Ужасно не само зло, а мелочи, которые его окружают, его марионетки, мужчины и женщины, неуместные, глупые и скучные.
Жорж Батай
Похороны были назначены на седьмой день, когда снегопад прекратился.
Семья Лукаса Маккарда захотела похоронить его в Вестерленде, где жил его брат, с которым он был наиболее близок, и где он погиб. Конечно, полиция не имела права препятствовать такому решению родственников, как и государственные учреждения.
Но на самом деле мэрия не хотела, чтобы похороны проходили с большим размахом: хотя никто не осмелился бы сказать это вслух... но все случившееся они считали позором.
В конце концов, финал рождественского шествия оказался слишком драматичным, что сорвало все новые планы властей по развитию туризма. К тому же, среди погибших был известный агент ФБР, что превратило все это в кошмар отдела по связям с общественностью.
Если бы все шло так, как надеялся мэр, то никто в мире не узнал бы о страшном убийстве. Он скорее предпочел бы начало войны и заключение невинных граждан в концентрационные лагеря, чем их смерть от рук убийцы. Подозреваемые Вестерлендский пианист и Воскресный садовник скрылись, а рейтинг поддержки мэра упал на несколько пунктов. Если так пойдет и дальше, его мечта стать губернатором, вероятно, так и останется мечтой.
Но похороны не могли пройти незаметно, иначе некоторые люди были бы сильно разочарованы, ведь погибший был федеральным агентом, да еще и при исполнении служебных обязанностей (во время пресс-конференции представитель сознательно умолчал о том, что покойный в частном порядке связался с несколькими полицейскими для поимки подозреваемого, и вся операция не была официально одобрена заранее), а эти факты сами по себе означали, что гроб погибшего должен быть покрыт звездно-полосатым флагом. (прим.пер.: покрытие гроба национальным флагом в США является данью уважения со стороны государства, так хоронят военнослужащих, полицейских и важных госслужащих).
Поэтому до начала похорон и после пресс-конференции в Вестерленд со всей страны съехалось множество людей, большая часть из которых имела отношение к ФБР. Лукас Маккард несколько лет возглавлял отдел поведенческого анализа, и под его руководством команда раскрыла множество громких дел, включая серийные убийства и похищения. Они спасли бесчисленное количество жертв, которые оказались в лапах убийц, пока он сам не стал одной из них.
Вскоре ворота церкви Пресвятой Богородицы Розарии, обнесенной полицейской лентой, были завалены цветами, свечами, фотографиями и другими памятными сувенирами (оказывается, в мире есть люди, считавшие хорошей идеей положить плюшевого мишку рядом с букетом цветов в память о сорокалетнем агенте ФБР). Самым странным было то, что в этом жестоком убийстве погибло в общей сложности семь человек, но все молчаливо оплакивали только одного из них.
— Остальные — подлые убийцы и педофилы, — с возмущением заявил в интервью один из горожан, пришедших возложить цветы. — Они получили по заслугам, но смерть Маккарда рядом с ними — это позор для него!
Этот человек был типичным представителем большинства, которое думало так же. Но некоторые высказывали иное мнение:
— Другие жертвы, выбранные убийцей, были виновны. Мы знаем о грязных делишках, которые творились в «Усадьбе “Редвуд”», а кое-кто из них, говорят, был замешан в деле Армалайта и даже прикрывал насильника! Ладно, я все понимаю, но почему Лукас Маккард погиб вместе с ними? Неужели он тоже совершил что-то плохое, что привело к такому концу?
Некоторые, придерживающиеся третьей позиции, примирительно говорили:
— Люди уже мертвы, какой смысл говорить об этом? Будьте благочестивы.
— Бог рассудит. Если он действительно грешен, он отправится в ад, — добавляли более набожные.
Неудивительно, что у зрителей возникли такие разногласия, в конце концов, все узнали, что на пресс-конференции после убийства в церкви Пресвятой Богородицы Розарии представитель полиции обнародовал часть фотографий, связанных с делом Страйдера. Помимо Лукаса Маккарда, другие погибшие так или иначе оказались причастны к делу о сексуальном насилии над детьми, и изображения ясно показывали, какое отношение имели эти морально разложившиеся люди к несчастным несовершеннолетним жертвам.
А чего люди не знали, так это того, что эти фотографии были получены от Альбариньо Бахуса, то есть от Воскресного садовника. Заполучив снимки, он разделил их на две части: одну продал Габриэль Моргенштерн, боссу крупной европейской мафии, а другую отправил на уродливой флешке на стойку регистрации управления полиции.
Те, кто читал об этом деле только в СМИ, не знали, что убийца и секретный информатор полиции — один и тот же человек. Впрочем, это было не важно. Все, что им нужно было знать, это что справедливость восторжествовала: часть членов клуба из поместья были арестованы, а остальные погибли в церкви Пресвятой Богородицы Розарии. Каждый из них понес наказание, независимо от того, карал ли их безжалостный меч закона или рука серийного убийцы.
Демоны мертвы, и неважно, как они умерли. И как сказал Лукас Маккард — хотя никто точно не знает, говорил ли он подобное — это называется "зло получило по заслугам", и это и есть справедливость.
Именно об этом в конце 2017 — начале 2018 года писали журналисты и спорили пользователи различных социальных сетей; бесчисленное количество людей, которым когда-либо помог Лукас Маккард (в основном жертвы покушений и члены их семей), ругались со скептиками в интернете, и это зрелище было поистине впечатляющим.
В то время очень многие сосредоточили свое внимание на этом деле, но они еще не знали, что через пятнадцать дней внезапно скончается вокалист известной рок-группы, и этой сенсационной новости будет достаточно, чтобы отвлечь внимание людей от прошлых смертей.
В общем, какой бы бурной ни была реальность, на седьмой день похороны все же состоялись по расписанию. По всему Вестерленду были приспущены флаги в честь погибшего героя, и почетный караул из тридцати полицейских до самого погребения круглосуточно дежурил у черного гроба. Похоронная служба состоялась в соборе Непорочного Сердца, и церемонию проводил сам архиепископ Вестерлендской епархии.
Ольга Молотова, безусловно, тоже была приглашена, как бывшая коллега Маккарда и консультант полиции по криминальной психологии. Она по праву заслуживала такого отношения.
Орион Хантер думал, что Ольга не пойдет. Он полагал, что, исходя из ее прежнего отношения к Маккарду, между ними не могло быть никаких теплых чувств. Но вопреки его ожиданиям, Ольга приняла приглашение. Более того, она выглядела вполне подобающе, надев черное пальто, как того требует этикет, и аккуратно заколов волосы на затылке. Войдя в храм, она с бесстрастным видом остановилась у гроба, чтобы взглянуть на лицо покойника.
Сопровождавший ее Хантер не мог не обратить внимания на ужасный след на шее мертвеца. Его оставила фортепианная струна, и даже усердный макияж гробовщика не смог его полностью скрыть.
Глаза Маккарда были закрыты, кожа потеряла живую эластичность и блеск и была бледной, как бумага, но в то же время имела странную, восковую текстуру. В воздухе витал резкий запах каких-то бальзамирующих средств, который не могли перебить ароматы бесчисленных цветов. Отбросив в сторону литературные произведения бесчисленных поэтов и писателей, забыв о различных идеях и теориях философов, вне всяких пышных аллегорий, "смерть" становилась чем-то настолько простым и осязаемым.
Церемония проходила традиционно: звучали торжественная религиозная музыка и песнопения, священнослужители читали отрывки из Библии, и эхо голосов, разносящихся под высоким куполом церкви, звучало пусто и торжественно.
— «Тогда забудешь горе: как о воде протекшей, будешь вспоминать о нем. И яснее полдня пойдет жизнь твоя; просветлеешь, как утро. И будешь спокоен, ибо есть надежда; ты огражден, и можешь спать безопасно.» (прим.пер.: Книга Иова, глава 11)
Хантер не верил в Бога и не думал, что после смерти можно попасть в рай, поэтому в этот момент он украдкой огляделся и увидел, что многие люди, сидевшие на скамьях, вытирают слезы. Барт Харди сидел в первом ряду с напряженным лицом, и было трудно понять, о чем он думает.
— «Будешь лежать, и не будет устрашающего, и многие будут заискивать у тебя. А глаза беззаконных истают, и убежище пропадет у них, и надежда их исчезнет.»
В этом-то и вся проблема: верующие всегда представляют себе, что Бог может отличить добро от зла, что хорошие люди вознесутся на небо во время Страшного суда, а плохие отправятся в ад. Но действительно ли Бог способен на это? Как оценить добро и зло? Если их можно оценить, то почему они оказались здесь сегодня? Хантер украдкой снова взглянул на Ольгу. Она знала ответы на многие вопросы, но, видимо, не на этот. Когда он посмотрел на нее, то заметил, что она пристально смотрит на одну из фресок на своде церкви.
На ней была изображена история об Исходе, когда египетский фараон хотел помешать израильтянам покинуть Египет, и тогда всемогущий Господь спустился на землю. Израильтяне, заранее узнав об этом, выкрасили двери своих домов в красный цвет кровью ягненка, и в эту ночь Иегова убил всех первенцев в домах, не отмеченных красным. Все египтяне и даже скот в их загонах лишились своих детей, и тогда фараон почувствовал страх и позволил Моисею вывести еврейский народ из Египта.
Ольга смотрела на эту фреску слишком долго, и когда она, наконец, заморгала и пришла в себя, мэр уже стоял посреди церкви и начал свою речь. Конечно, Альбариньо не отправил в полицию никакой информации о Брюсе Прицкере, поэтому даже Ольга не могла знать, что он также являлся членом «Усадьбы “Редвуд”».
Во время своего обращения мэр изображал искреннюю скорбь, настолько искреннюю, что трудно было представить, что Маккард ни разу не общался с этим человеком. Более того, в своем обращении он очень искусно завуалировал все, связанное с "Вестерлендским пианистом" или "Воскресным садовником", и блестяще завершил свою выдающуюся речь, даже ни разу не упомянув слово "убийца".
После мэра выступила семья погибшего. На сцену поднялся брат Маккарда, поскольку мать погибшего, добродушная старушка, сидела и сотрясалась всем телом от слез. Брат был на несколько лет старше самого Лукаса Маккарда, его виски уже изрядно тронула седина, и он выглядел изможденным, а под глазами у него залегли глубокие тени. Но, несмотря на это, во время своей речи он старался говорить непринужденно и не упоминать о печальных вещах, а вместо этого рассказал несколько забавных историй о своем брате.
Это была неизвестная сторона невозмутимого и слишком серьезного агента ФБР. Люди не знали, что в детстве он размахивал пластиковым игрушечным пистолетом и кричал, что собирается стать пиратом, не знали, что он присоединился к местному обществу защиты животных в Куантико, чтобы заботиться о брошенных хозяевами собаках, или что он каждый год, начиная со средней школы, ходил в больницу сдавать кровь, и у его матери дома лежала большая коробка с различными сертификатами. Но именно в этом и заключается жестокость смерти: как только человек умирает, все, что он сделал, теряет всякий смысл, и остается только призрачное эхо.
— Думаю, Лукас давно предвидел этот день. Он наверняка знал, что если продолжит заниматься своей работой, то однажды... — сказал его брат в конце, вытирая слезы в уголках глаз. — Еще несколько лет назад он подписал согласие на донорство всех органов, которые возможно будет отдать.
К сожалению, агент умер не в больнице и не на месте преступления. Он умер в заброшенной церкви, и его обнаружили только через несколько часов после смерти. К тому времени органы уже утратили возможность пересадки. Кто знает, скольким умирающим пациентам в больницах он подошел бы, но все они навсегда потеряли этот шанс.
Наконец, его брат печально вздохнул.
— Увы, — тихо сказал он. — К сожалению, донорство в итоге все же не удалось осуществить.
После окончания похоронной службы в церкви почетный караул сопроводил гроб к кладбищу. Могила уже была вырыта, влажная земля, словно открытая рана, зияла под мрачным свинцово-серым небом. Черный кортеж из автомобилей змеился по улицам, а за ним следовала многотысячная толпа скорбящих. Присутствовавшие на похоронах полицейские были в полном обмундировании, шесть человек из почетного караула несли покрытый государственным флагом черный гроб к могиле. Гроб тяжело давил им на плечи, а оркестр играл на волынках.
Хотя Хантер и был по-настоящему увлечен выслеживанием преступников, это вовсе не означало, что он был антисоциальным типом. Он всегда не любил грустные похороны, от всего этого у него сжималось сердце. За время своей работы он повидал слишком много смертей, и всегда надеялся, что в будущем ему не придется посещать столько похорон, но, похоже, его мечтам не суждено было сбыться.
Несмотря на то, что он никогда особо не любил Маккарда, царившая печальная атмосфера все равно казалась ему слишком удручающей. Не желая терять самообладание перед Ольгой, он отошел в сторону от толпы скорбящих, чтобы немного перевести дух, прежде чем вернуться.
Вернувшись, он увидел, как Ольга разговаривает с каким-то незнакомцем. Впрочем, на похоронах было слишком много людей, и, вероятно, 95% из них он никогда не видел. Вокруг было много народу, кто-то оплакивал покойного, кто-то просто глазел, а кто-то пытался выудить сенсацию из уст других скорбящих. Хантер не знал, каковы были цели человека, стоявшего рядом с Ольгой.
Это был довольно красивый брюнет, голубые глаза которого отливали фиолетовым под мрачным небом (совсем как у Элизабет Тейлор, неуместно подумал тогда Хантер). Когда он подошел чуть ближе, то смог отчетливо расслышать содержание их разговора.
— Я прочитал несколько статей, — сказал мужчина с едва уловимым лондонским акцентом. — Многие отмечают, что вы с агентом Маккардом были не в лучших отношениях.
"Неужели это журналист?" — насторожился Хантер, готовый в любой момент выдворить его с похорон.
— Можно и так сказать, — спокойно ответила Ольга. — У нас были некоторые разногласия по принципиальным вопросам. Его познания в криминальной психологии были глубокими, он прекрасно видел людей насквозь, и на основе этого делал выбор, с которым я не была согласна.
— Выбор? — переспросил мужчина.
— Он верил, что людей все еще стоит спасать... по-своему, — Ольга тихонько хмыкнула, спокойно оглядывая скорбящую толпу вокруг. — И, как ни крути, оно того не стоило. Это все равно что пытаться остановить ход истории, тем более что он не собирался становиться Гитлером. Так что мы все знали, что все это закончится неудачей, и я думаю, он сам это понимал.
Мужчина умолк, задумавшись о чем-то, а затем спросил:
— А теперь?
— Теперь разногласия остались, и он уже заплатил за свой выбор. Хотя, как сказал его брат, он знал, что ему придется заплатить такую цену, — откровенно ответила Ольга. — Впрочем, люди обычно предпочитают примиряться с умершими, потому что перед лицом смерти все споры утрачивают всякий смысл.
В этот момент, окруженные толпой, они подошли к могиле, и Ольга, как и другие родственники и друзья покойного, бросила цветок на черный гроб, окруженный землей. В ее руке была белая лилия, которая, согласно некоторым легендам, символизирует слезы, пролитые Евой после того, как змей соблазнил ее съесть запретный плод.
— "Смерть сближает тех, кто был разделен при жизни", — тихо произнесла Ольга.
Незнакомец смотрел на белый цветок, лежащий на черном гробу, а затем, незаметно для других, слегка улыбнулся. К этому моменту они отошли слишком далеко от Хантера, и он не мог видеть их лица и слышать их голоса. Иначе он бы заметил, что улыбка этого человека напоминает змеиную.
— Звучит неплохо, — заметил мужчина, но в его голосе не было искренней заинтересованности.
— Здесь нечему радоваться, просто нет другого выбора, — мягко возразила Ольга. — В конце концов, мы все умрем.
От переводчика:
Нет никаких пояснений от автора, что означает странное название этой экстры. У меня есть две версии:
1. Это некая пародия на Homo sapiens – “человека разумного”. Как сказал Маккард в прошлой главе, для Альбариньо люди мало чем отличаются от свиней. Возможно, тут речь идет о человеке или людях, которых Ал считает “разумными”.
2. Учитывая приведенную в начале главы цитату Жоржа Батая, возможно, автор имела в виду людей, которые логикой или иными причинами оправдывают совершаемое ими зло. Но в контексте главы я не поняла, к кому это может относиться. Неужели к Маккарду? Кстати, название экстры можно перевести также как “Рациональная свинья”.
Для большего понимания, видимо, стоит почитать произведения этого французского философа.
Что касается таинственного незнакомца, думаю, это Хелер Иста, который уже упоминался в качестве спонсора Фрэнсиса в главе 129, и с которым мы еще увидимся в следующих экстрах.
http://bllate.org/book/14913/1608912
