Будто в замедленной съемке Чэн Кэ наблюдал за дракой, и первых же кадров хватило, чтобы понять, насколько Чэнь Цин слаб. Главный защитник Цзян Юйдо — босса этого района, имел самый низкий уровень боевых навыков, который Чэн Кэ когда-либо видел.
Ноги сами собой повернули назад, и вот Чэн Кэ со всей дури бежит на выручку товарищам.
И эти десять шагов, отделяющих его от эпицентра драки, были особенно долгими.
За время, пока Чэн Кэ преодолевал короткое, но такое длинное расстояние, Цзян Юйдо смог вырваться из захвата и локтём наотмашь нанести Бацю удар в лицо. Мужчина мгновенно отскочил в сторону, одной рукой зажал брызжущий кровью нос, а другой достал складной нож.
Драка и до этого казалась Чэн Кэ серьёзной, но когда на сцене появилось холодное оружие, противники стали выглядеть ещё более опасными. Всё же, несколько синяков и ссадин от кулаков не идут ни в какое сравнение с ножевым ранением. Но то, что произошло дальше, заставило Чэн Кэ понять, почему Цзян Юйдо стал лидером банды хулиганов.
Оставалось только гадать, каким образом Цзян Юйдо так быстро умудрился заметить нож, но почти инстинктивно он схватил лезвие, сжал в ладони и резко потянул на себя. Оружие вылетело из руки Бацю и со звяканьем приземлилось поблизости.
Чэн Кэ едва уловил взглядом это движение, но когда окровавленный нож упал на землю, отчётливо ощутил острую боль в ладони, будто его, а не Цзян Юйдо, только что ранили.
Потеряв оружие и весомый шанс на победу, Бацю вновь пустил в ход локти. Первый удар пришёлся на плечо Цзян Юйдо, но оказался абсолютно бессмысленным. Бацю замахнулся для следующего удара, но Цзян Юйдо был шустрее. Просчитав намерения Бацю, он рухнул на колени, избежал атаки и нанёс удар в болевую точку внизу живота.
Глубинный протяжный визг Бацю эхом пронёсся по району.
В это время бой Чэнь Цина продолжался. Его противник наносил один пинок за другим, продолжая отбивать жизненно важные органы. Когда мужчина в очередной раз занёс ногу для удара, на помощь подоспел Чэн Кэ и по инерции, не сбавляя скорости, столкнулся с противником, сбив его с ног.
После истошного вопля Бацю, его дружки растерялись и временно утратили боеспособность: один так и остался сидеть на земле, после незамысловатого удара Чэн Кэ, а другой впал в ступор. Правда, через несколько мгновений, последний все же очнулся и рывком бросился поднимать нож.
Чэн Кэ хотел крикнуть, чтобы предупредить Цзян Юйдо об опасности, но в этом не было нужды. Цзян Юйдо уже заметил надвигающуюся угрозу и шагнул ей навстречу.
Прежде чем противник успел нацелить лезвие ножа на болевую точку, Цзян Юйдо прописал ему удар в челюсть. Мужчина рухнул, но Цзян Юйдо не думал останавливаться. Будто желая отыграться на нём за Бацю и за всю сходку, хотя такая мелкая сошка, вероятно, просто подчинялась приказам, Цзян Юйдо перевернул мужчину на спину и стал наносить удары по лицу.
Чэн Кэ оцепенел и бросился к Цзян Юйдо, схватил его руку и с большим усилием, но всё же оттянул от жертвы.
В тот момент, когда Цзян Юйдо обернулся, кажется, только что заметив присутствие Чэн Кэ, его взгляд был настолько холодным и жестоким, каким был этот неравный бой.
— Сказал же тебе бежать.
Чэн Кэ хотел что-то ответить, но не смог. Он огляделся.
Бацю растянулся на земле и стонал от невыносимой боли. Мужчина, который бил Чэнь Цина медленно поднялся, но почти сразу получил удар по спине и снова повалился на землю.
— Эй, ты, — Цзян Юйдо указал на мужчину, которого только что избил, — двигаться можешь?
Тот сел на холодную землю и нерешительно покачал головой.
— Не можешь? — Цзян Юйдо наклонился к нему и внимательным взглядом прошёлся по оставленным травмам.
Это движение и этот взгляд не на шутку испугали мужчину и заставили моментально оцепенеть. Боясь быть пойманным на лжи, он решительно кивнул, подтверждая, что в полном порядке.
— Чу́дно. Позвони остальным и скажи, что я направляюсь к Лу Цянь, — приказал Цзян Юйдо. — Если к тому времени, как я приду, рядом останется хоть один из ваших людей, живым не уйдёт.
Мужчина покосился сначала на вырубленного Бацю, потом на второго брата, стонущего от боли, и без промедления достал телефон.
— Идём.
Цзян Юйдо поднял сумку Чэн Кэ, в спешке брошенную на землю, а после взял самого Чэн Кэ за локоть и настойчиво увлёк за собой.
— Тот тип…
Чэн Кэ всё ещё выглядел встревоженным. Он оглянулся на мужчину, который по-прежнему сидел на земле и звонил по телефону.
— А что он? — Цзян Юйдо обернулся на Чэн Кэ. — Руки, ноги на месте. Жив будет. Или думаешь, я способен кого-то убить?
Чэн Кэ нахмурился, но ничего не ответил.
— Это исключено, Третий брат бьет больно, но нежно, — вмешался Чэнь Цин, волочащийся позади. — Вот уже несколько лет он участвует в драках на районе, но за это время ни разу никого серьезно не ранил.
Чэн Кэ по-прежнему молчал.
После того как они миновали несколько тёмных переулков и вышли на людную улицу, Цзян Юйдо отпустил его локоть и протянул тканевую сумку.
— А теперь возвращайся домой.
В этот момент Чэн Кэ заметил, что ладонь Цзян Юйдо перепачкана в крови. А ведь если припомнить, этот сумасшедший во время атаки схватил лезвие ножа голыми руками.
— Хотя нет, — продолжил Цзян Юйдо, — лучше иди со мной и уже на месте вызови такси.
— Ты ранен.
— Ерунда. Перевяжу у сестры Цянь.
Мысли Чэн Кэ всё ещё находились в беспорядке после увиденной всего несколько минут назад отчаянной схватки. Он почти ничего не говорил, даже особо не думал и, словно болванчик, по пятам следовал за Цзян Юйдо.
Перейдя дорогу, они вновь нырнули в лабиринт переулков и совсем скоро вышли к старому кварталу как две капли воды похожему на тот, в котором живёт Цзян Юйдо. Здесь, словно близнец, был разбит такой же обезображенный задний двор, а так же стояли салон красоты, карточный зал и обшарпанный продуктовый магазинчик.
Цзян Юйдо остановился напротив лавки без вывески.
— Смотри-ка, — Чэнь Цин кивнул подбородком вглубь переулка.
Чэн Кэ посмотрел в ту сторону и увидел больше десяти человек, вальяжно стоящих у электрического столба. Наверное, это парни Бацю, пришедшие на сходку и получившие отбой перед самой заварушкой. Они не свалили, как потребовал Цзян Юйдо, но хотя бы не нападали. Правда… Чэн Кэ показалось, будто они чего-то ждали.
Цзян Юйдо окинул толпу равнодушным взглядом и как ни в чём не бывало вошёл в безымянную лавку.
— Заходи, — Чэнь Цин шепнул Чэн Кэ. — Не волнуйся, раз приказали не нападать, они не рискнут самовольничать.
Чэн Кэ по-прежнему беспокоился, но всё же вслед за ними зашёл в лавку. Внутри оказался шахматно-картёжный клуб.
Четыре или пять ломберных столов были перевёрнуты, а кости от маджонга разбросаны по полу. Внутри находилось несколько человек. Кто-то сидел, кто-то стоял, но никто из них не играл. Чэн Кэ огляделся. Одна часть из них, должно быть, пришла поиграть в кости, а другая — была подчинёнными Лу Цянь. Среди людей Чэн Кэ увидел знакомые лица, в том числе и Да Биня.
— Третий брат, — Да Бинь подошёл к ним сразу же, как увидел, — что случилось?
— Ничего особенного.
— Те парни всё ещё снаружи?
— Да. Выпроводи их с нашей территории. Только кулаками не размахивай.
Да Бинь кивнул, взял несколько младших братьев и вышел.
— Пусть Лаосань нас рассудит! — взмолился мужчина, вжавшийся в угол.
— Сука, только посмей закатить сцену! — из глубины клуба послышался угрожающий женский голос. — Это ты решил наебать меня в кости! Жить надоело?
Чэн Кэ вздрогнул и испуганно посмотрел по сторонам. Тогда-то он и заметил высокую женщину, стоящую на пороге одной из комнат.
На вид ей было чуть за сорок и, судя по аккуратным чертам лица, в молодости она была роковой красоткой, разбившей не одно юношеское сердце. Правда, если её характер и раньше был таким взрывным, а язык — острым, может сердца парней были разбиты отнюдь не от внеземной красоты.
Чэн Кэ почти сразу понял, что перед ним стоит та самая Лу Цянь — истинная хозяйка квартиры, которую он снимает.
— Но я не… — мужчина продолжал стоять на своём.
— Верни деньги! — Лу Цянь ткнула в него пальцем. — Обыщите и заберите всё, что найдёте!
— Но у меня ничего нет! — воспротивился мужчина и подскочил на ноги. — Лаосань! Лаосань! Вразуми свою сестру!
— Цинэр [1], — обронил Цзян Юйдо. — Если он скажет ещё хоть слово, раздень до гола и вышвырни на улицу.
— Понял, — Чэнь Цин угрожающе хрустнул шеей.
(П/п: ласковое обращение)
Мужчина потерял дар речи и от шока забыл о препирательствах. Несколько парней под руководством Лу Цянь впечатали его лицом в пол, обыскали и забрали выигранные деньги.
— Скажу ещё раз, — рявкнула Лу Цянь. — здесь играют честно. Если ещё раз решишь смухлевать, тебя и твою семейку по́ миру пущу!
Мужчина ничего не ответил, молча поднялся на ноги и вдоль стены попятился к выходу.
— Разве я разрешала уходить?! — Лу Цянь впилась в него яростным взглядом.
— Да что тебе ещё нужно? Я больше ничего не сделал! — запротестовал мужчина, но в конце вдруг стушевался. — Сестра Цянь, всё же я являюсь одним из твоих постоянных клиентов…
— Но это не даёт тебе право разносить мой клуб! — прервала его Лу Цянь. — Пока ты пытался доказать свою невиновность, испортил стол для маджонга! А стул и вовсе кинул об стену и сломал!
— Но ты уже забрала деньги…
— Это компенсация за жульничество! Заплатить за ремонт мебели ты должен отдельно! Если завтра до пять часов я не получу всю сумму до последнего юаня, то пеняй на себя.
По правде говоря, Чэн Кэ никогда прежде не был свидетелем подобной сцены. Он оцепенел и стоял абсолютно неподвижно с того момента, как Лу Цзян впервые заговорила, и отмер после того, как она озвучила совершенно немыслимую сумму компенсации — в три тысячи юаней.
Получив обещание, Лу Цянь наконец отпустила жулика и дебошира. Правда, перед этим ему пришлось навести порядок: поднять мебель и собрать кости с пола. Только после этого, и короткого уважительного поклона, мужчина смог покинуть шахматно-картёжный клуб.
Когда внутри стихло, Чэнь Цин достал аптечку и принялся за обработку раны Цзян Юйдо: обеззаразил, намазал чем-то и перевязал.
Чэн Кэ поймал себя на мысли, что навыки главного защитника довольно хороши — ни одного лишнего движения. Более того, рана оказалась не такой пугающей, какой была на первый взгляд. Цзян Юйдо поймал лезвие ножа и крепко сжал в руке, поэтому порез был не глубоким. Но из-за плохой свёртываемости кровь потекла рекой и не смогла остановиться.
— Есть ещё раны? — спросила Лу Цянь.
— Нет, — Цзян Юйдо покачал головой.
— Твой друг? — снова спросила она, переведя взгляд на Чэн Кэ.
— Ага. Один из квартиросъёмщиков. Зовут Чэн Кэ.
Не зная, что сказать, Чэн Кэ просто кивнул.
Лу Цянь недовольно сдвинула брови к переносице.
— Зачем втянули в разборку постороннего?! — возмутилась Лу Цянь.
— Это вышло случайно, — вмешался Чэнь Цин. — Он пришёл оплатить аренду, а, когда вышел из дома, напоролся на Бацю.
— Бацю прикопался к нему без повода?
— Всё в порядке, — ответил Цзян Юйдо, — отныне Бацю не будет таким борзым.
— Живей проводите парня до дома, — Лу Цянь равнодушно махнула рукой. — Нечего ему здесь делать.
— Хорошо, — так же равнодушно ответил Цзян Юйдо.
— Чэн Кэ, верно? — Лу Цянь вновь переместила взгляд на «постороннего». — И зачем только ты связался с этой парочкой? Пожалеешь же, — не заметив перемены в лице собеседника, она горько вздохнула. — Впредь Лаосань будет приходить за арендой сам. А ты лучше без надобности к нему не суйся.
— Ладно, — Чэн Кэ кивнул в ответ.
— Машина далеко припаркована? — спросила она у Чэнь Цина. — Отвези Чэн Кэ.
— Не могу, всё в ремонте. Ни одной тачки на ходу.
— Так придумай что-нибудь! — рявкнула Лу Цянь.
Чэнь Цин кивнул и со вздохом вышел из клуба.
— Просто вызовем такси, — Цзян Юйдо достал из кармана сложенную квитанцию об оплате, подписанную Чэн Кэ, и вручил старшей сестре.
— Да-да, — Лу Цянь приняла квитанцию и раздраженно махнула рукой. — Выметайтесь, а то уже в глазах рябит.
Только после её слов Чэн Кэ заметил, что Да Бинь и несколько парней, ушедших по поручению Цзян Юйдо, уже вернулись и теперь толпились у двери.
Выйдя из клуба, Цзян Юйдо приказал всем разойтись, и даже Чэнь Цина отправил домой отдыхать.
— А как же Чэн Кэ? — удивился последний.
— Сопровожу лично, а ты возвращайся. Сегодня тебе не хило прилетело.
— … Хорошо, — Чэнь Цин кивнул, повернулся на пятках и ушёл.
— Если срежем здесь, то выйдем на проспект, — указал Цзян Юйдо подбородком на один из витиеватых переулков, — там можно поймать такси по старинке.
— Обойдёмся без такси.
— А? — Цзян Юйдо посмотрел на него удивлённо.
— Что, если там, в темноте, нас поджидает засада?
— Да брось, никого там нет, — усмехнулся Цзян Юйдо. — И это самый короткий путь.
— А я не прочь прогуляться, — Чэн Кэ нахлобучил капюшон, потянул за молнию и застегнул куртку до подбородка. — Боюсь, после всего, что произошло, в машине меня укачает.
— Понял.
Чэн Кэ кивнул и только хотел двинуться в путь, как вдруг краем глаза увидел алое пятно, выступившее на белоснежной повязке Цзян Юйдо. Видимо, рана и не думала затягиваться. Крови было так много, что пропитав бинт, она стала просачиваться наружу и крупными каплями падать на землю.
— Твоя рука…
— Не парься, — Цзян Юйдо поднял руку и покрутил на его уровне глаз. — Совсем не больно.
После этого они повернули на людную улицу и не спеша направились к проспекту. К счастью, что там, что здесь ветер был не таким сильным и морозным, к тому же дул в спину, поэтому Чэн Кэ с наслаждением и полной грудью вдыхал свежий воздух. Постепенно беспокойство о людях Бацю, которые могли в любой момент выглянуть из-за угла и отомстить, утихло.
Всю дорогу они не обмолвились ни словом. Причина, по которой молчал Цзян Юйдо, оставалась загадкой для Чэн Кэ. Так или иначе, после вчерашнего обеда и вплоть до нынешнего момента, Цзян Юйдо вообще говорил крайне мало. Сам Чэн Кэ перебирал воспоминания кровавой драки. Перед глазами всё ещё стояли силуэты мужчин, безжалостно наносящих друг другу удары… и Чэнь Цина, скукоженного на земле в попытке прикрыть жизненно важные органы.
Прокручивая момент за моментом, Чэн Кэ вдруг спросил:
— А тот Бацю… Какую травму он получил? Разрыв кишечника? Или мочевого пузыря?
— … Без понятия, — Цзян Юйдо посмотрел на него равнодушно. — Я просто ударил, а куда прилетело, там и осталось.
Чэн Кэ прыснул от смеха.
— Замёрз? — спросил Цзян Юйдо.
— Немного.
— Тогда куплю тебе горячий напиток.
— Что?
Чэн Кэ подумал об уютном кофе, в котором продаётся кофе, чай с молоком и разнообразные десерты. Можно взять заказ с собой и погреть руки о горячий бумажный стаканчик или же задержаться внутри и насладиться атмосферой…
Но Цзян Юйдо повернул к старому и совсем не привлекательному прилавку и тут же сделал заказ:
— Два стакана имбирного молока.
— Что? Имбирного? — Чэн Кэ обомлел. — Там настоящий имбирь?
— И молоко, — медленно добавил Цзян Юйдо, будто сомневаясь в его умственных способностях.
Чэн Кэ растерялся на мгновение, но всё же подошёл к прилавку. Судя по названию, которое он слышал впервые, этот напиток не был популярен… но по какой-то необъяснимой причине Чэн Кэ захотелось его попробовать.
Продавец за прилавком растер свежий имбирь и добавил в кипяченое молоко. Процесс приготовления был до жути примитивным, и сам напиток на вид не выглядел вкусным.
— Попробуй, — Цзян Юйдо протянул ему стакан.
Чэн Кэ хотел отказать, но вдруг заметил тот самый взгляд, который уже несколько раз подмечал за Цзян Юйдо.
Что вчера в ресторане хого, что сейчас, Цзян Юйдо делился своей любимой едой и в ожидании оценки смотрел на Чэн Кэ с нетерпением и предвкушением, которые были ему совершенно не свойственны. И в этом выразительном взгляде Цзян Юйдо было своё очарование, превращающее хулигана с улиц в наивного и искреннего ребёнка. Наверное, именно поэтому, Чэн Кэ не стал противиться: принял стакан из его рук и пригубил.
Честно говоря, Чэн Кэ с детства терпеть не мог молоко, а имбирь не переносил даже на уровне запаха. Но когда перед ним стоял Цзян Юйдо и смотрел с ожиданием и скрытым восторгом, Чэн Кэ просто не мог скривить гримасу отвращения. Пришлось задержать дыхание и сделать глоток, затем второй, и когда во рту раскрылся вкус молока и имбиря, Чэн Кэ с удивлением признал, что напиток оказался совсем не плох.
— Ну как?
— Вкусно, — удивленно ответил Чэн Кэ и сделал ещё глоток. – Нет, правда, вкусно.
— Не люблю имбирь, — признался Цзян Юйдо и отпил из своего стакана, — но в молоке пряный вкус смягчается.
— Согласен, — кивнул Чэн Кэ.
Отойдя от прилавка, они продолжили путь. Никто их них больше не произнёс ни слова, но атмосфера между ними теперь не была такой натянутой, как раньше.
Когда они дошли до жилого комплекса и замерли у подъезда, Чэн Кэ на мгновение заколебался.
— Хочешь подняться?
Цзян Юйдо посмотрел на него странным взглядом и ничего не ответил.
— Тогда иди, — буркнул Чэн Кэ, приняв молчание за отказ.
Он почувствовал внезапный прилив раздражения, приняв внезапный игнор на свой счёт. В смешанных чувствах он шагнул к лифту и обронил, всё так же недовольно:
— Спасибо, что проводил.
— Не за что.
Чэн Кэ посчитал, что благодарность будет идеальным завершением встречи, поэтому без промедления нажал на кнопку вызова лифта и погряз в своих мыслях. Очень скоро раздался звуковой сигнал и двери открылись. Чэн Кэ шагнул внутрь, а когда обернулся, чтобы нажать на кнопку этажа, практически впечатался в широкую грудь Цзян Юйдо.
— Какого хуя? — Чэн Кэ отскочил назад, удивившись его появлению. — Разве ты не ушёл?
— А разве ты не пригласил к себе? — Цзян Юйдо уставился на него с усмешкой и нажал на кнопку этажа. — А ты странный. Неужели и правда не почувствовал, что всё это время я стоял позади тебя?
— …Нет.
— Если кто-то решит напасть на тебя, — произнёс Цзян Юйдо совершенно серьезно, — с настолько недоразвитой внимательностью у тебя не останется и шанса на победу.
— Да кому вообще нужно на меня нападать?!
Чэн Кэ хотел возмутиться и развить тему дальше, но вдруг вспомнил слова Цзян Юйдо, сказанные несколько дней назад. А ведь именно после них он поймал совершенно необоснованную манию преследования.
— Ты говоришь о Бацю и его банде? — неуверенно спросил Чэн Кэ.
— Нет.
— Тогда о ком?
— Они не показывались последние несколько дней, — произнёс Цзян Юйдо вместо ответа. — Разве не странно?
Чэн Кэ промолчал.
Они зашли в квартиру. Цзян Юйдо снял куртку и прошёл вглубь гостиной.
— Что за странный сейф?
— В смысле?
Чэн Кэ выглянул из коридора и обнаружил Цзян Юйдо напротив винного шкафа.
— Разве в сейфах ставят стёкла? — Чэн Кэ прыснул от смеха. — И кто в здравом уме хранит в них бутылки с вином?
— А, так это винный шкаф, — Цзян Юйдо наклонился и пригляделся. — Только не говорите, что молодой господин поместил внутрь вина ценой не больше трёхсот юаней.
— Всё, что нашёл в супермаркете, — Чэн Кэ развёл руками и рассмеялся. — А как ты отгадал стоимость?
— Никак, — Цзян Юйдо плюхнулся на диван. — Просто хорошо знаю ассортимент супермаркета. Закупаюсь там каждую неделю.
Чэн Кэ покосился в его сторону и ничего не сказал.
Время от времени он замечал, насколько Цзян Юйдо противоречив. Сегодня он, как любой другой — самый обычный гражданин, идёт в супермаркет за продуктами, толкает тележку между полок и с серьёзным лицом изучает ассортимент; а завтра уже собирает парней на очередную бойню.
— Пить хочу, — обронил Цзян Юйдо.
— О, — Чэн Кэ достал стакан из кухонного шкафа, — сейчас налью.
— Я сам.
— Л-ладно.
Цзян Юйдо встал с дивана, лёгкой походкой подошёл к Чэн Кэ. Приняв стакан из его рук, он направился к раковине, в которую был установлен отдельный маленький кран.
— Просто открыть?
Чэн Кэ кивнул.
Цзян Юйдо подставил стакан под кран и крутанул вентиль. В то же мгновение хлынул поток ледяной кристально чистой воды.
— Значит, проточная вода проходит через фильтр и выходит уже чистая.
— Угу, — подтвердил Чэн Кэ.
Когда стакан наполнился до краёв, Цзян Юйдо закрыл кран и сделал глоток.
— Удобно.
Чэн Кэ выдержал паузу и вдруг спросил:
— Помнишь, в тот раз ты попросил научить тебя тхэквондо?
— Да, — Цзян Юйдо кивнул, — почему спрашиваешь?
— Просто подумал, что в драке приёмы тхэквондо на самом деле бесполезны, — Чэн Кэ замялся, но уже через мгновение продолжил с улыбкой. — Если бы мы подрались, ты бы меня на раз-два отделал.
— Ты слишком меня переоцениваешь, — Цзян Юйдо прислонился к краю раковины. — Мы ведь уже однажды сцепились, и ты был довольно… ловок.
— Я говорю о настоящей драке. Такой, как была сегодня.
Цзян Юйдо промолчал и сделал глоток воды.
— Почему ты сказал бежать? — спросил Чэн Кэ. — Зачем попросил позвонить в полицию?
— На всякий случай.
— На какой?
— Если вдруг мы продуем, — Цзян Юйдо нахмурился и ненадолго замолчал. — До этого мне ни разу не приходилось драться ни с самим Бацю, ни с одним из его людей. Поэтому в тот момент…
Цзян Юйдо достал сигарету и зажал зубами. Когда колёсико зажигалки чиркнуло, и пламя коснулось кончика сигареты, Цзян Юйдо втянул никотин и продолжил:
— Тогда я просто хотел обезопасить тебя. Всё же, Чэн Кэ, ты сильно отличаешься от нас.
— Вот как, — Чэн Кэ вздохнул и, подумав, спросил: — А ты… всегда так дерёшься?..
— Смотря с кем стычка.
— А где… ты научился этим приёмам? — с осторожностью спросил Чэн Кэ.
На самом деле, он понял это ещё в тогда: даже если драться день и ночь без остановки, вряд ли можно овладеть такими навыками. То, что Цзян Юйдо — обычный хулиган из подворотни, дрался так безжалостно и рьяно, казалось подозрительным. Странным.
Цзян Юйдо не спешил с ответом. Сделав глубокую затяжку, он медленно выпустил дым изо рта. Его голос прозвучал глухо, будто раздавался из-под толщи воды.
— Я дерусь так, сколько себя помню.
Чэн Кэ понял, что эта тема ему не приятна, поэтому не стал углубляться.
— Слушай, я… — Цзян Юйдо поставил стакан на стол. — Я тут хотел спросить.
— Что такое?
— Вчера ты… — Цзян Юйдо прочистил горло. — Разозлился на меня?
Чэн Кэ так удивился, что на пару минут выпал из реальности. Как не крути, а этот вопрос оказался крайне неожиданным.
— Нет, не разозлился. И сейчас не злюсь.
— …Вот как, — он вновь прочистил горло, будто готовясь к тяжелому признанию. — Прости, я виноват!
— А?
— Я правда не считаю тебя отвратительным, хоть всё это и кажется мне неприятным. И Чэнь Цина не считаю долбоёбом, хотя он по-жёсткому тупит, — признался Цзян Юйдо. — К тебе я отношусь, как к другу [2].
Пусть не до конца ясно, почему в пример был приведён именно Чэнь Цин, но слова Цзян Юйдо были пропитаны искренностью и сожалением. Сердце Чэн Кэ смягчилось.
— Относишься… как к другу?
Цзян Юйдо кивнул, и с кончика сигареты, которую он держал в зубах, упало несколько кусочков пепла. Цзян Юйдо перехватил сигарету рукой, зажал между пальцами и снова уверенно кивнул.
(П/п: речь идёт о близких, «настоящих» друзьях).
http://bllate.org/book/16038/1430479
