Глава пятая. Какая же ты наивная, невестка.
Линь Цзяншунь смахнул крокодиловы слёзы и, глубоко вздохнув, закрыл альбом.
— Иногда мне кажется, что мой дорогой Цзяань всё ещё жив…
Бай Юй потянулся за салфеткой, но резко замер, удивлённо посмотрев на сухие, без единой слезинки, глаза Линь Цзяншуня.
Парень тут же неловко одёрнул руку.
— Цзиньчжао, — обратился мужчина, аккуратно встав и убрав альбом, — ты вернулся с ночной смены?
Бай Юй наконец понял, почему за весь день даже тени Цзиньчжао не видел.
Просто бедный парень батрачил всю ночь.
— Да, пришлось немного задержаться, —улыбнувшись, ответил Цзиньчжао.
И только тогда Бай Юй заметил, что парень легко одет. Переведя взгляд на его покрасневшие от лютых зимних морозов костяшки пальцев, он тут же встал и налил в чашку горячей воды из термоса.
— Вот, ты, наверное, замёрз, выпей, чтоб согреться.
Цзиньчжао посмотрел на встревоженного парня и перевёл взгляд на дымящуюся чашку, чувствуя, как в глубине души клубится презрение к маленькой жалкой глупышке, лебезящей перед ним подобно слуге.
«Выслужиться хочет?»
Да не тут‑то было.
— Спасибо, невестка. Сегодня и правда холодно.
Цзиньчжао улыбнулся и взял чашку, чувствуя, как приятное тепло мягко согревает его руки.
— Цзиньчжао, когда там у тебя зарплата? — хитро улыбнувшись, спросил Линь Цзяншунь.
— Не знаю, — послушно ответил он, прикрыв глаза, наполненные жгучим презрением, сметавшим всё на своём пути. — Босс сказал, что пока я не закончу подработку — не видать мне денег.
— И сколько получишь? — хмыкнул мужчина, лениво склонив голову. — Ты каждый день так усердно работаешь, наверняка и сумма приличная набежала.
Странное беспокойство поселилось в душе Бай Юя.
— Скоро школа. А мне ещё нужно купить учебники и тетради, а также не стоит забывать и о расходах на проживание. Вряд ли у меня вообще останутся деньги, — спокойно пояснил Цзиньчжао, элегантно поправив очки.
— Понятно, — кивнул Линь Цзяншунь, ни капельки не поверив ему и думая, что наглец просто прячет деньги и не хочет отдавать.
Шокированный Бай Юй быстро смекнул, что Линь Цзяншунь хотел прибрать к рукам скудную зарплату Цзиньчжао. Парню ещё даже не стукнуло восемнадцать, а он, вместо того чтобы веселиться, как нормальные дети, днями и ночами во время зимних каникул корячился на работе! А Линь Цзяншунь спал и видел, как бы заграбастать все его деньги!
Система мало что рассказала о жизни Цзиньчжао. Бай Юй лишь знал, что родители парня погибли в автокатастрофе, когда ему было пятнадцать, а семья Чжоу Канлуна «любезно» приютила беднягу. Конечно, требовать денежную компенсацию за воспитание для некоторых родственников — в порядке вещей, но жадность Линь Цзяншуня не знала границ!
Почувствовав витающее в воздухе недовольство своей невестки, Линь Цзяншунь тут же сменил тему.
— Я просто спросил. Просто спросил. Цзиньчжао, если тебе что‑то нужно, ты только скажи. Мы обязательно тебе поможем.
Цзиньчжао бросил мимолётный равнодушный взгляд на Бай Юя.
— Я знаю, дядя. Спасибо. Не волнуйся, — ответил парень и собирался было уйти, но взявшийся в руки Бай Юй вдруг окликнул его.
— Цзиньчжао, ты кушал? На кухне ещё остался суп с лапшой. Если хочешь, я могу разогреть.
Парень инстинктивно коснулся сводившего от голода живота и тут же одёрнул руку. Он целыми днями и ночами батрачил на работе, но считал каждую копейку, отказываясь есть вне дома.
— Не стоит, — до ужаса холодно ответил он, скрываясь за дверьми самой дальней комнаты, где даже в солнечные дни бушевала темнота.
Рухнув на кровать, парень отшвырнул очки и устало потёр лоб. Вспомнив, что завтра ему ещё надо отвести невестку домой, он с трудом разлепил глаза и написал боссу, попросив у него отгул, погружаясь в глубокий сон.
В тот же самый вечер, вернувшись в свою комнату, Бай Юй снова увидел на кровати алую пижаму. Ничуть не удивившись, он задумчиво смерил комнату взглядом.
«Линь Цзяншунь что ли заходил? Ну кто ещё‑то?» — подумал он. — «Что ж. Делать нечего».
Приняв душ, Бай Юй переоделся в пижаму. И как по волшебству… Бай Юю показалось, что именно в эту ночь он спал крепче обычного.
Ранним утром парень прибрался в комнате и приготовил яичные блинчики на пару с пшеничной кашей.
— Невестка, — расплылся в мягкой улыбке решивший в кои‑то веки позавтракать вместе с ними Цзиньчжао, — я ещё никогда не ел таких вкусных блинчиков! Идеально!
— Ой, не стоит, — смущённо ответил Бай Юй. — Право дело, ничего такого, обычные блинчики. — взяв себя в руки, парень быстренько положил палочками для еды ещё пару блинчиков в тарелку Цзиньчжао. — Вот, кушай на здоровье.
— Спасибо, — улыбнулся Цзиньчжао, взглянув на вкусный завтрак.
«Он положил мне блинчики своими слюнявыми палочками», — насмешливо подумал он и, немного задумавшись, откусил кусочек от блинчика.
Позавтракав, женатая парочка медленно побрела к телевизору. Бай Юй кушал медленно, но к тому времени, как он вымыл руки и вернулся на кухню, Цзиньчжао уже всё прибрал.
— Минуло три дня. Тебе пора домой, — неторопливо вытирая изящные пальцы, промолвил Цзиньчжао, стоя у двери и думая, что Бай Юю ещё нужно время собраться, но тот, на удивление, лёгкой походкой побрёл к нему. — Пошли.
Цзиньчжао с жалостью посмотрел на невинного и растерянного парня.
«Он идиот или притворяется?»
Ничего не поделаешь.
Цзиньчжао молча повернулся к приросшим к дивану супругам, решив взять всё в свои руки.
— Тётя, дядя, сегодня невестка возвращается домой. Некрасиво возвращаться с пустыми руками. Что подумают его родители?
— Мне плевать, что они там подумают, — фыркнул Линь Цзяншунь. — Подарки? Какие ещё подарки? Мы потратили на него восемьдесят тысяч…
Чжоу Канлун хрипло закашлялся, взглядом требуя супруга помолчать.
Линь Цзяншунь мученически вздохнул и неохотно достал из кармана двести юаней.
— Юй‑Юй, прости, дядя сболтнул лишнего. Вот, держи, купите чего‑нибудь по дороге. Считай, это наш подарок.
Мужчина лениво бросил купюры на кофейный столик, с улыбкой посмотрев на застывших парней у двери и думая, что его дорогому невестке будет слишком неловко брать деньги у старших. И оказался прав!
Бай Юй замешкался.
Двести юаней?
200 юане - 2 171,50 руб
Ой, ладно, забудьте.
Но Цзиньчжао всё решил за него. Ни секунды не мешкая, он тут же подбежал к дивану, схватил деньги и сунул их в карман.
— Не волнуйся, дядя, всё сделаем в лучшем виде! Пока‑пока.
Проходя мимо ошеломлённого Бай Юя, заколебавшись на мгновение, парень схватил его за руку.
— Пошли, — прошептал он.
— Ладно, хорошо, — Бай Юй послушно последовал за ним к двери.
Пронизывающий ветер вывел парня из оцепенения.
Семья Бай процветала в городских просторах, в то время как семья Чжоу ютилась в глуши. Так что путь им предстоял долгий — через всю деревню до остановки; дальше им нужно было сесть на микроавтобус до посёлка, потом пересесть на автобус до города.
В посёлке процветала жизнь, даже несмотря на затянутое грозовыми тучами небо.
Сидя на автобусной остановке, Бай Юй притоптывал ногой, пытаясь согреться. Лютые морозы обрушились ни свет ни заря. Но после переселения он впервые покинул деревню, так что теперь любопытство взяло верх, и он с интересом оглядывался.
Цзиньчжао, одетый в лёгкое пальто, стоял на ветру подобно ледяной статуе, отбросив куда подальше маску нежно улыбающегося юноши и нацепив на лицо морозящий душу холод.
Спустя время к остановке подъехал сто восьмидесятый автобус.
Двери открылись, и Бай Юй тыкнул Цзиньчжао, даже не заметив, как напрягся парень.
— Автобус приехал, заходи.
Цзиньчжао нахмурился, скрывая свои чувства под маской безразличия.
«Почему он вечно трогает меня? Чего ему неймётся?»
Напряжённый до предела, парень спокойно зашёл в автобус и отсел как можно дальше от Бай Юя.
Через час они подъехали к жилому району Цзяхэ, где жили родители Бай Юя. Парень потёр онемевшие пальцы и оглянулся в поисках чего‑то. Не обращая на него внимания, Цзиньчжао двинулся вперёд, но Бай Юй схватил его за руку.
«Снова!»
Цзиньчжао нетерпеливо обернулся и встретился взглядом с до ужаса прекрасными глазами.
— Что на этот раз? Пошли, — вежливо ответил он.
— Я заметил два супермаркета, давай что‑нибудь купим, — сказал Бай Юй, указывая пальцем на магазин. — Что же нам купить? Может, молока или фруктов?
Цзиньчжао посмотрел на рукав, за который всё ещё держался Бай Юй, чувствуя, как прилив раздражения плавно растекался по его телу.
— Какой хороший и послушный сынок, — неожиданно злобно прошипел он. — Разве ты недавно не подарил своим родителям сто тысяч юаней?
Бай Юй моргнул.
Когда это прежний владелец тела подарил своим родителям такой щедрый подарок?
И тут его осенило.
А.
Точно.
Цзиньчжао говорил о приданном, которое семья Чжоу заплатила за невестку.
Посмотрев на ошарашенного Бай Юя, Цзиньчжао сменил гнев на милость и усмехнулся. Он взял двести юаней и засунул их в капюшон пуховика Бай Юя, похлопав парня по плечу.
— Уверен, твои родители не расстроятся, если ты не купишь им пару безделушек. О себе бы лучше позаботился. Кожа да кости. Почему бы тебе на эти деньги не купить себе что‑нибудь вкусненького и полезного? — посмотрев на худощавого парня, который с виду никогда не ел нормальной еды, проговорил он. — Какой же ты наивный, — многозначительно добавил парень.
В словах Цзиньчжао и правда была доля правды.
Но к тому времени, как Бай Юй пришёл в себя, переварив слова парня, высокий худощавый Цзиньчжао ушёл уже далеко вперёд. Бай Юй взглянул на супермаркет и перевёл взгляд на уходящего парня.
— Цзиньчжао! Подожди! — прокричал он, поспешив за «родственником».
Подойдя к огороженному комплексу, Цзиньчжао замедлил шаг и снова надел на лицо мягкую улыбку.
— Где ты живёшь?
Бай Юй порылся в памяти.
— Восьмой корпус. Квартира шестьсот два.
Цзиньчжао оглянулся, посмотрев на самый обычный и ничем не примечательный район. Что ж, похоже, семья Бай жила небогато — вот почему они так легко продали своего собственного сына.
Парень нажал на кнопку звонка.
— Кто там? — раздался резкий голос.
Дверь распахнулась.
Посмотрев на гостей, Бай Цзинжань замер.
— Мам! — помрачнев, выкрикнул он. — Бай Юй пришёл. И привёл с собой какого‑то странного незнакомца!
http://bllate.org/book/16999/1634024
