Сердце пропустило удар, в голове воцарилась пустота, и Цзян Чицзин почувствовал себя так, словно его без предупреждения бросили в ледяную воду.
Он мгновенно пришел в себя и на предельной скорости развернул машину, даже не обратив внимания на то, что бампером задел дерево на обочине.
По сравнению с перевернувшимся автобусом у черного седана был поврежден только бампер, подушки безопасности не сработали — видимо, машину специально подготовили.
Водитель вышел, намереваясь проверить автобус, но, увидев, что Цзян Чицзин на полной скорости несется прямо на него, замешкался на мгновение и поспешно вернулся за руль.
Когда расстояние между машинами сократилось, Цзян Чицзин разглядел человека за рулем. Черная бейсболка, черная куртка — точь-в-точь тот человек в черном, которого он видел раньше.
Седан резко развернулся, явно пытаясь скрыться с места происшествия. Цзян Чицзин хотел сразу броситься в погоню, но, поравнявшись с автобусом, невольно сбросил педаль газа.
Стекла автобуса были разбиты вдребезги, из салона веяло чем-то зловещим. Цзян Чицзин затаил дыхание, отгородившись от всех звуков, и картинка перед глазами сама собой превратилась в замедленную съемку.
Из окна высунулись руки, скованные наручниками. На правом рукаве темнело пятно крови. Следом из окна показался и сам Чжэн Минъи, неуклюже пытаясь выбраться наружу. Окно было слишком узким, и ему пришлось согнуться. Из-за потери равновесия его качнуло вперед, но он устоял.
Увидев, что Чжэн Минъи способен сам передвигаться, Цзян Чицзин наконец выдохнул.
Плечи Чжэн Минъи поникли, руки безвольно повисли вдоль тела. Он поднял глаза и встретился взглядом с Цзян Чицзином.
На фоне перевернутого автобуса это выглядело особенно драматично. Во взгляде Чжэн Минъи читались ярость и злость, ведь у черного седана была одна цель: помешать ему попасть в суд. Хуже того, это могла быть попытка избавиться от свидетеля.
Но, увидев Цзян Чицзина, он мгновенно взял себя в руки. Должно быть, его присутствие немного успокоило Чжэн Минъи.
Он повернул голову в сторону удаляющегося седана. Ярость в глазах угасла, но брови все еще были нахмурены.
Сцена замедленной съемки закончилась, и в уши Цзян Чицзина снова хлынули звуки окружающего мира.
Раз Чжэн Минъи может двигаться, значит, серьезных травм нет. Цзян Чицзин не стал задерживаться, а снова нажал на газ и бросился в погоню.
Еще недавно машины были совсем близко, но теперь расстояние между ними увеличилось. Понимая, что быстро догнать его не удастся, Цзян Чицзин по рации вызвал полицию и скорую.
Дороги возле тюрьмы были широкими и пустынными. Цзян Чицзин бросил взгляд на спидометр — стрелка перевалила за сотню. На такой скорости даже резкий поворот руля мог привести к переворачиванию.
Впереди показалось шоссе, ведущее в уездный центр. Машин становилось все больше, и седану тоже пришлось сбавить скорость.
Другие водители уступали дорогу черной машине, но не все успевали среагировать. Кое-то перестраивался медленно, задерживая беглеца. Цзян Чицзин держался следом, и расстояние между ними заметно сократилось.
Шоссе было узким, и на нем было полно фур. Чтобы обогнать их, седану приходилось выезжать на встречную полосу. То же самое приходилось делать и Цзян Чицзину, чтобы не отстать. С тех пор как он получил права, он никогда не ездил так безрассудно.
Со всех сторон раздавались гудки и визг тормозов. Некоторые машины, не успев среагировать, врезались в придорожные березы. На душе у Цзян Чицзина становилось все тревожнее. В зеркале заднего вида царил хаос, и он невольно думал о том, были ли там пострадавшие или погибшие.
Впереди показался большой Т-образный перекресток. Чтобы совершить такой поворот, необходимо было сбросить скорость.
Цзян Чицзин знал, что черный седан тоже замедлится, поэтому следил не за спидометром, а за расстоянием между машинами, стараясь держаться поближе.
Но тут случилось нечто странное: седан, почти не сбрасывая скорость, спокойно вписался в поворот. Цзян Чицзин вошел в поворот на такой же скорости, и его машина опасно встала на два колеса.
Он поспешно нажал на тормоз, и расстояние, которое ему с таким трудом удалось сократить, снова увеличилось. Он быстро сообразил, в чем разница: черный седан был явно профессионально модифицирован, его устойчивость на дороге была куда выше. Видимо, человек в черном предусмотрел возможность погони и подготовил машину заранее.
В этом у Цзян Чицзина не было преимущества. Судя по направлению, седан стремился выехать на пустынную дорогу, где преимущество тюнингованной машины раскрылось бы в полной мере.
Цзян Чицзин прокрутил в голове карту пригорода. Если продолжать движение по этому шоссе, можно выехать в недавно отстроенную зону экономического развития. Дороги там были новые — широкие, ровные, а сама зона еще официально не была открыта, так что машин почти не было.
Если седану удастся туда вырваться, Цзян Чицзин был уверен, что тот оторвется.
Впереди снова показался перекресток. Помня прошлый поворот, Цзян Чицзин знал, что снова отстанет, поэтому на этот раз он заранее присмотрелся к перекрестку.
Этот поворот был куда уже, чем прошлый. А значит, на такой скорости Цзян Чицзин вообще может не вписаться, и его снесет с дороги. Но за обочиной не было деревьев, только поля.
Седан впереди начал сбрасывать скорость, но все равно шел быстро. По идее, после прошлого раза Цзян Чицзин должен был еще сильнее притормозить, но не стал — наоборот, нажал на газ и врезался прямо в задний бампер седана.
У тюнингованной машины наверняка много преимуществ, но Цзян Чицзин вспомнил об одном ее фатальном недостатке: отсутствие подушек безопасности.
Чтобы перевернуть автобус, седану нужно было протаранить его. А подушки безопасности только помешали бы водителю. И когда Цзян Чицзин пытался разглядеть водителя, подушек внутри действительно не было.
В следующий миг машины столкнулись. Из-за небольшой разницы в скорости удар оказался несильным. Цзян Чицзин продолжал давить на газ, выталкивая седан с дороги, и обе машины друг за другом съехали с трассы в поле.
Нет, не в поле.
Из-за приподнятого над землей дорожного полотна он не сразу заметил за дорогой неглубокую канаву.
Обе машины на приличной скорости влетели в нее и заглохли. У Цзян Чицзина подушка безопасности сработала. Он знал, что удар будет сильным, но когда это случилось, в глазах помутилось, и он едва не потерял сознание.
Придя в себя, он ощутил боль в груди и нехватку воздуха. Тряхнув головой и заставляя себя сосредоточиться, он вылез из машины.
Дно канавы было покрыто скользким мхом. Ноги увязали в мутной жиже, намочившей штанины. Стараясь удержать равновесие, Цзян Чицзин направился к седану.
Человек в черном находился в гораздо худшем состоянии, чем он: лоб был залит кровью, глаза едва открывались. Но он все еще был в сознании и, открыв дверцу машины, выполз наружу.
Цзян Чицзин ускорил шаг, направляясь к нему, чтобы обезвредить прежде, чем тот придет в себя.
Но человек в черном оказался настоящим профессионалом. Даже стоя на четвереньках и не в силах подняться, он выхватил из-за пояса черный пистолет и, не целясь, выстрелил.
Цзян Чицзин, готовый к этому, мгновенно отскочил в сторону. Человек в черном поднял руку, явно намереваясь выстрелить снова, но Цзян Чицзин ногой поднял в воздух водяные брызги, сбивая прицел, и быстро укрылся за своей машиной.
В такой схватке важны и физическая сила, и психологическая борьба. Приблизившись, Цзян Чицзин уже оценил состояние противника: у того был только этот пистолет, и, судя по всему, без запасной обоймы. Возможно, у него был при себе еще нож или другое оружие, но в его нынешнем физическом состоянии это мало чем поможет.
С другой стороны, человек в черном не знал, что представлял собой Цзян Чицзин.
Тот появился у тюремных ворот и лихо погнался за ним, а значит, явно был из судебной системы. И будучи человеком осторожным, человек в черном наверняка предположил худшее: Цзян Чицзин — полицейский и у него тоже есть оружие.
Он начал беспорядочно палить по машине Цзян Чицзина, но большинство пуль попало в заднюю дверцу. Вскоре выстрелы стихли, а потом раздался лишь холостой щелчок затвора, означавший, что патроны кончились.
Цзян Чицзин наконец смог выйти из-за машины. Как он и предполагал, противник, понимая, что находится не в лучшей форме, не стал вступать в прямую схватку, а использовал пистолет, чтобы выиграть время и скрыться.
К тому моменту он уже отбежал метров на пятьдесят. Со спины было видно, как он пошатывался, и скорость его была невысокой.
Цзян Чицзин тут же бросился вдогонку. Расстояние между ними стремительно сокращалось. Через пару минут, когда до беглеца оставалось не больше нескольких метров, Цзян Чицзину надоело бежать, и он с разбегу врезал ногой в спину человека в черном, отправив его лицом в грязь.
Настигнув его, он придавил коленом спину противника и заломил ему руки.
В правой руке человека в черном был нож-бабочка — видимо, он еще надеялся оказать сопротивление. Большинство людей не умеют обращаться с таким ножом, но Цзян Чицзин выхватил его, ловко раскрыл лезвие одним движением и вонзил прямо в плечо противника.
— Я тебе, блядь, сбегу!
http://bllate.org/book/14918/1603727
Готово:
