【Хозяин, что ты делаешь!】 Система 333 была в полном недоумении. 【Ты ещё помнишь свой нынешний статус?】
— Это неважно. Важно то, что это очень интересно.
— Что в этом интересного?
Су Ин заявил:
— Столь захватывающий сюжет, которого я не встречал ни в одной пьесе, и вот его можно увидеть в реальности — разве это не интересно? Если прервать это сейчас, читатели будут протестовать!
... Раньше в мире культивации где ему доводилось сталкиваться с такими новыми и увлекательными вещами? Было бы жаль просто разойтись.
... В этот момент он стал самым преданным шиппером этой пары!
Су Ин толкнул инвалидное кресло, и оно чудесным образом, словно по льду, соскользнуло вперёд.
Он повернулся ко всем и раскинул руки.
В этот миг этот человек, так не вписывающийся в атмосферу происходящего, словно стал борцом за справедливость, готовым восстать против несправедливого порядка и провозгласить истинную любовь и мир среди людей.
Раскинутые руки Су Ина описали в воздухе круг, как раз охвативший Чу Яо и Фан Мяоюй. Его голос звенел, полный заразительности:
— Уважаемые присутствующие, этот банкет помолвки с самого начала был предназначен именно для этой пары, преодолевшей все трудности и опасности во имя истинной любви! Даже человеческая мораль не смогла их остановить. Если такая истинная любовь не может быть вместе, я больше никогда не поверю в любовь!
В зале внезапно воцарилась мёртвая тишина.
Все были ошеломлены этой декларацией Су Ина.
Эмоционально они чувствовали, что этот парень, должно быть, спятил от измены и нарочно язвит, но рационально судя, каждое его слово звучало искренне.
Несмотря на это, взгляды, которые люди бросали на пару, заклеймённую Су Ином как воплощение истинной любви, становились всё более странными.
— Ладно, хватит говорить сгоряча, А Дэн. Никогда не слышала, чтобы на церемонии помолвки вдруг меняли жениха.
Чувствуя, что ситуация мчится, как сорвавшийся с привязи мустанг, в направлении, которого она видеть не желала, Сюэ Лу поспешно прервала его.
Неестественная улыбка застыла на её лице, она сделала два шага в сторону Су Ина и заговорила фамильярным тоном:
— А Дэн, я знаю, что твой брат поступил неправильно, и твой гнев оправдан, но не стоит говорить такие вещи сгоряча... — произнося это, она одной рукой, спрятанной за спиной, яростно дёрнула застывшего, как столб, и невесть о чём думающего Чу Яо, буквально притащив его к инвалидному креслу, и отчитала:
— Чего уставился, как дурак? Быстро извиняйся перед старшим братом!
— П-прости, старший брат, — вынужденный матерью извиняться перед столькими людьми, Чу Яо покраснел до корней волос и глубоко склонил голову. — Прости меня, пожалуйста! — Сложно сказать, сколько в этом было неловкости, сколько раскаяния, а сколько унижения.
Су Ин с интересом наблюдал за ним, не показывая ни гнева, ни радости, больше похоже, что он изучает разнообразие человеческих особей.
Видя это, Сюэ Лу сделала вид, что сильно хлопает сына по спине, так что Чу Яо пошатнулся и едва не упал на Су Ина:
— Этот негодник действительно осознал свою вину, он просто на время потерял голову и не ведал, что творил. К счастью, он не зашёл в своём помутнении слишком далеко и не согласился на такую абсурдную идею, как побег! С детства в глубине души он всегда уважал тебя как старшего брата. Если у тебя ещё остался гнев, когда вернёшься домой, бей и ругай его сколько хочешь...
— Эй? Как можно бить и ругать младшего брата? — с этим Су Ин был категорически не согласен и тут же громко возразил.
... Существо под названием «младший брат» у него тоже было впервые, он ещё не успел с ним поиграть. Если нечаянно замучить до смерти, второго в ближайшее время не появится. Печальный пример с универсальной служанкой-инструментом был ещё свеж, нельзя повторять ошибку.
Возражая, он между делом подхватил пошатнувшегося и падающего на его кресло Чу Яо, помог тому устоять, и лишь затем взглянул на Сюэ Лу с выражением неодобрения на лице:
— Тётя Сюэ, с детства ты учила меня, что семья должна жить в любви и согласии, быть взаимно снисходительной и понимающей, не придавать значения по мелочам. Сейчас же речь всего лишь о ничтожном пустяке, в конце концов, брат просто следует своей истинной любви, в чём он виноват? Как можно его бить и ругать? Твои мысли неверны...
Он наставительным тоном произнёс:
— ... Такой персонаж, как ты, в пьесах обычно оказывается антагонистом-пушечным мясом, которое мешает истинной любви главных героев и не живёт дольше трёх страниц!
— ??? — выражение лица Сюэ Лу медленно застыло. Будто её ошарашили градом беспорядочных ударов.
... Что, чёрт возьми, ты несёшь?!
Каждое слово в отдельности было понятно, но вместе они теряли смысл.
Су Ин не обращал внимания на её остолбенение, лишь ободряюще взглянул на только что устоявшего Чу Яо и похлопал его по руке:
— Не волнуйся, старший брат тебя поддерживает!
В следующее мгновение он действием подтвердил свою поддержку — даже не оборачиваясь, рукой, закинутой за спину, схватил висевший на спинке кресла белый пиджак и протянул его Чу Яо:
— Давай-давай, парадный костюм уже готов, надень его — будете выглядеть ещё более подходящей парой!
Чу Яо ещё не успел опомниться, но поддавшись его полному ободрения тону, машинально принял пиджак. Лишь ощутив в руках материальность вещи, он осознал, что сделал. Теперь он не знал, то ли вернуть его, то ли надеть.
Остальные также были поражены развитием событий — какая идиллическая картина «братской любви и гармонии»!
Кто-то даже украдкой показал Чу Тяньчэну большой палец, то ли искренне восхищаясь, то ли язвя, и прошептал:
— Господин Чу, вы прекрасно воспитали детей, моё почтение.
Чу Тяньчэн:
...
... Подозреваю, что ты меня оскорбляешь, но доказательств нет.
Он нахмурился, но ничего не сказал.
В конце концов, сегодня и так уже насмотрелись на его позор. Независимо от того, какой выбор сделает младший сын, это не изменит того, что он уже полностью потерял лицо. Посмотрим, захочет ли этот парень упорствовать в своей ошибке до конца.
Лишь Су Ин всем сердцем жаждал засвидетельствовать сцену, невиданную ни в одной пьесе, и торопил Чу Яо:
— Что же ты не переодеваешься? Быстрее, быстрее, а то пропустим благоприятный час, который специально высчитывали!
Под его напором колеблющийся Чу Яо почувствовал себя загнанным в угол, на его лице отражалась внутренняя борьба.
О-хо! Есть шанс!
Увидев это, остальные ощутили, что стали свидетелями чего-то необычайного.
... Неужели сегодня в самом деле удастся увидеть такую редкость, как смена жениха на церемонии помолвки? Тогда эта поездка не прошла зря.
Фан Мяоюй мгновенно сориентировалась.
Она совершенно не слушала увещеваний родителей, вырвалась от них и, подобрав подол платья, побежала мелкой рысцой к мужчине её сердца.
Остановившись, она протянула руку, чтобы взять Чу Яо под руку, не забыв предварительно поклониться Су Ину:
— Спасибо, спасибо тебе!
Она взглянула на этого ещё недавно своего жениха, в глазах её светилась благодарность. Её совершенно не смущала смена жениха в день помолвки, напротив, она была на грани слёз радости.
В сердце этой молодой леди впервые зародилось чувство вины:
— Чу Дэн, прости, я тогда воспользовалась тобой в порыве чувств... Но сейчас — спасибо! Огромное спасибо!
В уголке рта Су Ина промелькнула странная улыбка:
— Не стоит благодарности. Я всего лишь незначительный прохожий и зритель первого ряда в этой удивительной истории любви, преодолевшей человеческую мораль, — что же до извинений, то на них мог ответить лишь изначальный хозяин этой оболочки.
Получив его ответ, Фан Мяоюй естественным образом закрыла этот вопрос. Она почти нетерпеливо взглянула на Чу Яо.
... Ранее Чу Яо постоянно отвергал её, ссылаясь на нежелание отбивать невесту у старшего брата. Но раз уж сам заинтересованный человек заявил, что не против, причина для отказа исчезла. Значит ли это, что у них снова появился шанс?
Чу Яо встретился с её полным ожидания взглядом и на миг забылся.
Он приоткрыл рот, уже собираясь что-то сказать.
— А Яо! — внезапно его руку кто-то сильно схватил.
Он очнулся, почувствовав на руке сильный щипок, и, подняв глаза, встретил полный предостережения взгляд матери.
Чу Яо инстинктивно вырвал свою руку из рук Фан Мяоюй.
— Чу Яо, ты... — Фан Мяоюй в шоке подняла на него глаза, уставившись на него в оцепенении.
Она хотела было подойти ближе, но в ответ он лишь слегка отступил на полшага назад.
Под её раненным взглядом Чу Яо не выдержал и опустил голову, не глядя на неё.
— Это молчание уже означало его отказ.
На них устремились десятки взглядов.
http://bllate.org/book/15395/1359975
Готово:
