【За всю свою жизнь я получил слишком мало любви и слишком много ненависти. Я думал, что смогу заполнить эту пустоту деньгами, но они, подобно термитам, лишь постепенно выедали меня изнутри, оставив лишь пустую оболочку.】
Шло самое холодное время года. Выпавший прошлым вечером снег даже не успел растаять, а ледяные воды реки раз за разом накатывали на берег. Когда они омывали тело, морозная боль проникала до самого мозга костей.
Чэнь Шу с силой прижимала к земле группа телохранителей. Его щека была окровавлена и исцарапана острой галькой. Прямо под ним находился крутой спуск к воде: стоило стоящим за спиной людям сделать лишь один сильный толчок, и он тут же канул бы в бездонную речную пучину.
— Ну так что, ты скажешь или нет?
Рядом раздался холодный, нетерпеливый голос, в котором при детальном прослушивании угадывалась даже легкая жажда убийства. Терпение Чжуан Ифаня по отношению к Чэнь Шу дошло до критической точки, он страстно желал прямо в следующую секунду утопить этого неблагодарного волка:
— Мой брат в последние годы кормил и опекал тебя, обеспечивал всем необходимым! Не будь его, ты бы до сих пор прислуживал и наливал выпивку клиентам в ночном клубе! Чем он вообще перед тобой провинился, что ты осмелился сговориться с чужаками и продать технологию чипа нашей компании конкурентам?! Если прямо сейчас не сознаешься, с кем выходил на связь, не веришь, что я сегодня же переломаю тебя и брошу кормить рыб в реку?!
Мужчина, прижатый к земле, находился на грани жизни и смерти, однако в нем не было заметно ни капли паники. Oн даже тихо усмехнулся. Его красивое лицо было испачкано кровью и грязью, отчего кожа казалась еще более бледной, а взъерошенная челка скрывала темные, глубокие и мрачные, словно холодный омут, глаза, в которых таились неописуемый злой дух и провокация:
— А почему Чжуан Ихань не пришел свести со мной счеты лично?
Совершить такое зло и оставаться настолько безнаказанно-уверенным — про такого человека можно сказать только одно: он был дурным от рождения.
Чжуан Ифань опустился на корточки, с силой похлопал Чэнь Шу по щеке и, стиснув зубы, прошипел:
— Даже не надейся, что мой брат придет сегодня тебя спасать. Больше всего на свете он ненавидит предателей. Не веришь, что даже если ты сегодня подохнешь, он и словом не поинтересуется?
С этими словами он поднялся на ноги и холодно приказал:
— Бросайте его в воду!
Разумеется, по-настоящему утопить человека никто не собирался. Однако когда твое тело связано веревками, и тебя раз за разом погружают в ледяную воду и вытаскивают обратно, заставляя снова и снова метаться между удушьем и утоплением, это ничем не отличается от изощренной пытки.
Чэнь Шу уже забыл, сколько раз захлебывался водой. В ушах непрерывно звенело, а зрение под конец стало размываться. События первой половины жизни, словно калейдоскоп, проносились в его сознании, казавшись нереальными, точно сон.
Вся жизнь Чэнь Шу, вплоть до вчерашнего вечера, для многих людей являлась чем-то недосягаемым. Можно было сказать, что воробей превратился в феникса, или что ему просто чертовски повезло, но в любом случае это можно было назвать полным переворотом судьбы вопреки всему.
Он родился в бедности в глухой горной деревне. Мать умерла рано, отец страдал болезнью сердца и не мог выполнять тяжелую работу, а кроме того, на нем висели еще двое несовершеннолетних младших братьев и сестер. В интернете такую историю назвали бы абсолютно безнадежным стартом.
В той обстановке, где даже школьный учитель преподавал английский с сильным местным акцентом, Чэнь Шу исключительно своими силами сумел поступить в университет города А. Это учебное заведение нельзя было назвать элитным, но и плохим оно не было — это была та самая ближайшая лестница, до которой он смог дотянуться, выложившись на пределе своих возможностей.
Однако после поступления результаты, которыми Чэнь Шу так гордился, быстро затерялись среди сверстников в большом городе с его богатыми образовательными ресурсами. Он не был ни в чем плох, но никогда больше не оказывался лучшим. Стипендия обошла его стороной, а студенческий кредит никак не мог перекрыть тот шок и то давление, которые обрушил на него этот утопающий в роскоши город.
По рекомендации своего столь же бедного сокурсника Чэнь Шу устроился работать юношей-моделью в ночной клуб. Именно с этого момента одна его нога, казалось, уже ступила в серую зону. Но надо же было такому случиться, что именно там он встретил Чжуан Иханя —
человека, изменившего всю его судьбу, и представителя так называемого «высшего общества» в глазах обывателей.
Если бы жизнь шла по своему обычному руслу, Чэнь Шу, возможно, за всю жизнь ни разу не пересекся бы с его миром. Чжуан Ихань вернулся после учебы за границей и, несмотря на молодой возраст, уже уверенно и умело управлял семейным бизнесом. В деловых кругах он славился своими жесткими и бескомпромиссными методами. У такого человека, казалось бы, не могло быть дефицита ни в чем, однако и у него была своя «белая луна» — безответная любовь, которую он не мог завоевать.
В самый первый рабочий день Чэнь Шу Чжуан Ихань как раз получил отказ в признании и находился в отвратительном настроении. Он сильно напился и плохо соображал. Сидевшие рядом собутыльники из «благих побуждений» решили заказать для него юношу-модель и, ткнув пальцем наугад, попали аккурат в Чэнь Шу, стоявшего в самом конце шеренги.
Разве мог тогдашний неопытный и юный Чэнь Шу понимать все тонкости и подводные камни этого места? Он просто по правилам отвез пьяного человека в отель на ночь. Позже, даже спустя много лет, он все еще отчетливо помнил тот взгляд, которым Чжуан Ихань одарил его, очнувшись на кровати: взгляд этот был жутко, до дрожи холодным.
Чжуан Ихань был слишком горд, высокомерен и не снисходил до простых смертных. Провести ночь с парнем из ночного заведения было для него нечем иным, как позорным пятном на репутации. Чэнь Шу ни капли не сомневался: если бы Чжуан Ихань в тот момент не потерпел неудачу на любовном фронте и из какой-то внутренней пустоты и одиночества не решил содержать его, то наверняка уничтожил бы его самым жестоким образом.
И это содержание растянулось на целых девять лет.
Как и сказал Чжуан Ифань, тот не только взял на себя абсолютно все бытовые расходы Чэнь Шу, но и организовал выезд его отца за границу для проведения операции. А позже и вовсе отправил Чэнь Шу учиться бизнес-администрированию и ввел в высшее руководство компании, дав бедному парню из деревни капитал и возможность твердо встать на ноги в мегаполисе.
Чего еще Чэнь Шу могло не хватать?
Чжуан Ихань относился к нему так хорошо, предоставив богатство и статус, к которым другие не могут прикоснуться за всю жизнь; Чэнь Шу следовало бы молиться на него и быть погроб жизни благодарным.
Однако Чэнь Шу не просто испытывал благодарность к Чжуан Иханю. В те беспросветные дни, когда у него не было ничего, он незаметно для самого себя тихо и страстно влюбился в него. Эта любовь, подобно муравьям, точила его сердце: чем недостижимее был ответ, тем сильнее становилась боль.
Если бы вы спросили Чэнь Шу, насколько глубока эта любовь, он не смог бы ответить. Он знал лишь одно: если эта любовь не может получить взаимности, то лучше уничтожить ее объект, чем позволить кому-то другому обладать им.
К сожалению, Чжуан Ихань не любил Чэнь Шу.
В его сердце был скрыт другой человек, и Чэнь Шу за целых девять лет так и не смог туда проникнуть.
В представлении Чжуан Иханя Чэнь Шу, казалось, так и остался тем самым нищим и жалким деревенским парнем, который подло воспользовался той пьяной ночью, чтобы вступить в связь, а затем украсть несколько лет роскошной жизни.
Ледяной речной ветер свистел и ревел над самым ухом. Едва живой Чэнь Шу, лежавший на берегу, внезапно зашелся в тяжелом кашле, а затем тихо засмеялся. Он смеялся так, что его плечи дрожали, а из уголков глаз капали слезы. На мгновение могло показаться, что он сошел с ума. Мужчина охрипшим голосом спросил:
— А где Чжуан Ихань? Почему он сам не пришел?
Чжуан Ифань смотрел на него свысока, сильно нахмурившись:
— Ты совершил такое предательство и у тебя еще хватает дерзости спрашивать про моего брата?!
Он всегда презирал Чэнь Шу: деревенщина из глухой глуши, даже если позже его нарядили в дорогой костюм и сделали человеком из высшего общества, это все равно не могло изменить его нутра. Вся его расчетливость и ушлость были написаны прямо на лице, а в глазах не было ничего, кроме денег. Чжуан Ифань искренне не понимал, почему его брат вообще решил содержать такого типа — это же просто позор.
Чжуан Ифань простоял у реки слишком долго, и его терпение окончательно лопнуло. Он опустил взгляд на наручные часы и, увидев, что скоро рассвет, холодно произнес:
— Даю тебе последний шанс. Скажешь или нет? Если не скажешь сейчас, больше тебе вообще не придется открывать рот!
С этими словами он подошел к Чэнь Шу и сделать движение, будто собирался сбросить его вниз. Однако именно в этот момент на эстакаде над рекой неизвестно откуда появился и остановился угольно-черный Майбах, за которым следовали два Porsche того же цвета.
Черный Майбах припарковался у обочины и издал два коротких гудка. Этот не слишком громкий звук прозвучал до странности резко в тишине ночи, заставив Чжуан Ифаня подсознательно замереть. Увидев знакомый автомобиль, он не смог скрыть изумления:
— Брат?!
Чэнь Шу к тому моменту уже начал терять чувствительность от переохлаждения, но, услышав эти слова, резко поднял голову. Его лицо было бледным, но, найдя неизвестно откуда взявшиеся силы, он, шатаясь, поднялся с земли. Дверь со стороны водительского сиденья открылась, и из машины вышел мужчина в темном пальто. Черты его лица были очень похожи на черты Чжуан Ифаня, но выглядели более красивыми и холодными. Его взгляд равнодушно скользнул по присутствующим с самым разным выражением лиц, неся в себе естественное, врожденное давление.
Это был Чжуан Ихань.
Сердце Чэнь Шу на мгновение судорожно и сильно забилось, после чего снова погрузилось в еще более глубокую мертвую тишину. Казалось, будто в его груди пробили дыру, и от порывов ветра там осталась лишь пустая стужа.
Он слишком хорошо знал методы Чжуан Иханя: тот ни за что не приехал бы без причины, кроме как свести с ним счеты. Чжуан Ифань выглядел свирепым, но по сравнению с мужчиной перед ним он был не более чем ребенком, играющим в бирюльки и пугающим окружающих лишь внешним видом.
Предугадав худший исход, Чэнь Шу, напротив, обрел внутреннее спокойствие.
Он неподвижно смотрел на Чжуан Иханя, своими глазами наблюдая, как тот спускается с эстакады. Безупречно чистые черные кожаные туфли покрылись снежной крошкой и грязью и наконец остановились прямо перед ним. Высокая и стройная фигура мужчины была большей частью поглощена тенью. Его внешность ничуть не изменилась с момента их первой встречи, лишь прибавилось сдержанной строгости, а голос прозвучал подобно вечным снегам на горных вершинах:
— Почему?
В нем не было ожидаемой ярости или отвращения — только низкое, сдержанное и равнодушное спокойствие. Так было на протяжении всех девяти лет, словно Чэнь Шу был для него лишь ничего не значащим прохожим.
— Почему?
Чэнь Шу слегка наклонил голову, думая про себя: о чем это спрашивает Чжуан Ихань? Спрашивает, почему он продал технологию новейшего чипа компании конкурентам? На самом деле, какие тут могли быть «почему»? Ответ был прост до невозможности.
Чэнь Шу поднял руку, вытер кровь с уголка губ и скривил губы в насмешливой ухмылке, которая в темноте ночи выглядела зловеще и пугающе красиво. Его голос был сиплым, а каждое сказанное слово пропитано предельной злобой:
— Чжуан Ихань, я просто хотел посмотреть, как тебе будет паршиво. Когда тебе плохо — мне хорошо.
Мужчина едва заметно поднял бровь:
— Разве я плохо к тебе относился?
«…»
После паузы мертвой тишины Чэнь Шу внезапно расхохотался. Из-за этого его блеклое и истощенное лицо озарилось завораживающим и поразительным светом, от которого невозможно было отвести взгляд. Он медленно качнул головой:
— Нет… Ты относился ко мне очень хорошо.
Но именно поэтому ты еще более ненавистен, разве нет? Ты оказал мне огромную помощь в самый тяжелый период моей жизни. Мое пропитание, одежда, жилье — все это исходило от тебя. Моя карьера и положение — тоже от тебя. Абсолютно весь этот внешний блеск был дарован тобой.
Ты невероятно сильно мне помог и относился ко мне невероятно хорошо, но при этом… просто не любил меня. Скажи, как я, человек, рожденный темным и низким, должен был великодушно смириться с этим?
Одно лишь это является моим самым большим первородным грехом, перевешивающим тысячи и миллионы мелких проступков.
— Мать твою! Ты уже одной ногой в могиле, а все еще дерзишь!
Стоявший рядом Чжуан Ифань наконец не выдержал. В ярости он рванул вперед, намереваясь избить Чэнь Шу, однако Чжуан Ихань поднял руку и остановил его. Каким бы вспыльчивым и импульсивным ни был Чжуан Ифань, перед старшим братом ему оставалось лишь проглотить обиду и злобно уставиться на Чэнь Шу.
Чжуан Ихань сделал шаг к Чэнь Шу. Полы его пальто развевались от речного ветра, а каждое движение излучало врожденный аристократизм. Его голос прозвучал низко и прохладно, без малейших признаков гнева:
— Чэнь Шу, ты пробыл со мной девять лет, но так и не понял одного: досадить себе могу только я сам. Ещё ни у кого не хватало дерзости испортить жизнь Чжуан Иханю.
Иными словами, его нисколько не волновали эти «мышиные возилки» Чэнь Шу.
— В следующий раз, когда решишь сделать что-то бесчестное, не забудь заместить следы. В конце концов, другие люди не обязательно проявят к тебе мягкосердечие.
Произнеся эти слова, Чжуан Ихань перевел взгляд на исцарапанную и окровавленную щеку Чэнь Шу. Неизвестно, о чем он подумал в этот момент, но в конце концов он отвел взор и спокойно предупредил все еще кипящего от гнева Чжуан Ифаня:
— Забирай своих людей, собирайте вещи и проваливайте отсюда. Если я еще раз узнаю, что ты самоуправствуешь за моей спиной, я лично переломаю тебе ногу. Не веришь — попробуй.
Чжуан Ифань застыл с открытым ртом, тыча пальцем в Чэнь Шу:
— Постой… Брат, ты вот так просто отпускаешь его?!
Чжуан Ихань повернулся и пошел прочь, показав ответ своими действиями. Телохранители, увидев это, также не осмелились продолжать самоуправство вместе с Чжуан Ифанем. Они поспешно собрали веревки, мешки и прочие вещи и, подхватив Чжуан Ифаня под руки, силой увели его от реки.
