Глава 43
Они вошли в номер, и Лу Сыюй сказал:
— Капитан Сун, иди первым в душ.
Когда загорелся свет, Сун Вэнь заметил, что губы у Лу Сыюя побелели от холода. С беспокойством он подтолкнул его в сторону ванной:
— Сам иди. Простудишься ещё.
Лу Сыюй поднял взгляд, будто хотел что-то сказать, но Сун Вэнь усмехнулся и добавил:
— Не стесняйся. Мы оба взрослые мужики, делиться комнатой не впервой.
При этих словах у Лу Сыюя чуть порозовело лицо, особенно уши — заалели, как в жару. Он ничего не ответил, только взял халат и скрылся в ванной. Вскоре из-за двери послышался шум воды.
Снаружи Сун Вэнь снял промокшие туфли, включил кондиционер и достал из сумки запасную одежду. Всё, что он заранее собрал и хранил в полицейском участке, сейчас как нельзя кстати пригодилось.
Прошло немного времени и щёлкнул замок двери, из ванной вышел Лу Сыюй в халате. Он так до конца и не оправился после недомогания днём, а ночной подъём в горы только усугубил состояние, из-за чего его лицо по-прежнему оставалось бледным. Теперь, после душа, окутанный лёгким паром, он выглядел ещё прозрачнее, словно выточенный из нефрита. Мягкий свет в курортном номере придавал всей сцене особую теплоту, и в этом полутумане человек перед Сун Вэнем казался даже красивее, чем он себе представлял.
Халат оказался великоват, и когда Лу Сыюй сделал пару шагов, ворот приоткрылся, обнажив линию ключицы. Особенно бросалась в глаза родинка на шее — ярко-красная, словно капля крови или мазок киновари.
Увидев, что Сун Вэнь смотрит на него, Лу Сыюй опустил голову и затянул ворот. При этом движении из-под подола халата показались стройные ноги.
Сун Вэнь раньше делил номера в командировках с Фу Линьцзяном и Лао Линем, и всё всегда было по-деловому, просто и без задней мысли. Но с Лу Сыюем всё вдруг стало как-то иначе. Он про себя трижды повторил: коллеги, только коллеги, прочистил горло, наклонился за одеждой и сказал:
— Я в душ.
Под струями тёплой воды Сун Вэнь не спешил, ждал, пока внутри всё уляжется, прежде чем выйти.
Лу Сыюй уже переоделся в домашнюю одежду и сидел, прислонившись к изголовью кровати. Несмотря на работающий кондиционер, в горах по ночам было зябко, так что без одеяла не обойтись.
Увидев, как Сун Вэнь выходит из ванной, Лу Сыюй чуть повернул голову и поправил позу:
— Матрас жёсткий.
Сун Вэнь подошёл и потрогал рукой:
— Нормальный. Что, принцесса, тебе горошина под матрасом помешала?
Прислонившись к спинке кровати, Лу Сыюй поднял голову, и их взгляды на миг встретились. Через пару секунд он опустил веки, длинные ресницы отбрасывали лёгкую тень, словно два тонких веера.
— Я проверил все шкафчики, — тихо сказал он, голос у него был чуть глуховатый, как будто ему было неловко. — Нашёл только одно одеяло.
Он сам предложил делить кровать, так что чувствовал себя обязанным предупредить, чтобы не вышло неловко.
Сун Вэнь отозвался:
— Думаю, с кондиционером и так не слишком холодно.
Лу Сыюй кивнул:
— Ничего страшного. Одеяло большое, можно каждому по половине. Я просто сказал, чтобы не было недопонимания.
Подумав немного, Сун Вэнь сказал:
— Теоретически, я не храплю. Но, если вдруг начну шуметь, разбуди.
Они впервые делили комнату, и оба вели себя чуть скованно. Сказав это, Сун Вэнь залез на кровать.
Лу Сыюй в ответ тихо хмыкнул. Когда Сун Вэнь устроился рядом, матрас ощутимо прогнулся. Лу Сыюй с детства ни с кем не делил кровать, и сейчас это вызывало в нём лёгкое напряжение. Он лёг на бок, отвернувшись.
У изголовья стояло стеклянное украшение. Сун Вэнь скользнул по нему взглядом и заметил, что глаза Лу Сыюя всё ещё открыты.
Сун Вэнь потянул на себя одеяло, выключил основной свет, оставив только ночник, и закрыл глаза.
За целую ночь беготни он изрядно вымотался, а за окном тихо накрапывал дождь. Полежав немного, Сун Вэнь постепенно погрузился в сон.
Лишь тогда Лу Сыюй украдкой взглянул на него. Мужчина спал спокойно, с закрытыми глазами, и линия переносицы в полумраке казалась ещё чётче. Его прежние опасения были явно напрасны — Сун Вэнь вёл себя во сне очень прилично: дышал едва слышно, не шевелился, руки аккуратно лежали вдоль тела.
В тусклом свете ночника Лу Сыюй осторожно протянул руку и бережно убрал пару прядей с виска Сун Вэня. Вблизи тот и вправду был чертовски красив. Неудивительно, что у них в участке многие коллеги-женщины поглядывали в его сторону. Вот только сам Сун Вэнь был целиком сосредоточен на работе и к таким вещам оставался равнодушен.
Посмотрев ещё немного, Лу Сыюй повернулся, закрыл глаза и уснул.
Ночь в горной деревне выдалась на редкость тихой. Сначала где-то стрекотали насекомые, но потом замолкли и они. Казалось, весь мир стих, оставив только эту комнату и кровать посреди неё.
Посреди ночи Лу Сыюй впал в странное состояние — не то сон, не то забытьё. Будто тело само внушило себе, что спит. Он чувствовал сонливость, и в то же время, как будто вовсе не заснул. Казалось, ему снились сны, но какие именно не вспомнить. Он пытался проснуться, но не мог, будто неведомая тяжесть давила сверху, и он беспомощно, тщетно боролся с ней.
Сун Вэнь спал, кто знает сколько времени, пока не почувствовал озноб. Будто всё его тело окунули в ледяную дождевую воду. Под утро он проснулся от холода и увидел, что Лу Сыюй лежит к нему спиной, свернувшись клубком и укрывшись всем одеялом. Когда тот перевернулся во сне, одеяло незаметно оказалось полностью на его стороне.
В горах и без того было холодно, а нескончаемые дожди последних дней только усугубили ситуацию. Кондиционер не справлялся с обогревом, и без укрытия становилось действительно зябко.
Сун Вэнь молча просидел на кровати с полминуты, глядя на свернувшегося рядом Лу Сыюя, всё одеяло оказалось на его стороне. Сун Вэнь вздохнул и усмехнулся. Ну да, конечно, каждому по половине, ага. Он потянул одеяло обратно, забрав себе половину, оставив Лу Сыюя укрытым, как улитка в панцире, и снова устроился под ним.
Только он начал впадать в дремоту, как почувствовал, что одеяло снова сползает. Лу Сыюй, не просыпаясь, невольно тянул его на себя. Сун Вэнь не выдержал, схватил за край и тихо пробурчал:
— Маленький предок, не тяни!
Лу Сыюй пробормотал в ответ:
— Волчонок…
Сун Вэнь было подумал, что Лу Сыюй зовёт его, но тут же вспомнил, что тот так же звал свою собаку. Но на этот раз что-то было не так. Он придвинулся ближе и заметил: тело Лу Сыюя сжалось в тугой клубок, всё в холодном поту, и мелко дрожит. Сун Вэнь моментально проснулся окончательно, протянул руку, коснулся лба и обомлел. Тот был пугающе горячим.
— Не спи! Проснись! — встревоженно позвал он. — Ты сейчас в печку превратишься!
Словно почувствовав, как с него наконец спала тяжесть, Лу Сыюй с усилием приоткрыл глаза. Перед ним было встревоженное лицо Сун Вэня, но он не понимал, что происходит. Всё тело ломило, живот будто кто-то полосовал ножом, а в горле стоял огонь и ком, не дающий дышать. Он не выдержал и глухо застонал, прикусил губу и сжался ещё сильнее.
— Вставай, едем в больницу, — сказал Сун Вэнь, уже натягивая одежду. — Ты что, сам не понял, что у тебя температура?
Лу Сыюй с трудом выкарабкался из полусна, пошатнулся, хрипло спросил:
— Сколько сейчас времени?.. Может с утра?
Сун Вэнь взглянул на телефон:
— Чуть за четыре. К утру у тебя уже под сорок будет.
Градусника под рукой не было, но по одному только прикосновению было ясно, что жар сильный.
— Хотя, может, у тебя уже все сорок.
— Капитан Сун… у меня живот болит… — слабо сказал Лу Сыюй, на этот раз не скрывая ничего. Голос у него был жалкий, почти детский. Свет лампы резал глаза, он прикрыл их рукой, а другой крепко прижал одеяло к животу. Весь в холодном поту, лицо стало ещё бледнее, а покрасневшие глаза только усиливали болезненное впечатление.
Теперь, оглядываясь, он понимал, что ещё днём чувствовал недомогание. Полежал немного, решил, что пройдёт… А потом бессонная ночь, дождь, сырость, и к ночи стало совсем плохо.
Он попытался приподняться, но спазм в животе пронзил, словно ножом провели внутри. Подождав немного, пока глаза привыкнут к свету, он всё же сел, обеими руками сжав живот, не смея даже дышать в полную силу.
— С болями в животе — только в больницу. Я же говорил тебе вчера: не ходи за мной, но ты, конечно, упрямо попёрся, — Сун Вэнь уже доставал телефон. — Вызывать скорую? Только 120 сюда не сразу доберётся.
Лу Сыюй дрожал от боли, но, несмотря на это, всё ещё старался держать лицо. Проморгался и хрипло выдавил:
— Не надо… дай пару минут. Я переоденусь и сам встану…
Сун Вэнь налил ему тёплой воды, заставил выпить, потом принёс одежду. Лу Сыюй дождался, пока боль немного отпустит, и осторожно сел. Но стоило только натянуть на себя одежду и снова простонал, сжал живот и согнулся пополам. Будто внутрь ему насыпали лезвий, и теперь каждое движение резало изнутри.
Сун Вэнь застёгивал Лу Сыюю пуговицы и успокаивал:
— Потерпи ещё чуть-чуть. Доберёмся до больницы и станет легче.
Лу Сыюй, бледный и ослабший, молча смотрел на него, не в силах говорить, позволяя ему делать всё за него. Сун Вэнь чувствовал, что тело у него в объятиях буквально пылает от жара. Тот опустил голову, острый подбородок почти касался шеи, глаза были закрыты, а длинные ресницы подрагивали не то от боли, не то от слабости. Сил подняться у него не оставалось совсем.
Сун Вэнь сделал экстренный звонок, чтобы узнать обстановку. Из уездной больницы могли выслать машину, но на дорогу туда-обратно уйдёт не меньше часа, куда быстрее доехать самому. К тому же он не знал, насколько серьёзно состояние Лу Сыюя. Взвесив всё, Сун Вэнь решил сначала сходить в деревенскую амбулаторию, хотя бы взять лекарства и немного облегчить состояние.
Сун Вэнь достал обувь Лу Сыюя. Она вчера промокла под дождём, но за ночь просохла под кондиционером. Опустившись на одно колено, он аккуратно помог ему надеть ботинки. Видя, в каком тот состоянии, Сун Вэнь даже не рассчитывал, что он сможет идти сам. Он подтянул Лу Сыюя и сказал:
— Пошли. Ложись мне на спину, я тебя вынесу.
Лу Сыюй покорно положил руки ему на плечи:
— Капитан Сун, опять доставляю хлопоты…
— Перестань. Кто ж не болеет? — отозвался Сун Вэнь, поднимая его. Лу Сыюй выглядел худощавым, но лёгким он не был. Сун Вэнь, ощутив вес, с удивлением хмыкнул: — Ты что, внутри из свинца? Не ожидал, что такой тяжёлый.
— У меня вообще-то мышцы есть… — пробормотал Лу Сыюй. Сил шутить у него не было, но он всё же крепче обхватил руками шею Сун Вэня. Повернул лицо в сторону и уронил голову ему на спину, еле слышно добавив: — Больно…
Сун Вэнь больше не стал медлить. Даже через одежду чувствовалось, насколько горячий человек у него на спине. Он быстро вынес Лу Сыюя, аккуратно усадил в машину и начал искать ближайшую клинику, чтобы ехать туда.
В этих краях в каждом уезде были небольшие амбулатории, где дежурили врачи и могли оказать первую помощь. Сейчас стояла тишина, ночь переходила в предрассветную серость. Сун Вэнь вел машину семь или восемь минут, пока не добрался до нужного места по навигатору.
Деревенская клиника представляла собой несколько одноэтажных строений с синими крышами, выкрашенных в белый цвет. Над входом висела простая табличка: «Клиника деревни Вэньтоу», а на стене у дверей — стандартные плакаты с призывами к здоровому образу жизни.
Остановив машину у входа, Сун Вэнь сказал Лу Сыюю:
— Подожди здесь, я сначала проверю.
Лу Сыюй с трудом поднял взгляд и слабо кивнул.
Только тогда Сун Вэнь вышел из машины, подошёл к зданию и потянул дверь. Та была заперта изнутри.
— Есть кто?
Сун Вэнь постучал и несколько раз громко позвал.
Через какое-то время в двери приоткрылось небольшое оконце, и появилась медсестра в белом. Она выглянула и посмотрела на Сун Вэня с каким-то странным, растерянным выражением:
— Братец, что случилось?
— Пациент, срочный случай, — отозвался Сун Вэнь.
А для чего ещё люди сюда ночью приходят?
— Врач ночью не дежурит. Я тут одна, ночная смена. Лечением не занимаюсь. Лучше езжайте в уездную больницу, отсюда всего сорок минут.
Она уже собиралась закрыть окошко, но Сун Вэнь быстро выставил руку, не давая ей захлопнуть:
— Погоди… Мне хотя бы лекарства купить.
Медсестра вздохнула с видом человека, которого выдернули из сна, и спросила:
— А симптомы какие?
— Жар, простуда и живот болит, — Сун Вэнь сам толком не понимал, что с Лу Сыюем. — Боль сильная.
— От этих симптомов у нас ничего нет… — пробормотала медсестра, и в глазах у неё на миг мелькнуло колебание.
— Дай хоть что-то от температуры, — Сун Вэнь пошёл на уступку. — Жаропонижающее. Или пластыри от жара, если есть. А лучше ещё и градусник.
— Подожди минутку, — сказала она и скрылась внутри.
Спустя некоторое время из окошка появилась её рука с коробкой таблеток и термометром. Она протянула их Сун Вэню и на прощание поспешно добавила:
— Братец, уезжай поскорее. Не тяни время.
Сун Вэнь взял коробку с лекарством, но что-то в этом всём показалось ему странным, но он не мог понять, что именно.
— Эм… за лекарства… — начал он, но не успел договорить, как медсестра резко захлопнула металлическое окошко.
Впервые столкнувшись с такой ситуацией и не желая терять ни минуты, Сун Вэнь поспешил обратно к машине.
Лу Сыюй сидел внутри, еле дожидаясь его возвращения. Его лицо было белым, как бумага, лоб весь в испарине. Вдруг он резко поднял голову и хрипло прошептал:
— Я понял…
— Что? — Сун Вэнь нахмурился, подавая ему термометр. — Сначала измерь температуру. Потом сразу едем в уездную больницу.
Лу Сыюй взял термометр, прикусил губу и с трудом выговорил:
— Я понял… Тогда, Сюэ Цзинмин… возможно, сорвался с горы. Его ранили, и если он ещё жив, то, возможно…
Никакой мистики и бессмертных существ не бывает, люди не исчезают просто так. То место на горе, где они были недавно, находилось совсем рядом с небольшим откосом. Там Лу Сыюй чуть не сорвался вниз, и его тогда успел поймать Чжан Дахай. Участок был слишком крутой и заросший, и деревенские, хоть и знали местность, не стали прочёсывать его тщательно.
Теперь, вспоминая всё это, Лу Сыюй начинал подозревать, возможно, Сюэ Цзинмин именно туда и упал. Вот почему его не нашли во время поисков.
Несмотря на жар и резкую боль в животе, разум Лу Сыюя оставался ясным, и внезапная догадка сложилась в убедительную версию.
Сун Вэнь бросил взгляд на коробку с лекарством в руке. На ней впопыхах было выведено ручкой: SOS. Он молча кивнул.
http://bllate.org/book/14901/1433379
