— Раз уж признал ошибку, то сиди спокойно дома, никуда не ходи. — Су Хэ твердо решила не пускать Юэ Циюня.
Это дело изначально не имело отношения ни к Школе Юйцуань, ни к Юэ Циюню. К тому же состояние лампыды души У Билинь было странным. Если вдруг всплывут какие-то серьёзные проблемы, как он с ними справится?
В Мире Ютянь полно распрей, и Су Хэ никогда не была спокойна, когда Юэ Циюнь покидал горы. В предыдущие разы нельзя было ослушаться наставника, да и всё было связано со Школой Юйцюань, у него были причины идти.
Но на этот раз что? По лампеде души У Билинь сразу видно — дело нешуточное. Они не родня, не знакомые, всего лишь однажды встретились. Лучше в это не ввязываться.
— Старшая сестра, меня это дело беспокоит. — Юэ Циюню нужно было объяснить и получить согласие Су Хэ.
— Чушь! Меня тоже беспокоит. Эта отмазка не годится, придумай новую. — Су Хэ тоже хотела узнать правду, но одно дело — хотеть знать, а другое — самому лезть расследовать. — Придумай что-нибудь поумнее. Не считай меня дурой, которую можно обмануть, не получится — придумай ещё раз.
Эти слова Юэ Циюнь, кажется, слышал уже несколько раз. Су Хэ и Ло Юань были настоящими, кровными старшей сестрой и младшим братом по прямой линии преемственности.
— В Тайном царстве Лунчжан кое-что произошло, у меня всё это время были некоторые сомнения на душе. Возможно, это как-то связано с нынешним делом. — Юэ Циюнь немного подумал. — Есть очень странное ощущение, не могу объяснить, просто хочу во всём разобраться.
Су Хэ немного успокоилась, привела в порядок мысли.
— Аюнь, эти дела имеют отношение к тебе самому?
Юэ Циюнь на мгновение задумался, затем покачал головой:
— Вроде бы нет.
— Аюнь, хоть я и не понимаю, что здесь происходит, но у меня тоже есть ощущение, что это не какая-то мелкая проблема, которую можно легко решить. Боюсь, тут есть скрытые обстоятельства, которые могут потянуть за собой большую беду.
— А я считаю, что всё должно быть в порядке, — спокойно сказал Юэ Циюнь.
Его предчувствие опасности всегда было очень точным, а в этот раз не было ощущения, что он столкнётся с угрозой.
Мысли Су Хэ метались в сотне направлений, и она придумала ещё одну отговорку:
— Аюнь, ты хорошенько подумал, для этого тебе всё равно придётся просить У Ю. Даже если это будет для него сущим пустяком, ты всё равно останешься ему должным. Причинно-следственные связи, что за этим последуют, в будущем предсказать будет трудно.
Культивирующие Дао больше всего дорожат причинно-следственными связями. Стоит лишь в них ввязаться, и это легко может оказать непредсказуемое глубокое влияние на будущее самосовершенствование и поиск Дао.
Многие последователи Дао из-за малозаметной, крошечной причинно-следственной связи терпели неудачу в прорыве через границы и преодолении небесных испытаний, сильно теряли в мастерстве или даже погибали.
Юэ Циюнь не ответил на эти слова Су Хэ. Ему было неудобно говорить прямо, ведь преимущества уже были предоставлены.
— Старшая сестра, у меня правда на душе лежит камень, пока не разберусь, мне не по себе. — На этот раз у него просто обострилось навязчивое состояние.
— Ты правда решил? Не переубедишь? — В последний раз спросила Су Хэ.
— Не волнуйся, точно всё будет хорошо. — Юэ Циюнь похлопал себя по груди, давая гарантии.
Он всего лишь шёл расследовать дело, а не на войну.
Су Хэ вздохнула. Она не могла его остановить, оставалось лишь позволить ему идти.
* * *
Последователю Школы Юйцюань, чтобы отправиться к Озеру Бирюзового Света, нужно было ещё сообщить об этом настоятелю, Истинному человеку Чистого Грома.
Юэ Циюнь пришёл в жилище настоятеля в заднем зале Зала Чжосянь и доложил Истинному человеку Чистого Грома о причинах.
В этот день Истинный человек Чистого Грома был одет не в многосложные пышные одежды настоятеля, а лишь в простой белый даосский халат. Но скрытые узоры на белой ткани переливались, излучая лёгкое сияние, и выглядел он столь же благородно и внушительно.
— На сей раз что опять не получается понять, нужно пойти поразмыслить на Утёсе Размышлений об Ошибках? — С лёгкой улыбкой в уголках губ пошутил Истинный человек Чистого Грома.
— Учитель шутит, — почтительно сказал Юэ Циюнь, слегка изогнув брови. — Тогда, в Тайном царстве Лунчжан, я кое-что увидел. Прошло уже три месяца, я почти забыл. Но услышав, что с У Билинь что-то случилось, не знаю почему, некоторые сцены вдруг снова всплыли в памяти.
— Есть некоторые сомнения. Хоть и не знаю, связаны ли они, но хочу посмотреть, смогу ли я воспользоваться этим случаем, чтобы во всём разобраться.
Истинный человек Чистого Грома кивнул и с улыбкой сказал:
— Если ум неспокоен, иди и исследуй причины. Действуй смело, только не дай этому повредить сердцу Дао.
— Благодарю учителя. — Юэ Циюнь поднял руки в приветственном жесте, потом о чём-то вспомнил, хотел сказать, но остановился.
— Хочешь о чём-то спросить? Говори. — Истинный человек Чистого Грома понял его мысли и жестом пригласил Юэ Циюня сесть рядом.
— Часто слышу, что люди с высоким уровнем пути могут постигать Небесный Дао и предвидеть будущее. Во время прошнего визита в Тайное царство, учитель уже знал, что должно произойти? — спросил Юэ Циюнь, одновременно садясь.
— Есть последователи Дао, следующие Пути Небесного Развития, таким как предсказание по гексаграммам и гадание. После того как их уровень и мастерство станут высокими, они действительно могут предсказывать небесные предначертания. — Истинный человек Чистого Грома слегка склонил голову. — Но я не следовал этому пути, не могу знать волю небес и заранее предвидеть предначертания. Просто иногда ощущаю, что в темноте, возможно, уже всё предопределено.
— Возможно, это похоже на твои нынешние ощущения. — Добавил Истинный человек Чистого Грома.
У Юэ Циюня всегда была интуиция, особенно перед лицом опасности. Может, это врождённый талант, а может, восприятие угрозы, выработанное за многие годы жизни на острие ножа, в огне доставая каштаны. Эта интуиция не раз помогала ему избегать опасностей и превращать беду в благополучие.
Поэтому он был спокоен умом, привык много размышлять и обдумывать. На языке родных мест это называлось навязчивым состоянием и манией преследования.
Но именно благодаря многократным размышлениям, попыткам понять мысли людей, постоянным расчётам он мог служить вышестоящим, управлять нижестоящими, выживать в щелях и осторожно продвигаться шаг за шагом.
Теперь, попав в мир самосовершенствования, жизнь стала стабильной, и ему больше не нужно было быть столь осторожным, будто идёшь по тонкому льду.
Но привычки, впитавшиеся в плоть и кровь, очень трудно изменить.
История с исчезновением У Билинь вновь пробудила в душе это чувство неразвеянных сомнений, и Юэ Циюнь почувствовал, что обязан всё выяснить.
В этот момент снаружи донеслись слова:
[Ученица Су Хэ просит аудиенции.]
— Войди. — Тихо сказал Истинный человек Чистого Грома.
Хоть голос его был негромок, могущество было необыкновенным.
Су Хэ поклонилась Истинному человеку Чистого Грома, бросила взгляд на сидящего рядом Юэ Циюня и почтительно сказала:
— Учитель, состояние лампады души У Билинь редкое и странное. Боюсь, это дело не простое, я беспокоюсь, что Аюнь столкнётся с опасностью.
Су Хэ всё ещё не хотела, чтобы Юэ Циюнь ввязывался в это, поэтому, выбрав момент, пришла к учителю.
— Старшая сестра, не волнуйся, всё в порядке. — Юэ Циюнь вновь заверил.
Он хорошо знал, как следует говорить с разными людьми. Перед Истинным человеком Чистого Грома он намеренно добавил в тон немного своеволия.
Су Хэ яростно сверкнула на него глазами, наверное, думала, что стоит выйти за дверь учителя, как обольёт Юэ Циюня трёхэтажным матом.
— Выйти получить опыт для Аюня — не плохо. — С улыбкой покачал головой Истинный человек Чистого Грома. — Путь Школы Юйцюань поощряет вступление в мир для самосовершенствования, не обязательно всё время уединяться в горах для чистого совершенствования. Если есть такое желание, спуститься с гор, расширить кругозор — разве не хорошо?
— Ученик принял наставление. — Су Хэ была не в силах что-либо сделать, но не посмела больше говорить, лишь сложила руки в поклоне.
Брат с сестрой вышли из жилища настоятеля. Едва за дверью Су Хэ пнула Юэ Циюня по ноге.
— Заранее предупреждаю, князь Юэ ныне — драконья кровь, фениксовый мозг, тело десятитысячной ценности. Если вернёшься опять без рук или ног…
— Я сам отправлюсь в тюрьму Чжаоюй, пройду все восемнадцать наказаний по очереди, чтобы развеять ненависть в сердце великой принцессы. — Юэ Циюнь поспешно подхватил, сложил руки в приветствии, чтобы порадовать Су Хэ.
Юэ Циюнь подумал и поправился:
— В Дасыли.
Су Хэ снова пнула его.
— Сразу отправляйся покоиться в подземный дворец.
Пнув, она снова вздохнула.
— Бери все магические сокровища, побольше возьми.
— Слуга повинуется приказу.
Разделившись с Су Хэ, Юэ Циюнь сдержал обещание и действительно отправился в сокровищницу Школы Юйцюань.
Он был личным учеником настоятеля, занимал высокое положение, к тому же у него была специально подаренная Истинным человеком Чистого Грома пропускная табличка, так что даже в зал магических сокровищ небесного ранга на самом верхнем уровне сокровищницы его беспрепятственно пропускали.
Юэ Циюнь долго бродил по зоне холодного оружия, но не нашёл подходящего. Спустился на уровень ниже, где хранилось оружие земного ранга, но и там не увидел желаемого. Даже оружие жёлтого ранга осмотрел, но так и не нашёл.
— В этом мире нет огнестрельного оружия. — С усмешкой сказал себе Юэ Циюнь.
Ещё когда в Тайном царстве Лунчжан он столкнулся с тем, кого называл «дедушкой-лизуном», он подумал: а вдруг? В других приключениях о переселенцах в мире боевых искусств были снайперские винтовки. Раз уж тоже переселение, стоит хорошенько поискать, вдруг в этом мире самосовершенствования существует огнестрельное оружие.
— Братец Чунь, я вовсе не считаю тебя плохим, старина, не пойми неправильно. — Вокруг никого не было, и Юэ Циюнь захотел поболтать с Братцем Чунем.
— Я просто вдруг вспомнил прежнее, внезапно захотелось, вот и пришёл погулять без особой цели, никаких особых мыслей. — Юэ Циюнь погладил рукоять Сючуня.
http://bllate.org/book/15201/1342014
Готово:
