Глава 3
Пятьсот плюс восемь тридцать — очевидно, бесполезно.
Даже если добавить те пятьдесят от мелкого жёлтого — это капля в море.
Маленькая клиника хоть и выглядела вполне по-народному, но Чжоу Ли прикинул, что этих денег вряд ли хватит.
Он вздохнул и под симфонию кошачье-собачьего оркестра разобрался с данными персонажа. Поняв, что обращаться к родителям бесполезно, он, набравшись наглости, открыл группу в «Вичате» под названием «Братья навек» и собрался устроить сбор средств — это был единственный выход.
В группе было восемь человек, все — мастера прогуливать уроки и драться.
Условия в семьях у этих сорванцов были примерно одинаковые, двое даже жили на пособие. Оригинальный владелец тела стал их главарём, во-первых, потому что был жесток, а во-вторых, потому что был самым богатым среди них.
Чжоу Ли вспомнил про тех двоих, живущих на пособие, и лицо его загорелось ещё сильнее. С максимальной искренностью он добавил: «Вы не напрягайтесь, кто сколько может. Если не хватит — я ещё что-нибудь придумаю».
Хулиганы коллективно обалдели.
Их Брат Ястреб всегда, не сойдясь в двух словах, начинал орать. Когда это он так унижался?
Нельзя, нельзя давать Брату Ястребу терпеть такую обиду!
Несколько человек, распалившись от чувства товарищества, полезли за деньгами.
Самый богатый после него тут же выложил целых двести юаней, остальные достали по несколько десятков, даже мелкий жёлтый, тот ещё Гобсек, добавил ещё десять. Так ввосьмером они наскребли больше тысячи.
Чжоу Ли проникся. Впервые он понял, что тысяча юаней может быть весомой. Он ответил голосовым: «Спасибо, после начала учёбы брат верну вам вдвое».
Хулиганы, конечно, отказались. Голосовые и текстовые сообщения быстро заполонили весь экран.
Сплошные «стоит ли возвращать такие деньги», «ты что, считаешь нас чужими», «если ты брат — про деньги не заикайся»... Вроде все — сопливые подростки, а языком чешут — заслушаешься.
Чжоу Ли сначала было неловко, но тут он невольно развеселился и не удержался — перебросился с ними парой шуток. Услышав, что его зовёт врач, он поспешил туда.
Снимок готов: левая передняя лапа — вывих, одно ребро треснуло, остальное — просто ушибы. Выписали мазь, ещё нужно поставить капельницу.
Всё вместе вышло почти девятьсот. Чжоу Ли, под болезненным взглядом мелкого жёлтого, оплатил счёт, взял у медсестры пластиковый стульчик, поблагодарил и смирился с судьбой — сторожить, пока некий господин откапается.
Медсестричка, заметив, что он довольно вежливый, — не считая рыжей шевелюры, — спросила: «Это твоя собака?»
Чжоу Ли ответил: «Нет, подобрал возле мусорки».
Медсестричка возмутилась: «Эти живодёры — просто не люди!»
Чжоу Ли: «Вот именно, совсем совесть потеряли. Такую милую собаку — и рука поднялась».
Медсестричка: «Рано или поздно их настигнет расплата!»
Чжоу Ли поддакнул: «Ага». Вот только почему расплата досталась ему?
Медсестричка: «Эх, хорошо, что вы его нашли».
Чжоу Ли: «Ничего не поделаешь, у меня сердце доброе, не могу смотреть, как животные мучаются».
Мелкий жёлтый: «...»
Алло? Брат Ястреб, ты что, память потерял?
Чжоу Ли ещё немного поболтал, а затем начал расспрашивать, как ухаживать за собакой, слушая очень внимательно.
Мелкий жёлтый ничего не понимал, поэтому честно прикинулся прозрачным. Только когда медсестричка ушла заботиться о других хозяевах, он с любопытством спросил: «Брат Ястреб, ты что, собираешься его оставить?»
Чжоу Ли: «Пока что».
Мелкий жёлтый прозрел: это он хочет выходить пса, а потом продать.
Он тут же занервничал, в нём проснулся Гобсек: «Но это же... это же невыгодно. Нужны повторные осмотры, ещё корм покупать, прививки ставить. А вдруг он поправится да ещё подрастёт — кто захочет покупать такую большую собаку? Это же чистый убыток!»
Чжоу Ли наставительно сказал: «Ты не понимаешь. В этом мире не всё можно мерить деньгами. Надо смотреть и на другое».
Мелкий жёлтый: «На что ещё?»
Чжоу Ли: «На мою глубокую братскую любовь».
Мелкий жёлтый: «...»
С Братом Ястребом сегодня что-то не так?
Чжоу Ли успокоил его: «Не переживай, брат знает, что делает».
Это же не обычная собака, это сам Яньло-князь преисподней. Даже если придётся в убыток — надо содержать как следует.
