Один месяц — это цикл обновления клеток кожи. Стратегия «голодного маркетинга», выбранная для «Снежной кожи», до предела разогрела любопытство публики.
Не все потребители были активными пользователями сети; основная аудитория «Снежной кожи» на данный момент состояла из молодых людей, следящих за сетевыми новостями. Поскольку цена продукта составляла 599 юаней, он не считался бюджетным среди брендовых тоников. Поэтому большинство сомневающихся ждало отзывов первой партии покупателей. Рекламе звезд и блогеров они предпочитали реальные отзывы на торговых площадках.
В течение этого месяца бесчисленные косметические компании ждали провала «Снежной кожи». Господин Чэнь из компании «Лулинь» был одним из них. Его звали Чэнь Цун. Он долгое время продвигал товары под эгидой «отечественного бренда» и сумел удержаться на плаву. Хотя его компания не входила в топ лучших в Китае, она пользовалась авторитетом у поколения мам — за дешевизну.
— Подумать только, какие-то новички решили закрепиться в мире косметики? Особенно этот Су Цинъюань, который позволил этому мерзавцу Гань Линю оскорбить меня! — Чэнь Цун считал себя авторитетом в отрасли и не ожидал, что два выскочки появятся из ниоткуда и полностью нарушат баланс сил.
Он должен дать этим юнцам понять: в этом кругу не так-то просто выжить.
Помощник вернулся после решения дел в соседнем офисе с неважным выражением лица. Чэнь Цун решил зайти со стороны темы плагиата, надеясь столкнуть две группы лбами, и специально отправил помощника связаться со СМИ.
— Что сказали в «Цюньин Медиа»? — это агентство давно сотрудничало с Чэнь Цуном и всегда выходило победителем. Раньше уже бывали дерзкие новички, пытавшиеся откусить кусок пирога у «Лулинь», но после двойного удара от агентства и корпорации они бесследно исчезали. Чэнь Цун уверенно улыбнулся: — Я предложил отличные условия, у «Цюньин» нет причин отказывать.
Помощник замялся:
— «Цюньин Медиа» отклонили наше предложение.
— Отклонили... Ха-ха-ха, ЧТО?! «Цюньин» отказались?! — вскрикнул Чэнь Цун. Его резкий голос сорвался, будто его схватили за горло. — Как они могли отказать?
— Похоже, они очень боятся Су Тайцяна, — ответил помощник. — Как только услышали, что Су Цинъюань — его брат, сразу дали заднюю. Возможно, после недавнего скандала с маркетингом «диких брендов» те, кто занимается пиаром в СМИ, теперь пугаются одного имени Су Цинъюаня.
— Трусы! У него за спиной всего лишь Су Тайцян. А у самого Су Тайцяна в компании сейчас такой бардак, что ему не до того, чтобы разгребать проблемы братишки! — Чэнь Цун был вне себя от обиды. Он и представить не мог, что некогда бесстрашное агентство так струсит. Неужели Су Цинъюаню позволят бесчинствовать в этой сфере? Пока Чэнь мучился от досады, внезапно раздался звонок из головного офиса.
Звонил помощник господина Чэна по фамилии Гао. Его голос был пронзительным:
— Слышал, ты собрался вставлять палки в колеса группе «Цзинлань»?
— А, да, — Чэнь Цун едва не упал на колени, просто услышав голос помощника Гао. — Я лишь хотел преподать новичку небольшой урок, ничего личного.
— Неважно, что ты задумал. Господин Чэн передал: не перекрывай все пути, чтобы потом не оказаться в ситуации, когда невозможно будет всё замять.
— Значит, господин Чэн имеет в виду... — Чэнь Цун сообразил: неужели головная компания собирается помочь?
Помощник Гао ответил холодно и высокомерно:
— Считай, что компания всё устроит.
Сердце Чэнь Цуна забилось чаще. Даже когда резкий голос помощника Гао стих, он долго не мог прийти в себя. Он не совсем понимал: головная компания тоже хочет ударить по «Цзинлань»? Но судя по словам Гао, они хотят оставить пространство для маневра — может, у них есть какие-то планы на переговоры с Су Цинъюанем?
— С-с-с... — Чэнь Цун втянул холодный воздух.
...
— Пришли первые отзывы! — как только Су Цинъюань вошел в офис, к нему подбежала новая помощница, которую наняла Чэнь Бай, и радостно положила отчет перед ним. Она была милой и открытой, а её глаза при улыбке превращались в полумесяцы. — Приветствую, старший Су! Я новая помощница, я всегда восхищалась вами.
Она была смелой и не жеманничала. В её глазах буквально сияли искры.
Ло Чжисин, только появившийся на пороге, услышал это «признание» в адрес Су Цинъюаня, и его утренний завтрак в желудке словно залили целым чаном уксуса (п.п: уксус - ревность).
— Мы тут делом занимаемся или свидания назначаем? Помощница, такой настрой не пойдет, — Ло Чжисин, пользуясь статусом «старшего», забрал отчет, а саму девушку вывел за дверь для «наставления».
