Перед Шэнь Мо отворились железные ворота, и он вошёл внутрь. Перед собой он увидел большой сад с тщательно ухоженными цветами и деревьями, а также небольшим искусственным озером, сверкающим на солнце. Пока он шёл по аккуратной дорожке к дому в смешанном западно-восточном стиле, его сопровождали громкие почтительные голоса десятка слуг.
Подняв глаза, можно было увидеть дом из тёмно-красного кирпича с колоннами в западном стиле и величественным архитектурным стилем.
Особняк семьи Лу
Кто-то подошёл и забрал ящик из рук Шэнь Мо. Тот же поправил шляпу на своей голове и спокойным взглядом бегло оглядел окружающую обстановку.
Можно было повсюду увидеть патрулирующих охранников, у дверей было припарковано несколько автомобилей, и рядом с домом также стояла оранжерея. Стоя снаружи и просто глядя на великолепные цветы, казалось, можно было ощутить освежающий аромат цветов.
Оранжерея
В это время из дверей вышло несколько человек во главе с женщиной, одетой в тёмно-синий чонсам с золотой вышивкой и рукавами до локтей. Она выглядела элегантной и роскошной. Это была Первая жена Лу Чжисина, биологическая мать Лу Цюфэна, Лу Юаньши.
Наряд Лу Юаньши
Одна из женщин позади неё была одета в розовый чонсам, который подчёркивал её пышную фигуру и манящие манеры. Это была Вторая жена Лу Чжисина, вторая наложница семьи Лу, в своё время бывшая в Paramount ойран года, Бай Мудань.
Наряд Бай Мудань
П/п: Paramount, полное название «Shanghai Paramount», занимает площадь 2.550 квадратных метров. Это знаковое развлекательное заведение в Шанхае, в основном занимающееся кейтерингом (комплекс услуг, направленных на обслуживание мероприятий в различных форматах), а также вокально-танцевальной культурой. Paramount – одно из выдающихся исторических зданий Шанхая, находящееся под защитой.
Paramount
Ойран – один из видов проституток в Японии. Ойран являлись одними из юдзё – «женщин для удовольствия», проституток. Тем не менее ойран были отделены от юдзё тем, что, в отличие от тех, выполняли не только сексуальные функции, но также развлекали клиентов более утончёнными способами. Многие ойран были звёздами своего времени, известными далеко за пределами весёлых кварталов.
«Цюфэн, наконец-то ты вернулся, – Лу Юаньши взяла Шэнь Мо за руку. Хотя в её словах и звучали обвинения, тон явно был любящим. – Я не забирала тебя с причала. Когда твой отец узнал новости, он немедленно поехал тебя искать».
«Мама, со мной вернулась одноклассница, и я хотел сначала отправить её домой. Прости, что заставил тебя беспокоиться», – Шэнь Мо опустил глаза и заговорил лёгким тоном.
«Просто хорошо, что ты вернулся», – Лу Юаньши взглянула на своего сына, который уже был намного выше её, теперь можно было избавиться от тоски по нему днём и ночью. В этом доме у неё наконец-то появился тот, на кого можно было положиться. Её взгляд незаметно скользнул по Бай Мудань, и она сказала дворецкому, стоявшему позади неё: «А-Фу, иди и сообщи хозяину».
П/п: Префикс «А» употребляется вместе с последним иероглифом имени и создаёт уменьшительное отношение. Так обращаются в первую очередь к детям и слугам, к кому-то, кого опекают или хотят проявить нежность – ну или просто подчеркнуть положение неизмеримо ниже себя. От младшего к старшему он неуместен.
«Да, мадам», – ответил дворецкий и ушёл, не смея задерживаться ни на миг.
Пронёсся порыв ветра, и в воздухе повеяло свежим ароматом. Уголки рта Шэнь Мо дрогнули, и он слегка приподнял брови: «Вторая тётя».
Это обращение ошеломило обеих женщин.
После некоторых подозрений Лу Юаньши почувствовала облегчение. Её сын отличался от прежнего и больше не показывал своих эмоций на лице. Это был его самый большой прогресс.
С другой стороны, Бай Мудань несколько секунд многозначительно смотрела на Шэнь Мо. Казалось, она что-то вспомнила, и на её прекрасном лице проступила улыбка.
«Сестра, а Сяо Фэн-то действительно красавец, – Бай Мудань достала из-за пазухи носовой платок и прикрыла им рот. Она мягко улыбнулась, и её красные губы приоткрылись. – Думается, уже завтра эти семьи начнут приезжать сюда одна за другой, когда услышат новости».
П/п: Сяо – префикс, означающий в китайском языке «младший, маленький, молодой». Префикс может употребляться вместе с фамилией, тогда это нечто официальное, аналогичное современному «младший коллега». А вот «сяо» плюс имя создает уменьшительно-ласкательный элемент, так можно обратиться к близкому другу/родственнику младше вас.
Лу Юаньши лишь равнодушно хмыкнула, но втайне призадумалась.
Во всём Шанхае не было никакой былое подходящей партии, чем компания Сюй Фэн. Поразмыслив, Лу Юаньши пришла к выводу, что в этом был смысл. Дочь семьи Сюй была примерно того же возраста, что и Цюфэн. Можно было воспользоваться танцами в марте, чтобы позволить двум молодым людям пообщаться лицом к лицу.
Войдя в вестибюль, Шэнь Мо залюбовался декоративной резьбой и нефритовой кладкой, которые были поистине великолепны.
Вестибюль особняка семьи Лу
Несколько служанок в униформе и с длинными косами принесли закуски и чай. Лу Юаньши взяла Шэнь Мо за руку и расспросила о его жизни за границей.
Бай Мудань неторопливо поедала семена дыни, но при этом внимательно слушала.
Через некоторое время за дверью послышался шум автомобильного двигателя. Вошёл Лу Чжисин, одетый в длинный халат и куртку-мандарин. Он поспешно подошёл к Шэнь Мо и обнял его.
Наряд Лу Чжисина
Отец и сын сели на диван, заведя беседу о мужских делах в дымке аромата чая. Ничего сенсационного не было, они оба были довольно прямолинейны.
Лу Юаньши и Бай Мудань встали и ушли.
С течением времени взгляд Лу Чжисина на сына постепенно менялся. В прошлом году он даже ездил за границу, чтобы его навестить. Всего за год у молодого парня перед ним исчезла порывистость, оставив вместо этого спокойствие и сдержанность.
«Цюфэн, у тебя есть какие-нибудь предложения по поводу пристани через два месяца?»
Шэнь Мо слегка поджал уголки губ, прищурил глаза, и на его лице промелькнула вспышка настороженности. Он нахмурился и принял смущённый вид: «Отец, не стоит сходу принимать решение по этому вопросу. Покажи мне подробную информацию о конкурентах, а также о работе причала в этом году».
«Ладно», – тот просто небрежно об этом упомянул, не ожидая, что Лу Цюфэн что-либо скажет. В конце концов, тот ещё только закончил учёбу и ещё не вступил в общество, поэтому не мог многое понять.
Однако, видя серьёзное выражение лица Цюфэна, Лу Чжисин, который, на самом деле, уже много лет не улыбался, расплылся в улыбке и похлопал Шэнь Мо по плечу, чувствуя некоторое облегчение.
После ужина Шэнь Мо остался в своей комнате. Дорогое покрытие под его ногами было очень мягким. У него были три комнаты: гостиная, чайная и спальня, – все оформленные в европейском стиле. Он открыл окно и посмотрел вниз. Оно как раз выходило на небольшое озеро, и он мог наслаждаться всеми прекрасными пейзажами.
В течение следующих нескольких дней Шэнь Мо никуда не выходил, сидя в своей комнате и читая книги. Ознакомившись с текущей ситуацией, он начал интересоваться этим генералом, известным в Шанхае как король Ракшасов.
П/п: Первоначально слово «Ракшаса» было транслитерацией санскритского слова «Ракшаса», что означает «дьявол» или «злой дух». В буддийской культуре Ракшаса обычно описывается как злобный призрак, обладающий огромной силой и злобной натурой. Будучи лидером ракшасов, Король Ракшасов символизирует силу зла и разрушения. В буддийских историях Король Ракшасов часто противопоставляется положительным героическим персонажам, отражая тему противостояния добра и зла.
*
Шестого марта владелец Paramount Жун Сы устраивал в отеле Huayu танцевальную вечеринку. Любой получивший приглашение, независимо от того, насколько он был занят, должен был изыскать время, чтобы прийти. Даже иностранные бизнесмены, которые там останавливались, давали ему достаточно лица.
П/п: Напоминаю тем, кто прочитал ещё недостаточно китайских новелл, что китайцы придают большое значению своему лицу, как олицетворению своей репутации, гордости и чести. Отсюда и много связанных с ним метафорических выражений: «придать лицо», «учесть лицо», «растоптать лицо», «шлёпнуть по лицу» и т.п. Также следует учесть, что иногда лицо распространяется на всю группу, организацию, клан, к которым принадлежит человек.
Шэнь Мо переоделся в новый сшитый костюм и настолько низко надвинул шляпу, что были едва видны его глаза, оставляя открытыми только чётко очерченные контуры и губы красивой формы.
Рядом с отелем парковались машины, и швейцары перед входом были заняты приёмом гостей. Гости в разнообразных нарядах входили в сопровождении своих спутниц.
Шэнь Мо протянул пригласительный билет, официант взглянул на него и поклонился, делая приглашающий жест: «Прибыл молодой господин Лу Цюфэн из семьи Лу».
После этого крика все взгляды с любопытством устремились на вошедшего молодого человека в белом костюме и галстуке, но, к сожалению, тень от шляпы закрывала то, что они хотели увидеть.
Весь зал был залит ярким светом, и хрустальные люстры над головами отражались в бокалах дорогого ароматного вина.
Здесь присутствовали знаменитости, богатые отпрыски и все выдающиеся молодые люди Шанхая.
Шэнь Мо взял бокал красного вина и устроился в стороне от оживлённого центра. Облокотившись, в поле его зрения появилась пара красных кожаных туфель без каких-либо нейлоновых чулок на обнажённых белоснежных ножках. Шэнь Мо поднял глаза.
У женщины было чересчур обаятельное лицо. Рука с накрашенными красным лаком ногтями держала бокал вина, на ободке которого был соблазнительный след от губной помады. Другая рука небрежно держала сигарету. Она сделала затяжку своими чарующими красными губами и лениво выдохнула облачко дыма. Её фигура была грациозной, на плечи была свободно наброшена норковая накидка, а из-под глубокого выреза ярко-красного чонсама еле заметно вырисовывались белоснежные бёдра.
Наряд незнакомки
«Г-н Лу, наслаждаетесь выпивкой?» – она с улыбкой наблюдала за юношей перед собой, взгляд задержался на киноварной родинке в уголке его глаз. Сигарета в руке женщины заполнила окружение дымом, и выражение её лица на мгновение стало размытым.
Шэнь Мо бросил на неё равнодушный взгляд, встряхнул бокал, поднял голову и сделал глоток вина. Его горло мгновенно заполнилось слегка терпким вкусом.
«Прибыл генерал Линь Цзяньбай».
С этим криком все голоса в зале оборвались, а толпа отступила в стороны.
По гладкому мраморному полу ступили кожаные туфли, издавая звук «та-та». Мужчина был одет в строгую военную форму, и медные погоны на его плечах отражали свет. Его холодные жёсткие черты лица делали его ещё более суровым. Крепкая прямая фигура привлекала внимание, но его глубокие, как холодный нефрит, глаза вызывали опасение.
Шэнь Мо прищурился и уставился на главную цель этого тома. Кажется, будет немного сложно, ах…
Пожалуйста, не забывайте ставить лайки и «Спасибо». Переводчику очень приятно. <(＿ ＿)>
http://bllate.org/book/14837/1321127
