Глава шестая. Возвращение домой.
Бросив на них косой взгляд, Бай Цзинжань молча развернулся и зашёл домой, даже не пригласив гостей войти.
Чжоу Цзиньчжао заметил, что, несмотря на то что парень и правда был похож на Бай Юя, ему не хватало элегантности и нежности его дорогой, вечно спокойной и уравновешенной невестки, пылавшей сдержанностью. В жилах Бай Цзинжаня текло высокомерие, играющее наперегонки с самодовольством человека, который получает всё, что хочет.
— Это твой брат? — тихо спросил Цзиньчжао.
— Да. Его зовут Бай Цзинжань. Ему стукнуло двадцать, он на два года старше тебя, — столкнувшись со своим высокомерным братцем, Бай Юй смущённо прикусил губу.
Цзиньчжао посмотрел на него и усмехнулся с долей презрения.
«Бесхребетный».
Вскоре к ним подошла красивая женщина средних лет. Цзиньчжао внимательно оглядел её и понял, от кого Бай Юй унаследовал симпатичную мордашку.
— Мам, я вернулся, — натянуто улыбнулся Бай Юй, взяв себя в руки.
В глазах Цай Цюцянь мелькнуло удивление. Женщина внимательно посмотрела на него и слегка нахмурилась, переведя взгляд на Цзиньчжао.
— Заходите, — всё же отступила она, пропуская гостей в дом, без капельки материнской любви пронзив своего блудного сынка до ужаса ледяным взглядом. — Не забудьте переобуться. Внизу есть тапочки, — поспешно добавила она через плечо.
— Хорошо, мам, я знаю, — послушно ответил Бай Юй.
Он вместе с Цзиньчжао вошёл внутрь. Внизу обувной полки действительно лежали одноразовые тапочки. Бай Юй первым делом достал пару для Цзиньчжао и только потом переобулся сам.
Выпрямившись, Бай Юй окинул квартиру взглядом.
Хотя родители забрали его жить к себе ещё в средней школе, все детство он скитался по интернатам. Потом он поступил в университет в другом городе, а все каникулы работал до изнеможения. Так что... если так посчитать, то он прожил в этом доме от силы год. Бай Юй прошёлся взглядом по красиво и со вкусом обставленной квартире и вздохнул.
— Присаживайтесь, — сказала Цай Цюцянь, наливая им по чашке чая.
Как и ожидал Цзиньчжао, её совершенно не волновала такая мелочь, как то, что они пришли с пустыми руками. Более того, по её лицу было видно, что она вообще не ждала их.
Бай Юй сел на диван и неловко положил руки на колени, наблюдая за тонкой струёй пара, медленно поднимавшегося в чашке из сине-белого фарфора, не обращая внимания на развалившегося на диване Бай Цзинжаня, скользнувшего взглядом по простой и дешёвой одежде Цзиньчжао.
«Деревенщина», — с презрением подумал избалованный сынок.
Бай Юй бессознательно потёр ладони друг о друга и поднял голову.
— Мам, а где папа? Его нет дома?
— Он не знал, что ты сегодня приедешь. Пошёл поиграть в мяч с коллегами, — равнодушно ответила Цай Цюцянь.
— Вот как... — тихо отозвался Бай Юй.
Он отчаянно пытался придумать тему для разговора, но ничего не приходило в голову.
В комнате повисла неловкая тишина.
Цай Цюцянь в конце концов не выдержала и, посмотрев на Чжоу Цзиньчжао, спросила:
— А это…?
— Это Чжоу Цзиньчжао, двоюродный брат Цзяаня, - Бай Юй поспешно представил его. — Ему восемнадцать, он учится в выпускном классе старшей школы.
Бай Цзинжань, занятый игрой на последней модели смартфона, даже не поднял головы.
— И зачем ты вообще вернулся? Ты же уже «вышел замуж» за семью Чжоу. Просто оставайся там и доживай свои дни со своим мёртвым мужем, — резко и грубо оскалился Бай Цзинжань.
Лицо Цай Цюцянь потемнело.
— Жань-Жань! Следи за языком!
Бай Цзинжань надулся, но заткнулся. А Цай Цюцянь сделал вид, что ничего не произошло, спокойно взяла чашку чая, подула и сделала глоток. Но Чжоу Цзиньчжао видел их насквозь. Мать и младший сын не видели в Бай Юе члена семьи, нет, они смотрели на него как на незнакомца, с которым их по воле судьбы, к сожалению, связывали кровные узы.
— Бай Юй, — обратилась к нему Цай Цюцянь. — Семья Чжоу хорошо к тебе относится? Твоя мама думает, что супруги Чжоу с виду очень честные и простые люди.
Чжоу Цзиньчжао едва сдержал усмешку. Любой, кто провёл хотя бы несколько минут с Чжоу Канлуном и Ли Цзяншуй, никогда бы не назвал их «честными» или «простыми».
Бай Юй моргнул и быстро кивнул.
— Не волнуйся, мама. Мои свёкры очень добры ко мне, они даже выделили мне хорошую комнату.
Хорошую комнату...конечно же, они ведь поселили его в комнате их любимого сынка. Он ни словом не упомянул ни о том, как уже на второй день брака готовил завтрак на всю семью, ни о холодных насмешках деревенских жителей.
Цай Цюцянь спросила чисто из вежливости. Получив ответ, она равнодушно кивнула «мгм». В её глазах раз Бай Юй уже «вышел замуж» за семью Чжоу — значит, теперь это их забота.
После ещё нескольких сухих обменов фразами в комнате снова воцарилась давящая тишина.
Спустя некоторое время Цай Цюцянь взглянула на настенные часы.
— Цзинжань, разве не пора на урок фортепиано?
— О, точно.
Бай Цзинжань тут же поднял взгляд от игры, вскочил с дивана и схватил куртку.
— Мам, я пошёл.
— Не спеши, у тебя ещё есть время, — с усталой, почти беспомощной улыбкой сказала Цай Цюцянь, наблюдая за тем, как он торопится к выходу и повернулась к гостям. — Твой братишка такой неуклюжий.
Бай Юй неловко почесал затылок, не зная, что ответить. В памяти прежнего владельца тела с этим «братом» он почти не общался: в детстве они виделись лишь на Новый год, а после переезда в город вообще почти не общались. Более того, Бай Цзинжань всегда смотрел на него свысока и обращался только по имени.
— Тётя, Ваш младший сын занимается фортепиано? — вдруг спросил Чжоу Цзиньчжао, вежливо и мягко улыбнувшись.
Его взгляд скользнул в сторону открытого кабинета, где стояло пианино. Он не слишком разбирался в инструментах, но даже так мог понять — оно явно дорогое.
— Да, — Цай Цюцянь кивнула, не скрывая гордости. — Мой Цзинжань очень и очень талантлив. Мы с его отцом вложили в нашего дорогого сына всё, чтобы воспитать гения. А два года назад его приняли в один из лучших музыкальных университетов страны.
— Впечатляет, — с долей удивления ответил Цзиньчжао.
— Да-да, — довольно улыбнувшись, ответила женщина, гордо задрав подбородок. — Даже лучшие музыканты страны хвалили нашего сыночка за его талант!
Цзиньчжао мягко улыбнулся, с лёгкостью подбирая нужные слова.
— Должно быть, вам с дядей пришлось потратить много времени, сил и денег, чтобы воспитать маленького гения, тётя.
— Родителям всегда приходится чем-то жертвовать ради детей, — улыбнувшись, ответила до ужаса довольная женщина.
Цзиньчжао скользнул взглядом по молчаливому Бай Юю и снова улыбнулся.
— Я слышал, что его брат раньше был учителем в начальной школе. Раз он такой успешный, вы с дядей, должно быть, тоже вложили в него немало сил, тётя?
Улыбка на лице Цай Цюцянь на мгновение застыла. Она бросила взгляд на «деревенщину» и неопределённо ответила:
— Бай Юй всегда был очень самостоятельным. Он рос послушным и беспроблемным ребёнком.
Беспроблемным? Да это просто вы плевать хотели на своего же ребёнка.
Чжоу Цзиньчжао внутренне усмехнулся, надев нежную маску.
— Тётушка, вы такая красивая, совсем не выглядите на свой возраст, теперь понятно, в кого пошёл Бай Юй.
Совсем не ожидавший такого ответа, парень вздрогнул и удивлённо посмотрел на него и покраснел, поражённый с какой лёгкостью Цзиньчжао говорил такие до ужаса смущающие слова.
Чжоу Цзиньчжао посмотрел на покрасневшего парня и слегка нахмурился.
«О чём он только думает? Наивный дурачок, боже, какая жалость».
Поговорив ещё немного, после очередной пронзительной тишины Бай Юй молча поднялся.
— Мам, нам уже пора, свёкры уже заждались нас.
Цай Цюцянь облегчённо встала, даже не собираясь ни накормить гостей, ни уж тем более вежливо просить их остаться.
— Ладно. Тогда идите. Всё равно мне нечем вас тут угощать.
— До свидания, мама. До встречи.
Бай Юй попрощался и вышел. Как только он переступил порог, холодный ветер мгновенно выдул из квартиры последние остатки тепла.
Хотя они вышли почти на рассвете, деревня семьи Чжоу находилась довольно далеко от города. Бай Юй взглянул на телефон — было уже за одиннадцать. Серые небеса, играющие с грозными тучами, зацепили взгляд парня, и он посмотрел на спешивших домой людей, мечтающих о семейном тепле и сытном обеде.
Бай Юй виновато посмотрел на Цзиньчжао. Парень ради него взял отгул и с самого утра бродил с ним по улочкам, даже не пообедав.
— Цзиньчжао, что ты хочешь поесть? Давай пообедаем в городе, а потом поедем домой. Мы всё равно не успеем к обеду дома, — тихо сказал он.
Цзиньчжао не стал возражать. Он холодно засунул руки в карманы и посмотрел на него.
— Мне всё равно. Выбирай сам, невестка.
Следуя памяти прежнего владельца тела, Бай Юй привёл его на улицу с уличной едой недалеко от жилого района. Обед вступил в свои права, и улица пропиталась до ужаса приятными ароматами еды. Парень прикусил губу, не зная, что выбрать...
А что вообще любят восемнадцатилетние подростки?
— Давай барбекю, — наконец решил он. У парней его возраста бездонные желудки, так что Бай Юй решил сходить в заведение с «шведским столом». Цена приемлема, да и блюда здесь на любой цвет и вкус. Лучше и не придумать.
Бай Юй указал на красную вывеску неподалёку.
— Пошли сюда. Когда-то давным-давно я бывал в этом заведении, кормят там вкусно.
— Хорошо, — ответил Цзиньчжао.
Его острый взгляд успел заметить едва заметный след от зубов на губе Бай Юя.
Пока парень шёл впереди, Цзиньчжао следовал за ним с растущим глубоко в душе недоумением. После холодного приёма родителей в Бай Юе не было ни капли разочарования или грусти... нет, на дне красивых глаз плескалась только вина за то, что он тратил его время.
Неужели... Бай Юй настолько привык к равнодушию матери?
Цзиньчжао опустил глаза.
«Неудивительно, что он вырос таким наивным и простодушным».
В барбекю-ресторане пахло потрясающе. После нескольких дней пресной еды в доме семьи Чжоу этот запах мгновенно пробудил аппетит Бай Юя. Они хорошо поели, и Бай Юй расплатился двумя сотнями юаней, которые ему дала Ли Цзяншуй.
Дневной ветер пронзал холодом. Бай Юй спрятал подбородок в воротник куртки, шмыгнув покрасневшим от холода носом.
Чжоу Цзиньчжао не выдержал. Он протянул руку и довольно грубо натянул капюшон на голову Бай Юя.
Парень обернулся, рассеянно посмотрев на него.
— Спасибо, — тихо сказал он.
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется
http://bllate.org/book/16999/1700078
