Овсяные хлопья с шумом посыпались в молоко, взбалтывая белесую жидкость.
К ним с нетерпеливым упоением присоединилось клубничное варенье, которое не могло смешаться с молоком, но окрасило его в розовый цвет.
Окрашенное молоко жадно поглощалось овсяными хлопьями, пока те окончательно не пропитались его ароматом.
Лежа на груди Чжэн Минъи, Цзян Чицзин восстанавливал сбившееся дыхание. С момента кульминации прошло уже много времени, но оба все еще тяжело дышали, словно случившееся безумие истощило все их силы.
— Устал? — Чжэн Минъи нежно поглаживал спину Цзян Чицзина, покрытую мелкой испариной, теплой и липкой на ощупь.
Цзян Чицзин лениво промычал в ответ, слишком обессиленный, чтобы говорить.
Еще два месяца назад Цзян Чицзин и представить себе не мог, что все эти пошлости у него в голове могут стать реальностью. Мужчина, на которого можно было только смотреть издали и которого нельзя было и помыслить коснуться, оказался безумнее его самого, неистово исследуя каждый сантиметр его тела.
Возможно, они оба слишком долго сдерживались — в гостиной, где они отрывались, царил полный хаос.
Галстук давно утратил свою форму, превратившись в порванную веревку. «Основы игры в го» на журнальном столике были измяты в гармошку, потому что учитель Чжэн заставлял офицера Цзяна читать ему вслух, но тот, не осилив и страницы, не выдержал и обессиленно прижался лицом к столешнице.
Гул кондиционера постепенно заглушил их тяжелое дыхание. Цзян Чицзин наконец пришел в себя и, превозмогая боль в челюсти, спросил:
— Ты голоден?
Раньше он хвастался, что будет есть «досыта и с удовольствием», но это оказалось слишком тяжело, он просто не смог соответствовать такому уровню. Вслед за отсутствием наручников и дубинки это снова вызвало недовольство учителя Чжэна, и лишь после того, как Цзян Чицзин загладил свою вину другим способом, того наконец попустило.
Время близилось к полудню, и после всей утренней суеты Цзян Чицзин почувствовал, что сильно проголодался. Спросив Чжэн Минъи, хочет ли тот есть, он услышал ответный вопрос:
— А у тебя дома есть что-нибудь поесть?
— В холодильнике есть замороженные стейки, — устало ответил Цзян Чицзин.
— Я приготовлю для тебя, — сказал Чжэн Минъи и, поднявшись с дивана, босиком направился на кухню.
Цзян Чицзин тоже сел, наклонился, убрав прилипшую к нижней части тела салфетку, и крикнул:
— Стейки на второй полке морозилки.
— Хорошо, — Чжэн Минъи открыл холодильник. — А где фартук?
— В... — сердце Цзян Чицзина замерло. Он посмотрел вслед Чжэн Минъи и увидел, что тот, как и ожидалось, не стал подбирать одежду с пола. Не отрывая от него взгляда, он продолжил: — В ящике рядом с холодильником.
Чжэн Минъи достал два стейка, поставил размораживаться в микроволновку, затем вынул из ящика фартук и надел его прямо так.
То он поворачивался спиной к Цзян Чицзину, то показывал соблазнительный профиль — и одного этого уже было более чем достаточно, но вдобавок ко всему у него на лодыжке был электронный браслет, что добавляло остроты ощущениям.
Раньше, у себя дома, Чжэн Минъи жарил стейки по крайней мере в шортах, а прийдя к Цзян Чицзину, совершенно распоясался — словно намеренно приглашал подглядывать.
— Какую прожарку хочешь? — спросил Чжэн Минъи, стоя к нему спиной.
— Две минуты, — взгляд Цзян Чицзина был прикован к упругим ягодицам, в голове осталась только цифра два, потому что и половинок было две.
— Две минуты? — Чжэн Минъи удивленно обернулся.
— Среднюю, — быстро поправился Цзян Чицзин. — Помочь?
— Не надо, — Чжэн Минъи снова отвернулся. Вид того, как он сосредоточенно жарит стейки, был соблазнительнее их аромата.
Жарить замороженные стейки было проще простого, помощь действительно не требовалась, Цзян Чицзин просто искал предлог, чтобы прийти на кухню. Но раз Чжэн Минъи сказал «не надо», значит, придется подкрасться потихоньку.
Он босиком подошел к Чжэн Минъи сзади, обхватил его за талию и, положив подбородок ему на плечо, пожаловался:
— Есть хочу.
Чжэн Минъи чуть обернувшись, взглянул на него:
— Я тебя не накормил?
Цзян Чицзин принялся шарить руками по его телу, прикусил мочку уха Чжэн Минъи и тихо сказал:
— Даже близко не накормил.
Чжэн Минъи отвернулся и продолжил переворачивать стейки на сковороде:
— Времени еще много, продолжим после обеда.
Сейчас главное было — поесть. Цзян Чицзин убрал шаловливые руки и достал из шкафа тарелки и приборы.
Они спокойно пообедали, и мыть посуду снова вызвался Чжэн Минъи. Цзян Чицзин сидел на диване, уткнувшись в телефон и внешне оставаясь невозмутимым, но на самом деле листая в поисковике разные замысловатые позы.
— У меня до сих пор нет твоих контактов.
Убрав посуду, Чжэн Минъи поднял с пола брюки, достал из кармана телефон и сел рядом с Цзян Чицзином.
Тот, не отрывая взгляда от экрана, прильнул к его плечу и протянул руку:
— Дай телефон.
У Чжэн Минъи был старый смартфон, приложений на нем почти не было, а голосовой помощник был вынесен на самое видное место.
Цзян Чицзин создал новый контакт, нажал вызов, дождался, пока его собственный телефон зазвонит один раз, сбросил вызов и протянул телефон обратно.
На экране высветился незнакомый номер — одиннадцать цифр, и среди них целых пять единиц. Цзян Чицзин неторопливо создавал новый контакт, как вдруг сидевший рядом Чжэн Минъи неожиданно произнес в свой телефон:
— Жена.
Цзян Чицзин в недоумении выпрямился и уставился на телефон Чжэн Минъи:
— Кого это ты женой назвал?
— Тебя, — тот сосредоточенно возился с телефоном. Цзян Чицзин заглянул ему через плечо и увидел, что контакт, ранее записанный им как «Цзян Чицзин», теперь с помощью голосового ввода оказался переименован в «Жену», а в конце Чжэн Минъи добавил иконку полицейской машины.
— Это кто еще тут жена? — Цзян Чицзин нахмурился и попытался выхватить телефон.
Но Чжэн Минъи не только не дал ему этого сделать, но и крепко притянул к себе и, кивнув на его телефон, сказал:
— А ты у себя запиши «Муж».
— Не запишу, — воспротивился Цзян Чицзин. Для него подобное обращение было слишком слащавым.
— Не запишешь? — недовольно приподнял бровь Чжэн Минъи. — А кто это только что, не выдерживая, все называл меня «мужем»?
То были особые обстоятельства. Цзян Чицзину в тот момент казалось, что он вот-вот умрет. Что он там еще наговорил? К тому же, все, что происходит в постели, должно оставаться в постели. «Муж»... он и не такое мог ляпнуть.
— Не надо мешать постель с реальностью. — строго сказал Цзян Чицзин.
— Не переименуешь, значит? — Чжэн Минъи развернулся, нависнув над Цзян Чицзином. — Таких негодников как ты надо наказывать.
Оба были липкими от пота. В иное время Цзян Чицзин давно бы уже пошел в душ. Но ему нравилось потеть вместе с Чжэн Минъи, и еще больше нравилось смотреть, как пот стекает по телу Чжэн Минъи.
В комнате было достаточно прохладно, но соприкосновение их кожи обжигало. Чжэн Минъи подхватил Цзян Чицзина под ягодицы, взяв на руки, и взглядом указал на лестницу:
— Пойдем наверх?
Первый этаж уже был более-менее исследован, пора было двигаться дальше. Но на втором этаже кровать все еще стояла у окна, и если Чжэн Минъи это заметит, тайна Цзян Чицзина может раскрыться.
Он колебался лишь мгновение. Прерываться сейчас, чтобы идти переставлять кровать, не хотелось, поэтому он просто сказал:
— Пошли.
Обычно люди и правда не ставят двуспальную кровать у окна, но это не значит, что нужно делать как все.
Когда Чжэн Минъи толкнул дверь спальни, Цзян Чицзин уже приготовил оправдание:
— Я люблю спать у стены.
Фраза прозвучала так неожиданно, что даже сам Цзян Чицзин почувствовал, насколько это попахивает попыткой отрицать очевидное, ведь Чжэн Минъи мог и не заметить ничего странного в расположении кровати.
— У стены? — Чжэн Минъи окинул взглядом спальню, и в его глазах тут же мелькнуло понимающее и игривое выражение. Он швырнул Цзян Чицзина на кровать, затем подполз к окну и с живым интересом принялся разглядывать собственный дом напротив.
Красивый коттедж превратился в обгоревшие развалины. Из окна спальни Цзян Чицзина можно было смутно разглядеть обгоревший шкаф и боксерскую грушу.
Цзян Чицзин занервничал. Он боялся, что этот интеллектуал Чжэн Минъи что-то заподозрит. Он подполз к нему, развернул его лицо к себе, пытаясь поцелуем отвлечь внимание. Но Чжэн Минъи не поддался. Он снова посмотрел в окно и спросил:
— В ту ночь ты отсюда кинул духи в мою спальню?
Хотя они оба уже знали правду, Цзян Чицзин по привычке попытался все скрыть. Вместо прямого ответа он спросил:
— А с чего ты взял, что это не какой-нибудь прохожий решил тебя любезно предупредить?
— Потому что флакон попал прямо в мой шкаф. — Чжэн Минъи посмотрел на него. — Если бы кто-то кинул его в мою спальню с улицы, он никак не мог бы попасть точно в шкаф.
Цзян Чицзин знал планировку спальни Чжэн Минъи. Шкаф стоял у стены возле двери, прямо напротив окна. И только из его спальни можно было кинуть флакон так, чтобы он по почти прямой траектории угодил прямиком в шкаф Чжэн Минъи.
Скрываться дальше было бессмысленно. Цзян Чицзин принял равнодушный вид и непринужденно заметил:
— В ту ночь я случайно увидел, как некто подозрительный ошивается у твоего дома.
— Случайно? — переспросил Чжэн Минъи. — Если не ошибаюсь, было уже далеко за полночь, около часа ночи.
У Цзян Чицзина была привычка перед сном поглядывать, что там у Чжэн Минъи. Но об этом он, разумеется, умолчал. Он быстро прокрутил в голове события той ночи и с облегчением вздохнул:
— В тот день у меня сломались часы, я чинил их до половины второго ночи и как раз услышал подозрительный шум напротив.
На самом деле, тот человек в черном практически не издавал звуков. И только благодаря тому, что в ту ночь у Цзян Чицзина сломались часы, ему удалось так «вовремя» предупредить Чжэн Минъи.
— Вот как, — задумчиво кивнул тот и, по крайней мере, соизволил отстраниться от окна, переключив все внимание на Цзян Чицзина.
Кажется, пронесло.
Цзян Чицзин полностью расслабился и повалил Чжэн Минъи на кровать, но в этот момент тот вдруг перевернулся, оказавшись сверху, и, глядя на него с насмешкой, спросил:
— Офицер Цзян, ты дрочил, пока подглядывал за мной?
Цзян Чицзин опешил от неожиданности, и Чжэн Минъи тут же добавил:
— Лежал прямо здесь, у этого окна, с моноклем в одной руке, а другой рукой творил непотребство? Да?
— Т-ты о чем? — растерянно пролепетал Цзян Чицзин. — Я за тобой не подглядывал.
— Ты правда думал, что я не знаю? — усмехнулся Чжэн Минъи. — Маленький извращенец, чего ты строишь из себя невинность?
Мозг Цзян Чицзина тут же превратился в кашу. Казалось, будто тонны зарытого глубоко в земле мусора извлекли на поверхность огромным экскаватором и выложили на обозрение Чжэн Минъи.
— Я не... —Цзян Чицзин залился краской, но продолжил упорно отрицать.
— Не подглядывал, как я боксирую? — спросил Чжэн Минъи.
Цзян Чицзин стиснул зубы, боясь поднять глаза.
— Или, может, не подглядывал, как я готовлю в фартуке? — снова спросил тот.
Цзян Чицзин тяжело сглотнул, полностью лишившись сил спорить.
— По-твоему, я какой-нибудь эксгибиционист? — улыбнулся Чжэн Минъи и впился в губы Цзян Чицзина. — Все это было для тебя, офицер Цзян.
У Цзян Чицзина голова пошла кругом. Он никак не мог понять, каким образом себя выдал. И только сейчас до него дошло: Чжэн Минъи во всех смыслах снял с него последние трусы.
http://bllate.org/book/14918/1584830
Готово:
