Отработав ночную смену, Чжунлю мог позволить себе не выходить на работу следующим утром и отсыпаться до самого полудня. Вернувшись в свою комнату на рассвете, он на скорую руку умылся и залез под одеяло.
Чжу И перевернулся на другой бок и что-то невнятно пробормотал. Чжунлю не стал прислушиваться и поспешно накрылся одеялом с головой.
Прошло какое-то время, но сон так и не шёл. Когда издали донёсся крик петуха, он услышал, как поднялся Чжу И, как зашуршал одеждой, выходя умываться, как в маленьком дворике постепенно зазвучали голоса... Его мысли всё ещё крутились вокруг вчерашних событий, которые выходили далеко за рамки нормальной жизни. Всё происходящее казалось нереальным, словно в дурном сне.
Хотя в наши дни ремесло даосов пользовалось огромным спросом, оно всё же оставалось слишком далёким от жизни простых людей. Вся эта нечисть и демоны казались существующими лишь в байках уличных сказителей, да и у человеческого воображения всегда есть предел. Но те монстры, которых Чжунлю увидел за последние два дня, разительно отличались от всего, что он мог себе представить.
Незримый, непознаваемый и неконтролируемый тёмный мир беззвучно разворачивал во мраке свой бескрайний занавес, готовясь окутать и поглотить его целиком. А сам Чжунлю... отчего-то не испытывал должного страха. Напротив, в нём пробудилось странное, совершенно необъяснимое любопытство и даже тяга к этой тьме.
Он хотел знать больше... Хотел увидеть больше... Даже если эти создания внушали ему ледяной ужас.
Как будто какая-то неведомая сила настойчиво толкала его в спину.
Цок... цок... цок-цок... цок...
Небо едва начало светлеть, когда откуда-то издалека вновь донёсся этот хаотичный стук копыт. От этого звука земля завибрировала и загудела. Глубокий, первобытный ужас сковал Чжунлю, заставив его съёжиться под одеялом. Он не смел даже пошевелиться.
Это Чэнхуан, божество-покровитель города, снова обходил свои владения.
Бесчисленные руки, ноги, копыта, когти и извивающиеся щупальца беззвучно разворачивались в пустоте, скользя по окутанным туманом крышам... Когда этот жуткий образ непрошеным гостем вторгся в его разум, черепица над головой отозвалась тихим, пугающим шорохом.
Цок-цок-цок-цок... цок-цок... цок-цок-цок-цок...
Стук копыт то затихал, то нарастал вновь, сплетаясь в бесконечную дробь. В какой-то момент Чжунлю потерял грань между явью и сном. Он почувствовал, как собственное тело стало невесомым, превратившись в нечто текучее, эфемерное. В одно мгновение он просочился сквозь складки одеяла и лёгкой дымкой выплыл на улицу.
Бледно-серый туман окутывал мир, все постройки утопали в хаотичной, бескрайней мгле. Внезапный порыв ветра перенёс его во внутренний двор. Огромная древняя софора величественно возвышалась в тумане. Сейчас дерево казалось ещё более исполинским и раскидистым, чем обычно, и... что-то в нём неуловимо изменилось.
Присмотревшись, он с ужасом осознал, что устремлённые во все стороны ветви были вовсе не деревом. Это были неестественно длинные, изломанные под жуткими углами руки разной толщины. На конце каждой конечности виднелись кисти: одни походили на человеческие, другие же явно принадлежали монстрам — с уродливым количеством пальцев и болезненным, мертвенным цветом кожи. Эти руки медленно и плавно покачивались в белёсом мареве, словно зазывая его к себе, и издавали тихие, шуршащие звуки, похожие на аплодисменты.
Чем дольше он вслушивался в эти хлопки, тем яснее улавливал в них пугающий ритм, напоминающий глухой барабанный бой. А прямо под софорой, скрестив ноги, сидела группа богато одетых людей, образуя ровный круг. И мужчины, и женщины были облачены в одинаковые женские наряды, словно пришедшие из давно забытой эпохи. Их щёки густо покрывали румяна, а на головах сверкали ослепительные цветочные венцы, усыпанные цветным стеклом. Поверх нарядов на них были накинуты тёмно-красные ризы с широкими рукавами, подолы которых змеились по сырой земле. Лишь вышитые на ткани символы выбивались из привычной картины: Чжунлю никогда не видел таких рун — они напоминали хаотично переплетённые, скрюченные ветви.
Подстраиваясь под ритм жутких аплодисментов с кроны софоры, люди нараспев читали молитвы на неизвестном, пугающем языке. Их тела плавно раскачивались в такт. Внезапно из-за массивного ствола плавно выплыл человеческий силуэт. Судя по росту и ширине плеч, это был мужчина, невероятно высокий и истощённый. Подобно остальным, он носил струящуюся юбку и ризу, но его лицо скрывала гротескная козлиная маска с двумя гигантскими изогнутыми рогами, пронзающими густой туман. На запястьях незнакомца пестрели десятки красных нитей. Он исполнял ритуальный танец шамана — каждый его шаг был грациозным, завораживающим и неторопливым. Красные нити взмывали в воздух и, казалось, обретали собственное сознание, извиваясь подобно живым змеям.
Танцор трижды обогнул древнюю софору. Его движения становились всё более неистовыми, безумными. Красные верёвки, точно хищные щупальца, вытягивались и распускались кровавыми цветами в такт его шагам. Длинные чёрные волосы слились с багровой ризой в единый водоворот, способный затянуть в себя и уничтожить любой человеческий разум.
Внезапно безумный танец оборвался. Шуршащие аплодисменты стихли. Мир погрузился в состояние противоестественного, мёртвого оцепенения.
В следующую секунду молящиеся люди, сидевшие в кругу, синхронно запрокинули головы, обнажив беззащитные шеи. Те самые похожие на руки «ветви» молниеносно описали широкий круг, со свистом пройдясь по их горлам. В звенящей тишине раздался влажный, тошнотворный треск разрываемой плоти.
Багровые фонтаны ударили со всех сторон, щедро окропив ствол софоры. Твёрдая с виду кора неожиданно задрожала, запульсировала и жадно присосалась к влаге. В считанные мгновения дерево выпило всю пролитую кровь до последней капли.
Чжунлю ошеломлённо смотрел, как тёмная кровь растекается по земле, впитывается в почву и исчезает, высосанная невидимой утробой. Следом за кровью потянули и обезглавленные тела. Какая-то хтоническая сила медленно, неумолимо затягивала трупы в твёрдую землю, словно в бездонное болото. Чжунлю отчётливо услышал мерзкий хруст пережёвываемых костей.
«Оно... сожрало их...» — с ужасом осознал он.
Древняя софора, словно насытившийся зверь, налилась пульсирующим багровым светом. Руки-ветви потянулись ещё выше, раскинулись шире, будто сытое чудовище довольно потягивалось после кровавой трапезы. Множество рук извивалось в воздухе, становясь всё длиннее и длиннее, пока не вонзилось в сами небеса, разрывая плотную завесу тумана.
И сквозь эту прореху в облаках Чжунлю увидел, что в небе... что-то скрывается.
Нечто невообразимо огромное, затмевающее собой весь мир...
Беспредельный, сводящий с ума ужас захлестнул его с головой, не позволяя поднять взгляд. Он резко опустил глаза и именно в этот момент увидел, как шаман медленно стянул козлиную маску.
Под ней оказалось лицо Хозяина Чжу.
Чжунлю с криком распахнул глаза и подскочил на кровати. Время уже перевалило за полдень. Тёплые золотистые лучи пробивались сквозь бумажное окно, мягко ложась на скомканное одеяло. Кошмар отступил, растворившись без следа, словно видение из прошлой жизни.
Обхватив одеяло, он сел и судорожно потёр пульсирующие виски. Было такое чувство, будто он вообще не ложился. Тело ломило от невыносимой усталости, голова раскалывалась на части, а в ушах стоял противный, тонкий звон.
«Откуда взялся этот безумный кошмар?» — мысленно содрогнулся он.
Убрав ладонь со лба, Чжунлю вдруг заметил нечто странное.
Под ногтем указательного пальца на правой руке образовался непонятный нарост, напоминающий кусочек дикого мяса*, вот только цвет у него был слегка черноватым. Ноготь заметно вздулся, но прикосновения не вызывали боли.
(П.п: Так в народе называют разросшуюся грануляционную ткань при вросшем ногте. Внешне эта ткань похожа на сырое мясо, что и послужило названием).
«Что за чертовщина?» — нахмурился он.
Чжунлю с силой надавил на пластину и почувствовал лёгкий, неестественный зуд. По спине пробежал холодок омерзения. Хоть нарост и был крошечным, рос он в таком неудачном месте, что так и подмывало сорвать ноготь подчистую и выковырять эту дрянь с корнем...
— Лю-гэ? — раздался вдруг звонкий голос.
Чжунлю вздрогнул от неожиданности. Повернув голову, он увидел Сяо Шуня, который звал его, шагая в сторону кухни с охапкой дров в руках.
Чжунлю поспешно опустил руку и нацепил на лицо привычную, радушную улыбку:
— А, Сяо Шунь! Ну как, много сегодня работы?
— Не особо, — послушно отозвался Сяо Шунь. Но во взгляде, брошенном на юношу, читалась явная тревога. — Лю-гэ, с тобой всё хорошо?
Чжунлю непонимающе оглядел себя:
— Да в полном порядке. С чего такие вопросы?
Сяо Шунь на секунду замялся. Его взгляд скользнул куда-то в сторону, прямо за плечо Чжунлю, словно мальчик что-то там разглядывал. Вот только вокруг никого не было — пустота и привычный интерьер двора.
— Лю-гэ... — тихо начал он. — Высокая сестрица просила передать, что ты больше никогда не сможешь покинуть этот постоялый двор.
«Высокая сестрица» была тем самым невидимым «другом» Сяо Шуня, о котором он вечно твердил.
Чжунлю тупо уставился на ребёнка, решительно не понимая, что это за дурацкие шутки.
Но на лице Сяо Шуня читалась абсолютная искренность. Никакого намёка на розыгрыш или попытку напугать — он словно констатировал сухой факт или бездумно пересказывал чужие, непонятные ему слова:
— Высокая сестрица говорит, что люди приходят работать на этот постоялый двор не по своей воле. Двор сам выбирает их и затягивает внутрь. Некоторые из тех, кто переступил порог, умудряются сбежать, а некоторые остаются здесь навечно. У тебя был шанс уйти, но теперь... теперь ты уже не сможешь.
Едва Сяо Шунь замолчал, Чжунлю отчётливо почувствовал, как что-то холодное мазнуло его по шее сзади. Его прошиб ледяной пот. Он резко обернулся, но никого не оказалось.
Однако... сам воздух показался ему каким-то искажённым.
Он не смог бы объяснить это чувство. Просто в привычном, непрерывном поле зрения появился участок, который визуально отставал от остального пространства, словно вырезанный лоскут.
«Да что за чертовщина тут творится?!» — в панике подумал он.
— Сяо Шунь... — выдавил Чжунлю пересохшим горлом. — Можешь не нести эту чушь средь бела дня? До смерти решил своего Лю-гэ напугать?
Поспешно схватив мальчишку за плечо, он пулей вылетел с заднего двора.
Когда он вновь увидел древнюю софору, ледяной ужас сковал его изнутри, рассыпавшись колючими мурашками по всему телу. Разум кричал, что это был всего лишь кошмарный сон, но, глядя на густую листву и узловатые ветви, Чжунлю не мог отделаться от мысли, что они в любую секунду придут в движение. А эти мощные корни, глубоко уходящие в землю... кто знает, не усеяны ли они тысячами крошечных ртов, жадно сосущих пролитую кровь и сгнившую плоть...
«Неужели под этой софорой и впрямь закопана сотня трупов...» — сглотнул Чжунлю.
Не сводя глаз с дороги, он быстрым шагом направился прочь от софоры, но вдруг его окликнули.
— Лю-эр~ — протянул знакомый голос.
