Чжу И погасил фонарь у входа, аккуратно закрыл дверь и запер её на засов. Обернувшись, он увидел, что Чжунлю всё ещё сидит за стойкой, сводя счёты. К тому времени из кухни вышли дядюшка Ляо, Фуцзы и Цзюлан, неся приготовленный ужин. Они сдвинули вместе два обеденных стола.
— Лю-гэ, сегодня на ужин лапша с кровяным рубцом! — радостно возвестил Чжу И, бросив взгляд на большую кастрюлю с густой красной лапшой, водружённую на стол.
Все обитатели постоялого двора Хуайань питали слабость к блюдам из крови и потрохов: кровяному супу, кровяной колбасе, свиному рубцу, свиной печени, свиным мозгам, куриным желудкам и сердечкам. Обычно Чжунлю недолюбливал подобную еду, считая её запах слишком резким. Но сегодня, по какой-то неведомой причине, от одного лишь вида исходящей паром лапши со свиной кровяной колбасой и кубиками овечьей крови у него неудержимо потекли слюнки.
Он наспех подбил итоги, запер денежный ящик и бегом кинулся к столу. Сяо Шунь тем временем взял лишнюю миску и отложил часть своей порции для невидимой «высокой сестрицы».
Дядюшка Ляо сделал глоток чая и поторопил остальных:
— Налетайте, пока горячее. Мы нечасто едим мясо, а как остынет — будет уже не так вкусно.
Чжунлю не стал заставлять себя упрашивать и наложил себе здоровенную порцию лапши. Он уплетал её с таким же аппетитом, как и все остальные, наполняя комнату дружным чавканьем и хлюпаньем. Лапша источала непередаваемо насыщенный, мясной аромат, а кровяная колбаса, которая раньше казалась ему странной на вкус — одновременно хрустящей и мягкой, — сейчас приносила невероятное удовольствие.
— Дядюшка Ляо, что за восхитительное блюдо вы сегодня приготовили?
Со двора неспешным шагом вошёл Хозяин. Он был облачён в лунно-белый халат, поверх которого был накинут тёмно-синий плащ из журавлиного пуха с вышитыми на нём магнолиями. Волосы были аккуратно заколоты шпилькой — Босс явно собрался выходить.
Чжунлю торопливо вскочил, чтобы принести Хозяину стул, но тот мягко опустил руку ему на плечо и указал на место рядом с юношей на длинной деревянной скамье:
— Я сяду здесь.
Почему-то Чжунлю стало немного не по себе. Он поспешно подвинулся, освобождая место, и Хозяин сел рядом.
Остальные удивлённо заморгали, но никто не проронил ни слова.
Дядюшка Ляо как ни в чём не бывало поинтересовался:
— Босс, вы сегодня куда-то отправляетесь?
— Да, сразу после ужина. Сяо Шунь, ступай подготовь для меня экипаж.
— А, сейчас сделаю! — послушно отозвался мальчишка.
Чжунлю помог Хозяину наложить лапшу и пододвинул миску. Босс взял палочки и принялся неспешно, с изяществом отправлять еду в рот. Глядя на его утончённые манеры, все сидящие за столом тоже умерили свой пыл и перестали громко хлюпать лапшой, вмиг растеряв всю ту непринуждённую атмосферу, что царила здесь минуту назад.
Остальные быстро доели и, прихватив пустые миски, скрылись на кухне. В конце концов за столом остались только Хозяин, Чжунлю и дядюшка Ляо, медленно потягивающий чай. Внезапно Босс отложил палочки, достал что-то из рукава и положил перед Чжунлю.
Ароматическое саше?
Мешочек был сшит из павлинье-зелёной парчи, расшит изящным узором из орхидей золотой нитью и перевязан имбирно-жёлтой кисточкой. От него исходил едва уловимый, чарующий аромат.
Чжунлю даже забыл прожевать еду. Он ошарашенно уставился сначала на саше, а затем на Босса.
Хозяин Чжу цокнул языком:
— Бери.
Чжунлю с трудом проглотил лапшу:
— Это мне?
— А кому ещё? Дядюшке Ляо, что ли? — фыркнул Босс.
Сидящий поблизости дядюшка Ляо продолжал невозмутимо попивать чай с безмятежным выражением лица, уподобившись старому монаху в глубокой медитации.
Чжунлю торопливо вытер руки об одежду и бережно взял саше. Он осмотрел его со всех сторон, и чем больше смотрел, тем больше оно ему нравилось. Юноша поднёс мешочек к лицу и вдохнул запах. Аромат был сладким, но с едва уловимой глубокой ноткой, почти пьянящей.
Заметив неподдельный восторг Чжунлю, Хозяин Чжу выглядел весьма довольным, но напустил на себя равнодушный вид и снова взялся за палочки.
— С этого дня носи его постоянно и не снимай. Оно поможет сдержать рост этой дряни под ногтями. Если запах начнёт выветриваться, обязательно скажи мне.
Чжунлю крепко сжал саше в руке, его лицо лучилось искренней благодарностью:
— Спасибо, Босс!
— Ладно, доедай скорее. Как только закончим, сразу выезжаем. — Хозяин мягко улыбнулся. Подняв взгляд, он перехватил многозначительный взор дядюшки Ляо.
***
Ночной город Тяньлян жил своей, отличной от дневной, шумной жизнью. Особенно это чувствовалось на длинных и оживлённых улицах, таких как улица Бяньхэ, где по обеим сторонам выстроились многочисленные лотки ночного рынка. К счастью, повозок и всадников на дорогах было немного, а расшалившиеся детишки уже давно спали, так что Чжунлю, управляя экипажем, мог не опасаться, что кто-то внезапно выскочит на проезжую часть.
В последнее время юноша не терял ни минуты и в свободные часы перенимал у Сяо Шуня премудрости управления повозкой. Он хватался за любую возможность выехать по делам — будь то доставка вина или поездка за зеленью, — поэтому в искусстве кучера преуспел изрядно.
Хозяин, похоже, тоже это заметил. Он откинул занавеску и прислонился к дверце экипажа:
— А ты довольно уверенно правишь.
Чжунлю расплылся в гордой улыбке:
— Я усердно учился и практиковался все эти дни!
— Главное, не свали нас в канаву, когда выедем за город.
— Сделаю всё, что в моих силах, всё, что в моих силах, — глуповато рассмеялся Чжунлю, а затем спросил: — Но Босс, городок Цюйцзян находится довольно далеко отсюда. Неужели мы успеем обернуться за одну ночь?
— Обычно это было бы затруднительно, но мы можем срезать путь, — многозначительно протянул Хозяин.
До Чжунлю тут же дошло: всё прямо как с тем коротким путём на горе Цзылу!
— Босс, разве экипаж тоже может ездить короткими путями?
— Разумеется. Но нам нужно найти уединённое место, чтобы туда попасть.
Их повозка, громыхая колёсами, выехала за пределы города. Постепенно огни остались позади, уступив место лишь тусклому мерцанию лучин в далёких крестьянских домишках на краю полей. Небо затянуло лёгкой дымкой облаков, и лунный свет, подобно полупрозрачной кисее, проливался на поля и длинную дорогу. Если не считать кваканья лягушек, стрекотания насекомых и скрипа колёс, вокруг царили тишина и покой.
— Хорошо, остановись здесь на минутку.
Чжунлю натянул поводья. Хозяин вышел из экипажа. Он провёл короткий ритуал, похожий на тот, что использовал на горе Цзылу, затем выпрямился, ласково погладил лошадь по шее и что-то прошептал ей на ухо.
«Босс читает над лошадью заклинание? Или делится с ней каким-то секретом?» — мелькнуло в голове у Чжунлю.
Хозяин Чжу вернулся в экипаж и бросил Чжунлю:
— Ладно, можешь отпустить вожжи. Она сама найдёт дорогу.
Глаза юноши округлились:
— А?!
Босс рассмеялся:
— Что, не веришь мне?
— Нет, дело не в этом... просто отпустить?
— Да, просто отпусти. Залезай внутрь и садись со мной. И не вздумай приподнимать занавеску, чтобы выглянуть наружу.
«И смотреть нельзя?»
Голова Чжунлю шла кругом от сомнений. Предоставить лошади самой выбирать путь — верный способ оказаться в придорожной канаве, разве нет?
Но раз Хозяин так сказал, может, всё обойдётся?
Юноша с замиранием сердца выпустил поводья из рук, и — о чудо! — лошадь сама неторопливо зашагала вперёд.
— Залезай, — поторопил его Босс, придерживая занавеску. — Прежде чем мы встретимся с медником, мне нужно дать тебе несколько наставлений.
Чжунлю осторожно забрался в повозку и проводил взглядом опустившуюся занавеску. Внутри покачивался небольшой фонарь, заливая их лица тёплым красноватым светом.
Глядя, как Чжунлю нервно ёрзает, словно ожидая, что экипаж вот-вот перевернётся, Хозяин Чжу расхохотался:
— Ты так боишься смерти, и при этом осмеливаешься сопровождать меня в моих деловых поездках?
— Я не смерти боюсь. Я просто переживаю, как бы мы во что-нибудь не врезались...
— Не волнуйся. До того, как я стал брать тебя с собой, я справлялся со всеми этими делами в одиночку. Как, по-твоему, мне это удавалось?
— Разве Сяо Шунь не помогал вам править?
— Я стараюсь не впутывать их в это. Не все горят таким желанием совать нос в эти дела, как ты, — загадочно произнёс Босс.
Спустя какое-то время повозка, казалось, сама собой сделала несколько поворотов, но ход оставался на удивление плавным: кочки встречались равномерно, и не было ощущения, будто их занесло в пустошь или в канаву. Чжунлю несколько раз порывался приподнять занавеску и выглянуть, но Хозяин каждый раз его останавливал.
— Не смотри. Тебя может укачать.
— ...Ох...
Заметив, что любопытство Чжунлю вспыхнуло с новой силой, Босс решил отвлечь его внимание:
— Медника, с которым мы сейчас встретимся, зовут Ли, а прозвище его — Ли Сяоу. Медное ремесло, передававшееся в его семье из поколения в поколение, славилось на всю округу. К несчастью, Ли Сяоу не повезло, и он заразился Хуэй.
— Что за Хуэй?
— Тот, что исполняет желания.
Чжунлю ахнул:
— Желания? Разве бывает такой хороший Хуэй?
Хозяин усмехнулся:
— Ничего не бывает хорошим, когда доходит до крайностей.
И он принялся в подробностях рассказывать историю Ли Сяоу.
Этот трудолюбивый медник изначально не был заражён никаким Хуэй. Но однажды какой-то странствующий путник продал ему медный меч по бросовой цене. Ли Сяоу на радостях купил его, даже не подозревая, что клинок проклят. Он переплавил меч вместе с другим ломом и наделал из него утвари и прочих вещиц на заказ. Однако вскоре после этого на семьи, купившие эти предметы, одно за другим посыпались несчастья.
Одни внезапно богатели, но тут же разорялись. Другие, кто годами не мог сдать императорские экзамены, вдруг с блеском их проходили, а вскоре заболевали неведомыми хворями и покрывались неизлечимыми язвами. Были и супруги, долгие годы остававшиеся бездетными, которым небеса наконец-то даровали ребёнка, но вскоре они теряли всё своё состояние или погибали в результате несчастных случаев.
Поначалу никто не связывал эти беды с медником. Но по мере того, как множились подобные случаи, поползли слухи, что вещи, вышедшие из-под его рук, приносят неудачу.
Даже после того, как была распродана вся партия товаров, изготовленная из проклятого меча, всё, к чему бы ни прикасался мастер, продолжало вызывать эти странные взлёты и падения. А всё потому, что сам медник к тому времени уже заразился Хуэй.
Позже, по совету Сун Минцзы, медник обратился за помощью к Хозяину Чжу. Раз за разом проверяя свойства этих медных изделий и выясняя законы их работы, Босс постепенно докопался до сути связывающих их причин и следствий.
Эти предметы, попадая в руки своих владельцев, запечатлевали их самые сокровенные желания. Они гарантировали их исполнение, но взамен вытягивали из человека всю остальную удачу без остатка.
Всё потому, что внутри этих вещей нарушалась естественная связь между причиной и следствием. Два совершенно не связанных между собой события насильно сплетались воедино, и поскольку никто не понимал их природы, эти связи возникали случайным образом и не поддавались никакому контролю.
Хозяин же нашёл способ управлять этими связями, привязывая менее значимые причины к желаемым следствиям.
Следуя указаниям Босса, медник теперь мог позволить покупателям добиваться желаемого гораздо меньшей ценой. Однако, поскольку всё это было, по сути, «жульничеством», покупателям приходилось строго следовать определённому ритуалу при использовании этих предметов. Иначе искусственно созданная цепь причин и следствий мгновенно рвалась, приводя к непредсказуемым последствиям.
Чжунлю слушал, широко распахнув глаза, затаив дыхание, словно на выступлении уличного сказителя.
— Значит, желанием Государственного наставника было избавиться от снов, а Дин Буцюна — чтобы его поля приносили урожай. И какую цену вы собираетесь заставить их заплатить?
Глаза Хозяина лукаво сощурились:
— А как по-твоему, какую цену я должен с них взять?
— Я полагаю... причина и следствие не могут быть связаны абсолютно случайным образом. Наверное, вес должен быть как-то сбалансирован? Например, если цена не слишком высока, значит, время расплаты должно быть дольше?
Босс одобрительно кивнул:
— А ты весьма сообразителен.
Чжунлю почесал затылок и смущённо улыбнулся:
— Тогда... что вы поручите меднику сделать для Дин Буцюна?
Хозяин погладил подбородок и на мгновение задумался:
— Пару палочек для еды.
Еда — основа жизни простого люда. Медные палочки для крестьянина — вещь вполне подходящая, да и стоить будут недорого.
— Значит, цена может быть такой... еда, которую он будет брать этими палочками, потеряет свой вкус? — неуверенно предположил Чжунлю.
Хозяин расхохотался:
— А это, кстати, отличная мысль! Ему придётся есть этими палочками хотя бы один раз в день какую-нибудь отвратительную на вкус стряпню на протяжении... дай-ка прикинуть... десяти лет.
— А что будет через десять лет?
— Через десять лет, когда причина и следствие уравновесятся, ему больше не нужно будет ими пользоваться. Он сможет принести их мне, чтобы я от них избавился, или оставить себе — неважно. — Хозяин тихо вздохнул. — Но при одном условии: в течение этих десяти лет он ни разу не должен нарушить договор.
___________________
Переводчик и редактор: Mart__
http://bllate.org/book/17026/1586304
