Волнующий ах!
***
— Дух лисы? — Цинь Шаоюй нахмурился.
— Да, — с горьким выражением на лице произнес страж. — Посмотрите сами, хозяин дворца, тогда вам станет понятно.
Как только все присутствующие увидели во дворе хозяина дворца, они сразу разбежались так быстро, как только могли, будто перед ними было привидение.
Мы ничего не слышали!
Дабы завлечь супруга в кровать, госпожа ни перед чем не остановится. Это просто невозможно!
Цинь Шаоюй был немного озадачен. Протянув руку, он толкнул дверь и услышал нежный стон, доносящийся из комнаты.
...
— Лин-эр, — сделав несколько широких шагов, Цинь Шаоюй оказался у кровати и сел рядом.
Одежда Шэнь Цяньлина пребывала в беспорядке, щеки раскраснелись, а в глазах читалось недоумение и обида.
— Что случилось? — Цинь Шаоюй усадил его.
Словно котенок, ищущий ласки, Шэнь Цяньлин тут же обвился вокруг него и стал тереться.
Обняв его одной рукой, второй Цинь Шаоюй прощупал пульс, но не обнаружил ничего необычного. Разве что тот был слегка ускорен.
— Ммм... — Шэнь-сяошоу все еще постанывал. Очень эротично.
— Скажи мне, где-то болит? — обнимая его, шепотом спросил Цинь Шаоюй.
— Горячо, — отупело проговорил Шэнь Цяньлин.
— Умничка, — Цинь Шаоюй похлопал его по спине. Эти движения казались нежными, но лицо мужчины было чернее тучи.
Он явно был чем-то одурманен. Его охранял, по меньшей мере, десяток человек, и все же это как-то произошло.
— Неудобно, — на лице Шэнь Цяньлина было такое страдальческое выражение, будто он вот-вот развалится.
— Скоро все пройдет, — Цинь Шаоюй обнял его крепче. — Лин-эр, будь хорошим мальчиком.
Шэнь Цяньлин явно не понимал, что происходит. Он потянулся к штанам.
Цинь Шаоюй перехватил его руку.
— Ууу... — Шэнь-сяошоу почувствовал себя смертельно обиженным и посмотрел на него влажными глазами.
— Не буянь, — успокаивал Цинь Шаоюй. — Поспишь, и все станет хорошо.
Но Шэнь Цяньлин, очевидно, совершенно его не слышал. У него внутри будто полыхало пламя, да и малыш Лин тоже был в боевой готовности и настойчиво требовал, чтобы его утешили.
Заметив, что тот начал дрожать всем телом, и боясь, как бы чего не случилось, Цинь Шаоюй в глубине души тяжело вздохнул и осторожно уложил свою ношу на кровать.
Лишившись теплых объятий, Шэнь Цяньлин стал еще более обеспокоенным и инстинктивно потянулся обратно. Однако Цинь Шаоюй уже взял инициативу в свои руки: он навалился сверху и опустил голову, чтобы встретиться с ним взглядом.
Шэнь-сяошоу смотрел на него не моргая. Он казался таким милым, что противиться желанию обнять его и горячо любить было практически невозможно.
— Не бойся, — Цинь Шаоюй поцеловал его в уголок губ, а рука его спустилась вниз, обхватив член, который уже давно требовал внимания.
Шэнь Цяньлин всхлипнул, будто ему одновременно было и нестерпимо и хорошо.
— Лин-эр, — прошептал Цинь Шаоюй ему на ухо.
— Ммм... — Шэнь Цяньлин обвил руками его шею, неуклюже зацеловывая лицо.
Цинь Шаоюй слегка повернул голову, как раз вовремя, чтобы уклониться от губ-присосок Шэнь-сяошоу.
— Уууу! — пришедший в замешательство Шэнь Цяньлин посмотрел на него с укором. Жадюга!
— Никаких поцелуев, — хозяин дворца Цинь был ужасен.
— Один разок! — начал свой торг Шэнь Цяньлин.
— Ни разу, — Цинь Шаоюй покачал головой.
— Ублюдок! — Шэнь Цяньлин пнул его.
— Кто это тут ублюдок? — Цинь Шаоюй сжал пальцы чуть сильнее.
Мышцы талии Шэнь Цяньлина тут же расслабились, дыхание участилось.
— Ну скажи же что-нибудь, — Цинь Шаоюй ухватил губами мочку его уха. — Кто ублюдок?
— Цинь Шаоюй! — Шэнь Цяньлин рыдал, извиваясь всем телом.
— Почему? — зрачки Цинь Шаоюя стали черными как смоль. — Если он ублюдок, то почему бы не найти кого-то другого? Пускай тогда другой ублажает тебя.
Что за дерьмо?! Шэнь Цяньлин отвесил ему оплеуху и прохрипел:
— Нет! Да как ты сме...
Не успели отзвучать эти слова, как его безжалостно заткнули. Языки их сплелись, сопровождаемые звуками мокрых поцелуев.
— Ммм... ох... — Шэнь Цяньлин почти задыхался и инстинктивно попытался оттолкнуть мужчину, но его тут же зажали еще крепче. От этой возни рубашка соскользнула с тела, обнажая плечи и белую грудь.
— Не вертись, — голос Цинь Шаоюя был тяжелым, он крепко обнимал мягкую талию.
Задыхаясь, Шэнь Цяньлин распластался по кровати, недостаточный приток кислорода к мозгу лишил его сил. Он только и мог, что позволить Шаоюю делать все, что тому вздумается. Однако несмотря на потерю инициативы, он одновременно с тем испытывал странное, незнакомое удовольствие. Пожирающие его изнутри языки пламени в это мгновение пронизывали до самого костного мозга, сжигая все тело и душу.
— Лин-эр? — спустя некоторое время в комнате наконец стало тихо. Цинь Шаоюй потянулся к шелковому платку и стер с ладони белесую жидкость.
Шэнь Цяньлин уже протяжно и довольно посапывал.
— Использовал, значит, меня, а теперь я тебе не нужен? — хозяин дворца ухватил его за щеку.
Шэнь Цяньлину такое обращение не понравилось. Он шлепнул его по руке, прежде чем откатился к внутреннему краю кровати и продолжил сладко сопеть.
Глядя на круглый выпяченный зад, Цинь Шаоюй раздраженно потянулся и ущипнул его.
Со стороны Шэнь Цяньлина было очень неосмотрительно выставлять свою попу на обозрение.
И хотя ему все еще хотелось продолжить домогаться этого маленького идиота, хозяин дворца Цинь еще не настолько растерял остатки разума. Поэтому он достал чистое белье, переодел Цяньлина, затем натянул одеяло и хорошенько его укрыл. Повернувшись, он вышел из комнаты.
Темные стражи, которые распластались по крыше, прильнув к ней ушами, теперь уже сидели прямо, решительно устремив свои взгляды в лунную даль. Всем своим видом они являли облик людей, размышляющих о смысле жизни, которых совсем не интересует происходящее вокруг.
— А ну, быстро вниз! — лицо Цинь Шаоюя было бледнее смерти.
Черт! Он же не сердится, правда?
Темные стражи встревожились. Злиться только за то, что они подслушивали — можно ли быть еще более мелочным?!
— Что сегодня ел Лин-эр? — спросил Цинь Шаоюй. — Выкладывайте все до мельчайших деталей!
Вокруг него все время находились Темные стражи, для постороннего не было совершенно никакой возможности просочиться мимо них. Оставался только один вариант: что-то было не так с едой.
Вашу ж мать, неужели такого рода вещи нужно выяснять посреди ночи?! Темные стражи наперебой поднимали руки и перечисляли: паровые пирожки с бульоном, яйца на пару, ламинария, суп, острая курица, свинина в соевом соусе, окунь в маринаде, бараньи почки в кунжутном масле, жареная хризантема, капуста в чесночной пасте и так далее...
А госпожа сильна на покушать!
От услышанного у Цинь Шаоюя заболела голова:
— Есть что-то, что ел только он?
— Вечерние закуски, — ответил Темный страж.
Шэнь Цяньлин не был высокомерным, он всегда ел со всеми в шумной компании, за исключением легких закусок, которые они этим вечером принесли с кухни. Поскольку порция была слишком маленькой, он съел все сам.
— Кто их готовил? — спросил Цинь Шаоюй.
Темному стражу ничего другого не оставалось, кроме как отвечать:
— Мы украли их с кухни.
— ...
— Что-то случилось? — осторожно спросил Темный страж.
— Где остатки? — продолжал спрашивать Цинь Шаоюй.
Темный страж поспешно поднял из-под дерева обкусанную куриную ножку:
— Остальное уже выбросили.
— Приведи Хуа Тан, — сказал Цинь Шаоюй. — Заодно найди мне собаку.
Получив приказ, Темный страж со всех ног бросился к дому Хуа Тан и принялся барабанить в дверь.
— Что ты делаешь?! — разбуженная Левый Страж пребывала в крайне дурном настроении.
— Хозяин дворца ищет вас! — заговорил Темный страж.
— Ищет меня? — Хуа Тан оделась и открыла дверь.
— Да! — закивал Темный страж.
— А кого еще?
— Еще собаку! — честно все выложил Темный страж.
— ...
— Это правда! — Темный страж закрыл глаза, заплакав от боли. Как ты можешь бить меня, пока я говорю?! Ты же девушка!
Хуа Тан потрясла своим запястьем, после чего легко и непринужденно вышла во двор.
— Хозяин дворца, — стоило Хуа Тан подойти к дому Шэнь Цяньлина и увидеть количество собравшихся во дворе людей, она тут же осознала всю серьезность дела.
— Это тебе, — Цинь Шаоюй протянул ей обкусанную, покрытую землей куриную ножку.
Хуа Тан приняла ее, но выглядела немного озадаченной.
Только не говори, что мне нужно это съесть, сволочь! Я лучше сдохну!
— Это то, что ел Лин-эр. Проверь, нет ли на ней чего-нибудь, чего не должно быть, — сказал Цинь Шаоюй.
Увидев, как он серьезен, Хуа Тан не осмелилась расслабляться и немедленно послала человека за своей шкатулкой лекаря.
Также разыскали небольшую дворнягу, которой Цинь Шаоюй скормил немного курятины. Пес быстро слопал все, что ему предлагали, радостно виляя скрученным в колечко хвостом.
Подчиненные сосредоточенно уставились на них, совершенно не понимая, что тут происходит.
Однако уже через пару часов все стало ясно.
— В ней афродизиак, — сказала Хуа Тан.
Маленькая дворняга, обхватив лапами ногу Цинь Шаоюя, яростно насиловала его сапог. Сцена казалась просто дикой.
— Хозяин дворца! — Темный страж, который стащил для Шэнь Цяньлина еду с кухни, смертельно побледнел и опустился на одно колено.
— Как это случилось? — тон Цинь Шаоюя казался ледяным, его аура в этот момент внушала ужас.
Однако пес, которого ничто больше не волновало, по-прежнему совокуплялся с его ногой и радостно повизгивал.
О, боги! Один из самых смекалистых стражей выпрыгнул вперед и поспешно унес собаку. Тебе жить надоело, псина?!
— Подчиненный не знает, — на лбу Темного стража проступили капли пота. — Ранее госпожа сказала, что проголодалась, поэтому подчиненный отправился на кухню, чтобы достать для него немного еды. Все блюда были приготовлены заранее.
— Еду выбирал произвольно? — спросил Цинь Шаоюй.
— Да, — сказал Темный страж. — Все то, что любит госпожа. Набрал миску того, что предназначалось для западного двора, миску — для восточного. Должно быть, закуски были приготовлены для разных господ поместья Ли.
— Иди и выясни, кому предназначалась эта куриная ножка, — произнес Цинь Шаоюй. — На этом все. И держи язык за зубами.
— Да! — Получив приказ, Темный страж вышел.
Хуа Тан осторожно заговорила:
— Подчиненная приготовит противоядие для молодого господина Шэня?
— Нет нужды. — Цинь Шаоюй покачал головой. — Он уже в порядке.
— ... — будучи девушкой, Левый Страж не могла не подумать о том способе детоксикации, благодаря которому молодой господин "в порядке", после чего невозмутимо сказала: — Тогда подчиненная уйдет первой.
— Как считаешь, чьих это рук дело? — спросил Цинь Шаоюй.
— Это зависит от того, что для кого была приготовлена эта курятина. Если для кого-то из наложниц помещика Ли, тогда это опять женские разборки.
Цинь Шаоюя ее ответ позабавил:
— Звучит так, будто себя ты женщиной не считаешь.
— ...
— Возвращайся к себе и отдыхай, — сказал Цинь Шаоюй. — Если я прав в своих догадках, то скоро наше дело прояснится.
— Какое дело?
Однако Цинь Шаоюй уже зашел в дом, явно не планируя что-то объяснять.
У Левого Стража скребло на сердце. Сказал половину — говорил бы все! Что за дурная привычка?!
В спальне удовлетворенный Шэнь Цяньлин сладко спал, его рот был полуоткрыт, отчего он выглядел крайне глупо.
Цинь Шаоюй лег рядом и потянулся, чтобы обнять.
Шэнь-сяошоу был так доволен, что, бормоча себе что-то под нос, опутал его всеми конечностями.
Он улыбался даже во сне.
Ранним утром следующего дня пришел Темный страж и доложил, что курица изначально была приготовлена для старшего молодого господина Ли, Ли Боцзиня.
Как и ожидалось. Цинь Шаоюй ухмыльнулся, став похожим на старого хитрого лиса.
— Хозяин дворца? — Хуа Тан все еще не давали покоя его вчерашние слова.
— Пойду проверю Лин-эра, — с этими словами Цинь Шаоюй встал и направился во внутренние покои.
Таким образом Левый Страж опять осталась теряться в догадках. В конце концов, до каких пор она должна мучиться любопытством?!
А тем временем Шэнь-сяошоу сидел в спальне и в полнейшем ужасе смотрел на зеленовато-лиловые синяки на своей талии.
Блядь, очевидно же, что это не могло само появиться!
Хотя он мало что помнил, однако точно знал, что вокруг было полным-полно Темных стражей, к тому же его переодели. Это никак не мог быть цветочный вор! Единственный человек, который мог это сделать — это Цинь! Шао! Юй!
Кроме того память действительно подкидывала обрывки воспоминаний с французским поцелуем, и даже то, как облапали его сяо Лина!
Теперь уж он зашел слишком далеко, такое невозможно стерпеть!
Шэнь Цяньлин в ярости откинул одеяло, вскочил с кровати, собираясь разыскать этого мерзавца и свести с ним счеты, как вдруг его лицо побелело. Побелело, поскольку маленькая хризантемка тут же отозвалась болью.
Тварина!
Неужели Шаоюй не только облапал сяо Лина, но и обесчестил его задницу?!
От одной мысли об этом мир перед глазами Шэнь Цяньлина почернел, став беспросветным.
Однако... кажется, все не так плохо, как это описывают в новеллах?
Шэнь Цяньлин протянул руку и коснулся ануса. Тот казался немного припухшим, но едва ли это выходило за пределы нормы. Вряд ли бы он отделался так легко, если только у Цинь Шаоюя между ног не болталась зубочистка.
Но там совершенно точно была не зубочистка! До этого, когда они вдвоем оказались в одной бочке для купания, его агрегат выглядел весьма величественно!
Твою мать, неужели у него просто начинается геморрой? Если все так, то ситуация довольно печальна.
Шэнь-сяошоу думал и так и этак, но так ни к чему и не пришел.
— Женушка проснулась? — двери распахнулись, и вошел Цинь Шаоюй.
— Мерзавец! — тут же бросил Шэнь Цяньлин.
Цинь Шаоюй сел у кровати, протянул руку, ухватив того за лицо. Взгляд у него был особенно нежный.
— Что ты со мной сделал?! — Шэнь-сяошоу продолжал сердито на него пялиться.
— Прошлой ночью ты принял афродизиак, — на этот раз Цинь Шаоюй решил ничего не скрывать.
Шэнь Цяньлин пораженно замер:
— Че?
— Темные стражи проявили небрежность, — говорил Цинь Шаоюй. — Афродизиак предназначался не тебе, а ты можешь винить лишь свое невезение.
Шэнь Цяньлин в негодовании показал ему средний палец.
— Я кое о чем тебя спрошу, — Цинь Шаоюй выглядел очень серьезным. — А ты должен честно мне ответить.
— Никакой любви! — буркнул Шэнь Цяньлин.
Цинь Шаоюй прыснул со смеху, но затем крепко схватил его за руку:
— Это касается цветочного вора. Будь умницей.
— Что за вопрос? — Шэнь Цяньлин уступил.
— Ты сзади не чувствуешь дискомфорт? — Вопрос хозяина дворца Циня действительно оказался таким, за который хотелось набить морду.
— ...
— Ответь, — по-прежнему наседал Цинь Шаоюй.
Затем он был безжалостно избит разъяренным Шэнь-сяошоу:
— Заткнись! Сволочь!
— Не буянь, — Цинь Шаоюй не знал, смеяться ему или плакать. — Я серьезно.
— Ты в самом деле надругался над лао-цзы как грязное животное?! — Шэнь-сяошоу был в ярости.
— Разве я мог? — Цинь Шаоюй был беспомощен. — Ответь мне на вопрос. Иначе мне придется проверить самому.
— ...
— Отвечай, — Цинь Шаоюя редко можно было видеть настолько серьезным.
— ... Немного, — пробубнил Шэнь Цяньлин.
— Разденься, дай мне на тебя посмотреть, — продолжал выдвигать свои требования хозяин дворца Цинь.
— ...
Не нужно делать такое честное лицо, говоря подобные непристойности, извращенец!
Цинь Шаоюй неожиданно схватил его, и в два-три движения стянул с него одежду.
Лиловые пятна покрывали белую кожу, представшая перед глазами картина выглядела крайне неприлично.
Шэнь Цяньлин бросил на него яростный взгляд.
Изначально лао-цзы планировал закрыть на это глаза, но кто бы мог подумать, что ты первым коснешься этой темы?!
Теперь потрудись объяснить!
— Как и ожидалось. — Цинь Шаоюй ущипнул животик. — Хоть ты помог и неосознанно, и все же это твоя заслуга.
...
— Моя заслуга?! — совершенно голый Шэнь Цяньлин сидел на кровати и, ничего не понимая, таращился на него.
— Оденься, — Цинь Шаоюй вытер его лоб. — Сегодня нас ждет интересное представление.
— Ты все еще не сказал, что со мной произошло! — Шэнь-сяошоу не планировал отступать.
Не смей уклоняться от ответа!
Прежде чем Цинь Шаоюй успел что-то сказать, спотыкаясь вбежал слуга резиденции Ли:
— Хозяин дворца Цинь! Наш третий молодой господин пришел в себя, он говорит, что видел лицо цветочного вора и хочет рассказать вам лично!
— Ясно.
Цинь Шаоюй отослал слугу, а затем склонил голову и запечатлел пылкий поцелуй на животе Шэнь Цяньлина.
— Ты смерти ищешь?! — разъярился Шэнь-сяошоу.
— Это засос, — Цинь Шаоюй указал на только что образовавшийся красный след.
— Лао-цзы и без тебя это знает! — Внутри у Шэнь Цяньлина клокотало от злости.
С головы до ног всего обгрыз!
— А вот это — нет. — Цинь Шаоюй бросил взгляд на другие синяки, покрывавшие его тело. — Прошлой ночью, когда я переодевал тебя, все этого не было.
— Хочешь сказать, что я это сам с собой это сделал?! — Шэнь Цяньлин яростно пнул его.
— Да, — Цинь Шаоюй кивнул. — Потому что ты был отравлен.
— ...
— Все еще не понял? — Цинь Шаоюй отрепал его по волосам.
Да кто поверит в эту брехню?! Шэнь Цяньлин пристально на него уставился.
— Изначально не существовало никакого цветочного вора, все просто были отравлены. Теперь понимаешь? — спросил Цинь Шаоюй.
— ... — Шэнь Цяньлин был слегка шокирован.
— Приходит, не отбрасывая тени, и уходит, не оставляя следов — в Цзянху просто нет таких людей, — объяснял Цинь Шаоюй. — Однако если предположить, что все дело в яде, тогда он действительно мог одурманить человека, вызвать у него жар и нестерпимое желание, отчего человек начнет неистово срывать с себя одежду и оставлять на теле синяки. Все будет выглядеть так, будто у него была любовная связь. Это и произошло с тобой.
Шэнь Цяньлин покраснел. Что, черт возьми, я творил прошлой ночью?! И почему это звучит так дико?!
— То, что ты вчера съел, было приготовлено для Ли Боцзиня, — сказал Цинь Шаоюй. — Видимо, тот, кто затаил на него злобу, все еще не удовлетворен.
— Но ведь слуга только что сказал, что Ли Бохао видел цветочного вора, — недоумевал Шэнь Цяньлин.
— Вот почему мы идем к нему, — Цинь Шаоюй помогал ему одеться. — Посмотрим, как он будет себя вести.
________________________________
Перевод: EzkinM, Lissa_R
http://bllate.org/book/15170/1340627