Обернувшись, Чжунлю увидел Хозяина Чжу. Босс накинул на плечи роскошный плащ из журавлиного пуха, расшитый белоснежными магнолиями. Волосы его были небрежно распущены. Сидя на корточках под злополучным деревом, он лениво поддразнивал свого толстого полосатого кота травинкой мышея.
В памяти тут же всплыл недавний кошмар: древняя софора с уродливыми руками вместо ветвей, Босс в роскошном, струящемся женском наряде... Багровые рукава взмывают в воздух, а красные шёлковые нити, привязанные к бледным запястьям, извиваются подобно живым змеям. И всё это — завораживающий, демонический танец на фоне кровавого дождя, распускающийся подобно цветку смертоносного мака...
Чжунлю судорожно сглотнул. Он так и не смог до конца понять, было ли ему до дрожи страшно, или же... он нашёл это прекрасным.
Эту неописуемую, порочную красоту, расцветающую в самом сердце скверны и безумия...
Чжунлю даже передёрнуло от собственных мыслей.
«Только бы не проговориться Боссу об этом безумном сне...» — мысленно взмолился он.
Толстый кот барахтался на спине, забавно перебирая лапами в попытке поймать травинку. Босс смотрел на него с такой нежной, снисходительной улыбкой, что в какой-то момент Чжунлю и сам захотел оказаться на месте этого кота...
Он поспешно откашлялся и подбежал ближе:
— Вы звали, Хозяин?
Босс бросил на него мимолётный взгляд:
— Чуть позже сходишь со мной кое-куда.
Раньше Босс иногда брал его или Чжу И с собой, когда ходил договариваться с виноторговцами или владельцами кондитерских. От них требовалось лишь перетаскать образцы сладостей или подарочное вино. Не заподозрив подвоха, Чжунлю расплылся в радостной улыбке:
— Будет сделано!
Однако Босс вдруг окинул его оценивающим взглядом. Его глаза остановились на выцветшей синей куртке Чжунлю с парой-тройкой заметных заплат. Босс брезгливо поморщился и тихо цокнул языком:
— У тебя найдётся одежда поприличнее?
Чжунлю растерялся и смущённо одёрнул истрепавшийся рукав:
— Хозяин Чжу, так я ведь каждый день так хожу.
Отбросив травинку пушистому коту, Босс грациозно поднялся, встал напротив юноши и задумчиво потёр подбородок. От этого пронизывающего взгляда по спине Чжунлю побежали мурашки, а щёки предательски вспыхнули.
— Хозяин, у вас сейчас такой вид... словно мясник Лю с соседней улицы прикидывает, с какой стороны сподручнее заколоть свинью, — неловко пробормотал он.
Босс тихо рассмеялся:
— Не прибедняйся. Ты выглядишь куда лучше свиньи.
Вроде бы прозвучало как оскорбление, но с другой стороны — Босс только что признал его симпатичным? Чжунлю неловко рассмеялся.
— Идём за мной, — бросил Босс и направился в сторону заднего двора.
Чжунлю в замешательстве поплёлся следом:
— Хозяин, куда мы? Мне же ещё в главный зал нужно, помочь Чжу И с уборкой...
— У меня есть кое-какая одежда, могу одолжить на время. Комплекция у нас похожая, я разве что немного повыше. Должно подойти.
«Босс... собирается одолжить мне свою одежду?!» — опешил Чжунлю.
«Те самые роскошные шёлковые наряды, над которыми он трясётся как над сокровищем? Те самые, из-за которых он чернеет от злости, если на них попадёт хоть капля воды?!»
«Да куда мы вообще собрались?!»
Видимо, последний вопрос Чжунлю нечаянно выпалил вслух, потому что Босс невозмутимо и коротко ответил:
— Государственный наставник сегодня прибыл в город Тяньлян. Мы идём обсуждать с ним кое-какие дела.
«Государственный наставник?! Мы идём к самому Государственному наставнику?!»
«Да ещё и обсуждать с ним дела?!»
___________________
Переводчик и редактор: Mart__
Напомню что Гос. наставник это что-то вроде советника Императора.
http://bllate.org/book/17026/1583964
