Отдав духовные камни, Нин Яо забеспокоился, что Юй Ли — этот «почетный специалист по ранениям» — привык лечиться исключительно на силе воли. Поэтому он поспешно впихнул обратно в руки Юй Ли тот самый флакон с мазью, который тот дал ему ранее.
— Быстрее, мажь там, где болит. И не вздумай стесняться! Мазаться лекарством не позорно, позорно — это помереть, — Нин Яо решительно развернулся спиной к Юй Ли и лицом к монстрам, серьезно добавив: — А здесь позволь мне, человеку, имеющему глубокие связи с родом демонов, первому что-нибудь придумать.
Нин Яо был ростом даже ниже колена окружавших их зверей. Он задрал голову, глядя в морды чудовищ, и сурово сжал губы.
Юй Ли смотрел на спину Нин Яо. Солнечный свет, прегражденный этой фигурой, очерчивал его силуэт золотистой каймой. Это было такое хрупкое и тонкое тело, его шею можно было обхватить одной ладонью и переломить, но в нем жила отвага, взявшаяся невесть откуда.
Все было как в прошлой жизни, и в то же время — всё иначе. Он больше не был тем слабым Юй Ли, который легко попадал в безвыходное положение, а человек, стоящий рядом с ним, не был тем соучеником, который только и ждал момента, чтобы вытолкнуть его из барьера.
...Пришло время покончить с этим.
Нин Яо выступил вперед вовсе не из-за импульсивности — он всё обдумал. Учитывая особенности его тела, если он постарается договориться с этими зверями, возможно, удастся убедить их отпустить их с миром. Даже если не выйдет, это должно дать Юй Ли время на восстановление духовных сил.
Раньше, сближаясь с животными, Нин Яо никогда не преследовал корыстных целей: он считал, что если звери тянутся к нему — это хорошо, а если нет — нельзя принуждать. Это был первый раз, когда он приближался к кому-то с твердой установкой на успех, поэтому его руки невольно сжались в кулаки от напряжения.
Забившийся сзади Лянь И нетерпеливо выкрикнул:
— У тебя есть способ? Раз есть, почему молчал раньше? Живее давай!
Нин Яо было лень отвечать этому типу. Звери же, наблюдая за явным разладом в рядах противника, переглянулись и, додумавшись до чего-то своего, с издевкой прорычали:
— Какая трогательная преданность! Мы ведь тоже не какие-то там неразумные твари. Раз у вас такие гармоничные отношения, мы можем вас и не есть.
Дальше наверняка последовала бы тирада о том, что съедят только одного, и Нин Яо не стал слушать. Он уже потянулся к полям своей шляпы, чтобы снять её и явить свое лицо, как вдруг вожак стаи указал на него когтем:
— Просто выдайте нам этого парня своими руками, чтобы мы хорошенько с ним позабавились, пока не останемся довольны. Тогда мы позволим вам троим выйти отсюда живыми, ха-ха-ха!
— А ты, в черном, смотри во все глаза, как мы будем его покорять...
Мелькнула белая тень меча. Зверь не успел договорить — резкая боль прошила его пасть, и язык вывалился из раскрытой челюсти на землю.
Слова демонических зверей оказались куда более распутными, наглыми и скверными, чем в книге. Пальцы Нин Яо застыли на полях шляпы, кончики их побелели. Среди болезненных воплей монстра он в панике оглянулся на единственного человека, который мог это сделать.
Юй Ли уже обнажил свой длинный меч, и лицо его было пугающе мрачным.
— Я...
— Не снимай шляпу. Не позволяй им видеть твое лицо, — голос Юй Ли был настолько холодным, что от него веяло морозом. — Не двигайся.
Золотой барьер с треском лопнул. Разъяренные звери с ревом бросились в атаку, их огромные, как холмы, туши оказывали колоссальное визуальное давление. Юй Ли взмыл в воздух и одним взмахом меча снес головы двум зверям, что посмели изрыгать оскорбления. Головы, лишившись связи с телом, покатились по земле, их глаза всё еще были широко распахнуты, глядя на рухнувшие собственные туши — они словно не успели осознать, что произошло.
Юй Ли наступил на обезглавленные останки и, даже не глядя, одним движением уничтожил души демонов, пытавшиеся сбежать из тел. Белоснежный меч окрасился кровью. Мужчина в черном, стоящий на горе трупов, выглядел как истинный Асура. Он негромко спросил стаю:
— У кого-нибудь еще есть что сказать?
Вожак был убит без малейших усилий одним ударом, так что желающих говорить не нашлось. Звери не смели даже вздохнуть, прижимая массивные головы к земле.
Юй Ли убрал меч, спрыгнул с трупа и подошел к Нин Яо. На светлых одеждах юноши виднелось несколько пятен крови; темные капли на белом шелке резали глаз.
— Вернемся и сменишь это платье, — сказал Юй Ли.
— О... ага, — Нин Яо наконец пришел в себя. Он посмотрел на Юй Ли, затем на притихших зверей. — Мы уходим?
Юй Ли коротко кивнул, но не поспешил прочь. Он сделал несколько шагов и остановился перед Лянь И. Тот почему-то весь задрожал и выдавил кривую улыбку:
— Брат... не виделись какое-то время, а твоя культивация стала еще глубже, ты просто великолепен. Теперь мы, братья, объединив усилия, точно прославим нашу секту.
Юй Ли проигнорировал лесть, ледяным тоном произнеся:
— Когда они говорили те слова, ты хотел вытолкнуть его им.
На лице Лянь И промелькнул ужас. Он изо всех сил постарался скрыть его и возразил:
— Нет! Я никогда не собирался так поступать! Как ты можешь так голословно порочить мою честь!
Лянь И не учел одного: в голосе Юй Ли не было вопроса. Он лишь холодно констатировал факт.
— Ты клевещешь на меня! Ты клевещешь, я не... а-а-а!
Лянь И вскрикнул: невидимая сила вцепилась ему в горло и подняла в воздух. Эта сила оттащила его в сторону и швырнула прямо перед выжившими зверями. Юй Ли больше не проронил ни слова, но хватило одного взгляда, чтобы монстры поняли его намерение. Они мгновенно перекрыли все пути к отступлению, окружив Лянь И.
Лицо Лянь И стало мертвенно-бледным. Он рухнул на землю и сквозь кольцо зверей закричал в сторону Юй Ли:
— Юй Ли! Ты не можешь так со мной поступить! Я твой соученик, а он — кто он такой?! Ты из-за чужака готов растоптать годы нашего товарищества? Если ты не заберешь меня отсюда, учитель тебе этого никогда не простит!
Эти угрозы не могли задеть Юй Ли. Так называемого «учителя» он собирался убить совсем скоро, так что его прощение не имело значения. Из всей тирады в голове Юй Ли зацепилось лишь одно слово.
«Из-за... чужака?»
Юй Ли посмотрел туда, где стоял Нин Яо. Изнеженный маленький «чужак» выглядел очень напряженным и явно не справлялся с обстановкой. Он смотрел в землю, не решаясь поднять взгляд на зверей.
— Отплатил той же монетой, вот и всё, — бросил Юй Ли.
— Я понимаю, — Нин Яо не поднимал глаз. — Давай... уходить? Нам обязательно здесь оставаться?
Юй Ли мимоходом сорвал росший неподалеку Цветок Снежной Грозы, подбросил меч в воздух и, подхватив Нин Яо, встал на клинок. Они взлетели.
Яростный ветер ударил в лицо, выветривая запах крови из ноздрей и оставляя позади страшное место.
Это был... полет на мече!
Считалось, что этот навык можно применять только после достижения полного единства сердца и духа со своим мечом, иначе с него легко сорваться. К тому же полет на мече потреблял огромное количество духовной энергии, которую обычные практики не могли поддерживать долго, поэтому большинство предпочитало магические артефакты для путешествий.
Нин Яо сам так не умел и летел подобным образом впервые. Глядя на облака-зефирки под ногами и на деревья, превратившиеся в крошечные точки, он, помимо восторга, почувствовал, как у него пересохло в горле. На нем не было никакой страховки, лишь узкий клинок под ногами, который не внушал доверия. Это было в тысячу раз экстремальнее любого аттракциона или прыжка с тарзанки.
Нин Яо и подумать не мог, что едва миновав один кризис, он тут же без пауз провалится в другой. Юй Ли стоял впереди, заложив руки за спину и управляя направлением полета.
— Я не упаду? — Нин Яо перестал смотреть вниз и тихо спросил, уставившись в затылок Юй Ли.
— Возможно, — голос Юй Ли не развеялся по ветру, а четко донесся до ушей Нин Яо.
Нин Яо: «...»
«Разве в такой момент не полагается утешить и сказать, что падение невозможно? Если я реально грохнусь, от меня же мокрого места не останется!»
Эх, а он-то только что гадал: мол, Юй Ли внезапно сорвался и перебил тех зверей за их гнусные слова потому, что их отношения стали чуть лучше. А теперь поглядите — демон остался демоном, просто направление его «демонства» немного изменилось.
— А ты не будешь... ну, резко поворачивать во время полета? — со слезами на глазах спросил Нин Яо снова.
— Возможно, — снова ответил Юй Ли.
— Я... я боюсь, — честно признался Нин Яо. — Боюсь упасть.
Места на одном мече было в обрез. Нин Яо стоял вплотную к Юй Ли и, боясь, что ветер унесет его слова, прошептал это прямо ему в ухо. Теплое дыхание коснулось ушной раковины Юй Ли — разительный контраст с ледяным ветром вокруг. Юй Ли, чувствуя неловкость, слегка повернул голову.
Будь это обычный практик, упал бы и упал — не насмерть же.
...Но обычный практик никогда бы и не стоял на этом мече. Учитывая изнеженность этого молодого господина, он из-за одной царапины может прорыдать целую вечность. Если он действительно упадет, даже если Юй Ли защитит его от травм, тот наверняка с перепугу наплачет целый сундук духовных камней.
— Боишься — держись крепче, ловить тебя будет некому, — Юй Ли нахмурился, вслушиваясь в собственный голос.
— Ой, — Нин Яо помолчал, а потом спросил: — А за что держаться?
— А сам как думаешь? — хмыкнул Юй Ли. — Маленький господин, мне что, и этому тебя за руку учить?
Нин Яо замолчал, погрузившись в раздумья. За рукав? За плечо? За руку? Нет, если Юй Ли резко повернет, он точно улетит по инерции и в свободном падении шмякнется о землю так, что костей не соберут. Самый безопасный вариант — это...
Нин Яо глубоко вздохнул, набрался всей своей храбрости и, широко разведя руки, обхватил Юй Ли за талию. И тут он почувствовал, как меч под ногами, до этого летевший ровно, внезапно дернулся. Следом его накрыло ощущением невесомости — вместе с Юй Ли они начали стремительно падать вниз.
Нин Яо: «???»
Это... это развитие событий совсем не то, на которое он рассчитывал!
http://bllate.org/book/14998/1592912
