Другие пациенты в палате тоже прислушивались к их разговору, и некоторые начали сомневаться, не преувеличивает ли этот человек. В конце концов, ведь это был их собственный внук, их плоть и кровь — как старики могли так поступить?
Мужчина горько усмехнулся:
– Кто бы мог о таком подумать? Я тоже сомневался, не слишком ли я нервничал и не ошибся ли я в своих воспоминаниях, но позже, когда я обсуждал этот случай с другими, кто-то действительно подтвердил, что видел, как старик возвращался тайком домой в тот день.
Затем мужчина рассказал о другом случае. Когда Сюй Чи было пять лет, дедушка взял его с собой на реку, чтобы научить плавать, но Сюй Чи чуть не утонул, а старика нигде не было видно. К счастью, в это время кто-то ловил рыбу на берегу и сумел вытащить мальчика.
Мужчина упомянул еще о нескольких подобных происшествиях, и пациент, который поначалу выражал сомнения в правдобности рассказанного, тоже начал возмущаться.
Хорошо, если это был несчастный случай один раз, то как насчет второго или третьего случая?
На мгновение в палате воцарилась тишина. Лин Ю почувствовал, как его сердце словно обожгло огнем, боль была невыносимой.
Сюй Чи всегда был таким умным — он, должно быть, давно догадался обо всем.
Каким испуганным и ненужным он, должно быть, себя чувствовал.
Мужчина прочистил горло и обратился к Лин Ю:
– Бабушка и дедушка Сюй Чи умерли много лет назад, и мы здесь не для того, чтобы плохо отзываться о них за их спинами. Просто мы считаем, что Сюй Чи слишком много страдал, и теперь, когда он прошел все через это, вам следует хорошенько позаботиться о нем.
Супружеская пара очень сопереживала и сострадала Сюй Чи, Лин Ю явно это почувствовал. Он видел, что эти двое отличались от тех, кто сплетничал и строил догадки; большинство из того, что они говорили, было правдой.
Женщина, услышав, как ее муж рассказывает о детстве Сюй Чи, даже расплакалась и вытерла выступившие на глазах слезы. Лин Ю был тронут проявлением ее чувств и протянул ей салфетку.
Женщина взяла ее и вытерла лицо. Она посмотрела на сложное выражение лица молодого мужчины — очевидно, он был глубоко потрясен этими откровениями.
– Сюй Чи никогда не рассказывал вам об этом, не так ли? – соседка выбросила мокрую от слез салфетку в мусорное ведро и сказала:
– Это нормально, этот ребенок всегда был таким. Когда мы иногда забирали его к себе, пока его старших не было дома, он никогда не жаловался на жизнь, всегда был таким кротким и послушным, что это разбивало нам сердца.
Затем она взглянула на таз и полотенце у кровати Сюй Чи и тепло улыбнулась:
– Вы внимательно ухаживаете за ним, вы явно добросердечный человек, и мы чувствуем облегчение.
В этот момент она, наконец, решилась спросить:
– Когда вы двое вернулись?
Голос Лин Ю был хриплым:
– Пару дней назад. Мы просто приехали навестить кое-кого.
Увидев, как побледнел Лин Ю, женщина похлопала его по плечу, чтобы успокоить, и, не сказав больше ни слова, вернулась к постели мужа.
**
Вскоре у мужчины сняли капельницу, и пара собралась уходить. Лин Ю встал, чтобы проводить их, но женщина отмахнулась от него, сказав, чтобы он сосредоточился на уходе за Сюй Чи, и пригласила их позже к себе домой на ужин, как только больной поправится.
Лин Ю рассеянно согласился, его мысли витали где-то далеко.
Проводив супругов, он вернулся к постели своего мужа и взял его за руку.
До этого он всегда считал, что совершает исключительную работу, заслуживая высоких оценок, находясь во взаимотношениях с Сюй Чи. Теперь он так больше не думал.
Он многого не понимал о жизни своего партнера, в то время как сам Сюй Чи знал все подробности его детства.
Внезапно до него дошло, почему тот хотел развестись. Это было вовсе не из-за забытого дня рождения и не из-за ситуации с поклонником, а из-за его недавнего пренебрежения.
Он совсем не обращал внимания на чувства Сюй Чи, сосредоточившись только на себе.
Это серьезная проблема в любых отношениях, но для такого человека, как Сюй Чи, который изголодался по любви, это было разрушительно.
Сюй Чи подарил Лин Ю любовь, которая была почти жертвенной. Чтобы удовлетворить потребности Лин Ю, он был готов пожертвовать собой во время взлета своей карьеры и посвятить себя семье, быть тем, кто стоит за Лин Ю, всем сердцем поддерживая его.
Из-за своего трудного детства Сюй Чи изначально не верил в любовь. Именно настойчивое ухаживание Лин Ю и любовь, которую он проявлял, тронули сердце Сюй Чи, и он дал ему шанс.
Чего Сюй Чи всегда хотел, так это безграничной любви. Лин Ю, с которым они вместе учились в университете, подарил ему ее, в ответ Сюй Чи был готов отдать все ради своего партнера. Но теперь Сюй Чи увидел, что чувства Лин Ю к нему сильно изменились, и захотел уйти, чтобы покончить с этим.
Лин Ю прижался лбом к тыльной стороне ладони Сюй Чи и тихо прошептал:
– Прости меня.
**
У Сюй Чи внезапно поднялась температура, и она была высокой. Жар был очень сильным. Его сознание было затуманено; он слышал, как кто-то что-то говорит, но не мог проснуться или открыть глаза. Вскоре его сознание погрузилось в еще более темную страну грез.
Во сне он вернулся в свое детство, в ту полуразрушенную деревню.
Пейзаж был усеян фермерскими домами, построенными своими руками. Зимой в сельской местности было очень холодно, и Сюй Чи был одет в тонкую одежду и плохо сидящие ботинки с дырками, сквозь которые были видны его обмороженные красные пальцы ног.
Юный Сюй Чи сидел на корточках у двери и стирал одежду. Тяжелая зимняя одежда взрослых была слишком громоздкой для него, особенно в мокром виде, что делало это занятие еще более трудоемким. Тем не менее, его движения были очень умелыми, очевидно, ему приходилось часто это делать.
Как раз в тот момент, когда Сюй Чи закончил чистить одежду и собирался ее отжать, его бабушка вернулась после игры в маджонг.
В молодости она была известной красавицей в окрестных деревнях. Даже в преклонном возрасте на ее лице все еще чувствовалось очарование юности.
К сожалению, у старой леди был скверный характер и узкий кругозор. Малейшее недовольство вызывало громкие, едкие проклятия, и с годами ее поведение только ухудшилось. Ее некогда нежные черты теперь были искажены горечью, как будто она проникла в самые ее кости, из-за чего никому не было дано почувствовать в ней хоть какую-то доброжелательность.
Сегодня старушка была в хорошем настроении, широко улыбалась, вероятно, выиграв приличную сумму в маджонг, но когда она дошла до порога и увидела внука и таз с бельем перед ним, выражение ее лица сразу помрачнело.
Лицо пожилой женщины стало холодным, она быстро шагнула вперед, схватила Сюй Чи за руку и потащила его в дом. В процессе старушка опрокинула таз, стоявший на земле, и одежда, которую Сюй Чи с таким трудом выстирал, вывалилась в грязь.
Сюй Чи был слишком слаб, и пожилая женщина с легкостью затащила его в дом, захлопнув дверь во внутренний двор. Она ткнула указательным пальцем ему в лоб и выругалась:
– Кто тебе приказал стирать одежду у двери? Внутренний двор недостаточно велик для тебя! Ты, маленький негодяй, ты сделал это нарочно, не так ли? Чтобы люди видели, как я плохо с тобой обращаюсь!
–...
– Ты в точности как твоя мать, весь в интригах.
Пожилая леди продолжала бушевать, а после своей тирады захлопала в ладоши, села на землю и заплакала:
– Ох, какая я невезучая! Мой сын никогда не дает мне денег, и мне приходится тратить свои собственные, чтобы растить это неблагодарное отродье. С таким же успехом я могла бы умереть!
Вскоре вернулся старик и, увидев плачущую супругу, спросил, что случилось.
Старушка рассказала про стирку: сначала дед взял метлу, лежавшую неподалеку, и несколько раз ударил ею мальчика, затем он схватил Сюй Чи за шиворот, втолкнул его в комнату и с привычной легкостью запер дверь.
Таким образом они наказывали своего внука.
Его спальня находилась на втором этаже — сырая, холодная и плохо освещенная. Даже днем в комнате царила кромешная тьма. Он стоял за дверью, прислушиваясь к суматохе снаружи, и испытывал странное чувство.
Его бабушка и дедушка прожили вместе десятки лет, ссорясь и презирая друг друга всю свою жизнь. Каждый раз, когда они конфликтовали, они бросались друг на друга с ядовитыми словами. Между ними не осталось любви и уважения, но когда дело доходило до того, чтобы мучить его, они странным образом находили общий язык и объединялись.
Побои оказались болезненными, и мальчик свернулся калачиком на кровати.
Он не знал, как долго уже находился в комнате, но в животе у него дико урчало. Кроме того, у него пересохло в горле и хотелось пить, но во время таких «воспитательных» наказаний старики не обращали на его потребности никакого внимания. Сюй Чи привык к этому, поэтому не стал стучать в дверь, а просто тихо сидел.
Вскоре комната погрузилась в полную темноту. Сюй Чи не стал включать свет, держа глаза открытыми в темноте. Он не знал, как долго пробыл взаперти, знал только, что вот-вот сдастся.
Внезапно мальчик услышал звук открывающейся двери. Он сидел у кровати. Снаружи послышались приближающиеся шаги, которые остановились прямо перед ним.
Сюй Чи поднял глаза и увидел красивого молодого человека, который вышел на свет, присел перед ним на корточки и протянул руку.
Молодой человек посмотрел на него и мягко сказал:
– Пойдем со мной.
– Кто ты? – Сюй Чи услышал свой вопрос.
– Меня зовут Лин Ю, – ответил молодой человек с сияющей улыбкой и нежным взглядом. – Позволь мне любить тебя.
После долгого молчания Сюй Чи наконец вложил свою маленькую обмороженную ручку в руку Лин Ю, и он крепко сжал ее.
Сюй Чи последовал за молодым человеком из сырой, холодной комнаты, прочь из пустого двора и деревни. Они беззаботно вместе бегали, и тело Сюй Чи становилось все выше. Вскоре он стал подростком, а затем и взрослым.
А Лин Ю, который все время держал его за руку, теперь был одет в костюм, что придавало ему вид преуспевающего человека.
Но улыбка на лице Лин Ю уже не была такой, как раньше. Сюй Чи заметил, что его взгляд стал равнодушным, не таким нежным, как при их первой встрече, а вместо этого он был снисходительно-изучающим, словно оценивающим ценность товара.
От этого взгляда у него по спине пробежали мурашки.
В конце концов, Лин Ю, оттолкнув его в сторону, как мусор, решительно отвернулся и ушел.
Свет, который окутывал его, снова погас, и Сюй Чи оказался в бесконечной тьме, а опустошенность, беспомощность и отчаяние внутри него стали еще сильнее, чем когда он еще был ребенком.
Сюй Чи в ужасе проснулся.
http://bllate.org/book/15660/1400811
