Цена за рухнувшую башню Дженги.
Я не мог поверить своим глазам.
У меня галлюцинации из-за того, что я слишком погрузился в ситуацию, или меня окончательно охватил страх?
Особенно вон та штука… я что, прямо сейчас вижу иллюзию?
Ригель заметил мой взгляд и усмехнулся.
— Что? Тебе нравится?
«А-а-а…» — мысленно закричал я и отступил на шаг назад.
У меня мурашки пробежали от кончиков пальцев до самого нутра.
«Блядь, у тебя же наполовину встал!»
— Надень что-нибудь! — крикнул я и с отвращением отвернулся.
Но Ригель, напевая себе что-то под нос, намеренно затягивал время. Мурашки, охватившие все тело, даже и не думали проходить.
«Это сексуальное домогательство! Если ты притащил меня сюда потому, что я агент, то это нарушение Женевской конвенции! Пленных нельзя пытать!»
Я чувствовал себя жалким оттого, что не мог прокричать все это вслух.
— Господин Ригель!
В отличие от меня, способного лишь орать, чтобы он поторопился, он оставался совершенно расслабленным.
— Что ты предпочитаешь?
— О чем ты вообще говоришь?!
«Если я отвечу, он оденется?! Если так, я должен ответить немедленно!»
— Восковую депиляцию и обычный вид члена?
«Почему мне вообще должен нравиться член?!»
Люди — странные существа. Несмотря на всю абсурдность, я на мгновение поймал себя на том, что серьезно обдумываю это.
«Что менее дерьмово? Нет, «дерьмово» тут не подходит. Что менее хреново? «Хреново» тоже не то. Что менее… Ой, бля!»
— Да мне плевать…
Они все одинаково дерьмовы.
«Ой, нет. Собаки очаровательны, а это действительно… просто… как ни крути, это просто пиздец».
*Тут игра слов: Армин говорит: «Они все одинаково дерьмовы 개 같다 (кэ-катта) — буквально: «как собака». Это ругательство «чушь собачья», «дерьмово». Но тут же поправляет себя типа: «Ой, нет. Собаки очаровательны. Их нельзя сравнивать с этим».
Пока я морщился, Ригель вдруг произнес:
— Но тебе ведь, наверное, придется сосать, да?
«Ах ты, сукин сын…»
Я больше не могу это терпеть. Я напишу рапорт. Пусть начальник второго отдела сожрет меня заживо. Я не могу!
— Я имел в виду одежду.
*Автор здесь использует глагол 빨다 (ппаль-да), у которого два основных значения: «стирать» и «сосать». Ригель — настоящий тролль. Он видит, что Армин пялится на его «хозяйство», и произносит эту двусмысленную фразу. Что услышал Армин: «Но тебе ведь придется отсосать, да?» Что (якобы) имел в виду Ригель: Поскольку Ригель ранее говорил, что пропах неприятным запахом, он технически имел в виду: «Но ее (одежду) ведь нужно постирать, да?».
«…Чтоб ты сдох, Себастьян Ригель».
Увидев мое ошарашенное лицо, Ригель, словно забавляясь или желая вознаградить за это веселое время, улыбнулся и указал на душевую.
— Можешь пользоваться. Я попрошу, чтобы тебе принесли одежду.
«Он точно садист…»
Конечно, я и раньше видел садистов. Один такой есть среди членов моей группы. Парень, который больше возбуждается от того, что бьет женщин, чем от вида их голыми. Естественно, он одинок. У нас даже пари заключено, сможет ли он вступить в брак до тридцати пяти лет, и банк уже почти достиг его годовой зарплаты. Его мечта — жениться к тридцати пяти годам.
Конечно, я поставил на то, что нет.
Это просто невозможно.
Я взглянул на Ригеля. Я не мог не почувствовать толику сочувствия. Я не был уверен, старше Ригель меня или младше, но одно было ясно.
Если он садист, с браком ему тоже не повезет.
Ригель, поймав мой взгляд и все еще будучи с наполовину вставшим членом, сказал:
— Так как размер одежды может быть маловат, я попрошу, чтобы принесли подходящую. Мойся, не торопись.
Может, он и не садист, а просто человек со скверным характером. В любом случае, мне это не нравится. Мне нужно поскорее отсюда убираться.
Сначала я зашел в душевую и снял рубашку на случай, если Ригель войдет. Я открыл кран в раковине, чтобы создать шум, выдавил пасту на щетку и, держа ее в руке, огляделся.
Где может быть глушилка? Существуют ли их водонепроницаемые версии? Предположим, что нет…
Тук-тук.
Откуда-то донесся стук. Звук был очень слабым, будто стучал призрак.
— Что это?
Я рефлекторно повернулся к двери, но она так и не открылась. Я осторожно приблизился к двери, приглушая шаги…
Тук-тук.
Это не дверь? Тогда откуда звук доносится? Из стены? От окна?
Даже зная, что этого быть не может, я поймал себя на том, что смотрю на стены и окно…
Это что, человек висит за окном? И лицо кажется очень знакомым?
Вздрогнув, я бросился к ванне. Мне пришлось залезть в нее, чтобы четко разглядеть лицо человека, висящего снаружи за окном.
— Эй, ты почему здесь? — спросил я.
Мартин, висевший на тросе для мытья окон в высотках, начал что-то печатать в телефоне. Его лицо, подсвеченное экраном, было бледным.
Но ничего не поделаешь…
С чего бы парню, который занимается только офисной работой, висеть на такой штуке? Нет, постой, почему ты в таком опасном месте?
Он напечатал сообщение и поднес неотправленный текст вплотную к стеклу.
[Тебя не слышно]
Я тоже достал телефон, набрал текст в нашем чате сообщений и, не нажимая кнопку отправки, поднес его к окну.
[Почему ты здесь?]
[Фолькер приказала]
«Нина Фолькер?»
Это имя начальника второго отдела. Мартин не полез бы на этот трос, если бы не крайняя необходимость. Значит, Фолькер действительно приставила ему пушку к виску.
В Бюро безопасности говорят, что начиная с уровня директора и выше — это Царство Ямы. Это значит, что человеку там не место. Это люди, которые могут прогибать таких парней, как Мартин, под свою волю. Нельзя стать директором, сохранив человечность.
*Царство Ямы (염라대왕, Ёмна-тэван). В буддийской и восточноазиатской мифологии это преисподняя, где правит бог смерти Яма.
Как раз когда я начал испытывать жалость к Мартину, он уставился на мою обнаженную верхнюю часть тела, сделал круг большим и указательным пальцами левой руки, а указательным пальцем правой руки изобразил поршневое движение внутрь этого кольца. После этого он указал на дверь ванной. Короче говоря, он спрашивал, разделся ли я, чтобы заняться сексом с Ригелем.
Раз уж он спросил с помощью пантомимы, я ответил тем же. Я показал ему средний палец, а потом указал на него и провел большим пальцем по горлу. Мартин на это хихикнул. Несмотря на смех, его лицо все еще оставалось бледным.
Чувствуя одновременно раздражение и сочувствие, я набрал сообщение.
[Почему ты не прислал кого-нибудь из второго отдела вместо себя? Они же больше приспособлены к такому]
Парни из второго отдела в основном работают в оперативной группе, поэтому обладают определенной физической подготовкой. Они сильно отличаются от Мартина, который развивал только свои «мозговые» навыки. Тот факт, что они спустили Мартина вместо тех парней, показывает всю злонамеренность начальника второго отдела. Будь этот человек хоть самим дьяволом в кресле директора, это все ладно, но Ли Мартин не подходит для такой работы. Его заставили делать нечто опасное.
[Как они могли так поступить с тобой? И как они могли прислать тебя сюда?]
[Я сам вызвался]
Неужели он говорит, что вызвался добровольно? …У этого подонка все еще осталась верность. Думаю, поэтому мы и продолжаем поддерживать наши отношения.
[Начальник сказала наладить контакт]
Я не знаю, что это за операция, но учитывая, что для нее получили содействие со стороны отельного клуба и сам начальник принимает в ней участие, она должна быть довольно масштабной. Естественно, они захотят наладить контакт с ключевой фигурой.
И поскольку я пил алкоголь, купленный на оперативные средства, мне немного неловко делать вид, что я ничего не знаю. Так что правильно будет в какой-то мере посодействовать.
«Наладить контакт?»
Нюанс звучит очень зловеще и хреново.
[Какой еще контакт?]
[Тебе придется решить, как именно]
Мартин окинул взглядом мой голый торс. Иногда один взгляд может заменить тысячи слов.
«Нет, этот подонок… Он пришел сюда не из беспокойства за меня, а чтобы продать меня?»
Когда я уставился прямо на него, он отвел взгляд. Все стало ясно. Должно быть, его проклял начальник второго отдела, и он пришел убедить меня стать его щитом.
Как раз когда я собирался напечатать несколько ругательств в ответ, послышался стук. На этот раз это точно был стук в дверь. Я повернул голову, а потом снова глянул в окно и увидел, что лицо Мартина посинело. Похоже, он испугался. Я быстро задернул занавеску в душе.
