Цзян Чицзин внезапно осознал, что препятствование побегу Сюй Шэна похоже на прыжок с тарзанкой.
Всем известно, что для прыжка с тарзанкой достаточно просто закрыть глаза и прыгнуть, но в момент, когда стоишь на краю платформы, многие сердца начинают отбивать марш отступления.
То же самое было с побегом Сюй Шэна: казалось, все просто — нужно остановить грузовик и вытащить Сюй Шэна, но когда пришло время действовать, у Цзян Чицзина возникло чувство, что по какой-то причине он оказался не готов.
Не то чтобы он боялся, просто никогда прежде ничего подобного не делал и из-за этого неизбежно ощущал неуверенность.
Что, если другие охранники обнаружат его слоняющимся возле тюремного корпуса? Что, если Сюй Шэн откажется подчиниться, и ему придется вызывать подкрепление?
Если так подумать, неопределенных факторов было слишком много, и казалось, что все было не так просто, как описывал Чжэн Минъи.
После того как он помог ему разложить все по полочкам, Цзян Чицзин успокоился, но теперь, внезапно узнав, что Сюй Шэн собирается сбежать сегодня вечером, он почувствовал в сердце нарастающую тревогу.
Цзян Чицзин хотел еще раз обсудить все детали с Чжэн Минъи, однако к полудню тот, вопреки обыкновению, не появился в библиотеке.
Некоторые заключенные уже знали, что Козырной Девятка нарвался на взбучку от Сюй Шэна, и прежние знакомые лица постепенно начали возвращаться в библиотеку. Однако, как ни странно, человек, который появлялся там каждый день, сегодня неизвестно куда пропал.
— Кумир, — Юй Гуан воровато заглянул в дверной проем библиотеки и поманил Цзян Чицзина рукой. — Выйди на минутку.
В библиотеке читали заключенные, поэтому разговаривать было неудобно. Цзян Чицзин понял, что Юй Гуан хочет о чем-то сообщить, покинул свою рабочую зону и подошел к двери библиотеки.
— Что случилось? — спросил Цзян Чицзин.
— Чжэн Минъи просил передать тебе, что у него сегодня дела, и до обеда он не придет, — сказал Юй Гуан.
— Дела? — Цзян Чицзин не ожидал, что Юй Гуан выступит в качестве посыльного. — Он сказал, какие именно?
— Нет, — обиженно ответил тот. — Я не хотел передавать его сообщение, но он пригрозил меня избить.
— Этого не случится, — сказал Цзян Чицзин. — Если он тебя хоть пальцем тронет, я с ним разберусь.
Вообще-то Цзян Чицзин имел в виду, что Чжэн Минъи уже пообещал не применять насилие, и если нарушит соглашение, то он с ним разберется.
Но Юй Гуан, очевидно, воспринял слова Цзян Чицзина иначе, и его глаза загорелись:
— Кумир, значит, я все-таки для тебя важнее.
Ну, не совсем...
Опасаясь, что парнишка зайдет слишком далеко, Цзян Чицзин тактично намекнул:
— Тебе не кажется, что мой характер не совсем соответствует Божеству Го?
— М-да, есть немного, — Юй Гуан почесал подбородок. — Кумир в интернете довольно холоден, а в реальности...
— А в реальности что? — Цзян Чицзин приподнял бровь.
— В реальности немного строгий, — ответил Юй Гуан. — Постоянно воспитывает меня, прямо как учитель какой-то.
Цзян Чжицзин: «...»
— Ло Хай, — он сделал несколько шагов в сторону медкабинета. — Иди забери его.
— Кумир, — поспешно заговорил Юй Гуан, — да ладно, я просто пошутил.
Ло Хай выглянул из кабинета и, ничего не говоря, просто уставился на Юй Гуана. Даже Цзян Чицзин, который хорошо знал Ло Хая, ощутил его давящий взгляд.
— Кумир, я позже к тебе загляну, — вздохнул Юй Гуан и покорно направился к Ло Хаю. — Если вы с Чжэн Минъи будете что-то затевать, не забудьте взять меня с собой.
Цзян Чицзин молча ухмыльнулся. Что они с Чжэн Минъи могут затевать? Сейчас нужно помешать побегу Сюй Шэна, и Юй Гуан тут явно ничем не поможет.
Что же касается того, где сейчас был Чжэн Минъи, Цзян Чицзин тоже недоумевал. Похоже, в том, чтобы помешать побегу Сюй Шэна, ему придется полагаться только на себя.
Возвращаясь в библиотеку, он услышал, как его кто-то окликнул со стороны лестницы. Обернувшись, Цзян Чицзин увидел Козырного Девятку и его подручных.
— Офицер Цзян, хорошо провели эти пару дней?
Девятка развязно подошел к нему. Его наглый вид совсем не походил на человека, который недавно получил взбучку от Сюй Шэна. Это еще больше укрепило подозрения Цзян Чицзина: Девятка ждет, когда Сюй Шэн сбежит, чтобы после этого занять его место.
