Глава 16: Шестнадцать ветряных мельниц.
Средине ночи Тонг Чэ проснулся от удушья.
До пробуждения ему снился сладкий и довольно смущающий сон —
Во сне, на дневном склоне холма, Му Хань Фэн учил его запускать воздушного змея.
Однако, в отличие от реальности, где Му Хань Фэн, хоть и помогал, просто стоял рядом, держа его за руку, во сне он стоял позади Тонг Чэ, полностью обнимая его и направляя движения его рук.
Тонг Чэ во сне, конечно же, был крайне смущен: не только его уши и щеки горели, но и каждая клеточка кожи, соприкасающаяся с Му Хань Фэном, будто и правда пылала от ощущений.
Но постепенно, это жгучее смущение перешло в физиологическое горячее состояние тела.
Его тело становилось всё жарче, пот стекал со лба, а руки, обхватывающие его талию, превращались в сладкое бремя, заставляя его чувствовать, что дышать становится всё труднее и труднее.
Феромоны начали неконтролируемо выбрасываться из желез, и весь он словно утонул в аромате кокоса.
...
Наконец, Тонг Чэ проснулся.
Вздохнув полной грудью, Тонг Чэ окончательно пришел в себя, всё ещё ошеломленный.
Это не могло быть сном — вся комната наполнилась запахом его феромонов!
Тонг Чэ сел на кровати, и его первым желанием было взглянуть на Му Хань Фэна, спавшего на соседней кровати.
Увидев, что тот лежит на спине с закрытыми глазами и ровным дыханием, Тонг Чэ облегченно вздохнул.
Не теряя времени, он вскочил с кровати, но его ноги тут же подкосились. С трудом опираясь на край кровати, он сумел устоять.
Подождав, пока черные пятна перед глазами исчезнут, Тонг Чэ осторожно открыл чемодан, достал ингибитор и блокатор, на цыпочках прошел в ванную и закрыл за собой дверь.
Тонг Чэ не знал, что в тот момент, когда дверь ванной захлопнулась, "спавший" Му Хань Фэн открыл глаза, ясные и совершенно бодрствующие.
В ванной, Тонг Чэ первым делом ввел себе блокатор. Его эффект был схож с действием шейного кольца, но если кольцо служит физическим барьером, то блокатор — химическим.
В ситуации, когда феромоны вырываются из-под контроля, шейное кольцо уже не помогает, и только блокатор может спасти ситуацию.
Но, блокатор только предотвращает утечку феромонов наружу, не подавляя их активности внутри тела.
Прислонившись к холодной плитке, Тонг Чэ сделал глубокий вдох. Спустя пару минут он без колебаний вскрыл упаковку с ингибитором.
Его ингибитор был сильнодействующим. Обычно он срабатывал в течение пяти минут, и феромоны постепенно приходили в норму.
Тонг Чэ, регулируя дыхание, ждал, когда начнет действовать препарат.
Проходила минута за минутой, но на этот раз даже спустя десять минут Тонг Чэ не почувствовал никаких признаков стабилизации.
"Ложная течка…"
В этот момент, эти два слова внезапно всплыли в голове Тонг Чэ.
На уроках физиологии в средней школе говорили, что в состоянии ложной течки ингибитор бессилен.
Тонг Чэ крепко сжал губы, его лицо побледнело.
Теперь он понял, что его совместимость с Му Хань Фэном действительно крайне высока.
Ему даже не нужно было проходить тесты — его тело уже дало самый честный ответ. Каждая клеточка его существа кричала о желании, жаждая приблизиться к Му Хань Фэну, жаждая, чтобы тот укусил его, нуждаясь быть полностью окутанным его феромонами.
Но это невозможно.
Они не пара, возможно, даже не друзья.
Что теперь делать?
Выйти из ванной, броситься к Му Хань Фэну и, не стесняясь, попросить: "Господин Му, не могли бы вы меня укусить?"
Это, очевидно, невозможно. К тому же Тонг Чэ обнаружил, что его ноги так ослабли, что он едва может стоять. Он оперся на руки, чтобы удержаться, но те тоже дрожали, и в итоге он без сил опустился на пол.
Тонг Чэ усмехнулся над собой, горько приподняв уголки губ. Ему действительно хотелось забыть о стыде, но его тело не оставило ему ни единого шанса.
На самом деле, быть укушенным не представлялось возможным, разве что заснуть, увидеть сон, где господин Му его кусает, и, возможно, тогда все пройдет.
С такой надеждой Тонг Чэ прислонился головой к стене, закрыл глаза и попытался загипнотизировать себя, чтобы заснуть.
Но в этот раз физический дискомфорт был слишком сильным, настолько сильным, что Тонг Чэ не мог его игнорировать и не мог заснуть вовсе.
При этом, сил двигаться не было, а разум был совершенно запутанным. Казалось, он вернулся в ту ночь десять лет назад, когда произошла его первая дифференциация, тогда же он и узнал свой вторичный пол...
Внезапно раздался резкий стук в дверь ванной, и послышался встревоженный голос Му Хань Фэна.
— Тонг Тонг? Ты в порядке, Тонг Тонг?
Губы Тонг Чэ дрогнули, но ни звука не сорвалось.
— Тонг Тонг, я вхожу!
Тонг Чэ услышал голос Му Хань Фэна, но он казался и близким, и далеким одновременно, как будто доносился из другого мира.
Он не мог ответить. Единственное, что он увидел, — это как дверь ванной открывается, и перед ним возникает высокая фигура.
В глазах Тонг Чэ всё расплывалось, он уже не мог разглядеть лица перед ним.
Но он знал, что это Му Хань Фэн.
Потому что через мгновение он оказался в объятиях, полных запаха моря, уютных и приносящих покой.
Тонг Чэ снова попытался что-то сказать, и тихим голосом прошептал:
— Господин Му...
— Я здесь, — ответил Му Хань Фэн своим низким, успокаивающим голосом. — Спи. Когда проснешься, всё пройдет.
Тонг Чэ с трудом улыбнулся, и перед тем как погрузиться в глубокий сон, его посетила неожиданная мысль:
Кажется, в ту первую ночь дифференциации его тоже кто-то так держал.
Му Хань Фэн аккуратно положил Тонг Чэ на кровать, но не решился уйти и остался сидеть рядом.
Он всегда спал чутко, поэтому, в тот момент когда Тонг Чэ ворочался по кровати, а после резко сел , Му Хань Фэн проснулся вместе с ним
Му Хань Фэн хотел спросить, что случилось, но в тот момент он вдруг понял, что запах кокоса, витавший у него под носом, был реальным, а не плодом его воображения.
Хотя он и был альфой, он прекрасно знал основы физиологии и понял, что Тонг Чэ находится в состоянии течки.
Он не знал, почему это случилось так внезапно, но понимал, что маленький омега с его тонкой кожей и ранимой душой наверняка смутится, если услышит вопросы.
Му Хань Фэн сделал вид, что спит, и был уверен, что его обман не раскроют.
Он закрыл глаза и услышал, как Тонг Чэ встал с кровати, как он открыл чемодан, услышал шорох — видимо, тот взял ингибитор или блокатор — и, наконец, услышал, как он вошел в ванную и закрыл дверь.
Му Хань Фэн решил, что на этом эпизод закончится. Но прошло больше пятнадцати минут, а Тонг Чэ так и не вышел. Более того, из ванной не раздавалось ни звука.
Теперь Му Хань Фэн уже не мог думать о том, что Тонг Чэ может смутиться, его безопасность важнее. Он встал с кровати и быстрыми шагами подошел к двери ванной.
За дверью сидел маленький омега с растрепанными волосами и покрасневшим лицом, выглядевший совершенно потерянным.
Он поднял его на руки. Тонг Чэ оказался мягким и теплым, дышал неровно, а слабый аромат кокоса окутывал его всего.
Но этот запах не пробудил в Му Хань Фэне никакого желания. Напротив, он чувствовал только сострадание.
Му Хань Фэн вдруг осознал, что не испытывал таких эмоций последние десять лет.
Он не знал, почему ингибитор Тонг Чэ не сработал, но, как говорится, "не ел свинину, но видел, как бегают свиньи". Му Хань Фэн понимал, что в такой ситуации нужно временно пометить омегу.
Но сейчас, Тонг Чэ уже спал, и, даже желая помочь ему, Му Хань Фэн не собирался воспользоваться ситуацией, чтобы сделать что-либо без разрешения самого Чэ.
Смотря на маленького омегу, который спал на кровати, но дышал неровно, хмурился и инстинктивно тянулся к нему, Му Хань Фэн приподнял брови, понимая, что есть другой способ...
Эта мысль была внезапной и абсурдной, но сейчас была глубокая ночь, и обращаться к сопровождающему врачу съемочной группы было неудобно. Поэтому, похоже, оставалось только попробовать.
С этой мыслью Му Хань Фэн больше не колебался. Он поднялся, подошел к прикроватной тумбочке, открыл ящик, достал таблетки для сна, высыпал сразу три и проглотил их залпом.
Это был новый препарат, который он начал использовать совсем недавно. Его действие было довольно сильным.
Для такого, как он, кто постоянно страдал от бессонницы, обычно одна таблетка была достаточно эффективной. Но это касалось нормального ночного сна. Чтобы заснуть после пробуждения посреди ночи, Му Хань Фэн знал, что потребуется сразу три таблетки.
Если он не заснет, его метод не сработает.
Му Хань Фэн не стал возвращаться в свою кровать, а присел у изголовья кровати Тонг Чэ, закрыл глаза и ждал, пока подействует лекарство, погружая его в глубокий сон.
...
Тонг Чэ снова погрузился в сон.
Из-за этой ложной течки, феромоны, которые долгое время подавлялись действием ингибиторов, внезапно вырвались наружу. Даже во сне.
Во сне тринадцатилетний Тонг Чэ, только начавший свою дифференциацию, испытывал сильнейший физический дискомфорт, сидя на большом рифе у моря с двумя банками холодного пива в руках.
Сделав глубокий вдох, мальчик с усилием поднял слабые руки, дрожащими пальцами открыл банку и залпом выпил ее содержимое.
Для юного Тонг Чэ, впервые попробовавшего алкоголь, вкус был невыносимо горьким. Его тело, уже измученное, казалось, горело изнутри.
Но мальчик не остановился. Он открыл вторую банку, несмотря на жжение и боль, и продолжил пить, чувствуя лишь освобождение.
На уроках физиологии говорили, что перед дифференциацией нельзя употреблять алкоголь, особенно омегам, так как это может привести к опасным последствиям, вплоть до смерти.
Голова кружилась, перед глазами сгущался черный туман. Мальчик с трудом держал банку, пока она не выпала из рук и не укатилась в песок, поглощенная морской водой.
Его дыхание замедлилось, сердцебиение стало реже...
Тонг Чэ был уверен, что умрет на том берегу.
Но за мгновение до того, как потерять сознание, он почувствовал сильный запах моря, полностью окутывающий его.
Сквозь туман он увидел высокую фигуру, и его легко подняли сильные руки.
Странно, но во сне Тонг Чэ, не зная Му Хань Фэна, не испытывал страха. Наоборот, он чувствовал себя спокойно и даже уютно в этих объятиях.
Как утопающий, ухватившийся за спасательный круг, мальчик бессознательно свернулся в руках у Му Хань Фэна, тихо шепча и прижимаясь, словно маленький котенок.
— Не терись об меня, — раздался сверху низкий предупреждающий голос.
Но разум Тонг Чэ почти отключился. Он еле разобрал слова, но всё равно пробормотал:
— Буду тереться, хочу... хочу...
— Чего ты хочешь? — снова спросил Му Хань Фэн, его голос звучал еще хриплее.
В этот момент, Тонг Чэ вдруг осознал, что это уже не просто сон. В голове осталось только одно желание, и он тихо прошептал:
— Хочу... чтобы господин Му укусил меня...
Запах моря стал ещё сильнее, словно приближающийся прилив.
Это ощущение было таким реальным, что уже не казалось сном.
Тонг Чэ резко открыл глаза и оказался лицом к груди Му Хань Фэна.
Он поднял голову и встретился с глазами, полными бездонной глубины.
Му Хань Фэн вдруг поддержал его затылок и прижал к себе. Его взгляд упал на обнаженные железы на шее Тонг Чэ, покрасневшие и слегка вздутые.
Необычайно красивые.
Му Хань Фэн стиснул зубы, ощущая, как внутри нарастает напряжение. Он знал — это были железы Тонг Чэ.
Продолжение следует...
Перевод был выполнен: mukipuki
Редактор: 江リアン
http://bllate.org/book/14793/1318874
