Бывший парень, о котором я не знаю.
Мы с Ригелем молчали всю дорогу до Бюро безопасности. Возможно, это потому, что я уткнулся носом в телефон. Я на него не смотрел, но он время от времени поглядывал на меня. Я чувствовал его взгляд на своем лице. Каждый раз, когда это случалось, он, словно пытался в чем-то удостовериться, и тогда я вспоминал вопрос Мартина: «Ты его знаешь?».
Неужели мы действительно знакомы?
[Ты там нормально все разрулил?]
Я отправил сообщение Мартину, и ответ прилетел мгновенно.
[Ты, сумасшедший ублюдок, ты же окно пытался разбить!]
[Надо было готовиться, раз несешь всякую дичь про то, что мне нужно наладить контакт]
[Я же сказал, что способ на твое усмотрение!]
[Это и был мой способ. Выбить окно]
[Сукин ты сын]
Обмениваясь этими бессмысленными сообщениями, я мучительно пытался вспомнить, видел ли когда-нибудь раньше этого человека по имени Себастьян Ригель. Если не имя, то хотя бы это лицо.
Честно говоря, такое лицо не на каждом шагу встретишь.
Вместо того чтобы пялиться на него в упор, я покосился на его отражение в стекле, чтобы рассмотреть получше. Все равно незнакомое лицо.
Все в этом автобусе сжимали в руках телефоны. Кто-то строчил сообщения, кто-то смотрел новости или звонил, но так или иначе все прилипли к экранам. Но то, как Ригель сидел, закинув ногу на ногу и погрузившись в свои мысли, немного пугало. Это казалось слишком неестественным, а если и не неестественным, то еще более жутким.
[Говорят, второй отдел проведет арест и передаст тебя первому отделу. Просят, чтобы ты не дергался]
[Куда уж меньше дергаться?]
[Это значит, не бей стекла, даже если тебя это бесит. Просто потерпи немного. Наш человек из группы уже занимается оформлением. Как только главный офис даст добро, я приду тебя забрать]
Бюро безопасности делится на главный офис и филиалы, но большинство сотрудников называли штаб-квартиру просто «офисом». Поскольку официальной работой агентов под прикрытием обычно была служба в какой-нибудь компании, вошло в привычку говорить «офис» и «филиал». Так было проще. Теперь даже офисные работники, такие как Мартин, использовали термин «офис».
[Спасибо не скажу]
[А я и не извиняюсь. Но выпивка-то была хороша, да?]
[Сладкая, как мед. Как и ожидалось, выпивка, купленная за счет государства, лучше всего]
Я еще раз украдкой взглянул на лицо человека, с которым мне предстояло попрощаться по прибытии в офис. Он все еще витал в своих мыслях.
Странная вышла встреча.
Но не самая плохая. Если подумать, теперь у меня в копилке есть опыт флирта с красавчиком-чеболем. Я даже в его спальне побывал. Сейчас, когда все почти закончилось, это кажется своего рода приключением. У меня бывало много приключений со свистом пуль над головой, но приключение, связанное с постелью, случилось впервые, так что это было незаезженно.
Хороший опыт.
Автобус мчался по ночным улицам. Бодренько так.
Как только я вышел из автобуса, то увидел лицо, которое не так-то просто встретить. Директор Бюро безопасности Андреа Дилл лично стояла у входа. Рядом с ней был ее секретарь и двое незнакомых мужчин, которые, судя по висящим на шеях карточкам с надписью «Посетитель», явно не были сотрудниками Бюро.
Увидев Ригеля, эти двое поспешно спустились по ступеням с растерянными лицами.
— Господин Ригель, вы не ранены?
Внушительная охрана Ригеля сопровождала автобус. К чему эта суета по поводу ранений? Двое его охранников вышли перед Ригелем, я, следом за ним, а еще двое, позади меня. Ригель был самым защищенным человеком в этом автобусе. И все же лица тех двоих были бледными, будто Ригель вернулся с того света.
— Я в порядке. И еще, — Ригель внезапно посмотрел на меня. — Этот человек…
— Прошу прощения.
Я вздрогнул, когда Ригель указал на меня, но между нами вклинилась незнакомая женщина. За ней стояли двое мужчин.
— Вы господин Шнике, верно? Пройдемте сюда.
Один из троих показался мне знакомым. Это был сотрудник из четвертой группы, с которым я как-то пил вместе с Мартином. Я промолчал, не выказывая никаких эмоций, и просто слегка кивнул, собираясь последовать за женщиной. Однако Ригель меня удержал.
— Он мой спутник.
— Именно поэтому мы будем допрашивать его отдельно, — равнодушно бросил сотрудник четвертой группы, ответственный за мою передачу. Тон был типично бездушным, как у заправского чиновника.
— У этого человека даже адвоката нет, не так ли?
— Потому что он ему не нужен.
— Почему вы имеете право принимать такое решение?
— Только виновные приводят адвокатов на допрос, где выступают в качестве свидетеля. Господин Шнике, вы совершали какое-либо преступление?
Сотрудник спросил меня прямо. В его резком голосе чувствовалась враждебность. Конечно, направлена она была не на меня, а на Ригеля.
Почему это происходит? Почему люди из четвертой группы так злятся на Ригеля?
— Нет, — ответил я тихим голосом.
Будь я агентом под прикрытием, я бы знал, какую мину состроить в такой ситуации, но я, что называется, человек для черновой работы. Я терпеть не могу фальшивые эмоции в подобных случаях. Так что все, что я мог, — это сохранять бесстрастное лицо, опустить голову и отвечать тихо.
[Твой коллега по группе сцепился с Ригелем]
Я набрал сообщение на телефоне, спрятанном в подкладке. Я переживал, увидит ли его Мартин, но тут сотруднице поступил звонок. Она не ответила, но, едва увидев имя на экране, нахмурилась, будто точно знала, о чем пойдет речь.
— Пойдемте, господин Шнике.
Неужели я наконец-то отсюда выберусь?
Интересно, Отто уже ушел домой? Эх, не хотелось бы выслушивать проклятия от начальника отдела дважды за день. Прежде всего, мое терпение начинает иссякать. Боюсь, второй раунд ругани я перенесу не так покорно. Надеюсь, Отто ушел и отложит выволочку до завтра. Раз в день — это еще терпимо. Но сегодня я хочу домой и просто лечь спать.
«…А я хорошо убрался, когда уходил в прошлый раз? Не оставил там еду гнить?»
Как подумаю об этом, тянет просто пойти в отель. Даже если придется убираться завтра, сегодня я не хочу возиться ни с чем. Я и так немного устал.
Когда я уже собирался последовать за сопровождающей, я услышал свое имя.
— Армин.
Ну, очевидно, кто меня окликнул. Но тот факт, что мы обращаемся друг к другу по имени, немного…
Когда я повернулся к Ригелю, он улыбнулся.
— Не бойся, ладно?
Что Ригель говорил ранее перед начальником второго отдела? Он сказал мне не волноваться?
Этот тон, странно напоминающий уговоры ребенка, напрягает. Каким бы богатым он ни был, раз разгуливает с такими нелепыми длинными волосами, он наверняка тот еще извращенец. И этот тон, возможно, часть его извращенных вкусов.
Знакомые мы или чужие, Ригель подбирается слишком близко. Решив, что пора обозначить границы, я слегка улыбнулся ему.
— Я в порядке, так что тебе не нужно обо мне беспокоиться.
Ригель, который был выше меня, посмотрел на меня сложным взглядом. Я невольно почувствовал себя так же. Не знаю, какие отношения связывают меня с этим человеком, но все запутывается из-за его взглядов.
Нет, и если начальник второго отдела сдалась, почему ты просто не ушел? Зачем притащился в Бюро безопасности, прихватив меня? Может, ты и думаешь, что оказал мне услугу, но, честно говоря, я теперь ума не приложу, что говорить начальнику второго отдела.