Он погладил пса по голове и, утешая себя горькой иронией, представил, как этот владыка преисподней, мечтая его прикончить, вынужден жить на его содержании. От этой мысли стало даже забавно. Не удержавшись, он ляпнул: «А что, если назвать его Догоняем?»
Мелкий жёлтый «ха»
— прыснул со смеху. Не успел он ответить, как хаски на столике открыл глаза и уставился на них.
Чжоу Ли: «...»
Прости, я виноват.
Он поспешил исправиться, изобразив удивление: «О, ты очнулся!»
— и хотел было завести с мелким жёлтым разговор о чём-нибудь другом, чтобы сменить тему. Но мелкий жёлтый, отсмеявшись, выдал своё мнение: «Только сказали — и он проснулся. Видно, имя ему нравится».
Чжоу Ли: «... Или, может, он хочет укусить, просто сил нет».
Мелкий жёлтый: «Собака — она и есть собака. Покличешь, покличешь — и привыкнет».
Ага, вот только в итоге подохну я.
Чжоу Ли посмотрел на этого бестолкового товарища и захотел спровадить его. Но он недооценил силу денег — мелкий жёлтый сам передумал: «Нет, имя — это важно, его надо оставить покупателю. Давай не будем придумывать».
Чжоу Ли проникся к нему уважением и едва заметно дёрнул уголком рта: «Сходи налей воды, посмотрим, будет ли пить».
Мелкий жёлтый попросил у медсестры бумажный стаканчик, набрал воды из кулера и поставил перед хаски.
Цзи Шаоянь глянул на них, опустил голову и попил.
Чжоу Ли мысленно отметил: так и есть.
Судя по описанию в оригинале, у Цзи Шаояня чувства были скудные. Единственный, кого он выделял, — это вырастивший его дед. К тому же он был невероятно терпелив и умел притворяться: даже если в душе хотел нарезать человека на ломтики, на лице оставался учтивым и приветливым.
Будь на его месте кто-то другой — внезапно свалиться с небесного любимца судьбы до скотины, попасть в лапы хулиганов, которые хотели его продать, а когда продажа не вышла — принялись издеваться, и, очнувшись, увидеть того самого непредсказуемого хулигана, — ни за что бы не сохранил такого спокойствия. После череды ударов, рискуя жизнью, броситься и вырвать у него кусок мяса — это была бы нормальная реакция.
Но Цзи Шаоянь умел сохранять спокойствие почти до извращения.
Чжоу Ли даже в этом неторопливом, обстоятельном попивании воды уловил нотку элегантности. Он снова погладил пса по голове — и не заметил ни малейшего желания отказаться или уклониться. Словно его рука для пса вообще не существовала.
Ну и ладно. Он молча убрал руку.
Впрочем, ничего страшного. Он уже придумал способ переломить ситуацию — так, глядишь, и продержится.
Цзи Шаоянь отпил несколько глотков и перестал.
Его перед этим этот хулиган пнул прямо по голове — в ушах гудело, сил думать о чём-то другом не было. Он понимал, что в ветеринарной клинике ему пока ничего не угрожает, и спокойно уснул.
Мелкий жёлтый пробыл ещё полчаса, после чего Чжоу Ли спровадил его.
Летним днём вся палата хозяев, набегавшись, развалилась по клеткам вповалку.
Врач ушёл во внутреннюю комнатку — видимо, прилёг. Медсестричка надела наушники, поставила планшет и уселась за стойку смотреть сериал. В клинике быстро стало тихо.
Чжоу Ли наконец смог переключить внимание на это тело.
Он открыл фронтальную камеру и посмотрел на себя. Как и в данных персонажа — свежевыкрашенная рыжая шевелюра. Не слишком яркий оттенок, вполне ничего. Возможно, потому что у оригинала в начале сюжета было немало экранного времени, ему дали довольно сносную внешность. Вот только характер — беда.
Чжоу Ли вспомнил нынешнюю семейную обстановку оригинала и нахмурился.
Мать оригинала давно умерла. Дома их двое: он и отец Цянь Дошу. А Цянь Дошу не только любил выпить, но и имел склонность к домашнему насилию. Это и было главной причиной психических проблем оригинала.
Он мысленно цокнул языком. Хотелось бы благополучно пережить это лето.
Одного господина ему уже хватало с лихвой. Второго — пьяницу и буяна — он переваривать не собирался.
Чжоу Ли закрыл камеру и принялся просматривать приложения на телефоне.
Этот выдуманный мир отставал от ихнего на несколько лет: мобильные платежи только-только прижились, коротких видео ещё не было, развитие мобильных игр тоже шло медленнее. В телефоне были только «Нарезка арбуза» и «Три в ряд»
— прямо ностальгия.
Он пролистал переписки в «Вичате» и «QQ», составил кое-какое представление о социальных связях оригинала, поставил телефон на беззвучный и принялся резать арбузы.
Игра оказалась на удивление затягивающей. Он увлёкся незаметно для себя, и только когда зарядка почти кончилась, отложил телефон. Глянул — в капельнице осталось совсем чуть-чуть. Он дождался, пока всё докапает, и позвал медсестру вытаскивать иглу.
Медсестричка сказала: «Ему бы лучше ещё денёк прокапаться. Может, оставим катетер, пока не будем вынимать?»
Чжоу Ли ответил честно: «Денег не хватит. Заберу домой, понаблюдаю».
Медсестричка больше не уговаривала. Она размотала бинты, вытащила катетер и заметила, что хаски всё это время лежал с закрытыми глазами — тихий до жути. Лицо её посерьёзнело: вдруг аллергия на лекарство? Но она же только что проверяла его, прежде чем спокойно сесть за сериал!
Она занервничала: «Он... он почему не просыпается? Может, у него травма головы?»
Чжоу Ли удивлённо наклонился: «Да? Дай-ка гляну».
Он потолкал некоего господина — тот лежал как мёртвый. Быстро оглядевшись, Чжоу Ли с радостью заметил в ячейке шкафчика мягкий воланчик для бадминтона. Взял его и принялся водить перьями по собачьему носу.
«Апчхи-и!»
Хаски внезапно чихнул — очень звонко.
Чжоу Ли положил воланчик на место и сказал: «По-моему, с ним всё в порядке».
Медсестричка: «...»
Цзи Шаоянь: «...»
Медсестричка вытаращила глаза.
Чжоу Ли сказал: «Я раньше видел одну раненую собаку. Её избил хозяин, который держал её несколько лет. Когда её спасли, она выглядела так, будто жизнь ей больше не мила — весь мир ей был не нужен».
Медсестричка расчувствовалась: «Правда?»
«Да, — скорбно подтвердил Чжоу Ли.
— У животных тоже есть чувства. Видите, какой он маленький, а уже столько выстрадал. Что он немного замкнулся — это можно понять».
Медсестричка посмотрела на жалкого, несчастного хаски, вздохнула и погладила его по голове.
Цзи Шаоянь: «...»
Чжоу Ли, поняв, что пора закругляться, пообещал, что согреет пса тёплым сердцем и вернёт его в прекрасный мир. Попрощавшись с медсестричкой, он вышел из клиники.
Он примерно догадывался, что задумал Цзи Шаоянь.
Цзи Шаоянь из предыдущего разговора понял, что хулиганы всё ещё хотят его продать, и притворился больным.
Это сродни психологии игрока: деньги уже вложены, и, чтобы не потерять всё впустую, хулиганы, скорее всего, продолжат лечение. Значит, он сможет продержаться в клинике хотя бы ещё день. А в идеале — чтобы хулиган нашёл повод придраться к клинике, вытребовал деньги и бросил его здесь.
Даже если хулиган не захочет лечить и снова примется издеваться — ему всё равно придётся выйти из клиники и найти безлюдное место. В этом процессе, возможно, выпадет шанс сбежать. А если шанса не будет — он, конечно, не дурак, очнётся в нужный момент и не даст себя мучить.
Впрочем, Чжоу Ли это лишь предположение. Может, этот господин провернёт что-нибудь поизощрённее.
Но как бы то ни было, ему нужно сначала придержать пса у себя и набрать очки симпатии.
Цзи Шаоянь крепко сидел у него на руках, слушал, как тот напевает песенку, и отмечал, что настроение у хулигана на удивление ровное — ни капли злости.
Он прикинул, что сбежать не выйдет, и открыл глаза — посмотреть дорогу, чтобы хоть знать, куда его тащат.
Чжоу Ли, увидев это, обрадовался: «О, очнулся?»
Цзи Шаоянь и смотреть на него не захотел.
Чжоу Ли мягко погладил его по шерсти: «Я знаю, ты злишься, что я тебя бил. Но это был не я. Я — вторая личность этого тела. Так что, строго говоря, это моя личность тебя спасла».
Убийца превратился в спасителя. Идеально.
Пока он существует, Цзи Шаоянь вряд ли его тронет. А если его душа исчезнет — то и сводить счёты с ним будет уже некому.
Он с надеждой посмотрел на хаски у себя на руках, ожидая реакции.
Цзи Шаоянь продолжал лежать, не удостоив его даже взглядом. Полное безразличие.
Чжоу Ли: «...»
А, ему вообще всё равно. Пиши пропало.
Он подумал: ну и крепкий орешек. А вслух доиграл спектакль до конца: «Чтобы та моя личность снова не вышла и не побила тебя, я, как только ты поправишься, найду тебе хороших хозяев».
Помолчав, он не сдержал накопившейся обиды и ласково добавил: «Так что не переживай, Догоняй».
Цзи Шаоянь: «...»
Для вас старалась команда Webnovels.
У нас действуют такие правила: Нашли ошибку? Получите главу. Написали рецензию? Получите 50 глав (Только напишите нам с мессенджеры или на почту для получения)
http://bllate.org/book/15791/1435358
Готово:
