Глава 18
Стоя у подножия горы и наблюдая за толпой экипированных туристов, Вэнь Линью всё ещё пытался осознать ситуацию.
Вот этого хотел от него Гу Чи?
Гора была известна, а в субботу здесь было особенно многолюдно: семьи, компании друзей, стримеры и, конечно, пары, держащиеся за руки.
Шум и оживление казались непривычными после его уединения… а может, он вообще никогда не бывал в такой атмосфере.
Гу Чи же смотрел только на влюблённых: на переплетённые пальцы, на девушку, цепляющуюся за руку парня.
Подъём был долгим и тяжёлым, многие современные молодые люди были в плохой форме, но пары упорно тянулись к Камню Трёх Жизней и скале с замками.
Гу Чи же уже вступил с ними в молчаливое соревнование.
Он и его ученик будут самыми быстрыми!
— Зачем ты всё это накупил? — очнувшись, спросил Вэнь Линью, видя, как тот возвращается с треккинговыми палками, бутылками и панамами.
— У них есть — у нас тоже должно быть! — фыркнул Гу Чи.
Вэнь Линью: «…» Детский дух соперничества? Даже в мелочах?
— А деньги ты где взял?
Гу Чи посмотрел на него, как на дурака:
— Ты что, не знаешь, сколько у меня богатств?
У него было полно средств, не говоря о сокровищах в пространственном кольце.
Линью хотел возразить: другое же измерение, тут его деньги не в ходу.
— Я не платил наличными, — отмахнулся Гу Чи.
— А чем?
— Серебряной монетой. Пойдём.
Линью уставился на панаму в руках. Он знал: одна такая монета стоила десятки тысяч, а тот обменял её на ерунду за пару сотен. Хотелось возмутиться расточительностью, но, в конце концов, не его деньги. Да и сам он теперь не бедствовал. Надо бы даже тратить больше.
Они начали подъём. Для Вэнь Линью, привыкшего бегать по лестницам Университета культивации, эти две тысячи ступеней были не проблемой. Его тело, хоть и не такое, как у Гу Чи, всё же укрепилось. Лишь щёки слегка порозовели от нагрузки.
Обычным туристам было куда тяжелее. Первые сотни ступеней ещё сопровождались смехом и бравадой, но к пятисотой они уже задыхались, опираясь на палки. К тысячной ступени шагали по два и отдыхали по три.
— Тьфу! — презрительно фыркнул Гу Чи. — Соревноваться со мной? Жалкие!
— Пожалуйста, не смотри на них так, — не выдержал Линью.
— Почему? Даже посмеяться нельзя?
— …Боюсь, что тебя побьют.
— Побьют? Кто осмелится?
Линью не стал объяснять. Но Гу Чи, в азарте, весь путь держал его за руку. С таким высокомерным видом, что любой прохожий захотел бы врезать. Линью было неловко — в эпоху соцсетей один случайный кадр мог подмочить репутацию. А отношения с Гу Чи выглядели совсем не так, как есть на самом деле.
Заметив его молчание, Гу Чи нехотя смягчился. Бросил последний презрительный взгляд на измождённые парочки, задрал подбородок и продолжил подниматься рядом с ним.
— Что он так выпендривается? — проворчал парень из первой пары. — Видела, дорогая? Этот гад нас презирает!
— Тебе кажется. Просто он выше стоит. Давай лучше вниз? — устало ответила девушка.
— Ничего мне не кажется! Держит её за руку, демонстрирует! Что, один он девушку имеет? — чем больше он думал, тем сильнее злился.
Вторая пара подхватила:
— Точно! Меня аж передёрнуло. Этот тип смотрел так, будто я ничтожество!
— А ты и правда ничтожество, — холодно заметила его подруга. — Я же говорила — занимайся спортом. Вон у того парня фигура, вот он и не устал.
Парень оскорбился и выругался:
— Ладно! Пусть этот выскочка сдохнет вместе со своей подружкой!
Гу Чи, не слыша проклятий, с довольным видом достиг середины маршрута. Здесь оживлённо: кого-то уже несли вниз на носилках. Он огляделся, удовлетворённо хмыкнул. Никто их не превзошёл. Все слабаки!
Линью без слов прочитал выражение его лица. Сравнивать себя с простыми людьми — разве это не смешно для существа его уровня? Может, именно этот мир сделал его таким детским?
На середине маршрута была площадка с панорамой. Туристы делали фото, отдыхали. Гу Чи, увлечённый собственным «триумфом», не следил за ним, и Линью смог спокойно полюбоваться пейзажем. Ранний туман ещё не рассеялся, клубился по склонам. Он сделал снимок — только для учителя.
Рядом продавали закуски и сувениры. Вернувшись, Гу Чи принёс ему еду.
Линью не был голоден, но заметил: всё купленное было его любимым — слегка острое, без зелёного лука.
Он посмотрел на еду, затем на невозмутимое лицо Гу Чи, будто всё это само собой разумеется.
Вэнь Линью прищурился. Это было подозрительно.
Откуда Гу Чи так точно знал его вкусы? Он ведь спал десять лет. Почему он знает его так хорошо?
http://bllate.org/book/15736/1408781
