Они прибыли в резиденцию семьи Хань незадолго до шести вечера, то есть примерно во время ужина. Ся Е ворчал по поводу подарка, но Хань Минсю настоял, что это не нужно делать.
– Нет необходимости приносить что-либо в свой собственный дом, – сказал Хань Минсю.
Сидя на заднем сиденье, Ся Е повернул голову и посмотрел в окно.
«Кто сказал, что это мой дом? Сумасшедший. Если вы не хотите, чтобы я что-нибудь приносил, тогда ладно. Я не из тех, кто делает из мухи слона, поэтому, если я покажусь грубым, то так тому и быть. Мне не нужно никому льстить». – Подумал он про себя.
Хань Цзюньчжоу, сидевший на переднем пассажирском сиденье, обернулся, чтобы поговорить с Ся Е.
– Все действительно в порядке. Не нужно ничего брать с собой. Семья Хань не особо щепетильна в соблюдении формальностей.
– Что ты подразумеваешь под «семьей Хань»? Разве ты не член этой семьи? – Хань Минсю нахмурился. – И почему ты едешь с нами? Я забираю Ся Е домой. Какой смысл тебе тащиться за мной?
– Хм? Мне нужно их навестить, и моя мама — твоя тетя — позвонила мне сегодня днем и пригласила на ужин, – невозмутимо ответил Хань Цзюньчжоу.
Он говорил уверенно, затем подмигнул Ся Е:
– Отвечая на твой предыдущий вопрос, да, конечно, я принадлежу к семье Хань, но наша ветвь отличается от вашей. Я из другой семьи.
Ся Е уловил этот дружеский жест и понял, что Хань Цзюньчжоу пытается успокоить его. Он слегка наклонил голову и улыбнулся. Он помнил его слова о том, что он не принимает ничью сторону.
Хань Минсю горько усмехнулся. Прямо сейчас не имело значения, из какой ветви семьи он происходил — никто не был на его стороне.
Как только Ся Е вошел внутрь особняка, он замер. Он не ожидал увидеть ее здесь. Как он мог быть таким беспечным и забыть о ней?
Минья — невеста Хань Минсю, или, возможно, к этому времени она уже была его женой.
Эта элегантная, сияющая женщина держала на руках Ся Ли, играя с ним. Возле ее ног крутился белый щенок.
– Если вы так любите детей, почему бы вам не завести своего? - поддразнил ее Хань Цзюньчжоу, протискиваясь вперед. -– Каждый раз, когда я прихожу, ты всегда обнимаешь Ся Ли.
– Ты самый плохой, дядя! Ты знаешь, что у меня не может быть детей, но продолжаешь об этом говорить… Ся Ли такой очаровательный, может быть, он мог бы стать моим сыном вместо тебя. – Минья подошла к нему, держа ребенка на руках и тепло улыбаясь Ся Е издалека.
– Ты, должно быть, Ся Е? Привет, я...
Прежде чем она смогла договорить, Ся Ли перебил ее.
– Папа! – Воскликнул малыш, заметив Ся Е. От волнения он пытался выпрыгнуть из объятий Миньи. Она быстро отпустила его, не в силах удержать энергичного ребенка. Ся Е бросился вперед, присел на корточки как раз вовремя, чтобы подхватить своего сына и крепко обнять.
Его сердце бешено колотилось не только от радости встречи с Ся Ли, но и от потрясения, вызванного только что услышанным разговором.
Минья как бы невзначай назвала Хань Цзюньчжоу «дядей». Минья не могла иметь детей. Минья хотела, чтобы Ся Ли был ее сыном.
Было ли это настоящей причиной того, почему Хань Минсю вернулся через три года?
Его жена не могла иметь детей, поэтому они были здесь, чтобы забрать его?
Страх и гнев охватили Ся Е. Все, что он хотел сейчас сделать, это схватить Ся Ли и убежать.
– Что случилось, папочка? – Спросил мальчик, обвивая своими маленькими ручонками шею своего родителя. Он почувствовал, что что-то не так – его отец держал его так крепко, слегка дрожа.
– Ничего, ничего, папа так по тебе скучал, – приглушенным голосом прошептал Ся Е и уткнулся лицом в мягкое, сладко пахнущее плечо малыша. Его голос в сочетании с волосами, касающимися пухлых щек и подбородка Ся Ли, заставили ребенка рассмеяться.
Невинный, радостный смех Ся Ли успокоил напряженные нервы Ся Е, и тот обнаружил, что тоже улыбается.
Хань Минсю наблюдал за ними со стороны, совершенно не подозревая о смятении, творящемся в душе Ся Е. Он видел только эту очаровательную пару отца и сына, и его сердце таяло.
«Это мои люди: мой партнер, мой сын. Скоро у меня будет своя семья», – подумал он.
Не в силах сопротивляться, Хань Минсю наклонился и потянул Ся Е:
– Тебя только что выписали, не сиди так на корточках. У тебя затекут ноги, а когда встанешь, закружится голова.
Ся Е поднял голову и бросил на Хань Минсю свирепый взгляд, стряхнув руку, которая тянулась поддержать его. Медленно поднявшись и держа Ся Ли, он твердо заявил:
– Мы уходим.
– Ой! Сяо Ся, ты здесь! – позвала госпожа Хань Танси, мать Минсю, выходя со стороны кухни. Ся Е поднял глаза и увидел, что она подает на обеденный стол блюдо с креветками. – Иди сюда, уже почти все готово. Ужин скоро подадут.
– Здравствуйте, тетя. Спасибо, что заботились о Ся Ли последние несколько дней. Я вам очень благодарен, – сказал Ся Е, вежливо кланяясь.
– Никаких проблем, Ся Ли такой милый, хорошо воспитанный мальчик, – с улыбкой ответила миссис Хань. – Сяо Ся, ты проделал огромную работу по его воспитанию.
Ся Е слегка покраснел и улыбнулся с чувством гордости.
– У двоюродной сестры есть любимчики, – проворчал Хань Цзюньчжоу. – Она видит только Ся Е и совсем не замечает меня.
– Меня она тоже не замечает, – добавил Хань Минсю. – Где папа?
– Он играет в шахматы. Минья, позови отца и остальных к столу, – попросила Танси.
Ся Е наблюдал за происходящим с ничего не выражающим лицом. Семья Хань пригласила на ужин даже родственников жены Хань Минсю; это было не просто сборище.
Минья с маленьким щенком на руках отправилась звонить своим старшим, а Хань Минсю повернулся к Ся Е.
– Пожалуйста, не торопись уходить, хорошо? Моя мама приготовила несколько особенных блюд специально для тебя. Не присоединишься ли к нам за ужином?
Хань Цзюньчжоу вмешался:
– Моя двоюродная сестра действительно вкусно готовит! Она просто немного ленива, поэтому это случается редко.
– Тсс, Хань Цзюньчжоу! – миссис Хань повысила голос, явно недовольная этим замечанием.
– Лучше иди сюда и помоги! Кого это ты называешь ленивой? Что-то ты совсем распустился. Тебе нужно немного дисциплины, не так ли?..
Оживленная домашняя атмосфера показалась Ся Е странной. Все выглядело непринужденно и даже забавно, но компания, собравшаяся здесь, чтобы поужинать вместе, вызывала у него беспокойство.
Он был приглашен со своим ребенком на ужин к семье своего бывшего парня. За одним столом помимо него соберутся: родители бывшего, его жена, родители жены его бывшего. Была в этом какая-то засада?
Ся Ли потянул Ся Е к тому месту, где стояла Минья, указывая на щенка у нее на руках.
– Собачка, моя! – объявил он.
Минья с улыбкой пояснила:
– Ся Ли, кажется, действительно любит животных. Минсю принес этого самоедского щенка домой два дня назад. Ся Ли сказал, что подождет, пока вы вместе дадите ему имя.
Ся Е удивленно уставился на маленького белого щенка. Его круглые темные глазки ярко блестели, а пушистый белый мех делал его похожим на маленькое улыбающееся облачко. Слегка покачиваясь на руках у Миньи, он высунул крошечный розовый язычок и игриво лизнул руку Ся Е. Вздрогнув, тот отдернул руку.
Ся Ли потянул отца за рубашку:
– Папочка, давай назовем его!
Ся Е снова взглянул на очаровательного глупого щенка, испытывая сложные чувства, но он твердо взял сына за руку и повел его обратно к дивану. Сделав серьезное лицо, он сказал:
– Сяо Ли, мы не можем дать ему имя. Это не наша собака.
– Но это моя собака! – малыш запротестовал, явно встревоженный.
Ся Е покачал головой:
– Мы не можем держать дома собаку, тетя Ван рассердится.
– Здесь, здесь можно, – настаивал Сяо Ли, топая ногами от досады. Ся Е нахмурился, не зная, как ему объяснить.
Хань Минсю вмешался, чтобы разрядить обстановку.
– Ся Е, это всего лишь щенок. Разве это не нормально, если...
– Я разговариваю со своим сыном. К тебе это не имеет никакого отношения, – холодно прервал его Ся Е.
Тому ничего не оставалось, как промолчать.
– Я хочу конфет, – надулся Сяо Ли и, подойдя к столу, открыл декоративную баночку, стоявшую на нем. Ся Е уже заметил на столе эту емкость с замысловатым узором, но не ожидал, что она будет наполнена сладостями. Мальчик уверенно взял оттуда горсть конфет и протянул одну Ся Е:
– Пожалуйста, разверни это для меня.
Ся Е прищурился. Этот парень так открыто ел конфеты? Что ж, по крайней мере, он не забыл сказать «пожалуйста».
Покачав головой, Ся Е положил конфету обратно в банку и сказал:
– Ты разве забыл? Никаких конфет, иначе у тебя будет кариес. Только по одной штучке в день. Сколько ты уже съел сегодня? Он бросил взгляд на маленькое мусорное ведро возле стола — там находилось по меньшей мере пять оберток.
Сяо Ли надулся еще больше, когда вернулся и уселся рядом с Ся Е.
Стараясь угодить сыну, Хань Минсю быстро очистил конфету для Сяо Ли. Но, увидев неодобрение Ся Е, он неохотно положил ее себе в рот.
Заметив возникшее напряжение, Минья передала щенка домработнице и попросила пока убрать его лежанку подальше с глаз Сяо Ли, надеясь, что ребенок скоро забудет об этом.
Вскоре после этого домой вернулся старейшина семьи Хань, Хань Цзюньцзе. Он тепло поприветствовал Ся Е и, помыв руки, позвал всех в столовую.
– Разве семья Цзунбо не приехала с вами? – спросила жена своего мужа, развязывая фартук.
– У них неожиданные гости. Они будут здесь чуть позже, так что давайте сначала поедим, – сказал Хань Цзюньцзе, выдвигая стул для своей жены.
Тетя Хань подвела все еще обиженного Ся Ли к предназначенному для него высокому стулу, чтобы помочь ему сесть за стол. Хань Минсю сел напротив отца, отодвинув стул для Ся Е, который неохотно сел рядом. Слева от него сидел Хань Цзюньчжоу, а справа – Хань Цзюньцзе. Глава семьи сидел рядом с ним. Минья села по другую сторону от Хань Минсю, рядом с его матерью, замыкая круг вокруг стола для них шестерых.
– Ся Е, попробуй блюда тети Хань, – радушно пригласил Хан Цзюньцзе. – Это жареные креветки, ребрышки в кисло-сладком соусе и рыба с лимоном, приготовленная на пару, – ее фирменные блюда. Попробуй.
Ся Е взял ребрышко и заметил:
– Дядя, вы с первого взгляда можете определить, какие блюда приготовила тетя.
На что Хан Цзюньцзе усмехнулся:
– За все эти годы она освоила только эти блюда. Когда ты приходил в прошлый раз, на столе, наверное, были такие же.
– Дорогой? – мать Хань Минсю одарила мужа игриво-угрожающей улыбкой. – Тебе обязательно было выставлять меня в таком свете перед Ся Е?
Все за столом рассмеялись а Ся Е быстро расправился с ребрышками, похвалив их вкус.
Атмосфера была непринужденной, но Ся Е чувствовал себя неуютно, игнорируя жесты внимания Хань Минсю. Он не мог понять, что творилось в голове у этого человека, когда он подавал еду кому-то другому прямо на глазах у своей жены. Минья, со своей стороны, казалась равнодушной к поведению мужа и продолжала весело болтать со свекровью.
Ся Е задался вопросом, не является ли эта спокойная терпимость навыком выживания, приобретенным благодаря вступлению в богатую семью. Не желая больше оставаться и наблюдать эту мелодраму, он молча съел половину миски риса и отложил палочки для еды.
Как раз в тот момент, когда Ся Е раздумывал, как бы извиниться и распрощаться, в дверь позвонили. Дворецкий открыл, впуская пару средних лет с большой сумкой в руках.
– Цзунбо, Чжиавен! Вы здесь, присоединяйтесь к нам! – тепло позвал старший Хань. – Что ты принес с собой? Сумка выглядит тяжелой!
Хань Цзунбо, младший брат Хань Цзюньцзе и директор больницы «Юнбанг», слегка приподнял сумку, чтобы продемонстрировать:
– Это арбуз. Мой друг привез большой арбуз Хуабао, и я отрезал половину, чтобы принести сюда.
– Папа, ты не должен был этого делать, – вздохнула Минья. – Тетя Хань предупреждала, что мы здесь больше не едим арбузы!
– Почему это предпочтения Минсю должны влиять на всех остальных? – Спросил Хань Цзунбо, выглядя удивленным.
Вдруг заметив незнакомого молодого человека за столом, он с улыбкой повернулся к нему:
- Вы, должно быть, Ся Е, отец Ся Ли? Я троюродный дядя Минсю. Ты любишь арбузы?
Ся Е выглядел озадаченным.
– Отнеси арбуз на кухню, – мягко попросила жена Цзунбо. – Не заставляй Минсю чувствовать себя неловко.
– Кто когда-нибудь слышал, чтобы запах арбуза вызывал беспокойство? – Пробормотал Хань Цзунбо, унося арбуз. – За все годы работы врачом я не сталкивался ни с чем подобным.
– Никто не знает, что с ним происходит, сказала миссис Хань, смеясь. – Раньше он любил арбузы, но в последние годы даже от их запаха его подташнивает. В прошлый раз в доме друзей подавали арбуз, так в итоге он извинился и ушел — это было унизительно!
Ся Е вдруг осенило. Значит, Хань Минсю испытывал к нему такое отвращение, что даже запах арбуза вызывал у него тошноту? Как жаль, что он, Ся Е, сейчас не может выделять никаких феромонов, иначе он бы с удовольствием с помощью их прикончил его на месте.
С холодным выражением лица Ся Е внезапно встал. Его серебряные палочки для еды, неправильно положенные, громко звякнули об пол, привлекая всеобщее внимание. Все замолчали и посмотрели на него.
– Мы с Ся Ли уходим. Спасибо за угощение.
Ся Е оглянулся и увидел, что малыш все еще продолжает сидеть, рассеянно играя со своими игрушками во время еды. Раздраженный, он резко крикнул:
– Ся Ли, я сказал, что мы уходим. Мы идем домой.
Он не мог оставаться здесь больше ни минуты.
http://bllate.org/book/14863/1322621