— Да?
— Я теряю терпение, — раздался голос Ригеля. — Ты там до какой степени чистоты пытаешься отмыться?
Сегодня я видел Ригеля впервые, но одно было ясно. Рот этого ублюдка проклят. А люди не могут победить проклятый рот. Я просто никчемный человек, как я мог его победить? Тем более словами.
Внезапно я заскучал по отцу. Мой отец, пастор Шнике, возможно, из-за того, что он так долго читал проповеди, настолько набожен, что Бог мог бы протянуть ему руку прямо сейчас, но при этом он достаточно остер на язык, чтобы дьявол попытался его переманить. Но почему я не унаследовал способности отца? Потому что я не его биологический ребенок?
В любом случае, мне не победить словами ни этого длинноволосого с проклятым ртом за дверью, ни предателя за окном.
«Так, нахрен начальника второго отдела и операцию. Мне нужно выбраться отсюда. Если я зацеплюсь за трос этого предателя, он ведь меня не сбросит? Он же вытянет меня наверх, да?»
Когда я с шумом отодвинул занавеску и посмотрел на Мартина, тот рассмеялся и покачал головой. У него на лице было написано: «даже не думай об этом», хотя он и не знал, о чем я думаю.
«А ты совсем не думал, когда продавал меня?»
Я живо представлял, как Мартин мог умилостивить разъяренного начальника второго отдела. Я видел пару раз раньше, как он успокаивает нашего начальника. Своим дьявольским языком он выплеснул бы все, что пришло в голову. В основе этого лежала бы мысль, что пока он жив, все остальное неважно, и на мои права человека ему было бы совершенно плевать.
Этот подонок сказал бы мне отдать свое тело этому сумасшедшему длинноволосому садисту, если бы это означало успех операции.
Кем он себя возомнил? Мне, у которого даже первого поцелуя еще не было… как он смеет?!
Конечно, не то чтобы я берег свой первый поцелуй. У меня просто никогда не было никого, кого можно было бы поцеловать. Мне никогда не нравилась ни одна девушка. Когда я говорю это, в 100% случаев слышу встречный вопрос: «Тогда тебе нравятся мужчины?»
Нет, мужчины мне тоже никогда не нравились. Мне нравятся мои братья по приюту и мне нравится наш отец, но я никогда не думал о том, что хочу заняться сексом с кем-либо в этом мире. Если бы мне пришлось выбирать, то может быть… со своей правой рукой? Почему? Зачем мне какой-то опыт помимо мастурбации? Я не уверен, что оно того стоит. Может быть, для других это и так, но не для меня.
Так что секс на самом деле может и не быть чем-то важным. Но это не значит, что я должен предлагать свое тело для чьей-то операции.
Я подошел к унитазу и поднял крышку бачка. Она была тяжелая.
— Хм…
Когда я с улыбкой посмотрел в окно, глаза Мартина расширились.
«Чертов ты подонок. Ты участник этой операции, а я, глупая жертва, которую ты втянул, и ты даже извиниться не можешь? Что? Наладить контакт? С намеком на то, что я должен заняться сексом, если потребуется?»
Я что, кажусь тебе слабаком?
Конечно, я не собираюсь убивать Мартина. Я даже не собираюсь причинять ему боль. Ну и что, если я испорчу эту операцию и начальник второго отдела забьет Мартина до смерти? Это не мои проблемы.
Тебе следовало подумать о последствиях, когда ты меня продавал!
Когда я приблизился к окну, держа крышку от бачка унитаза, с вытаращенными глазами, Мартин открыл рот в немом крике и начал что-то печатать в поле сообщения.
Просить пощады уже поздно.
Я долго терпел. Я терпел с самого приезда из Мадерке до этого момента! Конечно, я терпел не только Мартина, но Мартин стал той последней каплей, что переполнила чашу. Мартин был тем, кто обрушил башню Дженги!
«Тебе крышка, чертов ты подонок!»
Я яростно посмотрел на душевую рядом с ванной. Окно душевой соединено с окном ванны. Я планировал разбить это окно и сбежать через него, чтобы зацепиться за Мартина.
Как раз когда я вошел в душевую и собирался разбить окно крышкой унитаза.
Раздался звук, который останавливает всех.
Это была пожарная тревога.
__________
*«Рухнувшая башня Дженги» — это ситуация, когда система, структура или план полностью разваливаются из-за одного неверного движения или слабого звена.
http://bllate.org/book/15090/1411266
