Прошло три дня.
В секретном санатории семьи Лу находилось мало людей, однако система безопасности работала безупречно. Только в палате Лу Жэня было установлено несколько скрытых камер, обеспечивающих полный обзор каждого угла. Если бы не подсказки Сяо Цзюня, Лу Жэнь вряд ли смог бы обнаружить их все.
Все эти дни после пробуждения он сохранял предельную бдительность: не открывал глаз и имитировал глубокую кому. Тем временем Сяо Цзюнь, полностью поглотив энергию системы коррекции сюжета, открыл в себе новые возможности.
Например, изменять данные с камер, подставляя нужную картинку.
Сяо Цзюнь объяснил: эта линия еще не отделилась и держится на игровых данных. А данные он может менять, не нарушая стабильности.
Этой ночью настал звездный час Сяо Цзюня.
"Все готово, - отрапортовал он в сознании Лу Жэня. - Я заменил картинку на мониторах. Теперь охрана будет видеть только то, как ты неподвижно лежишь в постели".
Лу Жэнь поднялся, бесшумно спустился с кровати и замер у окна в ожидании.
За стеклом расстилалась густая зелень - вид отличный. Палата Лу Жэня находилась на самом верхнем этаже, и все эти дни он мог лишь изредка поглядывать на улицу, оставаясь в полном неведении относительно внутреннего устройства здания. Формально это была палата, на деле же - настоящая одиночная камера. Окна не открывались, а дверь отпиралась только снаружи после ввода цифрового кода.
В течение этих трех дней Сяо Цзюнь, используя доступ к камерам по всему периметру, вычислил время и маршруты патрулирования охраны. Завершив подготовку Лу Жэнь связался с Шэн Цзином и переслал ему карту маршрута и точные координаты.
Шэн Цзин, хоть и вел себя временами безрассудно, оставался одним из лучших среди сверстников. К тому же, из-за строгой секретности объекта, охраны здесь было немного - Лу Вэй в основном полагался на современные системы слежения. С помощью Сяо Цзюня проникнуть внутрь не составит труда.
Убедившись, что план идет без сбоев, Лу Жэнь ненадолго прилег отдохнуть. Около двух часов ночи со стороны окна раздался едва слышный стук.
Лу Жэнь подошел и отодвинул штору. С той стороны он увидел Шэн Цзина.
Окна из закаленного стекла способны выдержать прямой удар большинства мастеров. Даже если бы Шэн Цзин смог его разбить, шум привлек бы охрану.
Глаза Шэн Цзина вспыхнули при виде друга. Он выдохнул на стекло, и, когда оно запотело, быстро вывел пальцем: "Ты как?"
Лу Жэнь кивнул, показывая, что с ним все в порядке. Общаться через стекло было неудобно, поэтому он указал на дверь за своей спиной, давая знак Шэн Цзину найти способ пробраться внутрь.
Шэн Цзин кивнул. Лу Жэнь развернулся, подошел к двери и прислушался к звукам в коридоре.
Шэн Цзин, однако, не спешил уходить. Он замер, завороженно глядя на фигуру Лу Жэня. Поколебавшись мгновение, он снова подышал на стекло и быстро написал: "Я очень скучал".
Он нежно улыбнулся, но, заметив, что Лу Жэнь собирается обернуться, в панике стер надпись ладонью.
Лу Жэнь повернулся и увидел, что Шэн Цзин глупо улыбается окну. Он нахмурился и показал ему: быстрее, не тяни.
Шэн Цзин исчез.
Минут через десять дверь палаты тихо отворилась.
На пороге стоял Шэн Цзин, которого Лу Жэнь не видел несколько дней. Его грудь тяжело вздымалась, а во взгляде читалось сильное волнение.
Лу Жэнь полагал, что Шэн Цзин засыплет его вопросами о событиях последних дней. В конце концов, то, как Лу Жэнь дистанционно связался с ним по мобильному, передал подробную карту и геолокацию, все это требовало разумных объяснений.
Однако Шэн Цзин лишь стремительно вошел в палату и, крепко сжав плечи Лу Жэня, принялся лихорадочно осматривать его с ног до головы. Убедившись, что видимых повреждений нет, он с облегчением выдохнул:
- Ты в порядке? В тот день ты выплюнул столько крови...
Лу Жэнь покачал головой:
- Я же сказал, что все в норме. Та кровь и обморок - лишь спектакль. Ты правда не заметил подвоха?
Шэн Цзин смущенно потер нос:
- Я слишком за тебя испугался, рассудок помутился. К тому же в тот день я был сам не свой - будто впал в состояние "искажения ци". Головой понимал, что нужно делать, а тело не слушалось.
Лу Жэнь покосился на него:
- Знаю. Если бы не это помутнение, ты бы не пытался надеть мне кольцо. Я чуть со страху не умер, хорошо, что не вышло...
Шэн Цзин замер, не пытаясь оправдаться. В тот момент, когда он надевал кольцо, к нему на миг вернулась ясность мыслей. И именно тогда он осознал свое истинное желание: он хотел этого. Хотел надеть это кольцо, хотел стать для Лу Жэня единственным.
Спрятав эти чувства поглубже, он спросил:
- Что делаем дальше?
Лу Жэнь все еще перебирал в голове варианты, как объяснить ситуацию с Цзи Сяо и телефоном, и не сразу нашелся с ответом.
- И это все? У тебя больше нет вопросов? - удивленно переспросил он.
Шэн Цзин с улыбкой взъерошил волосы Лу Жэня:
- Конечно есть. У меня в голове этих вопросов - целая гора. Но ты ведь все равно мне ничего не расскажешь?
Лу Жэнь качнул головой:
- Пока нет. Честно говоря, я как раз придумывал, как бы покрасивее от тебя отвязаться.
Шэн Цзин ничуть не обиделся:
- Раз не хочешь говорить сейчас, подожду, пока сам не решишься.
Лу Жэнь удивился. В последние дни телефон был у Шэн Цзина, но Лу Жэнь берег энергию Сяо Цзюня для более важных задач и не включал "прямую трансляцию" без нужды. За исключением того разговора с Му Цинтун, Лу Жэнь понятия не имел, чем занимался Шэн Цзин.
Похоже, он повзрослел.
В нем начали проступать черты того самого великого мастера, которым станет спустя годы.
Лу Жэнь почувствовал прилив облегчения. Значит, он может без опасений готовиться к переходу к следующей сюжетной линии.
С тех пор как Сяо Цзюнь поглотил систему Му Цинтун, линия Шэн Цзина начала обретать независимость.
Теперь Лу Жэнь должен устранить все скрытые угрозы и защитить тех, кто ему дорог. И хотя все складывалось иначе, чем в прошлый раз - Шэн Фэн не погиб, семья Шэн не была уничтожена, а Шэн Цзин не погрузился в пучину ненависти, но главная угроза никуда не делась. Тайна шахты Пяти элементов и подпольные дела семьи Лу все еще требовали его вмешательства. Лу Жэнь не мог покинуть эту ветку, пока не уладит это.
А еще его беспокоило сердце воина Шэн Цзина. У него был талант, но он был слишком рассеян. Лу Жэнь боялся, что его уход оставит след в душе Шэн Цзина. Но, глядя на нынешнего Шэн Цзина, он понял: даже если он уйдет, тот продолжит твердо идти по выбранному пути.
Почувствовав на себе пристальный взгляд, Шэн Цзин смущенно приобнял Лу Жэня за плечо:
- Что такое? Вдруг осознал, какой у тебя классный друг детства?
Одной этой фразой Шэн Цзин мгновенно разрушил свой пафосный образ. Лу Жэнь, не церемонясь, скинул его руку:
- Хватит болтать. За дело.
Благодаря "золотому пальцу" Сяо Цзюня, подменившему картинку на камерах, они беспрепятственно вышли из палаты и начали спускаться по лестнице, не встретив ни единой живой души.
Шэн Цзин негромко произнес:
- Пока я поднимался, успел немного осмотреться. Весь верхний этаж отведен только под твою палату. В соседних комнатах, судя по всему, стоит всевозможное медицинское оборудование. На других этажах ситуация примерно такая же.
Лу Жэнь слегка нахмурился:
- Звучит так, будто весь санаторий работает исключительно на меня одного. Прямо-таки... ха.
Заметив, что тот помрачнел, Шэн Цзин решил разрядить обстановку:
- Знаешь, о чем я думал, когда лез сюда?
- И о чем же? - рассеянно спросил Лу Жэнь.
Шэн Цзин придвинулся ближе и зашептал ему на ухо:
- Мне казалось, что ты - принцесса, заточенная в высокой башне из сказки, а я - принц, преодолевший тысячи преград, чтобы ее спасти. И когда ты отодвинул штору... я понял, что ради этого момента стоило идти на любой риск.
Он не успел договорить - кулак Лу Жэня прилетел ему точно в ребра. Шэн Цзин охнул и согнулся.
- С-с... как больно! Ты что, мужа хочешь убить?
Лу Жэнь смерил его ледяным взглядом:
- Повтори-ка. Убить кого?
Шэн Цзин вовремя сообразил, что пора завязывать, пока не прилетело еще раз - Лу Жэнь в таких делах пощады не знал.
- Шучу, шучу! Мы же, в конце концов, почти до алтаря дошли, не будь так суров.
Лу Жэнь не удостоил его ответом, но внутренне признал: дурачества Шэн Цзина действительно подняли ему настроение. Какую бы правду ни скрывал этот санаторий, это все в прошлом.
Следуя подсказкам Сяо Цзюня, они направились прямиком к пункту охраны. Судя по количеству камер, именно отсюда можно было получить полную картину происходящего. Несмотря на глубокую ночь, в диспетчерской дежурили люди.
Лу Жэнь взглянул на Шэн Цзина и кивнул. Тот достал из кармана маленькую пилюлю, разогрел ее в ладони своей огненной ци и аккуратно протолкнул в щель под дверью.
Вот чем Шэн Цзин занимался эти три дня - готовился к проникновению. Эту таблетку он раздобыл на черном рынке: она мгновенно усыпляла, не оставляя побочных эффектов. Проснувшись, человек даже не поймет, что на время терял сознание.
Выждав минуту, Шэн Цзин приник ухом к двери, прислушался и кивнул Лу Жэню. Сяо Цзюнь взломал электронный замок, и они вошли. Оба охранника внутри спали без задних ног.
Шэн Цзин прикрыл за ними дверь, а Лу Жэнь протянул руку:
- Давай телефон.
Шэн Цзин молча вытащил мобильник и отдал его, не задавая лишних вопросов. Лу Жэнь положил аппарат на пульт управления, и экран тут же ярко вспыхнул.
"Данные зашифрованы, - сообщил Сяо Цзюнь в голове Лу Жэня. - При попытке принудительного просмотра или взлома они самоликвидируются. Похоже, здесь хранят нечто критически важное".
"Есть идеи?" - мысленно спросил Лу Жэнь.
"Для меня в обновленной версии это не преграда! - самодовольно заявил Сяо Цзюнь. - Подожди секунду, и я покажу тебе любой период времени, какой пожелаешь."
Экран телефона бешено замерцал. Шэн Цзин стоял рядом, наблюдая за этим цифровым безумием, которое явно выходило за рамки нормального, но продолжал хранить молчание.
У него была своя логика: если он не будет спрашивать, Лу Жэнь, возможно, сам захочет поделиться. А если начнет давить, Лу Жэнь - замкнется.
Его не интересовали причины, он просто хотел чтобы Лу Жэнь находился в безопасности и в поле его зрения.
Лу Жэнь оглянулся на него и, увидев абсолютное спокойствие на лице друга, продолжил диалог с Сяо Цзюнем.
"Готово! Какой период смотрим?"
Лу Жэнь задумался: "Февраль этого года."
Это было время его последнего планового лечения.
"Принято, сейчас покажу."
Экраны на стене, до этого хаотично мигавшие, синхронизировались. В правом нижнем углу каждого появилась дата: начало года, время, когда Лу Жэнь лежал в санатории.
Центральный экран показывал его палату. Остальные - операционные, лаборатории, подсобки.
Лу Жэнь уставился на центральный экран и нахмурился.
На больничной койке лежал он сам. В то время состояние Лу Жэня казалось куда более тяжелым: с момента поступления в санаторий он почти все время находился без сознания.
За исключением приемов пищи и редких моментов бодрствования, он не покидал постели. Раньше Лу Жэню это не казалось странным, но теперь же понял: дело, скорее всего, в ароматических палочках в комнате.
Каждый день медсестра первым же делом тушила курильницу, и спустя несколько минут Лу Жэнь на экране приходил в себя.
Шэн Цзин тоже заметил неладное:
- Что это за благовония такие? Настоящий дурман.
- Я и раньше догадывался, что с санаторием что-то не так, - тихо ответил Лу Жэнь. - Смотрим дальше.
После того как медсестра гасила благовония, она кормила Лу Жэня, меняла повязки и делала уколы. Все выглядело как обычный больничный уход, если бы не одно "но": перед уходом она каждый раз зажигала курильницу снова. Лу Жэнь на койке тут же погружался в глубокий сон.
Время на записи шло вперед, и вскоре картинка сменилась. В палату вошли врач и медсестра. Они переложили Лу Жэня на каталку и вывезли из комнаты.
- И так каждый раз, когда ты сюда попадал? - спросил Шэн Цзин.
Лу Жэнь холодно усмехнулся:
- У меня нет ни единого воспоминания о том, чтобы меня куда-то вывозили. Я всегда был уверен, что просто отдыхаю здесь и восстанавливаюсь.
Он нахмурился, провожая взглядом группу людей на мониторах коридоров.
- Я ложился в этот санаторий регулярно. После выписки самочувствие всегда улучшалось, но воспоминания оставались туманными. Я списывал это на слабость здоровья, но, похоже, все гораздо серьезнее.
Шэн Цзин промолчал, лишь сильнее сжал кулак. Его душила ненависть к собственной беспомощности. Он горько жалел, что раньше, полагаясь на природный талант, тратил время впустую вместо того, чтобы тренироваться на пределе сил. Будь он сильнее, он бы давно раскрыл эти секреты и не позволил Лу Жэню страдать столько лет.
За несколько дней желание силы стало для Шэн Цзина почти одержимостью. Пика боевых искусств уже мало. Нужно достичь предела, о котором никто и не слышал, обрести мощь, способную сокрушить все, чтобы защитить самого дорогого человека.
Лу Жэнь не заметил бури в душе друга. Он не отрываясь смотрел на экраны, где его как раз завезли в операционную. То, что произошло дальше, едва не заставило Шэн Цзина сорваться.
Врачи на видео начали забор крови. Темно-красная жидкость медленно наполняла пакеты. Это не имело ничего общего с лечением: объем выкачанной крови давно превысил все допустимые нормы. Даже крепкий воин после такой кровопотери ослабел бы, а Лу Жэнь в то время был простым больным человеком.
Лица людей на экране оставались бесстрастными. Они вели себя так, будто перед ними не живой человек, а аппарат для добычи крови. Процесс остановился, только когда приборы начали издавать тревожные сигналы: давление и пульс Лу Жэня упали до критической отметки.
На удивление, сам Лу Жэнь смотрел на все это совершенно спокойно.
В конце концов, он уже столько раз умирал, что и не сосчитать, так что просто забор крови - сущая ерунда.
- Зачем им столько крови? Что они задумали? - пробормотал он, но ответа от Шэн Цзина не последовало.
Лу Жэнь остро почувствовал: с другом что-то не так. Обернувшись, он увидел, что его взгляд мрачен, а на лице застыло страшное выражение, предвещающее бурю.
Нельзя, чтобы он потерял контроль.
Лу Жэнь сжал его руку:
- Посмотри на меня. Со мной все в порядке.
Шэн Цзин пришел в себя и тихо произнес:
- Не волнуйся. Я понимаю всю серьезность ситуации и смогу сохранить рассудок.
Лу Жэнь кивнул, но руку не выпустил, так он мог следить за его состоянием. Шэн Цзин опустил взгляд на их переплетенные пальцы и усилил хватку.
"Ускорься, - мысленно приказал Лу Жэнь Сяо Цзюню. - Попробуй найти что-то ключевое, времени почти не осталось".
"Понял".
Записи на экранах замелькали с удвоенной скоростью. Обычный человек ничего бы не разобрал, но Шэн Цзин видел все отчетливо.
На протяжении всего этого периода Лу Жэнь на видео подвергался нечеловеческим истязаниям. После забора крови ему вливали в меридианы жизненную силу из камней атрибута Дерева, а когда он приходил в себя - снова выкачивали кровь. И так круг за кругом.
Глаза Шэн Цзина покраснели. Единственным его желанием в эту секунду было разорвать каждого причастного на куски. Однако сейчас, пока вся картина еще не сложилась воедино, он сдерживаться.
Только раздобыв неопровержимые доказательства и докопавшись до первопричины, можно будет вырвать это зло с корнем.
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод
http://bllate.org/book/15044/1709170
