Я быстро убрал злость из глаз и состроил самое жалкое выражение лица, какое только смог. Вспомнилась моя прошлая жизнь — времена, когда я работал за копейки и вынужден был унижаться перед начальством ради выживания. Мрачный период, но кое-чему он меня научил: быстро соображать.
— Отец… со мной всё в порядке. Это я должен был чаще принимать ванну…
— …Ванну?
— Брат просто почувствовал неприятный запах моего жалкого человеческого тела. Это полностью моя вина.
Я лил слёзы, изображая, будто умоляю не наказывать брата. Главное — натянутая, неловкая улыбка, словно я действительно пытаюсь всех успокоить. Моей блестящей игрой даже близнецы возмутились.
— Отец! Это он первым нагрубил брату, а теперь притворяется…!
— Замолчите!
Люциус рявкнул так, что близнецы мгновенно опустили головы.
Ну и поделом вам.
Я всё больше не понимал Эша из оригинала. Почему он так боялся Барона? Ведь в семье был человек с наивысшей властью — отец — и тот явно стоял на его стороне.
Люциус тяжело вздохнул и снова посмотрел на Барона.
— Барон. Последний раз спрашиваю. Это ты довёл Эша до такого состояния?
— Да. Он использовал слова, достойные его низкого происхождения, поэтому я решил его воспитать.
Бам!
Люциус без колебаний ударил его тростью по голове. Удар был таким сильным, что вскоре по лбу Барона потекла кровь.
— Низким здесь является не этот ребёнок, а твоё недостойное поведение. Я предупреждал тебя вести себя прилично — сегодня к нам прибывает важный гость. И всё равно ты не смог сдержать характер?
— …
— Чего стоите! Немедленно уведите Эша!
По его крику тут же появились служанки и подхватили меня под руки. Я изображал слабость и покачивался, позволяя себя увести. Проходя мимо Барона, который прожигал меня взглядом, я сделал вид, что вытираю слёзы… и показал ему средний палец.
Его лицо перекосилось от ярости.
«Приятно, конечно… но выматывает».
Когда меня подлатали и я вернулся в комнату, силы окончательно покинули тело. Кажется, я ещё и получил какой-то бонусный навык… Я рухнул на кровать, словно вялая капуста, и пробормотал:
— Оказывается, быть злым не так уж просто.
В такие моменты Люциус действительно казался невероятным. Как он умудрялся каждый раз придумывать новые злодеяния? Я-то уже выдохся после одного спектакля.
«Ладно. Надо всё разложить по полочкам».
Я сел и попытался успокоить бешено колотящееся сердце.
Самым сильным персонажем в этой истории, без сомнений, был Кил.
Его дар Белого Тигра позволял восстанавливать и исцелять всё, что обладало жизненной силой — не только людей, но любое живое существо.
Но у этой способности была слабость. Она не действовала на тех, кого Кил искренне любил.
Когда умирала его родная мать, он не смог её спасти именно из-за этого ограничения. Травма оказалась настолько глубокой, что Кил со временем начал внушать себе: нельзя никого любить.
«В оригинале он даже говорил, что его дар — не благословение, а проклятие».
Жестокая способность. Не иметь возможности исцелить того, кого хочешь спасти больше всего… неудивительно, что Кил стал таким холодным.
«Он невероятно силён, но всё же ближе к целителю. Не к бойцу, который сокрушает всё вокруг».
Болезнь Эша невозможно было вылечить обычными способами. Даже лучшие лекари разводили руками. Единственный путь — призвать Первозданное Зло и вымолить жизнь.
А значит, мне нужен кто-то не слабее Кила.
Чтобы призвать Первозданное Зло, требовалось собрать шесть печатей у его хранителей. Проблема в том, что эти существа были чудовищно сильны, а у Эша не было ни особых способностей, ни силы.
Я мрачно пробормотал:
— Если в этом мире есть кто-то равный Килу… то это, конечно, Деус.
Деус Зеврон — финальный босс оригинальной истории. Несколько десятков раз Кил пытался его победить. Несчастный наследный принц, запертый в отдельном дворце из-за безумия, преследовавшего его с детства.
Его дар Чёрного Тигра был полной противоположностью дару Кила — разрушение, разложение, заражение. Всё, что Кил мог восстановить, Деус мог уничтожить.
Он был не только равен Килу по силе, но и обладал высшим правом наследования в империи. Если вылечить его безумие и сделать императором, возможно, удастся предотвратить будущий переворот Кила.
Для меня союз с Деусом был не выбором, а необходимостью.
Мне нужно любой ценой сделать его своим союзником.
Проблема была лишь одна.
Как, чёрт возьми, убедить сумасшедшего?
Киллиуса и Деуса поклонники называли сокращённо — Кил и Дес.
Кил и Дес.
Даже их имена звучали как противоположности. Эти двое были сводными братьями от разных матерей.
Императорский трон Элионской империи занимала семья Зеврон — род Белого Тигра. И с этим родом была связана одна странная легенда.
«В тот миг, когда родится Чёрный Тигр, Элионская империя падёт».
Конечно, Деуса заточили в отдельном дворце не из-за одной только легенды. Причиной было его жестокое безумие.
В отличие от других зверолюдей, которые обычно к четырём годам принимали человеческий облик, Деус до пяти лет оставался чёрным тигром. Неконтролируемая ярость, импульсивные убийства, полное отсутствие сочувствия, он словно был рождён воплощением бедствия.
Он не просто загрызал слуг — он их ел.
Спустя несколько лет безуспешных попыток справиться с ним императорский двор сдался. Несмотря на то что Деус был первым в очереди на престол, его заперли в отдельном дворце из-за пугающей внешности и неисправимой жестокости. Даже императрица, мечтавшая посадить на трон собственного сына, однажды сказала:
— Такое чудовище не может быть наследным принцем.
Долгая изоляция лишь усилила его безумие. В итоге Деус так и не научился человеческому облику — навыку, который был базовым для любого зверолюда, — и навсегда остался чёрным тигром, заточённым в одиночестве.
«И всё же Кил всегда завидовал Деусу. У него было то, чего Килу не хватало — законное право на трон. Поэтому во время переворота он первым делом хотел избавиться именно от него».
Кажется, именно с этого момента читатели начали жаловаться, что баланс истории сломался.
Главный герой, который всю историю доказывал свою силу, вдруг тратил десятки глав на битву с каким-то безумным тигром, запертым во дворце. Появились споры: не слишком ли Деус Зеврон силён как персонаж?
А результатом потока критики стало… замороженное произведение.
Одно было ясно.
Сейчас Дес сильнее Кила.
А это означало, что с ним будет легче собрать печати призыва. И значит — быстрее встретиться с Первозданным Злом, исполняющим желания.
Я был почти уверен: сколько ни ищи по всему миру, персонажа сильнее Деса сейчас не найти.
— Осталось только понять, как сделать союзником бешеного тигра с явным психозом…
Я тяжело вздохнул.
В этот момент снаружи послышались голоса. Подойдя к окну, я увидел целую вереницу карет.
В памяти всплыли слова Люциуса:
«Сегодня прибудет важный гость. Я ведь предупреждал тебя вести себя прилично».
Точно. Сегодня должен был приехать кто-то важный. Конечно, приёмный сын вроде Эша не станет участвовать во встрече, но хотя бы посмотреть издалека никто не запрещал.
«Да кто же это такой, раз вокруг столько охраны?»
Из кареты вышел мужчина. Тёплый солнечный свет мягко лёг на его красивое лицо. Даже лёгкая тень недовольства от яркого солнца выглядела удивительно притягательно.
Он приветливо улыбался, принимая почести, но вдруг замер — и медленно повернул голову в мою сторону.
Наши взгляды встретились.
Сердце ухнуло вниз.
Это был Кил — главный герой оригинальной истории.
http://bllate.org/book/16511/1501734