Чэнь Шу не ожидал такого исхода. Смотря на удаляющуюся спину Чжуан Иханя, он не удержался и качнулся, почувствовав, как все его тело пронзает ледяной холод. В этот момент в душе Чэнь Шу внезапно вспыхнула безымянная ярость, обжигавшая внутренности нестерпимой болью. Его глаза налились кровью, и он истерично закричал во весь голос:
— Чжуан Ихань! Кем ты, черт возьми, себя воображаешь, святым?! Я же продал ключевые технологии компании! Я же сговорился с твоими врагами! Почему ты меня прощаешь?! Ненавидь меня, черт тебя дери! Подойди и отомсти мне!!!
Почему он должен, словно божество, вечно стоять на недосягаемой высоте безупречно чистым и смотреть на него свысока?! Почему он так легко прощает ему все ошибки и даже сегодня не проявляет ни капли гнева?! Неужели он решил использовать свое великодушие, чтобы заставить его всю жизнь мучиться от невозможности освободиться?! Или он не заслуживает даже его ненависти?!
Ему не нужно ничье прощение! Ему не нужно ничье великодушие! Он по природе своей заслуживал смерти! Почему Чжуан Ихань просто не убил его?!
Однако на этот истеричный выплеск эмоций Чэнь Шу не получил никакого ответа. Он своими глазами видел, как Чжуан Ихань, не оборачиваясь, сел в Майбах, а Чжуан Ифаня телохранители с силой запихнули внутрь. Черный кузов автомобиля, подобно призраку, удалился по эстакаде — на то расстояние, которое Чэнь Шу не смог бы преодолеть за всю свою жизнь. Это означало не только разрыв, но и окончательное отречение.
В то мгновение Чэнь Шу показалось, будто из него выкачали все силы, и на него накатило полное отчаяние.
«Фу-у-у——»
Пронесся порыв резкого речного ветра. Водные потоки у берега забурлили еще сильнее, превратившись в эдакого черного гигантского зверя, жадно разинувшего пасть и готового в любой момент проглотить человека целиком.
— Брат, с какой стати ты отпустил этого неблагодарного волка?! Ты хоть представляешь, какие убытки понесет компания из-за утечки секретных разработок?!
Чжуан Ифань сидел на заднем сиденье и без остановки возмущался. Однако на похожем лице сидевшего рядом мужчины царило полное спокойствие. Его пальцы извлекли из внутреннего кармана пальто герметичный пакет, внутри которого лежала черная флешка.
— Я знаю. Поэтому, как только вещь оказалась у конкурентов, я перехватил ее обратно.
Чжуан Ихань долгие годы прошёл через штормы делового мира — разве его можно было так легко провести? Попутно он уже раскрыл стоявший рядом ноутбук и бегло просматривал информацию с флешки. Его взгляд был тяжелым, несущим в себе зрелую и глубокую расчетливость, не соответствующую его возрасту.
Чжуан Ифань удивленно воскликнул:
— Когда ты успел перехватить флешку?!
Чжуан Ихань:
— Три часа назад.
Чжуан Ифань:
— Тогда почему ты не посмотрел ее сразу, а поехал к реке? Я же не стал бы на самом деле топить этого неблагодарного парня…
Чжуан Ихань внезапно произнес:
— Данные фальшивые.
Чжуан Ифань не понял:
— Что? Что значит фальшивые?
Чжуан Ихань медленно нахмурился. Его холодное и строгое лицо в свете экрана выглядело весьма сложным. Он чеканил каждое слово:
— Информация на флешке — фальшивка.
Неужели Чэнь Шу так и не передал настоящие данные?
Чжуан Ифань ошеломленно замер. И как раз в этот момент машина внезапно резко подскочила, из-за чего водитель применил экстренное торможение. По инерции они с Чжуан Иханем одновременно подались вперед, а ноутбук и вовсе выскользнул и упал на пол.
Чжуан Ифань в гневе пнул спинку переднего сиденья:
— Твою мать, ты водить умеешь или нет?! На ровной дороге так тормозить!
Водитель испуганно заизвинялся и поспешно попытался выровнять руль:
— Простите, простите, господин Чжуан! Я сам не понял, почему машина внезапно затормозила и дальше не едет… Наверное, наехали на что-то на дороге.
Чжуан Ифань ругнулся еще пару раз и замолчал: в конце концов, за эту ночь и так произошло слишком много неприятностей. Однако, когда он замолк, то неожиданно осознал, что в салоне установилась странная, нездоровая тишина. Он повернул голову к Чжуан Иханю и увидел, что тот ошеломленно сидит на своем месте, погруженный в какие-то мысли:
— Брат, ты чего?
«…»
Чжуан Ихань с небольшой задержкой пришел в себя и медленно откинулся на спинку кресла:
— Ничего.
Он прикрыл глаза, едва заметно нахмурив брови. Огни за окном автомобиля по очереди скользили по крыше салона, лишь подчеркивая тишину глубокой ночи. Однако это не могло унять внезапное, резкое учащенное сердцебиение, возникшее секундой ранее. Он не удержался и тихо спросил:
— Ифань.
— А?
— Ты только что не слышал звук, будто что-то упало в воду?
— Да ну, откуда? В машине двойная шумоизоляция. К тому же до реки далеко, даже если бы туда что-то упало, ты бы ни за что не услышал.
Они не стали думать о чем-то другом.
Ведь всем было известно: Чэнь Шу больше всего на свете боялся смерти.
— Вот как…
Солнце медленно поднималось из-за горизонта. Хладный труп покачивался на волнах речной воды.
Боги и Будды часто вздыхают о том, что люди не желают оглянуться назад, из-за чего упускают свой шанс и каются всю оставшуюся жизнь.
Чэнь Шу спрыгнул сам.
Ледяная речная вода раз за разом выталкивала его обратно к берегу, делая продвижение вперед почти невозможным. В конце концов, промокший до нитки, он поднялся на эстакаду и долго смотрел вниз, на черную гладь воды. Лунный свет падал на реку, и набегающая волна разбивала его на тысячи мелких осколков, словно предвещая нечто неизбежное.
Это была его жизнь, перевернутая вопреки судьбе.
Это была его жизнь, разбитая вдребезги.
Это была его жизнь, пройденная по неверному пути…
Чэнь Шу с равнодушным лицом слегка наклонил голову и в конечном счете прыгнул вниз, в бескрайние речные воды — мрачно, темно и решительно.
Такая жизнь была слишком полным поражением; он предпочитал уничтожить ее, чем влачить жалкое существование.
«Всплеск——!»
Человек по сравнению с бездонной рекой — лишь крошечная песчинка. Когда Чэнь Шу прыгнул, все произошло бесшумно. Но когда ледяная вода хлынула со всех сторон, разрывая и поглощая его хрупкую душу, в конце концов раздался едва слышный разбитый звук — будто жадный гигантский зверь медленно пережевывал кости, смакуя сотни оттенков вкуса.
Боль, ревность, ненависть, сожаление…
Эти негативные эмоции стали лучшей питательной средой для демона.
В полузабытьи кто-то тихо усмехнулся, но этот звук был размыт и развеян речным ветром:
【Ничего страшного, я помогу тебе переписать судьбу…】
Ценой станет:
【Помоги мне найти достаточное количество боли…】
От автора (выезжает на самокате): Ｏ(≧▽≦)Ｏ Всем ангелочкам привет, давно не виделись! Трудолюбивый писатель снова в строю! К комментариям к первым трем главам случайным образом будут выпадать по тысяче красных конвертов. Чтобы избежать разочарований, обязательно внимательно прочтите примечания под аннотацией. Чтение предназначено для удовольствия души и тела, ни в коем случае не ругайтесь! Заранее желаю всем приятного чтения~~ Люблю вас, чмок-чмок-чмок!
http://bllate.org/book/16954/2120878