Если я скажу, что не знаю, зачем ты это делаешь, разве она просто поверит? Было бы здорово, нет, было бы нормально, если бы ты не бросал на меня эти странные взгляды и просто красиво ушел.
Ригель не хотел отходить от меня ни на шаг. Он выглядел как влюбленный, стоявший на границе вечной разлуки.
— Прощай, — неосознанно произнес я.
Благодаря тебе я теперь точно знаю, что чувствовала Алиса в Стране чудес.
Я пошел прочь, оставив его позади. Стоило нам немного отойти, как сопровождающая начала засыпать меня вопросами.
— Какие у вас отношения? — шепотом спросила она.
— Мы сегодня впервые встретились.
— Да быть не может. У него был взгляд типа: «О боже мой!»
Сопровождающая остановилась, и цокот ее каблуков стих. Я глазами взмолился, чтобы она продолжила путь. Она снова зашагала, но так и не смогла закончить фразу после слов: «О боже мой!»
Да, я тоже думаю, что он странный. У него из глаз разве что мед не капает.
— Давайте не будем сплетничать. Я и сам не понимаю, в чем дело.
— …
— Может, это спектакль, как работа под прикрытием? — спросил я.
Она нахмурилась.
— С чего бы такому человеку, как Себастьян Ригель, устраивать здесь представление и даже тащить едва знакомого мужчину в номер отеля? Что бы он выиграл…
— Он мог заметить, что я из Бюро безопасности.
— Это возможно, но если думать так, то это слишком высокий уровень, и… просто не кажется реалистичным, чтобы кто-то вроде него использовал тактику «красавчика».
Даже если бы он мог нанять кого-то подходящего для такой тактики, зачем ему делать это самому? Сопровождающая покачала головой.
— Если честно… — она посмотрела на мое лицо.
К тому времени мы уже добрались до первого отдела. Похоже, самый младший из четвертой группы открыл нам дверь. Прежде чем войти, сопровождающая цокнула языком и прошептала:
— Он ведь не бывший парень или что-то в этом роде, да?
— У меня нет никаких бывших парней.
— А… Тогда что, одноклассник? Он тайно сох по руководителю группы?
— Если бы сын Riegel Group учился в нашей школе, я бы об этом знал.
К тому же наша школа была в трущобах. Нет ни единого шанса, что председатель Ригель отправил бы сына в такое место.
Сотрудница четвертой группы почесала затылок.
— Вот же черт…
Серьги в ее ушах качнулись.
— Мы-то привели руководителя группы, но атмосфера во втором отделе действительно скверная, сам понимаешь.
— Они думают, что я испортил операцию?
Мы вели серьезный разговор, стоя перед дверью, даже не войдя еще в первый отдел.
— Все немного сложнее. Во-первых, то, что второй отдел пытался поймать в этом клубе, был Канарис…*
— Второй отдел идет!
Поспешно перебил нас младший сотрудник из четвертой группы.
Мы с сопровождающей одновременно повернули головы. И вправду, руководитель группы из третьей группы второго отдела бежал к нам.
«Блядь, это уже слишком. Мне жаль, что я влез в операцию, но я на самом деле ничего не делал. И я сотрудничал с вами, ребята, насколько мог».
Как раз когда я уже начал раздражаться, руководитель группы схватил меня за плечо. Лицо у него было бледным.
— Руководитель группы, идем.
— …Куда идти?
— Директор… нет, Ригель зовет. Говорит, что никуда не пойдет без тебя!
_____________
*Так как я читаю с вами, я не знаю, что идет в сюжете дальше, поэтому не могу на данный момент сказать что-то точное насчет Канариса. Можно пока сделать предположение.
В истории, во времена Второй мировой войны, Вильгельм Канарис был адмиралом и главой абвера, немецкой военной разведки. В произведениях иногда используют такие фамилии как отсылки для высокопоставленных шпионов или криминальных авторитетов. В данном случае это явно кто-то из «крупных рыб», связанных с наркоторговлей.
Так это или нет, мы узнаем позже, если что, вернусь и поправлю тут.
http://bllate.org/book/15090/1413038
