— Почему ты обманул меня? — Третий принц прилёг рядом с Му Сюэши, прижавшись щекой к его щеке, и тихо спросил.
Если я не могу получить тебя, лучше уж уничтожить. Но теперь, уничтожив тебя, я уничтожил и себя самого.
Он проспал, обнимая Му Сюэши, до самого рассвета. Третий принц тихо отворил дверь. Снаружи уже щебетали птицы, благоухали цветы — всё дышало миром и покоем.
Су Жухань не спал всю ночь. Привыкший прежде караулить в покоях Третьего принца, он и сейчас стоял снаружи, и лицо его оставалось спокойным, как обычно. И Сунь Е, и все слуги в маленьком дворике — почти никто не сомкнул глаз.
Третий принц вернулся в комнату, поднял с кровати Му Сюэши и направился наружу.
— Ваше Высочество, вы… — первым заговорил Сунь Е.
Раньше, когда Третий принц собирался куда-то отправиться, никто не смел спросить о месте назначения. Но с тех пор как Му Сюэши появился в этом дворике, отвага и нрав Третьего принца сильно изменились, и все стали пытаться обращаться к нему с словами заботы.
— Повезу Сюэши развлечься, — ответил Третий принц с невозмутимой лёгкостью.
Су Жухань подошёл поближе, посмотрел на Третьего принца и сказал с выражением искренней заботы:
— Ваше Высочество, вашему здоровью… лучше бы несколько дней отдохнуть.
Третий принц не удостоил его ответом, прямо направился наружу и, дойдя до конюшни, на мгновение остановился. Свернув внутрь, он вывел своего коня.
Третий принц легко вспрыгнул в седло, усадив перед собой Му Сюэши. Лицо Му Сюэши было обращено к принцу, тот прижал его голову к своей груди, затем взмахнул кнутом и ускакал прочь.
Су Жухань и Сунь Е с тяжёлыми лицами смотрели в сторону ворот, пока фигура Третьего принца не скрылась из виду окончательно. Лишь тогда они повернулись друг к другу.
— Что же делать? Я никогда не видел Третьего принца в таком состоянии, — в голосе Сунь Е звучала гнетущая тоска.
— Мы бессильны. Если Его Высочество что-то задумал, никто не сможет ему помешать.
…
Хао Линь держал в руках вазу с двойными ручками и узором из цветов и стихов, внимательно её разглядывая. Рядом евнух Ли сиял улыбкой, беспрестанно расхваливая её как бесценное сокровище.
— Как бы ни было прекрасно это сокровище, человека оно не заменит! — Хао Линь рассмеялся, и глаза его заблестели от удовольствия.
Евнух Ли на мгновение замер, затем вынужденно рассмеялся и поспешил согласиться.
— В вашем королевстве Юньси красивые юноши на каждом шагу. Я всего лишь хочу забрать с собой четыре-пять сотен. Неужели ваш государь будет так мелочен? — Хао Линь поставил на стол бесценную антикварную редкость, характерную для королевства Юньси, и перевёл взгляд на евнуха Ли.
Хотя на лице Хао Линя играла беззаботная улыбка, от его взгляда евнуху Ли стало не по себе. Тот помолчал, вновь уставился на антикварную вазу и произнёс:
— Этот скромный слуга вовсе не намеревался подкупать вашу светлость этой вещью. Даже если князь Линь пожелает забрать с собой ещё людей, он может принять эту вазу. Она стоит целое состояние. Достаточно лишь поручить кому-нибудь походить с ней по народным кварталам, театрам и чайным — и найдётся четыре-пять тысяч красивых юношей…
— Ха-ха-ха… — громовой хохот Хао Линя прозвучал откровенной насмешкой.
— Передай государю, что Хао Линь — не тот, кто любит богатство, а тот, кто любит красоту. Я не слишком хорошо знаком с королевством Юньси, но я доверяю государю. Поэтому, чтобы забрать из Юньси несколько красавцев, придётся вашему владыке потрудиться.
У евнуха Ли дёрнулись виски. Он уже собрался продолжить уговаривать Хао Линя, как вдруг раздался звук отворяемой двери, и слова застряли у него на губах.
Хао Линь обернулся и увидел, что в покои входит Шан Чуаньхун.
Увидев евнуха Ли, Шан Чуаньхун слегка улыбнулся — это был своего рода поклон. Затем он взглянул на князя Линя, и по его выражению было ясно, что ему нужно о чём-то поговорить.
— Тогда этот скромный слуга не станет больше отвлекать… — евнух Ли слегка склонился, намереваясь уйти в своём паланкине.
— Постойте, евнух Ли, — произнёс Хао Линь.
Евнух Ли обернулся и увидел перед собой ту самую вазу с двойными ручками. Улыбающееся лицо Хао Линя выглядывало из-за неё, и он сказал насмешливым тоном:
— Добавьте ещё кое-что. Если государю неохота возиться, он может заменить те четыре-пять сотен одним-единственным красавцем.
— Кем?
— Сюэ-гунцзы из двора Циньи.
На лице Хао Линя появилась многозначительная улыбка.
Евнух Ли на мгновение застыл, нахмурился, но ничего не сказал, просто почтительно поклонился и вышел из покоев.
Как только евнух Ли удалился, Хао Линь устремил взгляд на Шан Чуаньхуна, давая знак, что тот может докладывать о важных делах.
Шан Чуаньхун, услышав только что сказанное Хао Линем, испытывал некоторое недоумение, но не осмелился спрашивать напрямую. Теперь, видя, что Хао Линь смотрит на него, он решил перейти к главному.
— Чжан Му вернулся.
Хао Линь начал постукивать пальцами по столешнице рядом, но выражение его лица не изменилось.
— И что? Он сбежал из маленького дворика Третьего принца?
Шан Чуаньхун слегка прищурил глаза и спокойно ответил:
— Можно сказать и так. В тот день Чжан Му командовал несколькими сотнями отборных солдат, разбирающих дворец Ледяного Предела. В середине работ принцесса Вэньян настояла на том, чтобы пойти в покои Третьего принца, и он ненадолго удалился вслед за ней. Вернувшись, он обнаружил, что солдаты столпились вокруг какой-то могилы, что-то изучая. Когда Чжан Му подошёл, он внезапно увидел, как из могилы вылетела женщина. Лицо её было скрыто тонкой вуалью, но даже так она выглядела неописуемо прекрасной…
— И тогда Чжан Му с солдатами, очарованные этой женщиной, все провалились в ту могилу? — Хао Линь с полуулыбкой взглянул на Шан Чуаньхуна.
Шан Чуаньхун на мгновение замер, и на лице его мелькнуло недовольство:
— Прошу ваше величество не шутить.
Хао Линь кивнул, давая знак продолжать.
— Чжан Му среагировал быстро и сразу же перекрыл себе все энергетические каналы, упал на землю и притворился мёртвым. Позже он ощутил мощную внутреннюю силу, которая заставила его тело оторваться от земли. Спустя несколько дней Чжан Му самостоятельно разблокировал точки и обнаружил, что находится вместе с сотнями товарищей в огромной гробнице, стоя на коленях. Братья вокруг были мертвы. Лишь Чжан Му, воспользовавшись отсутствием женщины в гробнице, смог сбежать через потайной ход, но всё равно получил тяжёлые ранения и сейчас восстанавливает силы.
Выслушав этот рассказ, Хао Линь наконец позволил улыбке медленно сойти с лица, сменив её на серьёзное выражение.
— В маленьком дворике Третьего принца в последние дни что-нибудь происходило?
— Можно сказать, что да, а можно сказать, что и нет.
Хао Линь приподнял бровь:
— Что это значит?
Шан Чуаньхун ответил неспешно:
— Если говорить «да», то потому, что в последнее время Третий принц по сравнению с несколькими днями назад действительно изменился. Если говорить «нет», то потому, что это изменение заключается в том, что Третий принц полностью изолировал дворик. Никто из находящихся внутри не может выйти, а снаружи никто не может проникнуть внутрь. Поэтому никаких сведений получить не удаётся.
— Но разве Чжан Му только что не вернулся? — в голосе Хао Линя прозвучала опасная нотка.
Выражение лица Шан Чуаньхуна слегка изменилось, но перед вопросом Хао Линя он сохранил спокойствие и уверенность:
— Да, но Чжан Му всё это время скрывался в гробнице во дворце Ледяного Предела и не мог получить никакой информации извне. То, что ему удалось выбраться из дворика, уже огромная удача.
Хао Линь поднялся, подошёл к Шан Чуаньхуну и приблизил губы к его уху. Дыхание обожгло ухо Шан Чуаньхуна, и оно слегка покраснело.
— Что ты скрываешь?
— Я ничего не скрываю, — Шан Чуаньхун слегка отпрянул.
Хао Линь ничуть не рассердился, снова вернулся на своё место, взял чашку с чаем и стал медленно дуть на поверхность.
— Однако я слышал… что Чжан Му смог сбежать потому, что в тот день Су Жухань и так называемая загадочная женщина сошлись в схватке во дворце Ледяного Предела, сражаясь не на жизнь, а на смерть, что и позволило ему воспользоваться моментом.
Шан Чуаньхун глубоко вздохнул, но промолчал.
— Знаешь, за что они сражались? — тихо спросил Хао Линь.
Шан Чуаньхун покачал головой:
— Нет.
— Тогда я скажу тебе… — взгляд Хао Линя стал пронзительным:
— Потому что Третий принц хотел заживо похоронить Сюэши. А та женщина — родная мать Му Сюэши, тётя Третьего принца.
— Если ваше величество уже всё заранее выяснил, к чему задавать вопросы и таким образом унижать меня?
— Потому что я хочу, чтобы ты знал, кто ты есть на самом деле! — голос Хао Линя внезапно стал громким.
Шан Чуаньхун понимал, что сейчас Хао Линь в гневе. Хотя тот не говорил об этом прямо и не показывал виду, но, следуя за Хао Линем столько лет, Шан Чуаньхун научился это различать.
— Не кори себя, — заметив изменение в выражении лица Шан Чуаньхуна, Хао Линь внезапно смягчил тон:
— Твоё поведение также пробудило во мне живой интерес к тому самому Му Сюэши.
Сердце Шан Чуаньхуна сжалось, но на лице это никак не отразилось.
http://bllate.org/book/15425/1364707
Готово:
