Тридцать дней — тридцать человек!
***
— Женушка шутит. Как я могу притворяться пьяным? — Цинь Шаоюй казался спокойным и невозмутимым, и ни разу не запятнал честь сяогуна.
— Ты еще смеешь врать мне? — Шэнь Цяньлин запустил в него одеялом.
— Это чистая правда, — Цинь Шаоюй сел на кровать. — Люди, практикующие боевые искусства, всегда наготове. Это инстинкт.
Жулик! Пылая негодованием, Шэнь Цяньлин лягнул его в грудь.
Цинь Шаоюй проворно поймал его лодыжку и принялся щекотать пятку.
Шэнь Цяньлин от неожиданности вскрикнул, одернул ногу, однако тут же был повален на постель.
Опять! Ублюдок! Шэнь Цяньлин замахнулся кулаком, но, как и следовало ожидать, атака его провалилась. Его быстро поймали и поцеловали.
— Я тебя прикончу! — злой и смущенный Шэнь-сяошоу царапался и кусался не хуже фурии.
Именно поэтому, когда Е Цзинь пинком распахнул дверь, перед ним предстала чудесная сцена, где два человека в особой гармонии катались по кровати.
...
— Что случилось? — беспечно повернулся к нему Цинь Шаоюй, подмяв под себя Шэнь Цяньлина.
Второй же запыхался и в недоумении смотрел на Е Цзиня.
— А вы, я смотрю, тут развлекаетесь! — заскрипел зубами Е Цзинь.
— Ну что ты?! — Цинь Шаоюй приподнял брови.
— Ты! — указал на него Е Цзинь. — Идешь прямо сейчас и избавляешься от этой сволочи!
— Разве в долине Цюнхуа нет охраны? — Цинь Шаоюя его слова совсем не тронули.
— Очевидно, что все это происходит из-за вас! — Е Цзинь пылал от гнева. — В долине Цюнхуа уже пять лет не было никаких проблем, но стоило вам приехать, как на нас сразу напали. И ты еще смеешь говорить, что вы тут ни при чем?!
Шэнь Цяньлин ощутил угрызения совести. Это же не из-за меня, верно? Цветочный вор и все такое... Чувствуя себя виноватым перед Е Цзинем, он потыкал пальцем Цинь Шаоюя:
— Почему бы тебе не сходить и посмотреть?
— Нет, — Цинь Шаоюя натянул на него накидку. — Темные Стражи уже пошли проверять. Вернутся, тогда посмотрим.
— А что, если цветочный вор действительно появился из-за вас? — спросил Е Цзинь подбоченившись.
— Тогда я, естественно, приму меры, чтобы разобраться с этим. Но не для тебя, а потому что этого хочет Лин-эр, — Цинь Шаоюй одевался, бросая нежные взгляды на Шэнь Цяньлина. Из его глаз едва не капала благодать.
На этот раз Шэнь-сяошоу проявил твердость духа и злобно на него прищурился: не думай, что если станешь строить лао-цзы глазки, он тут же забудет, как ты притворялся пьяным!
— Хозяин дворца, — через некоторое время вернулся темный страж и доложил: — Человек, который ворвался в долину — это глава знатной семьи в этом городе, он назвался помещиком Ли.
— Помещик Ли?! — Е Цзинь выглядел ошарашенным.
— Судя по твоему лицу, девять из десяти, что он твой бывший любовник, — сказал Цинь Шаоюй. — Скорей принарядись и отправляйся навстречу.
— Какой еще бывший любовник, кретин?! — Е Цзинь мгновенно пришел в ярость. — Помещик Ли — старик, ему почти пятьдесят!
Цинь Шаоюй восторженно восклицал:
— Вот она, настоящая любовь, что не боится возраста!
— Хозяин дворца, — продолжал подчиненный. — Помещик Ли заплакал и сказал, что хочет видеть вас.
— Пфф-а-ха-ха! — Е Цзинь.
— ... — Шэнь Цяньлин.
Молодой воин, ты в самом деле популярен у всех возрастов.
— Видеть меня? — недоумевал Цинь Шаоюй. — Я не знаю этого человека!
Е Цзинь холодно прокомментировал:
— Поигрался и бросил.
Шэнь Цяньлин в душе показал ему большой палец вверх. Отлично сказано!
— Хозяин дворца желает с ним встретиться? — спросил подчиненный. — Помещик Ли пришел лишь в сопровождении слуг, они практически не владеют боевыми искусствами и вряд ли начнут скандалить.
— Встречусь, — ответил Цинь Шаоюй. — Скажи, чтобы подождал меня.
Е Цзинь с участием поинтересовался:
— Тебе нужен цветочек украсить волосы? Будешь выглядеть еще прекраснее.
Цинь Шаоюй замахнулся и в щепки разнес стоящий рядом стол.
Е Цзинь сначала замер от удивления, после чего в гневе затопал ногами:
— Это вековой ясень! Лао-цзы выложил за него целое состояние!
— Еще одно слово, и я разнесу всю эту комнату, — слова Цинь Шаоюя полнились презрением.
— ... — Е Цзинь.
Мерзавец!
— Я тоже хочу пойти! — потребовал Шэнь Цяньлин.
— Даже если бы ты не сказал, я бы все равно взял тебя с собой. Мало ли кто решил выманить тигра с горы, — Цинь Шаоюй помог ему надеть обувь. — Ну, а теперь пойдем и узнаем, что, в конце концов, стряслось у помещика Ли.
У ворот в долину Цюнхуа стоял седовласый мужчина и казался очень встревоженным. Он вытягивал шею, всматриваясь в темноту.
— Зачем вы ищите хозяина дворца? — Хуа Тан никак не могла понять, что тому нужно.
— Ох! — старик тягостно вздохнул и топнул.
— Не будь он стариком, я бы в самом деле поверил, что хозяин дворца спал с ним, — зашептал Фань Янь Чжао У. — Он ничего не говорит, только горестно вздыхает. Ну и как это назвать?
— Когда в следующий раз решишь что-то такое брякнуть, держись подальше от меня, — на лице Чжао У не было ни тени эмоций. — Не хочу нарваться на неприятности, когда хозяин дворца это услышит.
Фань Янь негодовал:
— Разве мы не братья?!
Чжао У покачал головой:
— Нет.
— ...
Ты можешь быть не таким прямолинейным?!
— Хозяин дворца Цинь! — стоило нескольким смутным фигурам появиться на дороге впереди, как помещик Ли поднял вой до небес и начал биться челом о землю.
Шэнь Цяньлин переполошился:
— Ты уверен, что не знаешь его? Почему мне кажется, что он уже готов броситься к тебе?
— Я был в городе Цюнхуа всего три раза и каждый раз жил в долине. Откуда у меня время ходить и знакомиться с этим помещиком Ли? — Цинь Шаоюй запахнул получше его воротник. — Поэтому я и должен проверить, что тут происходит.
— Кто ж знает, может ты развлекался с его дочерью или наложницей? — у Шэнь Цяньлина была очень буйная фантазия.
Цинь Шаоюй хохотнул:
— Попиваешь уксус?
— Ты слишком много думаешь, — Шэнь Цяньлин почувствовал брезгливость. — Если ты действительно найдешь себе любовницу, я запущу праздничный салют.
Цинь Шаоюй криво усмехнулся, но ничего не сказал.
— Хозяин дворца Цинь, вы должны взять на себя ответственность за моего сына! — насилу дождавшись, пока они подойдут, помещик Ли едва не разрыдался.
Шэнь Цяньлин посмотрел на Шаоюя взглядом полным презрения: так это даже не дочь, а сын!
Как бессовестно!
— Вашего сына? — Цинь Шаоюй нахмурился. — Я его знаю?
— Нет-нет, хозяин дворца Цинь конечно его не знает! — помещик Ли быстро замотал головой.
— Почему вы хотите, чтобы я взял за него ответственность, если я его даже не знаю? — Цинь Шаоюй недоумевал еще больше.
— Мой сын, он... он... его растлил цветочный вор! — помещик Ли был убит горем.
Блядь! Глаза Шэнь Цяньлина вдруг наполнились сочувствием.
— О? — Цинь Шаоюй вздернул брови. — Так чего же от меня хочет помещик Ли?
— Я хочу просить хозяина дворца Циня о помощи, поймать этого цветочного вора и отомстить за моего сына! — говорил помещик Ли. — Даже если мне придется потратить все свое состояние, я не отступлюсь!
— Вот уж не знал, что дворец Погони за Тенью еще и выполняет обязанности сыщиков, — Цинь Шаоюй натянуто улыбнулся. — Отчего помещик не обратился напрямую к местным властям, после того как это случилось?
— Обращался, но цветочный вор оказался человеком из Цзянху, власти ничего не могли сделать, — говорил помещик Ли. — Поэтому, когда ваш покорный слуга услыхал, что хозяин дворца Цинь в долине Цюнхуа, он и привел своих людей сюда посреди ночи, чтобы просить вас о помощи!
— Что думает Лин-эр? — Цинь Шаоюй обернулся к Шэнь Цяньлину.
А я-то тут при чем?! Шэнь Цяньлин с горечью проговорил:
— Почему бы не попробовать? Если мы его поймаем, это избавит Цзянху от зла.
— Большое спасибо, молодой господин Шэнь! — помещик Ли чуть не заплакал.
— Хорошо, — Цинь Шаоюй усмехнулся. — Раз уж супруг согласен, тогда завтра утром мы отправимся в поместье Ли для расследования произошедшего.
Помещик Ли тотчас вздохнул с облегчением, вне себя от радости рассыпался в благодарностях, а затем, забрав с собой слуг, отправился домой. Люди дворца Погони за Тенью обменялись растерянными взглядами: с каких пор хозяин дворца стал любителем вмешаться в чужие дела? Даже за поимку воришки цветов взялся лично!
Шэнь Цяньлину, наблюдавшему за всем этим, хотелось протереть глаза. Пускай он порой и считал Шаоюя мерзавцем, однако тот все же был хорошим парнем, который любил помогать ближним!
Фарс этот быстро закончился, и люди один за другим разошлись по домам. Шэнь Цяньлин лег на кровать. На него накатывала сонливость.
Уже так поздно!
— Спать, — Цинь Шаоюй больше не стал его дразнить и укрыл одеялом. — Мы выезжаем завтра, так что отдохни как следует.
Шэнь Цяньлин обнял одеяло, откатился в угол и вскоре засопел. Цинь Шаоюй встал с кровати и вышел во двор.
— Хозяин дворца, — поприветствовал его Чжао У.
— Меня ждешь? — спросил Цинь Шаоюй.
— Да, — между бровей Чжао У залегла складка. — Подчиненный не понимает, почему хозяин дворца согласился помочь этому господину поймать цветочного вора.
— А если я скажу, что просто для того, чтобы иметь причину остаться в городе еще на несколько дней? — спросил Цинь Шаоюй.
Чжао У на секунду опешил.
— Оставаясь в долине Цюнхуа, лучше уж что-нибудь делать, чем не делать ничего, — усмехнулся Цинь Шаоюй. — Кроме того, предположим, если ты хочешь украсть у меня кого-то, откуда это удобнее сделать: из обычного дома богатой семьи Цюнхуа, или из дома Е Цзиня в долине?
— Хозяин дворца думает, что Фэн Цзюе придет? — спросил Чжао У.
— Я не уверен, но Фэн Цзюе хитрый и коварный. Я лишь могу попытаться приманить его и заставить показаться, — говорил Цинь Шаоюй. — Он всегда хотел контролировать Лин-эра, и теперь, когда этот человек в моих руках, он не сможет успокоиться.
— Подчиненный хочет спросить, — голос Чжао У стал тихим.
— Спрашивай, — кивнул Цинь Шаоюй.
— У хозяина дворца есть чувства к молодому господину Шэню?
Цинь Шаоюй приподнял бровь:
— Ты уже спрашивал об этом.
— Тогда хозяин дворца сказал "нет", — продолжал Чжао У. — Подчиненный просто хотел знать: после стольких дней отношение хозяина дворца к молодому господину Шэню осталось прежним?
— Какой ответ ты надеешься услышать? — спросил Цинь Шаоюй.
— Подчиненный не смеет, — Чжао У склонил голову. — Однако если хозяин дворца слишком сблизится с молодым господином Шэнем, а в будущем к нему вернется память, то, боюсь, хозяину дворца это выйдет боком.
— У меня есть чувство меры, — Цинь Шаоюй похлопал его по плечу. — Ну ладно, возвращайся к себе и отдохни.
Чжао У кивнул, повернулся и покинул двор.
Вернувшись в комнату, Цинь Шаоюй застал Шэнь Цяньлина лежащим на кровати с растопыренными конечностями. Он спал с открытым ртом и казался слегка блаженным. Край его рубахи задрался, обнажая мягкий белый живот. Выглядел он насколько глупо, насколько это вообще возможно.
К такому человеку... действительно трудно относиться настороженно. Цинь Шаоюй не раздеваясь лег рядом, в его глазах была улыбка.
Шэнь Цяньлин почесал нос, повернулся на бок, обнял его за руку и уснул еще крепче.
Поздней ночью дул свежий ветерок, а сны были теплее.
Ранним утром следующего дня Темные Стражи доложили, что помещик Ли приготовил повозки, паланкин, и уже ждет у долины Цюнхуа с гонгами и барабанами.
— Пускай возвращается, — Цинь Шаоюй прикрыл уши Шэнь Цяньлина. — Скажите ему, что Лин-эр еще не проснулся.
Получив приказ, подчиненные ушли, попутно вздыхая и сетуя на большую и стремительно растущую любовь. В такое время все еще спит!
Услышав, что "молодой господин Шэнь еще не проснулся, поэтому хозяин дворца приедет позже", помещик Ли тут же выразил понимание. Он заявил, что готов подождать, а хозяин дворца и его жена могут не стесняться и продолжать спать.
"Не стесняться и продолжать спать". Эти слова рисовали в головах людей чувственную и вполне определенную картину. Слуги, носильщики паланкинов, вплоть до служанок, которых помещик Ли специально нанял, чтобы ухаживать за Шэнь Цяньлином — никто не мог усмирить разыгравшееся воображение. После чаепития и вкушения пищи такую тему ни в коем случае нельзя упускать, и непременно требуется в красках все обсудить!
Таким образом, когда во второй половине дня те двое наконец отправились в путь, все смотрели на Шэнь Цяньлина с особым сочувствием: он ведь даже не мог нормально ходить, ах! Подумать только, как это было необузданно!
— Хочешь, чтобы этот муж отнес тебя? — спросил на ухо Цинь Шаоюй.
— Заткнись! — сердито зыркнул на него Шэнь Цяньлин. — Я не хочу иметь с тобой ничего общего три дня!
Он умывался в полдень, как вдруг сзади подлетел Шаоюй и начал довольно лапать его то тут, то там. Цяньлин не мог ни наорать, ни избить его, а в довершение еще и ткнул себя случайно в акупунктурную точку на пояснице. Теперь она не только болела, но еще и область вокруг нее сильно онемела.
Именно поэтому Шэнь-сяошоу сейчас вынужден был держаться обеими руками за поясницу, передвигался он медленно, а в глазах окружающих имел вид беременной женщины.
Стыдобища какая!
— Через три-четыре часа все пройдет, — утешал его Цинь Шаоюй, когда они садились в паланкин.
— Держись подальше от лао-цзы! — Шэнь Цяньлин сидел прямо, будто палку проглотил, и чувствовал, что такая жизнь хуже смерти.
Существовать в одной комнате с этим жестоким элементом — поистине ужасно!
Весь путь их сопровождали звуки духового оркестра и барабанов, и если бы не отсутствие ярко-красного шелка, то люди в городе наверняка бы решили, что семья Ли справляет свадьбу.
— И ты просто позволишь им устраивать это представление? — сидевший в паланкине Шэнь Цяньлин чувствовал себя еще более униженным.
— А чего бояться? Хотят устраивать представление — пускай устраивают, — Цинь Шаоюй неторопливо попивал чай. — О нас с тобой и так уже ходит немало слухов, так почему бы не добавить еще один?
...
Шэнь Цяньлин поперхнулся.
Большой брат, а у тебя действительно устойчивая психика.
— Мы прибыли к поместью Ли! — проорали во все горло носильщики, сотрясая голосами небо и землю.
— Помочь тебе спуститься? — спросил Цинь Шаоюй.
— Нет! — Шэнь Цяньлин наотрез отказался, а затем поднял занавеску паланкина и высунул наружу полголовы.
— Вааа!
Снаружи вдруг что-то хлопнуло, в воздух взметнулись цветные ленты, десятки, едва ли не сотня людей одновременно кричали и аплодировали, все устремили на него восторженные, пылкие и жгучие взгляды. Некоторые даже падали без чувств!
Шэнь Цяньлин был этим так потрясен, что резко втянул голову обратно в паланкин.
Блядь, напугали до смерти!
Цинь Шаоюй, старательно сдерживая смех, протянул руку, чтобы снять цветные ленты с его головы.
— Че за дела?! — спросил Шэнь Цяньлин.
Цинь Шаоюй ущипнул его за щечку:
— Ты известный на весь свет младший сын семьи Шэнь — естественно, что все хотят посмотреть.
— Просим хозяина дворца Циня и молодого господина Шэня пожаловать из паланкина! — продолжал драть горло носильщик.
Аплодисменты стали еще более бурными, в голове Шэнь Цяньлина загудело.
— Не хочешь, чтобы они смотрели на тебя? — спросил Цинь Шаоюй.
— Как ты мог такое подумать? Что за вздор?! — сердился Шэнь Цяньлин.
Цинь Шаоюй усмехнулся. Он шагнул вперед и взял Цяньлина на руки. Используя внутреннюю силу, он оттолкнулся с края паланкина, взмыл вверх, ринувшись к наружной стене особняка Ли, и мгновенно исчез из вида.
Толпа зевак в очередной раз обливалась слезами. Не захотели, чтобы другие видели их... ах, как же это горько!
— Им всем заняться нечем?! — жаловался Шэнь Цяньлин.
— Сейчас спокойное и процветающее время, вот люди и чувствуют себя беззаботно, — Цинь Шаоюй покачал головой. — Это же хорошо.
— Хозяин дворца Цинь, молодой господин Шэнь! — помещик Ли запыхаясь вбежал в главные ворота, поддерживаемый кем-то. — Ваш покорный слуга не мог сопровождать вас в полете, поэтому припоздал, извините за задержку!
— Ничего страшного, — Цинь Шаоюй был очень великодушен. — Прежде отведите меня к своему сыну.
— Это... — помещик Ли казался смущенным. — Почему бы хозяину дворца сначала не передохнуть, а к этому делу вернуться после трапезы?
Цинь Шаоюй в изумлении приподнял брови:
— Отчего же?
Помещик Ли вздохнул:
— Мой сын всегда был очень замкнутым, а после этого случая целыми днями напролет умывался слезами. Я в самом деле боюсь, что если хозяин дворца начнет его расспрашивать, он не вынесет такого потрясения.
— Тогда кто еще знает, что же произошло в тот день? — спросил Цинь Шаоюй.
Помещик Ли покачал головой:
— Цветочный вор пришел, не отбрасывая тени, и ушел, не оставляя следов. В комнату также было выпущено одурманивающее средство. На следующее утро служка заметил, что сын уже долгое время не встает, и только войдя в комнату обнаружил, что случилось несчастье.
— Сколько людей в городе пострадало от него?
Помещик Ли топнул ногой:
— Прошел всего месяц, как он появился, а мужчин, которых он осквернил, уже ни то двадцать, ни то тридцать! Черт знает, откуда в нем столько энергии!
— ... — Шэнь Цяньлин.
Твою мать, это ненаучно!*
П/п. Цяньлин часто использует эту фразу, и тут дело не только/не столько в науке. Это интернет-жаргон и данной фразой выражают сильные эмоции, изумление/недоверие/потрясение, отношение к неправильному или неразумному поведению.
— Найдите время и выберите несколько человек, которые согласятся поговорить об этом, а после отправьте ко мне, — распорядился Цинь Шаоюй.
Помещик Ли непрерывно кивал, а потом лично проводил в отведенные им комнаты.
— Тридцать дней — тридцать человек! — пока они располагались, Шэнь Цяньлин пребывал в потрясении и никак не мог прийти в себя.
— Думаешь, что это невозможно? — Цинь Шаоюй ухватил его за подбородок.
— А ты думаешь, что это возможно? — задал встречный вопрос Шэнь Цяньлин.
— Не знаю, — на губах Цинь Шаоюя появилась усмешка. — Почему бы нам это не проверить?
_______________
Перевод: EzkinM
http://bllate.org/book/15170/1340617
