мне правда хватит и одной.
— Думаешь, одной тебе будет достаточно? — с явной насмешкой фыркнул Лу Цзэ.
Испорченное воображение Линь Юя мгновенно нарисовало крайне двусмысленную картину.
— Эм... — он замялся, не зная, как реагировать. О какой «одной» он сейчас говорит?
Лу Цзэ, заметив, как юноша остолбенел, а его шея и уши стремительно наливаются краской, недоуменно прищурился. Из-за чего он смущается на этот раз?
— Брат... мне правда достаточно... одной, — Линь Юй отчаянно пытался выкинуть из головы пошлые мысли, но голос все равно предательски дрожал. Он продолжал упрямо держать перед собой один оттопыренный палец, подчеркивая свои скромные запросы.
Взгляд Лу Цзэ невольно скользнул к руке юноши, и в памяти снова всплыла та фотография с девушкой-стримером. Он подавил желание рассмотреть красную родинку поближе.
— Можешь катиться, — сухо скомандовал он.
— Хорошо! — Линь Юй, понимая, что миссия выполнена на все сто процентов, послушно кивнул. — Спасибо, брат.
С этими словами он развернулся и решительно зашагал к выходу... чтобы в следующую же секунду с размаху впечататься лбом в подставленную Лу Цзэ ладонь.
— Ты даже в дверной проем вписаться не можешь, — язвительно заметил старший Лу. — Выходя из комнаты, ты прихватил с собой интриги, но забыл мозг?
— Я же не вижу, — Линь Юй отступил на шаг и, подняв лицо, указал пальцами на симметричные синяки по обе стороны лба. — Смотри. Это все из-за того, что я врезаюсь в мебель.
Он задумчиво почесал нос.
— Когда не видишь, кажется, что и соображаешь хуже. Брат, как думаешь, это как-то взаимосвязано?
— Да. Это симптом неизлечимого заболевания. Можешь готовиться к смерти, — безжалостно отрезал Лу Цзэ.
Линь Юй потерял дар речи.
В следующее мгновение его бесцеремонно выставили за дверь. Вдогонку прилетело уже знакомое предупреждение о том, что злодеям вход в кабинет строго запрещен.
Потерев ушибленный нос, Линь Юй мысленно повторил: «Я — хороший человек. Очень хороший человек».
Обещанные трости доставили на удивление быстро. Их оказалось так много, что Линь Юй смог выбрать самую удобную — легкую, простую и, скорее всего, самую дешевую. Для подстраховки он отложил еще одну, потолще и покрепче.
«А ведь Лу Цзэ был прав, — подумал он. — Одной трости мне действительно оказалось мало».
Теперь сомнений не оставалось: Лу Цзэ — человек невероятно проницательный, видящий людей насквозь. И если бы он иногда держал язык за зубами, его можно было бы назвать замечательным человеком.
Вооружившись новой тростью, Линь Юй расхаживал по комнате, наслаждаясь вернувшимся чувством уверенности. С этим инструментом он чувствовал, что готов свернуть горы. В голове даже мелькнула мысль устроиться на подработку в какую-нибудь кофейню, где нанимают незрячих.
Идиллию нарушил очередной звонок телефона. Ожидая услышать очередную порцию ругани от Линь Мэй, он ответил, предварительно отодвинув трубку от уха. Из динамика действительно раздался женский голос, но орал он на совершенно иных децибелах:
— Линь Юй! Мелкий паршивец! Ты какого черта три дня трубку не берешь?!
В ушах Линь Юя зазвенело. Осознав, что это, вероятно, знакомая прежнего владельца тела, он осторожно ответил:
— Я... я был немного занят и не проверял телефон. Что-то случилось?
Женщина на том конце провода, тяжело дыша, немного сбавила тон:
— Так что с твоим аккаунтом? Будешь продолжать стримить? Если нет — давай расходиться мирно. Переводи мою долю. Я все посчитала: прибыль делим сорок на шестьдесят, тебе шестьдесят, мне сорок. С тебя пятьсот тридцать тысяч юаней.
— Сколько?! — Линь Юй поперхнулся воздухом. У него в кармане не было ни гроша! И тут же зацепился за главное: — Подожди, о каком аккаунте речь?
— Ты что, память потерял? — фыркнула женщина.
— Да, — ничтоже сумняшеся, спокойным, даже ласковым голосом соврал Линь Юй.
В трубке повисла тяжелая пауза. А затем раздался оглушительный визг:
— Линь Юй! Ты держишь меня, Чжао Жао, за идиотку?! Если ты не переведешь мне эти пятьсот тридцать тысяч, клянусь, я растреплю всему твоему университету о том, что ты стримишь в женской одежде! Я в полицию пойду!
Линь Юй схватился за сердце. Очередной удар, как по барабанным перепонкам, так и по психике.
Стримы в женской одежде?!
Он, конечно, знал, что такое стриминг, и краем уха слышал о парнях, переодевающихся в девушек ради донатов, но чтобы он сам...
Разгневанная Чжао Жао бросила трубку. Ошеломленный Линь Юй, обратившись за помощью к Системе, кое-как авторизовался в приложении для трансляций.
Едва он открыл свой профиль, как система озвучивания экрана произнесла металлическим голосом:
— У вас новый подписчик — Z.
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод
http://bllate.org/book/17044/1689535
