К счастью, мозг Цю Яньчжи смог быстро отреагировать.
Он сразу же с улыбкой представил Хэ Чжоу: «Сестра, это мой муж, мы только вчера поженились. Он очень красивый, правда?»
Маленькая медсестра уже чувствовала себя неловко, когда заметила Хэ Чжоу, поэтому сразу же поддержала Цю Яньчжи: «Да, он очень симпатичный! Вы, ребята, выглядите как идеальная пара! Поздравляю молодоженов!»
И, сменив повязку, девушка практически вылетела из палаты.
Хэ Чжоу бросил на Цю Яньчжи равнодушный взгляд: « Раньше я не замечал, что ты так любишь флиртовать».
Цю Яньчжи улыбнулся и его глаза изогнулись в форме полумесяца: «Я рад, что вы наконец-то готовы познакомиться со мной, господин Хэ».
Что-то в улыбке молодого человека заставило Хэ Чжоу подсознательно отвести взгляд.
Почему каждое слово, слетавшее с уст этого человека, заставляло его вздрагивать?
Проведя в больнице несколько дней, Цю Яньчжи настоял на том, что бы продолжить восстанавливаться дома.
Не было никакой конкретной причины.
Ему просто хотелось начать жить вместе с Хэ Чжоу и Мэн Циканом и этим сделать игру более захватывающей.
Он также хотел сам убедиться в том, насколько глубоко разились их отношения. Только так он мог определить, является ли Хэ Чжоу по-прежнему подходящей целью для захвата.
Честно говоря, как бы сильно Цю Яньчжи ни нравилась внешность Хэ Чжоу, он всё равно не мог смириться с тем, что его мужчина принадлежит кому-то другому.
Даже если это было просто в игре.
Однако, отношение Хэ Чжоу к нему немного смягчилось после его травмы. Если эта тенденция сохранится, его будет не так уж сложно поймать.
И все же...
Надежды и мечты Цю Яньчжи рухнули в первый же день его возвращения домой.
Он не сказал Хэ Чжоу, что его выписали из больницы.
Поэтому, когда мужчина вернулся с работы, он был ошеломлён, увидев Цю Яньчжи, сидящего за обеденным столом.
Слегка нахмурившись, он спросил: « Почему ты вернулся?»
«Больница меня утомила, поэтому я решил отдохнуть дома», — Цю Яньчжи бросил взгляд на накрытый перед ним стол, а затем с улыбкой повернулся к Хэ Чжоу. — «Ты присоединишься к нам за ужином?»
«Нет, я уже поел», — Хэ Чжоу снял куртку и повесил её на вешалку. Обернувшись, он уже собирался что-то сказать, но его взгляд остановился на одном человеке.
В этот момент Мэн Цикан как раз вышел из кухни.
Одетый в фартук, он поставил перед Цю Яньчжи миску с горячим супом.
«Цикан-гэ?» - Хэ Чжоу был озадачен, — «Зачем ты здесь?»
Мэн Цикан, казалось, чувствовал усталость и, прикрыв свое запястье ладонью другой руки, сказал теплым голосом: «Яньчжи вернулся домой, но все еще нуждается в уходе. Я врач и поэтому пришёл помочь».
Хэ Чжоу нахмурил брови: «Ты всё это приготовил?»
«Что? Я...»— не успел Мэн Цикан закончить фразу, как был прерван.
Хэ Чжоу шагнул вперёд и перевернул его руку.
На внутренней стороне изящного запястья виднелось небольшое красное пятно от ожога.
Мэн Цикану стало немного не по себе от того, как Цю Яньчжи впился в них взглядом и он захотел убрать руку, но не смог: «... Это не имеет большого значения. Просто суп был слишком горячий. Отпусти мою руку...»
Хэ Чжоу молча отвёл его в ванную, чтобы промыть ожог холодной водой, а затем усадил на стул и принёс аптечку и осторожно нанёс мазь на ожог.
Все это он делал в общей сложности более получаса и за это время не удостоил Цю Яньчжи ни единым взглядом, сосредоточив все свое внимание только на Мэн Цикан. Только закончив наносить мазь, он процедил ледяным тоном: «Подойди сюда, Цю Яньчжи. Мне нужно тебе кое-что сказать».
Цю Яньчжи со слабой улыбкой отложил палочки для еды: «Продолжай, я слушаю».
Хэ Чжоу схватил Цю Яньчжи за запястье и буквально потащил его в свою комнату на втором этаже. Он шёл так быстро, что молодой человек едва поспевал за ним, а когда Хэ Чжоу отпустил его, на запястье остался явный отпечаток ладони.
Несмотря на то, что после инцидента с люстрой Цю Яньчжи сохранил чувствительность к боли примерно на 70%, на случай, если случится что-то ещё, ему всё равно было больно.
Хэ Чжоу захлопнул дверь и впился взглядом в молодого человека, прорычав: «Что именно ты пытаешься сделать?»
Цю Яньчжи опустил глаза, ответив бесстрастным и безразличным тоном: «Тебе не нравится сюрприз, который я приготовил? Я думал, ты будешь рад его увидеть, ведь он тебе так нравится».
«Он не твоя служанка. Он не обязан заботиться о тебе или готовить для тебя».
«Огорчен? Или ты винишь меня в том, что я отправил его на кухню, а не в твою постель?»
Лицо Хэ Чжоу позеленело от гнева, и он процедил сквозь стиснутые зубы: «Мне кажется, ты болен. Я сейчас же отправлю его, и тебе больше не разрешается с ним связываться».
Тон Цю Яньчжи был ровным: «Ты отправляешь его и возвращаешься, или ты собираешься спать сегодня с ним?»
Хэ Чжоу холодно посмотрел на молодого человека: «Это не имеет к тебе никакого отношения».
Цю Яньчжи закрыл глаза. В конце концов, ему удалось не сорваться и его голос был едва слышен: «Не уходи. Не оставайся с ним сегодня... Я умоляю тебя».
Единственным ответом, который он получил, была громко захлопнувшаяся дверь.
На мгновение в комнате воцарилась тишина.
Цю Яньчжи испустил долгий вздох и откинулся на большую кровать.
Да Хуан снова появился перед ним, трепеща крыльями.
Он на мгновение замешкался, прежде чем пробормотать: «Ты сегодня как-то странно себя ведёшь…»
Цю Яньчжи достал сигарету и сделал затяжку.
Дым медленно рассеялся.
Он устало прикрыл глаза и его голос звучал отстранённо: «Да Хуан».
«Я чуть не умер от боли, когда помогал Хэ Чжоу заблокировать ту люстру».
«Когда я был на грани потери сознания, в моей голове была только одна мысль».
«Я должен заполучить Хэ Чжоу после того, как я уже столько настрадался. Как иначе я смогу возместить свои потери?»
«Вот почему я чувствую себя особенно раздражённым сейчас, когда вижу, как Хэ Чжоу себя ведет».
Да Хуан задумчиво наклонил голову и вдруг сказал: «Я понял. Как однажды сказал Маленький принц, твоя роза так важна для тебя, потому что ты потратил на неё столько времени. Хэ Чжоу — твоя роза. Ты любишь его».
Цю Яньчжи и так был не в духе и слова Да Хуана чуть не заставили его рассмеяться от злости.
Он раздавил оставшуюся половину сигареты в пепельнице: «Пошёл ты. Хэ Чжоу даже не человек. Я ещё не совсем сошёл с ума.
Да Хуан: «Ну и что, что он не человек? Значит ли это, что он не заслуживает любви? Знаете ли вы, что говорили разработчики нашей игры раньше? Наша игра о любви призвана разжигать в игроках страстный огонь, чтобы каждый мог пережить незабываемый и прекрасный роман. Поскольку наша игра настолько реалистична, а Хэ Чжоу — такой замечательный персонаж, возможно, однажды вы действительно влюбитесь в него».
Цю Яньчжи потянулся, прежде чем встать с кровати и, обдумав наивные комментарии Да Хуана, он не мог не рассмеяться, направляясь к двери: «Да ладно, я бы скорее влюбился в собаку, чем в него».
Мэн Цикан сидел за обеденным столом, погрузившись в свои мысли, когда услышал шаги. Он встал и увидел, что Хэ Чжоу спустился один и не мог не спросить: «Где Яньчжи?»
Хэ Чжоу не ответил на вопрос, а сказал Мэн Цикану: «Сначала поешь. Потом я отвезу тебя обратно».
Мэн Цикан помедлил, прежде чем ответить: «На самом деле я не против остаться здесь. Так я смогу позаботиться о Яньчжи».
«Но я против», - Хэ Чжоу усадил Мэн Цикана обратно на стул. — «Сначала поешь».
Как Мэн Цикан мог сейчас нормально есть? Он быстро проглотил несколько кусков и тут же подавился. В панике он глотнул немного бульона и обжёг рот. Его лицо исказилось от боли.
Хэ Чжоу налил ему стакан воды и осторожно протянул его: « Ешь медленно, спешить некуда».