— В чем дело, вы решили поселиться в библиотеке? — холодно спросил Цзян Чицзин.
Независимо от исхода попытки побега Сюй Шэна, у него найдутся способы разобраться с Девяткой, и он не позволит этому человеку бесчинствовать на его территории.
— А кто сказал, что я иду в библиотеку? — Девятка усмехнулся, махнул рукой следовавшим за ним подручным и указал в сторону комнаты отдыха. — Пошли.
Группа прошла мимо входа в библиотеку и шумно направилась в комнату отдыха.
Цзян Чицзин сразу почувствовал неладное.
Если эти семь-восемь здоровяков втиснутся в маленькую комнатку и усядутся на пол, это вряд ли можно будет назвать отдыхом, там будет даже не развернуться.
Интуиция подсказывала Цзян Чицзину, что эти люди направились туда не для того, чтобы убить время. Он вернулся на рабочее место, открыл программу видеонаблюдения и надел гарнитуру.
— В ближайшие день-два, да?
В наушниках тут же раздался голос одного из подручных Девятки. Похоже, догадка Цзян Чицзина была верна: они обсуждали побег Сюй Шэна.
Кто бы мог подумать, что установленная ранее камера в комнате отдыха неожиданно пригодится именно в такой момент.
— Точно, краска почти закончилась, максимум — завтра.
— В любом случае, когда бы это ни случилось, все должно пройти согласно нашему плану.
План?
Цзян Чицзин удивился: неужели Девятка и другие тоже участвуют в плане побега Сюй Шэна? Однако, поразмыслив, он понял: Козырной Девятка был подчиненным Сюй Шэна, и прикрывать его — вполне естественно.
Однако затем диалог принял такой оборот, что Цзян Чицзин недоумевал все больше.
— Лао Сюю уже давно пора свалить, он что, думает, что тюрьма — это какая-то школа? Еще и из-за какого-то охранника мне выговаривал. (прим.пер.: Лао Сюй – старший/старик Сюй, речь идет о Сюй Шэне)
Говорившим, несомненно, был Козырной Девятка.
— Девятка прав, Сюй-гэ слишком привык к спокойной жизни и подзабыл, что это за место.
— Методы Сюй-гэ могли бы сработать на воле, но если бы все были такими покладистыми, разве оказались бы в тюрьме?
— Как по мне, тюрьма — это джунгли, кто сильнее, тот и прав, и на насилие нужно отвечать насилием.
Остальные поддакнули, и тогда Козырной Девятка сказал:
— Поэтому в ночь побега лао Сюя надо непременно устроить большую заварушку, чтобы другие не смели высовываться.
От услышанного мысли в голове Цзян Чицзина постепенно прояснились: Девятка уже давно был недоволен Сюй Шэном.
Он задумался, что может означать «большая заварушка», о которой говорил Девятка. Неужели он хочет рассказать всем о побеге Сюй Шэна?
Но ведь Девятка явно ждал, когда Сюй Шэн выйдет из тюрьмы, и разглашение информации о побеге не принесло бы ему никакой пользы.
Либо же он собирался устроить инцидент в другом месте, чтобы отвлечь внимание охранников и позволить Сюй Шэну успешно сбежать.
Но возникновение крупных беспорядков в тюрьме могло привести к введению режима повышенной готовности, что, наоборот, помешало бы побегу Сюй Шэна.
Поразмыслив, Цзян Чицзин пришел к единственному возможному выводу: вероятно, Девятка планировал после побега Сюй Шэна устроить крупный инцидент, чтобы окончательно утвердить свой статус в тюрьме.
— Насколько далеко мы должны зайти? — спросил кто-то.
— Замочить или оставить инвалидом, — ответил Девятка.
Логику такого ответа Цзян Чицзин не понял. Однако, не успел он как следует задуматься над этим, как перед его рабочим столом внезапно возникла фигура, заставив его рефлекторно закрыть окно видеонаблюдения и настороженно посмотреть на человека перед собой:
— В чем дело?
— Ты универсал? — слегка вздернув подбородок, Принцесса холодно оглядел Цзян Чицзина, и выдал эту внезапную фразу.
Сначала Цзян Чицзин не понял, что тот имеет в виду, но вспомнив, что Чжэн Минъи назвал его «активом», а вчера днем он долго разговаривал наедине с Сюй Шэном, Принцесса, возможно, по ошибке принял его за «универсала».
Осознав это, Цзян Чицзин едва не хлопнул себя по лбу.
Он тратит столько сил и энергии, помогая Принцессе разобраться с делом его мужа, и сейчас, как раз когда он услышал ключевую информацию, этот человек пришел устроить ему сцену. Худшего момента для его появления и не придумаешь.
— Мне некогда с тобой разговаривать, — Цзян Чицзин, не обращая внимания на других заключенных в библиотеке, лишь постарался говорить тише. — Если не хочешь проблем для Сюй Шэна, веди себя тихо.
В глазах Принцессы мелькнуло удивление, он быстро оглядел людей позади и, склонившись над рабочим столом, тихо сказал:
— Ты в курсе его дела?
— А ты думал, зачем я его искал? — Цзян Чицзину очень хотелось ответить, что Сюй Шэн — не какой-то там лакомый кусочек и что его он совершенно не интересует, но решил, что Принцесса его просто не поймет.
Тот пошевелил губами, явно желая что-то сказать, но не решился, очевидно, опасаясь любопытствующих позади себя. Цзян Чицзин заметил, что некоторые заключенные уже поглядывают на них, поэтому спровадил Принцессу из библиотеки.
— Ты правда в курсе? — с подозрением спросил Принцесса, глядя на Цзян Чицзина.
— Я найду возможность остановить его, — Цзян Чицзин не стал употреблять слово «побег», но эта фраза уже и без того раскрыла много информации, включая то, что они с Принцессой заодно.
— Зачем? — нахмурился тот. — Почему ты не доложишь на него?
— А ты хочешь, чтобы я доложил? — спросил Цзян Чицзин. — Я кое-что знаю о его ситуации и постараюсь ему помочь.
Принцесса замолчал, видимо, будучи не в состоянии понять мотивов Цзян Чицзина. Возможно, в его мире просто не существовало таких искренних и добрых людей, как Цзян Чицзин.
Цзян Чицзин опасался, что Принцесса подумает, будто он желает заполучить Сюй Шэна, так что на ходу придумал отговорку:
— Не волнуйся, мне нравятся мускулистые пассивы… такие как Чжэн Минъи.
От этих слов даже у самого Цзян Чицзина по коже побежали мурашки. Но для Принцессы это сработало, он явно ослабил бдительность и спросил:
— Как ты его остановишь?
Подумав, Цзян все же не стал раскрывать Принцессе детали и лишь сказал:
— Я что-нибудь придумаю.
— Тебе можно доверять? — Принцесса прямо посмотрел на него.
Цзян Чицзин поджал губы, никаких гарантий он дать не мог:
— Я сделаю все, что в моих силах.
— Хорошо, — кивнул Принцесса. — Я могу чем-то помочь?
— Не дай Сюй Шэну узнать, что я собираюсь его остановить. — Но тут Цзян Чицзин вспомнил о Девятке и добавил: — И помоги проследить за Девяткой, не дай ему учинить беспорядки.
Едва Цзян Чицзин произнес эти слова, как из комнаты отдыха вышла группа людей. Впереди шел Козырной Девятка и, увидев Цзян Чицзина и Принцессу вдвоем, насмешливо сказал:
— Что, у Принцессы снова вкусы изменились?
Принцесса ничего не ответил, но при виде Девятки выражение его лица все больше выражало нетерпение. Когда группа скрылась на лестнице, он отвел взгляд и сказал Цзян Чицзину:
— Договорились.
Ближе к концу рабочего дня Цзян Чицзин впервые пошел поужинать в столовую.
Многие охранники, увидев его, здоровались и спрашивали, почему он еще не ушел, а он отвечал, что еще есть работа, и больше никто не стал допытываться.
С наступлением сумерек Цзян Чицзин взглянул на часы, запер библиотеку и отправился в укромное место неподалеку от грузовых ворот, чтобы затаиться.
Неизвестно, сколько сигарет он выкурил, когда наконец у ворот тюрьмы появился большой контейнеровоз.
Старик Ван из охраны, как обычно, допросил водителя, а другие охранники подошли для проверки с собаками. Похоже, это и был грузовик с краской.
После оформления документов машина медленно двинулась по намеченному Чжэн Минъи маршруту к задней двери первого корпуса.
Цзян Чицзин быстро затушил сигарету и, стараясь избегать камер видеонаблюдения, добрался до заранее выбранного места.
Затем снова последовало бесконечное ожидание, поскольку разгрузка занимала немало времени.
В это время Сюй Шэн, должно быть, тайком переоделся в одежду водителя и проник в большой контейнер.
Он мог спрятаться на крыше, под днищем или в пустой бочке из-под краски, прикрывшись жестяной крышкой.
С каждой секундой лоб Цзян Чицзина постепенно покрывался мелкой испариной.
Хотя солнце уже давно зашло, стояла жаркая духота.
Без паники.
Цзян Чицзин успокаивал себя, но сердце тревожно колотилось. Он достал пачку сигарет, чтобы снова закурить, но в этот момент из-за угла послышалось тарахтение грузовика, и тут же на Цзян Чицзина оказались направлены два ярких луча.
Он здесь.
Цзян Чицзин крепко сжал в руке пачку сигарет, и сердце его словно замерло.
Он поднял заранее приготовленный фонарик, направил его в сторону водительского сидения и поднял руку, встав на пути огромного контейнеровоза:
— Остановиться для досмотра!
http://bllate.org/book/14918/1412846
Готово:
