Чонин бездумно коротал время, слегка постукивая носком кеда по линолеуму.
— Прости, что заставил долго ждать.
Спустя некоторое время появился Чейз Прескотт, от которого веяло свежим ароматом геля для душа и дезодоранта. Его светлые волосы были еще влажными и казались темнее на кончиках.
Эйва Уинслоу, все еще разговаривая по телефону, посмотрела на них с таким видом, будто стала свидетелем чего-то очень странного.
— Пошли.
Приподнятое настроение Чонина мгновенно улетучилось.
Покидая здание вместе с Чейзом, Чонин вдруг задумался о практической стороне дела. Чейз сейчас уедет на своем Porsche, а ему что, придется отчаянно крутить педали велосипеда, чтобы угнаться вслед за ним? От мысли о том, насколько нелепо это будет выглядеть, он стал лихорадочно думать, пытаясь найти выход из сложившейся ситуации.
Так и не решившись заговорить, Чонин пришел на парковку вместе с Чейзом. Серебристый Porsche ярко сиял золотом в лучах послеполуденного солнца.
— Подожди минуту.
Оставив Чонина позади машины, Чейз подошел к пассажирской стороне, открыл дверь и порылся внутри. После этого он вернулся, держа в руках знакомый Чонину рюкзак.
— Э!
Радость озарила лицо Чонина, словно он встретил давно потерянного ребенка. Словно находясь под гипнозом, Чонин подошел к Чейзу и прижал к себе рюкзак, который тот протягивал.
— Мой рюкзак!
— Я взял его, потому что он выглядел как вещь ученика нашей школы.
— Спасибо! Прости меня! Правда, большое спасибо!
От волнения из Чонина посыпались всевозможные слова благодарности. Он снова дал себе обещание: отныне не влипать ни в какие истории и жить тихо и незаметно, как и всегда. Наверное, стоит спрятать «тетрадь позора» подальше, как только он окажется дома, или обсудить с Джастином, как от нее избавиться.
— Мне правда очень жаль. То, что там написано, было не всерьез. Просто… от зависти. Это неловко, и… — слегка дрожащим голосом произнес Чонин.
Он понимал, что Чейзу, должно быть, было странно и досадно возиться весь день с ботаником, о чьем существовании тот раньше и не подозревал. Это явно не принесло ему удовольствия.
— Такое больше не повторится. И тебе больше не придется иметь со мной дело. Так что я хотел сказать… береги себя! Огромное спасибо, что вернул рюкзак.
Чейз пристально смотрел на Чонина, который прощался с ним с таким облегчением, будто сбросил тяжкий груз со своих плеч. Он не только не ответил, но на его бесстрастном лице не появилось даже тени улыбки.
Чонин неловко почесал затылок.
— Еще раз спасибо. Ну… я пойду! Счастливо!
Чейз снова ничего не ответил. Чонин решил, что оставаться больше незачем, и развернулся. Он пошел быстрее, чувствуя, что взгляд Чейза все еще следует за ним.
Громкий рев мотора Porsche еще долго разносился по тихой парковке после того, как Чонин скрылся из виду.
***
Чонин приехал домой, весело крутя педали велосипеда. Над его головой плавно покачивались пальмы. Он поймал себя на том, что напевает под нос, любуясь красивым пейзажем, которого даже не заметил утром по дороге в школу.
К нему вернулись голод и аппетит, так что первым делом он открыл холодильник в поисках еды. В стеклянном контейнере лежало мясо в красном маринаде, которое приготовила его мама.
«Да!» — ликовал он про себя.
Сытно поев, Чонин поднялся в свою комнату и расстегнул рюкзак. Ему хотелось поскорее избавиться от этой проклятой красной тетради, которая перевернула его выходные и понедельник с ног на голову.
Однако пока он рылся в сумке, выражение лица Чонина постепенно сменялось тревогой. Все остальные вещи были на месте, но красная тетрадь бесследно исчезла.
Он точно не мог ее нигде выронить.
В панике Чонин дрожащими руками схватил телефон. Он слишком разволновался, чтобы писать сообщение, поэтому решил, что лучше будет позвонить.
— Алло.
«Мне показалось, или голос Чейза звучит грубее обычного?»
Чонин неосознанно втянул голову в плечи.
— Эм, привет, Прескотт. Это Джей Им…
— Я знаю.
— О… да. В общем, насчет той тетради, что была в моем рюкзаке…
— Эй, Джей Им. Разве не вежливо для начала спросить, удобно ли человеку разговаривать?
— О, т-точно… Тебе удобно сейчас говорить?
— Нет. Неудобно.
Застигнутый врасплох неожиданным ответом, Чонин потерял дар речи.
— О… понятно. Должно быть, ты занят.
— Нет, вовсе нет.
На этом моменте показалось, что Чейз намеренно вредничает.
— Тогда почему?
— У меня плохое настроение.
— …Почему?
— Не знаю. И именно от этого мне еще паршивее.
Чонин представил, как тот надул щеки, словно ребенок. Даже с таким недовольным лицом он наверняка выглядел мило. Тем не менее, имея важное дело, Чонин решил поскорее его задобрить.
— Ну… у всех бывают такие дни. Я звоню из-за той тетради.
— Какой тетради?
Хотя Чейз и прикидывался дурачком, расслабленный тон выдавал его. Он прекрасно знал, что случилось с его тетрадью.
— Не делай вид, будто не понимаешь.
— А, ты про «Алую тетрадь»?
Чейз назвал тетрадь «Алая», намекая на ее запретный красный цвет. Подходящее имя. Это окончательно убедило Чонина в том, что тетрадь у Чейза.
— Она ведь у тебя, верно? Верни ее.
— Верну, скоро.
— Когда?
— Когда захочу.
— Что? — голос Чонина стал резче.
— Раз уж половина там написана обо мне, думаю, я имею на это право.
—..
Чонин на мгновение лишился дара речи. В этих словах была неоспоримая правда.
— Как я уже говорил… мне жаль. Я не всерьез.
— Что именно не всерьез? Та часть, где я купил место квотербека за деньги? Или где я переспал со всеми девушками в этой школе? Включая персонал?
— …Похоже, ты очень злишься.
— Нет. Как ни странно, мне это даже нравится. Наверное, это самое веселое, что случалось со мной за последнее время. Тем хуже для тебя.
Чонин не понимал, почему Чейз вдруг стал таким враждебным. Разве он не был вполне дружелюбен еще совсем недавно?
Чонин молчал, не находя слов.
— Тебе это может не нравиться, но нам придется еще какое-то время побыть связанными, — произнес Чеёз. — Смирись с этим.
После этих слов Чейз сбросил звонок. Рука Чонина с телефоном опустилась. Он сидел в прострации, погружаясь в отчаяние.
Он-то думал, что все разрешилось слишком легко, но Чейз, похоже, все-таки вознамерился его помучить.
http://bllate.org/book/14874/1607613
