Чи Шу Янь несколько раз проверил содержание этой записки. Он снова и снова смотрел на три слова “Ты мне нравишься”, и даже когда Су Тан окликнул его, он все еще не мог оторваться от них.
— Хватит пялится. Что в этом такого хорошего? — Су Тан покраснел и попытался выхватить записку обратно.
— Зачем ты мешаешь мне читать это? — Чи Шу Янь отказался отдавать ее Су Тану и даже намеренно переложил записку в правую руку. Су Тан сидел слева от него, так что, естественно, он не мог до нее дотянуться. Затем Су Тан попытался встать и выхватить ее из руки Чи Шу Янь, но тот надавил ему на плечо и сказал, — Будь умницей, сядь и не поднимай шума.
— Кто это здесь поднимает шум? — пришел в ярость Су Тан. Он мог только протянуть руку, раскрыть ладонь, а затем сказать Чи Шу Яню, — А ну отдай.
— Ладно, — улыбнулся Чи Шу Янь и передал Су Тану самую первую записку.
— Не эту, а ту, — пристально глядя на него сказал Су Тан, но записку не выбросил. Вместо этого он положил ее в свой пенал.
Чи Шу Янь приподнял бровь, но ничего не сказал, одарив Су Тана глубоким взглядом, как будто говоря: "Чем ты занимаешься? Решил сохранить мою записку на память?"
— Я просто положил ее там. Ты себе все надумываешь, — запинаясь начал объясняться Су Тан, молча опустив глаза, не смея посмотреть Чи Шу Яню в глаза.
— Нет, нет, нет, я вообще ни о чем не думал. Это ты слишком много надумываешь, — напомнил ему Чи Шу Янь.
— Неважно, — притворился безразличным Су Тан, но на самом деле он чувствовал себя виноватым. В конце концов, Чи Шу Янь не дурак, как он может не видеть, о чем он думает. Если он продолжит в том же духе, то, несомненно, усугубил бы ситуацию до такой степени, что в конце концов ему останется только признаться.
Таким образом, он опустил тему и прямо сказал Чи Шу Яню:
— Верни мне и эту записку.
— Какая записка? Ни о чем таком не помню? — говоря это, Чи Шу Янь спрятал записку, а затем улыбнулся Су Тану.
— Ты жульничаешь, — Су Тан был в ярости и выглядел так, как будто хотел наброситься и укусить его.
И все же Чи Шу Янь совсем не боялся, прежде всего потому, что в его глазах Су Тан – робкий и мягкий белый кролик. Обычно он был озабочен только тем, чтобы грызть свою морковку, но сегодня он был зол, поэтому обнажил свои крошечные зубки, желая напугать собеседника. Но Чи Шу Янь, игравший большого злого волка, совсем не испугался.
Вместо этого он был поражен его миловидностью.
Однако это та миловидность, что заставляет его сердце трепетать.
— Почему ты молчишь? — осторожно спросил Су Тан, найдя его выражение странным.
— Слишком засмотрелся на тебя, — сказав это у Чи Шу Яня возникло желание погладить его по голове, — Такой миленький.
Су Тан на мгновение остолбенел, а затем понял, что их уровни действительно не могут сравниться. Одно-единственное заявление Чи Шу Яна уже привело его в замешательство, как будто, когда две армии вступили в бой, как только на другом конце зазвучали боевые барабаны, он уже покинул пост и сбежал.
— Хватит пялиться. Закончил с планом рассадки? — наконец пришлось ему сказать. В конце концов, когда на тебя так пялятся, это было в сто раз тревожнее, чем когда он смотрел на записку, написанную им.
К счастью, Чи Шу Янь был умен, и знал, когда остановиться. В конце концов, они только что подтвердили свои отношения. Если он будет продолжать так сильно дразнить того, то тот испугается и решит снова спрятаться в своей кроличьей норе, не решаясь встретиться с ним. Что ему тогда делать?
В этот момент некоторые ученики уже закончили есть и медленно заполняли класс. Эти двое вели себя так, как будто ничего не случилось, и занимались своими делами.
Однако Су Тан иногда слегка наклонял голову и украдкой заглядывал в план рассадки, желая узнать, хочет ли тот... устроить так, чтобы они вдвоем сидели вместе.
И все же он был слишком смущен, чтобы сказать это. В конце концов, поступать так не слишком хорошо, так что он мог только украдкой подсматривать.
Но он так часто заглядывал, что его шея почти ломалась от напряжения, и все же у него не получалось четко определить свое положение. Он хотел наклониться ближе, но боялся, что Чи Шу Янь заметит, поэтому вконец запутался.
Сидевший рядом Чи Шу Янь уже давно заметил его ужимки, но так и не осек его, а просто наблюдал.
Понаблюдав за ним некоторое время, после чего решил не продолжать подшучивать над Су Таном. Как раз в тот момент, когда он хотел заговорить, тот ткнул его в плечо и спросил:
— Я схожу за водой. Тебе принести?
— Конечно, подожди возьму свой стаканчик, — сказав это, Чи Шу Янь отложил ручку и небрежно подвинул бумагу к Су Тану, и когда он подтвердил, что тот способен ее видеть, повернулся, чтобы обыскать свою сумку.
Воспользовался возможностью Су Тан заглянул в план. На протяжении всего процесса он так нервничал, что его сердце учащенно билось, беспокоясь, что Чи Шу Янь может обернуться и застать, как он просматривает план рассадки.
Через несколько секунд Су Тан наконец нашел свое имя на сиденье в среднем ряду, ближе к задней части класса. Он глубоко вздохнул, затем посмотрел на позицию за своим именем. Слава богу, там была незаконченная “Чи”.
Су Тан наконец успокоился, но его сердце продолжало биться в ускоренном темпе, или даже быстрее, чем раньше, как будто его сердце собиралось разорваться от волнения.
— Нашел свой стаканчик? — голос Су Тана дрожал, но в нем звучало радость.
— Нашел, — Чи Шу Янь услышал его вопрос, затем достал свой станчик из сумки и протянул его Су Тану, поблагодарив, но улыбка на его лице выглядела чрезвычайно очевидной.
— С чего ты так счастлив? — Су Тан невольно бросил на него любопытный взгляд, хотя и не придавал этому особого значения. Он просто вскочил со стаканчиками и пошел наполнять их для Чи Шу Яна и для себя.
Было 5.40 вечера. Большинство учеников уже вернулись в класс, и после простой уборки все они сели на свои новые места.
Однако после того, как староста внес некоторые небольшие изменения в план рассадки, Ли Чэн теперь сидел позади Чи Шу Яня, в то время как другого активного ученика поместили перед ним.
Таким образом, во время занятий Чи Шу Янь разделял их, подавляя любые попытки поговорить, заодно предотвращая передачу записок.
В течение первого периода вечерних самостоятельных занятий все были заняты сравнением своих заданий с ответами. Во втором периоде они были заняты исправлением своих ошибок и возможностью отвлечься и повалять дурака. Как только время истекало, они выбегали из класса к общественным телефонам, чтобы сообщить родителям хорошие или плохие новости.
Су Тан и Чи Шу Янь не из любителей звонить домой. У одного может не быть никого, кто взял бы трубку, даже если бы он позвонил, а другому не нужно было звонить, чтобы знать, что он лучший в классе. Следовательно, они оба вернулись в свое общежитие, как обычно, но после мытья, никому из них все еще не хотелось спать.
Чи Шу Янь только что принял душ и готовился быстро высушить волосы феном, когда увидел, что Су Тан стоит к нему спиной, расстилая постель. И тут же в его голове пронеслись озорные мысли.
— Может нам сегодняшним вечером немного позаниматься? — вдруг спросил он.
— Угу ... Хорошо, — Су Тан обернулся, выглядя слегка нервным и застенчивым, но легкая улыбка заставила Чи Шу Яна почувствовать, как будто в глазах у него сияют звезды.
Чи Шу Янь на мгновение замолчал, вероятно, вспоминая улыбку соседа, затем быстро положил полотенце и поставил рабочий стол и стулья.
Он сел, но вскоре снова встал. Су Тан подумал, что он что-то забыл, но когда обернулся проверить, то увидел, как Чи Шу Янь закрывает дверь в их комнату, а затем запирает ее изнутри.
Су Тан затаил дыхание, и его разум тоже был подавлен. В конце концов, ему было все равно, правильно ли он положил свою подушку и одеяло, и он просто сел рядом с Чи Шу Янем. Он открыл свою книгу и, несколько раз взглянув на него, тихо подвинул свой стул поближе к Чи Шу Яню.
В этот момент их сердца забились быстрее. Неясно, чье сердцебиение быстрее, так как, казалось, будто они бьются с одинаковой частотой. И эта частота, вероятно, частота любви.
В данный момент никто из них не заинтересован в учебе. Или, скорее, они никогда не думали о том, чтобы использовать это время для учебы. Что касается того, что они хотели сделать, это было загадкой.
— Пак... — карандаш упал на пол. Затем оба немедленно потянулись за ним. Они двигались одновременно, коснувшись его в один и тот же момент, наконец, одна рука накрыла другую. Их пальцы воспользовались возможностью и переплестись, а карандаш оказался забыт на полу.
— Я... — Су Тан ощутил, что ладонь Чи Шу Яня была очень горячей, настолько горячей, что все его тело покалывало, но он не мог отпустить ее. Слишком смущенный, чтобы смотреть на лицо другого, поэтому ему пришлось опустить голову и смотреть на тесно сцепленные руки.
— У тебя такая маленькая рука, —Чи Шу Янь взял руки другого в свои ладони и слегка погладил их, затем растопырил пальцы, обнажив светлый и мягкий кулак.
Су Тан отпустил его руку тыльной стороной ладони вверх. Его кожа была нежной, как нефрит, а пять пальцев – тонкими и изящными. Чи Шу Янь не удержался и деликатно поиграл с ними; ему даже захотелось поднести их к губам и попробовать этот сладкий и сливочный вкус.
От этого взгляда Су Тан чувствовал себя смущенным, поэтому он подцепил палец, желая немного расслабиться. Однако его палец коснулся ладони другого, пощекотав его руку и вызывая пульсацию в его сердце.
— Щекотно, — сообщил ему Чи Шу Янь.
— Пфф, так уж щекотно? — Су Тан не ожидал, что такой взрослый Чи Шу Янь, может бояться щекотки. Он не удержался от смеха и даже хотел продолжить его щекотать.
— Не двигайся, — Чи Шу Янь схватил его за руку, но Су Тан хихикнул, — Ни за что, — он хотел продолжить игру, но Чи Шу Янь схватил его за запястье, затем поднес его ко рту и слегка прикусил.
Он лишь немного прикусил, но чувство было особенно ясным. Это походило на прикосновение перышка, теплым, покалывающим и немного щекочущим, странным и в то же время чудесным.
Су Тан не мог осознать, произошедшего только что. Или, скорее, он не смел поверить в случившееся. Он мог только ошеломленно на него посмотреть. И в этот момент Чи Шу Янь поднял руку и легонько поцеловал костяшку возле безымянного пальца.
— Это щекотно? — поддразнил он.
http://bllate.org/book/15669/1402532
Готово:
