У Линчань злобно прогуливал занятия.
… Но прогуливал-то он с размахом, однако, будучи новичком, он попросту не знал, куда идти. Покружив на месте, он в конце концов направился к задним горам Сычжо сюэгун. Полудемон следовал за ним в полушаге, раздумывал, раздумывал и наконец осторожно спросил:
— Владения Куньфу под контролем Чэнь-сяньцзюня. Тебе не будет пользы от вражды с ним.
У Линчань остановился, встал на цыпочки и положил руки на плечи полудемона:
— Посмотри на мое лицо.
Полудемон взглянул и тут же отвел глаза.
— Разве мое лицо выглядит так, будто меня легко обидеть? — У Линчань состроил свирепое выражение, оскалился. — Или, может, мне стоит ради выживания смиряться и терпеть унижения, жить под чужим крылом, послушаться Сюнь Е, побежать на террасу Пихань, пасть ниц перед Чэнь-сяньцзюнем и возносить ему хвалу?
Как только речь зашла на знакомом языке Союза Бессмертных, у У Линчаня тут же нашлись готовые речевые обороты.
Полудемон на миг замер. Жить, прячась, как бездомный пес… это был его способ выживания. Но У Линчань отличался от него. Может ли однодневная мушка сравниться с луной на небосводе?
У Линчань усмехнулся:
— Это он изначально, не разобравшись, обрушился на меня с упреками! Я не собираюсь терпеть такое унижение!
Полудемон все еще инстинктивно боялся Чэнь Шэ:
— Но демоническая ци и правда не хорошая штука…
— Раз не хорошая, зачем ты мне ее дал?
— Я думал, ты используешь ее по-другому…
Кто мог предположить, что У Линчань сразу поместит ее в свой даньтянь?!
— Ягненок, — У Линчань улыбнулся. — Продолжишь перечить, впредь за мной не ходи!
Полудемон на мгновение застыл, затем тихо пробормотал:
— А что, я могу… всегда следовать за тобой?
— Можешь.
Полудемон снова спросил:
— Меня не убьют?
С кленов падали красные листья, кружась, словно лепестки цветов. У Линчань шел по длинной тропинке и, услышав это, обернулся к нему:
— Что, смерти боишься?
Полудемон не считал страх смерти позором и уверенно кивнул:
— Угу!
У Линчаня никто не воспитывал, поэтому он сохранил в себе детскую непосредственность. Он на ходу то и дело подпрыгивал, носком обуви вздымая слои одежды, и они бесконечно будто образовывали вокруг него распускающиеся лепестки.
— Ладно. Следуй за мной, и будешь есть сладкое и пить пряное, никто тебя не обидит. А если встретишь опасность, просто спрячься в пространстве Сюаньсян.
Полудемон поспешно спросил:
— А шао-цзюнь?
У Линчань покосился на него:
— Я же другой. Если столкнусь с опасностью, то всегда найду способ избежать ее.
Полудемон: «……»
«Откуда вообще такая уверенность?»
Пока полудемон пребывал в оцепенении, У Линчань откуда-то достал кисть, макнул ее в чернильный брусок у себя на запястье и старательно вывел у него на тыльной стороне ладони иероглиф «У».
Полудемон окончательно остолбенел, а У Линчань, выводя иероглиф, спросил:
— Тебя как зовут?
Полудемон:
— Цин Ян.
У Линчань удивился:
— Неужели и вправду Ягненок[1]?
Цин Ян: «……»
«Ладно, пусть называет, как хочет».
У Линчань, успешно обретший в демонических землях преданное себе существо, был так рад, что у него брови взлетели аж до висков. Он покрутил кисть и воткнул ее в волосы, снова начав размышлять.
Куда бы пойти, чтобы найти второго преданного ему?
Только он подумал об этом, как донесся знакомый голос.
— Ой-ой, да это же наш У Кунь-Кунь шао-цзюнь из зала Фэнъюй-Сяо!
У Линчань:
— Ой-ой, да это же наш побежденный!
Чи Фухань: «……»
У Линчань этими четырьмя иероглифами положил противника на обе лопатки. Чи Фухань спустился с небес, стоя на похожем на зеленый лист маленьком челне, его черно-белые одежды развевались изящно и непринужденно.
— Шао-цзюнь, что вы здесь делаете? Почему вы не на экзамене?
Цин Ян инстинктивно боялся людей и, прежде чем тот подошел, уже спрятался в ближайшей роще, не смея показываться.
Вчерашняя стычка из-за провокаций Чи Фуханя привела к тому, что Чэнь Шэ его отругал, но У Линчань не стал срывать зло на Чи Фухане. Он подошел поближе, разглядывая красивый челн под его ногами, похожий на изумрудный лист.
— Что это такое?
Чи Фухань самодовольно встряхнул волосами:
— Это мой новый артефакт-сокровище, Гуаньпинлу! Взмывает в небеса, обозревая горы и моря, оставляя позади любого ублюдка.
У Линчань сказал «О» и спросил:
— А какой у него ранг?
Чи Фухань похвастался:
— Такой артефакт-сокровище, способный в критический момент сохранить жизнь, невероятно редок. Он, как и твои Золотые Колокольчики Четырех Бездн, уникален. Я потратил огромные деньги, чтобы его заполучить, и сегодня использую впервые.
У Линчань с деланным почтением снова спросил:
— О! А ранг-то какой у него?
Чи Фухань:
— Вэнь-гу, этот вечный второй, все еще пыхтит в десятках ли отсюда, летя сюда, и никак меня не догонит.
У Линчань:
— Так какой же все-таки ранг…
Чи Фухань:
— Тебе есть до этого дело или нет? Нет — катись.
У Линчань: «……»
— Не буду с тобой возиться, — сказал Чи Фухань. — Сегодня в Сычжо сюэгун ощущаются сильные колебания демонической ци. Учитель сказал, что, возможно, откроется разлом в пустоте из земель Проклятых Могил. Мы с Вэнь-гу как раз патрулируем окрестности. Ты не шляйся где попало, быстрее возвращайся в зал Фэнъюй-Сяо.
У Линчань не совсем понял. Он взмахнул рукой, выпустив чернильный след, который обвил челн под ногами Чи Фуханя:
— Постой.
Чи Фухань, уже собравшийся взлетать, был дернут за ноги и чуть не полетел вниз головой. В ярости он закричал:
— У Кунь-Кунь! Тебе жить надоело?! Убери свои чернила, запачкаешь мой новый артефакт-сокровище!
У Линчань сделал вид, что не слышит — точь-в-точь как всегда не слышит, когда Сюаньсян ругает его, чтобы не называл его Мобао:
— Я хочу спросить: а что такое демоническая ци?
Чи Фухань, изящно встав на ноги, увидел оставленный на челне чернильный след и пришел в ярость.
— Штука, которую демонические звери используют для практики, разве может быть хорошей?! Советую тебе не зариться на демоническую ци, а быстрее вернуться в зал Фэнъюй-Сяо. Если что случится, по крайней мере, Бай Цан сможет тебя защитить…
Не успел он договорить, как над Сычжо сюэгун вдруг раздалась серия экстренных ударов в тяжелый колокол.
Один удар, два…
Всего семь ударов.
Лицо Чи Фуханя изменилось. Он тут же схватил У Линчаня за шиворот, швырнул его на челн и, не сказав ни слова, взмыл в воздух.
Гуаньпинлу и вправду был артефактом-сокровищем для бегства. У Линчань даже не успел опомниться, как они уже летели.
… Оставив внизу остолбеневшего Цин Яна, смотрящего на белую дымку на небосводе.
Чи Фухань не любил У Кунь-Куня, но знал, что Чэнь-сяньцзюнь благоволит к этому человеку и ценит его, поэтому, как бы тот его ни раздражал, приходилось, зажав нос, обеспечивать его безопасность.
Чи Фухань действовал быстро, меньше чем за три вдоха-выдоха доставив У Линчаня в зал Фэнъюй-Сяо, и произнес суровым тоном:
— В задних горах появилось зверье Проклятых Могил, это очень опасно. Оставайся в зале.
Сказав это, и не дав У Линчаню даже слова вымолвить, он со свистом снова взмыл в небо.
У Линчань: «……»
У Линчань, уставившись в том направлении, куда улетел Чи Фухань, задумчиво пробормотал:
— Хм? Так хорошо ко мне относится… Неужели хочет служить мне? Что ж, из милости позволю ему стать вторым моим Хранителем Закона.
Сюаньсян: «…………»
Колокол Сычжо сюэгун гремел на все восемь сторон. Юные питомцы, не ведая, что такое опасность, все с любопытством прильнули к окнам, разглядывая происходящее, а их лица сияли возбуждением.
У Линчань закрыл глаза, ощущая, что Цин Ян все еще на задних горах и, кажется, спешит сюда. Цин Ян умудрялся подбирать демоническую ци даже во время схваток демонических зверей, и у него было немало способов сохранить жизнь, так что беспокоиться о нем не было нужды.
У Линчань уже собирался вернуться в зал, как увидел, что недавно прибывший наставник, Бай Цан, поспешно приближается:
— Шао… шао-цзюнь? Шао-цзюнь вернулся как раз вовремя! В зале пропал один ребенок!
У Линчань поделился с ним своим богатым опытом:
— В водных бадьях искали? Они любят так себя пугать: находят стебель на поверхности воды, затыкают им отверстие, и через некоторое время не выдерживают и выпрыгивают.
Бай Цан: «……»
Бай Цан не знал, смеяться или плакать:
— Везде искали… Говорят, тот ребенок, услышав, что вы не придете на малый экзамен, сбежал, чтобы найти вас.
У Линчань опешил:
— Искать меня? Как искать?
— Говорят, он несколько дней назад подарил вам маленький листочек, на котором вырезал формацию слежения.
У Линчань: «……»
Обычно это У Линчань преследовал других с помощью чернил, а тут впервые преследовали его самого.
Он покопался в золотых украшениях на поясе и наконец нашел маленький золотой листочек. Как и следовало ожидать, на нем был вырезан детский, неумелый магический рисунок.
У Линчань провел пальцем по формации, и его лицо вдруг изменилось. Если тот ребенок отправился в задние горы…
Привязанности У Линчаня были подобны разбросанным им чернильным каплям: хотя и легкие, но повсюду. Он провел с теми детьми всего несколько дней, глубокая привязанность еще не возникла, но и позволить ребенку попасть в беду он не мог.
Сюаньсян, превратившись в крылья, с легким звоном понес У Линчаня к задним горам. Бай Цан последовал за ним. Он выглядел тщедушным, робким и пугливым, но его техники были неплохими: в мгновение ока он догнал Сюаньсяна и с тревогой стал оглядываться по сторонам.
— Он, наверное, не мог добраться до глубинных районов задних гор, — сказал Сюаньсян. — В Сычжо сюэгун повсюду есть защитные барьеры. Даже если зверье Проклятых Могил появится из разлома, то только во внутренних районах задних гор, принадлежащих сюэгун.
У Линчань кивнул.
Вскоре они достигли окраины задних гор. Бай Цан бесшумно приземлился, сложил пальцы в мудру, закрыл глаза, и его духовная сила вдруг заколебалась, распространяясь во все стороны. Очень скоро он обнаружил нечто необычное.
У Линчань последовал за ним, но с его движениями звенели нефритовые подвески, создавая немалый шум:
— Что?
Бай Цан из-под слоев опавших листьев достал маленькую кисточку — ту самую, принадлежавшую пропавшему ребенку. Брови У Линчаня нахмурились:
— Его все еще можно найти?
Бай Цан кивнул, взмахнул рукой и призвал артефакт-сокровище, похожий на компас:
— Мой врожденный артефакт может выслеживать по ци. Непременно найдем.
Из компаса выскользнул багровый язык, который жадно лизнул кисточку, затем сложные, многослойные круги компаса завертелись, и тот язык вдруг превратился в глаз, пристально уставившийся вперед.
У Линчань поднял взгляд и посмотрел. С кисточки отделилась тонкая красная светящаяся нить, протянувшаяся вглубь задних гор.
Тот сорванец и вправду пробрался внутрь. У Линчань, со звоном паря в воздухе, сказал Сюаньсяну:
— Какой же он проказник, этот ребенок! Не может спокойно сидеть, обязательно полезет куда не надо и навлечет на себя неприятности. Сколько же хлопот он мне доставил! Мобао! Ты знаешь, как я сейчас зол?!
Сюаньсян: «……»
Сюаньсян молчал целых десять вдохов-выдохов, а затем меланхолично произнес:
— Да неужели? Я никогда не знал такого чувства… конечно же.
У Линчань не уловил язвительного тона Сюаньсяна. Его взгляд был прикован к красной следящей нити, уходящей вдаль, и вдруг, заметив что-то, он слегка приподнял бровь.
Как раз в это время вдалеке демонический зверь пожирал труп сородича, а вокруг клубились поднимающиеся к небу фиолетовые клубы тумана. У Линчань остановился.
Бай Цан, все еще охваченный тревогой, увидев это, тут же остановился:
— Что случилось, шао-цзюнь?
У Линчань заколебался и робко сказал:
— Тот демонический зверь такой страшный…
Бай Цан поспешил успокоить его:
— Шао-цзюнь, не бойтесь. У этого демонического зверя нет крыльев. Мы летим по воздуху, он нас не атакует.
У Линчань смотрел на него умоляюще:
— А можно мне ядро того демонического зверя?
Бай Цан опешил:
— Зачем оно нужно? Спасти человека куда важнее!
— Демонический зверь редкий, а мне нужна демоническая ци, — на лице У Линчаня, прекрасном, как картина, отразилась злость и обида. — Я поссорился с Чэнь-сяньцзюнем, он велел мне не трогать демоническую ци, а я назло, назло буду трогать! Мне нужно много-много демонической ци! Чтоб он лопнул от злости!
Бай Цан: «……»
Бай Цан, казалось, был в безвыходном положении, но все же спустился вниз, оседлав ветер. Его мастерство уже достигло пика Золотого Ядра, поэтому он быстро лишил того демонического зверя жизни, извлек ядро и отдал его У Линчаню.
Лицо У Линчаня было слегка бледным, черты прекрасными, как на картине. Он радостно принял ядро:
— Спасибо, лаоши[2]!
Щека Бай Цана была забрызгана кровью. Он с усилием улыбнулся:
— Не стоит благодарности… Следящая нить остановилась в двадцати ли отсюда. Если не поторопиться, она рассеется.
У Линчань кивнул:
— Ага!
Они продолжили лететь вперед. В месте, куда не смотрел Бай Цан, У Линчань слегка пошевелил пальцем, и ядро, полное фиолетовой энергии, было обвито клубком чернил и бесшумно упало вниз с высоты их полета.
Когда оно достигло земли, его лениво поймала изящная, словно нефрит, рука с длинными пальцами.
Направление, указанное компасом, вело к пустоши на задних горах, почти на самой границе с внешними землями Проклятых Могил. У Линчань спокойно последовал за Бай Цанем, оседлав ветер, и в конце концов они остановились возле засохшего дерева.
— Здесь?
Бай Цан кивнул.
У Линчань быстрым шагом подошел к дуплу засохшего дерева и с недоумением произнес:
— Ему всего пять лет, как он мог убежать так далеко? Бай-лаоши, вы уверены, что не ошиблись с местом?
Бай Цан, глядя на изящную, стройную спину У Линчаня, прищурился. Его лицо, обычно выражавшее робость, теперь озарила широкая улыбка.
Из компаса вдруг выскользнул язык, который, подобно сокрушительной волне, обвил талию У Линчаня и с силой швырнул его в дупло.
Бам!
У Линчань, не ожидавший этого, свалился так, что у него звезды в глазах заискрились. Когда это он вообще терпел такое унижение? Еще не поднявшись, он уже начал ругаться:
— Наглость! Что ты делаешь?!
Бай Цан неторопливо вошел внутрь и, с усмешкой глядя на него, произнес:
— Цзян Чжэнлю все думает, что ты коварен и хитер, притворяешься свиньей, чтобы съесть тигра, а я и поверил. Но сегодня, взглянув, я увидел, что ты и вправду просто глуп.
У Линчань не совсем понял:
— Ты… ты человек Цзян Чжэнлю? Зачем ты заманил меня сюда?
Бай Цан небрежно поглаживал компас, не отвечая.
У Линчань уже хотел бежать, как вдруг из дупла протянулась лиана, туго обвив его конечности и талию и крепко привязав к корням дерева. От боли он вскрикнул.
Из темноты медленно вышел человек и ровным голосом произнес:
— Шао-цзюнь только что прибыл, куда же так спешить?
У Линчаню было больно. Он из последних сил поднял голову, чтобы посмотреть, кто это.
Тот человек был весь черный. Это был пятый старейшина, которого несколько дней назад У Линчань облил с головы до ног чернилами.
— Вы оба заодно? — У Линчань покосился на них. — Не вздумайте вредить мне, иначе я вас ни за что не прощу.
Пятый старейшина усмехнулся:
— Шао-цзюнь — драгоценное тело из чистого золота, с самого рождения вас лелеяли и баловали. В прошлом из-за вашего похищения Цзюйфу-цзюнь устроил такую резню, что все виновные были истреблены до последнего, тела разорваны, а души рассеяны. Имея такой пример перед глазами, у нас разве хватит смелости причинить вам вред? Сегодня мы пригласили вас лишь для того, чтобы попросить об одном деле.
У Линчань не очень понял, но уловил последнюю фразу и громко рассмеялся.
— Пригласили? Тогда станьте на колени и бейте поклоны. Возможно, я из милости еще помогу.
Пятый старейшина сказал, поглаживая бороду:
— Шао-цзюнь, не ставьте нас в безвыходное положение. Вините во всем Чэнь Шэ, который в землях Проклятых Могил применяет тактику выжженной земли, иначе мы не стали бы обращаться к вашей особе.
Бай Цану наскучило:
— Долгая ночь — много снов. Меньше болтай с ним.
Он издал свист, и тут же засохшее дерево над головой было раздавлено гигантским когтем, который затем придавил У Линчаня к земле.
Лицо У Линчаня побледнело. Огромный демонический зверь перед глазами был неописуем, его морда была уродлива и отвратительна, все тело покрывали словно каменные осколки, а щеки поросли мхом.
… Жуткий, вызывающий инстинктивный страх.
Глаза демонического зверя были тусклыми, он пристально смотрел на У Линчаня и изрек человеческим голосом:
— Юй-яо[3]… Ключ!
Едва он договорил, как внезапно разинул пасть с клыками и одним движением проглотил не успевшего увернуться У Линчаня вместе с лианой!
Бай Цан и пятый старейшина увидели это, и на лицах их отразилось безумное ликование.
— Портал в землях Проклятых Могил наконец-то откроется!
Демонический зверь, проглотив У Линчаня, издал оглушительный рев, направленный в небеса. Необъятная духовная сила, подобно поднявшейся огромной волне, расходилась кругами, как рябь, во все четыре стороны. В глубинах земель Проклятых Могил бесчисленные демонические звери ответили ревом. Они ожидали, когда портал откроется, чтобы растоптать три мира!
Растоптать три мира.
Три мира.
Растоптать…
Мира «……..»
…Портал никак не реагировал.
Бай Цан слегка нахмурился, и они с пятым старейшиной переглянулись.
И в этот момент огромный демонический зверь вдруг вздрогнул и с силой выплюнул что-то.
— Пф-ф!
Человек и зверь, словно по команде, опустили взгляд на землю.
Там были не останки У Линчаня… а лужица чернил.
Бай Цан остолбенел, затем мгновенно связал воедино все странности, встреченные по пути, и, когда он все понял, у него перехватило дыхание. Неудивительно, что после того, как он вернулся после убийства демонического зверя, У Линчань вел себя как-то странно. Неужели этот маленький шао-цзюнь разгадал его замысел и использовал ситуацию, чтобы применить уловку «золотой цикады, сбрасывающей кожу»[4]?!
Лицо Бай Цана потемнело. Он наконец запоздало осознал, что означали слова Цзян Чжэнлю: «Шао-цзюнь весьма коварен, а амбиции его велики».
И вправду ужасающе.
Лицо пятого старейшины потемнело так, что цветом почти сравнялось с чернилами. В панике он спросил:
— Что же теперь делать?!
— За такое короткое время он не мог убежать с задних гор! — Бай Цан принял решительные меры. — Немедленно разорвите пустоту! Нельзя позволить ему сбежать!
На этот раз они рискнули и раскрыли свою личность, и впредь Чэнь Шэ наверняка будет настороже.
Шанс был только один.
***
В тридцати ли от того места.
Подлинный У Линчань махал крыльями, быстро летя к выходу. Цин Ян к этому времени уже воссоединился с ним. Он не мог угнаться за летящим У Линчанем, стиснул зубы, превратился в демонического барана и помчался во весь опор, цокая копытами.
У Линчань, увидев, что Цин Ян бежит быстрее, чем он летит, просто спустился вниз и уселся ему на спину.
Цин Ян не рассердился, стараясь бежать как можно ровнее. Мчась галопом, он спросил:
— Как шао-цзюнь узнал, что с тем лаоши что-то не так?
— Да сплошные промахи, — самодовольно ответил У Линчань. — Использовать ребенка, чтобы заманить меня в ловушку, — прием слишком низкий. Я с самого начала разгадал его намерения.
Цин Ян:
— Шао-цзюнь прозорлив, как смотрящий сквозь пустоту, яснослышащий…
Сюаньсян выступил с разоблачением:
— На самом деле, уже попав в глубинные районы гор, он обнаружил вдали чернила, оставленные на у-чанлао, и заподозрил неладное.
Цин Ян: «……»
У Линчань не придавал значения деталям. На спине демонического барана его трясло так, что все звенело, бусины со шпильки в волосах били его по лицу. Сжимая в руке добытое ядро демонического зверя, он захохотал зловещим смехом.
— Все еще хотите обмануть вашего шао-цзюня Кунь-Куня?! Потренируйтесь еще лет сто! Ха-ха-ха-ха!
Примечание автора:
У Кунь-Кунь: Хи-хи-хи-хи-хи!!!!!!
Цзян Чжэнлю: И вправду весьма коварен.
Чэнь Шэ все еще скачет сюда верхом.
Нравится глава? Ставь ♥️
[1] Цин Ян (青扬) — имя полудемона. «Цин» — «зеленый», «синий» или «молодой»; «Ян» — «возносить», «поднимать» или «развивать». У Линчань обыгрывает его как «Ягненок» (小羊, сяо ян), так как «Ян» и «Ян» (баран) — омофоны.
[2] Лаоши (老师) — уважительное обращение «учитель», «наставник». Чаще используется в формальных или учебных заведениях, в отличие от более личного и глубокого «шифу» (师父).
[3] Юй яо (鱼钥) — ключ-рыба, рыба-ключ.
[4] Золотая цикада сбрасывает кожу (金蝉脱壳) — военная хитрость, означающая ускользнуть, оставив вместо себя ложную цель или оболочку.
http://bllate.org/book/14899/1324230