Мэн Цикан взял стакан и залпом выпил воду. После этого ему стало немного лучше: «Если бы я знал, что ты придёшь, я бы не стал разогревать суп заранее». Язык Мэн Цикана, который он недавно обжёг, всё ещё немного болел.
Хэ Чжоу был захвачен врасплох: «Разогревать?»
Мэн Цикан вытер рот салфеткой: «Горничная приготовила еду раньше, но Яньчжи настоял на том, чтобы подождать тебя, и вся еда остыла. Я подумал, что хотя бы суп должен быть горячим, поэтому пошел разогреть его».
Хэ Чжоу был ошеломлен.
…Значит, Цю Яньчжи не заставлял Цикан-гэ готовить всю эту еду.
Он взглянул наверх как раз вовремя, чтобы увидеть, как Цю Яньчжи стоит у перил на втором этаже и пристально смотрит на руку Хэ Чжоу, в которой тот держит пустой стакан Мэн Цикана.
Затем взгляд Цю Яньчжи медленно переместился на Хэ Чжоу. Когда их взгляды встретились, Цю Яньчжи убежал, хлопнув дверью.
Когда Хэ Чжоу провожал Мэн Цикана, снова пошёл дождь.
Небо уже потемнело и капли дождя тихо падали на землю, создавая бесчисленную рябь на лужах, в которых отражались круглые белые огоньки.
Постукивающие звуки были очень успокаивающими.
Только они нарушили молчание между мужчинами.
«…Яньчжи, кажется, ты очень нравишься», - внезапно сказал Мэн Цикан.
Хэ Чжоу на мгновение оторвался от пристегивания ремня безопасности.
Затем он опустил взгляд и застегнул пряжку: «Это не имеет ко мне никакого отношения».
Мэн Цикан уставился в окно: «Тогда зачем ты женился на нем?»
«Если бы я не женился на нем...», - Хэ Чжоу замолчал, взглянув на Мэн Цикана. - «Если бы я сделал тебе предложение, ты бы согласился?»
Мэн Циканг был ошеломлен.
Его ро приоткрылся, но слова не сорвались с губ.
Хэ Чжоу повернулся к дороге и нажал на газ.
Он любил Мэн Цикана с детства.
Но Мэн Цикану он не нравился.
Однако это не было главной причиной, по которой он женился на Цю Яньчжи.
Это случилось не потому, что его компании нужны были деньги, и не потому, что его «поймали с поличным в постели» его старшие родственники.
С тех пор, как появился Цю Яньчжи, Хэ Чжоу обнаружил, что делает много такого, чего раньше не делал. Даже он сам не понимал причину происходящего.
Большинство из его поступков были незначительными, несущественными вещами, например, когда идёшь по дороге и вдруг срываешь лист с дерева. Необъяснимо, но оправданно.
Это было похоже на то, что им кто-то управлял.
Что только еще больше усилило его неприязнь к Цю Яньчжи.
Его неприязнь к Цю Яньчжи была неизбежна с самой их первой встречи.
Но когда он подумал о окровавленной голове молодого человека, на которую упала люстра, и о холодных глазах человека, стоявшего на втором этаже...
Мысли Хэ Чжоу становились все более и более хаотичными.
Его губы сжались в тонкую линию, и он ещё сильнее нажал на педаль газа. Машина продолжала набирать скорость.
В этот момент тишину ночи разорвала пронзительный гудок. Хэ Чжоу резко повернул голову налево и увидел, как к нему несётся большой грузовик, ослепляя ярким белым светом!
Его зрачки сузились, когда он резко затормозил. Мир вокруг него размылся и снова затих, а его тело сотрясала дрожь.
Далекое прошлое снова нахлынуло на него.
Это была ещё одна дождливая ночь, наполненная звуками сирен, столкновений и криков.
Перепуганный водитель в ужасе кричал.
Его отец и мать бросились друг к другу прямо перед аварией, эмоционально обнявшись в свои последние минуты.
Они едва слышно окликали друг друга, даже когда испускали последний вздох.
Они были любящей парой, чья преданность друг другу попала в газеты.
Только Хэ Чжоу сидел в одиночестве, и кровь стекала по его лицу. Он то приходил в себя, то терял сознание. Будто он осиротел еще до аварии.
Когда Цю Яньчжи оттолкнул его с пути падающей люстры, это был первый случай, когда...
Кто-то заметил его.
Кто-то обнял его.
«Хэ Чжоу…»
Тихий голос окликнул его.
Только тогда мужчина с трудом оторвал лицо от руля.
Грузовик не врезался в них.
Несмотря на то, что он резко затормозил, ремни безопасности защитили их от травм.
И все же Хэ Чжоу неудержимо дрожал.
Он расстегнул ремень безопасности, открыл дверь и выбежал из машины так быстро, будто от этого зависела его жизнь. Прислонившись к двери, мужчина присел на корточки, хватая ртом воздух.
Дождь лил все сильнее и промочил его насквозь, стекая по волосам и лицу.
Мэн Цикан тоже поспешно вышел из машины. Он достал зонтик и раскрыл его над головой Хэ Чжоу.
Прошло несколько минут, прежде чем дыхание Хэ Чжоу постепенно выровнялось.
«Ты в последнее время регулярно принимал лекарства?» — спросил Мэн Цикан.
Хэ Чжоу кивнул, вытирая лицо.
Мэн Цикан приготовился сесть за руль: «Я отвезу тебя в больницу».
Хэ Чжоу одной рукой потер лоб, а другой остановил Мэн Цикана: «Не нужно. Я в порядке».
Мэн Цикан на мгновение уставился на мужчину, но в конце концов со вздохом отступил: «Тогда я поведу».
«Не нужно. Я могу сам».
«Но с тех пор, как произошёл тот случай, ты...»
Хэ Чжоу перебил его: «Я не могу вечно отказываться от вождения».
Вскоре они добрались до квартиры Мэн Цикан.
«Иди прими душ и переоденься. Ты весь мокрый».
После того как Хэ Чжоу принял душ, Мэн Цикан принёс ему новую одежду и заварил чашку горячего чая.
«Ты выглядишь неважно. Может, ты простудился?» — Мэн Цикан потянулся тыльной стороной ладони измерить температуру Хэ Чжоу. - «Почему бы тебе не остаться здесь на ночь? У меня есть лекарства, а дождь только усиливается».
Как только Мэн Цикан собрался коснуться лба мужчины, Хэ Чжоу схватил его за запястье и остановил.
Он быстро отпустил его руку и сделал шаг назад.
«Я не могу».
Хэ Чжоу сделал паузу и посмотрел на Мэн Цикана, прошептав: «Я уже женат, Цикан- тэ».
Слова Хэ Чжоу ещё долго звучали в ушах Мэн Цикана после его ухода.
Дверь закрылась снаружи, издав звук, который нельзя было назвать ни лёгким, ни тяжёлым.
Мэн Циканг вяло взглянул в его сторону.
Хэ Чжоу на самом деле был измотан, особенно после душа и был готов упасть спать прямо на месте.
Затем он внезапно вспомнил взгляд Цю Яньчжи и то, что тот сказал перед уходом.
Цю Яньчжи умоляла его не оставаться сегодня с Мэн Циканом.
Хэ Чжоу по какой-то причине почувствовал что-то в своем сердце и захотел вернуться домой.
Потому что Цю Яньчжи всё ещё ждала его там.
Должно быть, он проголодался, раз провел весь вечер в его ожидании.
Что же Цю Яньчжи любил есть?
Пока он был в больнице, то всё время говорил о больничных вонтонах.
Хэ Чжоу заехал в больницу и купил там эти восхитительные вонтоны.
Но, подходя к входной двери и вспомнив свои последние слова, сказанные Цю Яньчжи перед расставанием, мужчина напрягся.
Глядя на вонтоны, ради которых он так старался, то почувствовал себя неловко.
При мысли о том, что подавленный мужчина безнадёжно ждёт его дома, он не мог не забеспокоиться, что Цю Яньчжи неправильно поймёт этот жест и в будущем станет ещё более раздражающим.
Несмотря на это, он так и не смог выбросить вонтоны, даже несколько раз поднося их к мусорному ведру.
В конце концов, вздохнув, мужчина открыл дверь.
А потом…
Он увидел, что его обычно чистая гостиная превратилась в хаос: бутылки вина и закуски были разбросаны по всему полу, а куча незнакомцев собралась вокруг хот - пота.
Один особенно странный мужчина в юбке пил пиво и кричал в сторону кухни.
«Яньян! У нас почти закончилась баранина! Я хочу ещё баранины!»
«О, и пиво тоже почти закончилось!»
«Чжан Юйсюань, иди сюда и помоги мне прямо сейчас! Почему ты просто сидишь там, как никчёмный молодой господин?!»
Цю Яньчжи смеялся и ругался на кухне, совсем не выглядя подавленным. Его даже можно было назвать оживлённым и весёлым.
Хэ Чжоу, однако, был очень мрачен.
Он неловко, но незаметно спрятал потрепанные вонтоны за спину.
http://bllate.org/book/15960/1427635