Он стоял прямо, как штык, пара пуговиц на рубашке расстегнута, а его разгильдяйский вид лишь наполовину скрадывался отсутствием галстука. Было ясно — парень не из робких. Ло Чжисин заставил её встать смирно, заложив руки за спину к стене:
— Как это выглядит со стороны — открыто флиртовать с начальством? Ты пришла работать помощником, а не глазки строить. Маленький господин Су тебе не по зубам. Девушка должна знать меру. Посмотри, как ты одета? Заправь рубашку в брюки как следует.
Девушка была не из робких, но её еще никто так не отчитывал. К тому же аура Ло Чжисина была подавляющей — он навис над ней, как грозовая туча. Она расплакалась от испуга.
— И-и-и... (всхлипы).
Раньше Ло Чжисин считался знатоком женских сердец, но сейчас, глядя на её слезы, он лишь подумал: а не собирается ли она плакать специально для Су Цинъюаня? У Ло Чжисина голова пошла кругом:
— Чего ты разревелась? Старший тебе дело говорит, а не обижает. Если будешь так реветь, подумают, что я издеваюсь над новичками. Это нехорошо.
Новичок подавила слезы, но носик продолжал шмыгать — любой, кто увидел бы это, решил бы, что Ло Чжисин её обидел.
Су Цинъюань подождал немного и, не видя их возвращения, забеспокоился: не решил ли этот бабник Ло Чжисин поприставать к девушке? Он вышел проверить и увидел, как Ло зажал её в углу, нависая своей мощной фигурой, а бедняжка мелко всхлипывала с красным носом.
Это было уже чересчур.
— Ассистент Ло, что вы делаете? Девушка только пришла, ведите себя прилично.
Помощница посмотрела на Су Цинъюаня заплаканными глазами, и лицо Ло Чжисина вмиг перекосило. Су Цинъюань отправил девушку к Чэнь Бай, а Ло Чжисин поплелся следом в кабинет.
Ло шел совсем рядом и то и дело тыкал пальцем Су Цинъюаню в бок. Тот вздрагивал, а Ло нападал:
— Ты еще и защищаешь её! Ты что, решил завести служебный роман? Я тебе говорю, твоя карьера только в гору пошла, не делай глупостей.
— Кто тут делает глупости? Почему ты вечно всё переворачиваешь с ног на голову? — Су Цинъюань взглянул на него своими притягательными глазами. Каждый раз, когда он так смотрел — остро, с вызовом — это было похоже на то, как кошачий хвост щекочет сердце, вызывая желание немедленно его приструнить.
— Хей, Красавица, ну почему ты такой несправедливый? Я просто учил её дисциплине. В конце концов, я её старший коллега. Разве плохо учить правилам работы? Плохо, что ты не хвалишь меня, а обвиняешь. Ох, Красавица, где твоя совесть? Дай-ка я на неё посмотрю.
Стоило Ло Чжисину включить режим «болтуна», как его тирады начинали утомлять. Су Цинъюаню пришлось сдаться и отправить его вниз за завтраком.
По дороге Ло Чжисин продолжал размышлять: «Хм, он отправил меня за завтраком! Почему? О боже... Красавица тайно влюблен в меня и, увидев меня с той девчонкой, приревновал! Точно! Вот почему он сказал, что я всё переворачиваю — он подумал, что я с ней заигрываю, и заревновал! Он ревнует!! Но зачем он тогда послал меня за завтраком? Он что, не ел?»
Всю дорогу Ло Чжисин бился над этой загадкой. Он считал свой IQ равным 250: с детства отличник, знаток социологии, психологии и микромимики. Он мог бы быть детективом или ловить преступников, но столкнулся с величайшей неразгаданной тайной своей жизни.
Прямо под зданием «Цзинлань» на углу была лавка с завтраками, рядом с которой росло огромное дерево османтуса. У лавки стояло несколько простых столиков; люди в очереди ждали горячих баоцзы.
Его «неразгаданная тайна» (Су) была капризной и привередливой: Су любил сезонные рисовые шарики с османтусом и нежные баоцзы с чашао (свинина барбекю).
Владелец лавки, завидев Ло Чжисина, приветливо крикнул:
— Парень, чего сегодня желаешь? Вижу тебя впервые. Ты из «Цзинлань»? По секрету скажу: их директор Су с детства у меня баоцзы ест. Хочешь «сет как у господина Су»?
— О, а какие баоцзы он обычно берет? — Ло Чжисин заглянул в лавку.
Хозяин открыл пароварку и указал на дымящиеся булочки:
— Баоцзы с чашао. Маленький господин Су с малых лет обожает этот вкус. Слушай, парень, ты в «Цзинлань» работаешь, видел господина Су? Он красавец, характер золото и, главное, очень дорожит старыми привязанностями. Вам, сотрудникам, с ним точно повезло.
Ло Чжисин пропустил всё мимо ушей, зацепившись только за фразу «дорожит старыми привязанностями». А это значит — он однолюб. Другими словами, если Су Цинъюань влюбился в него, то, скорее всего, это на всю жизнь!!!
Ло Чжисин: «!!!»
— Эй, парень, так ты берешь что-нибудь? У нас сейчас осенние шарики с османтусом, на свежем домашнем сиропе, хочешь порцию? — Хозяин несколько раз позвал Ло Чжисина, прежде чем тот пришел в себя. Лицо Ло сначала побледнело, а потом густо покраснело.
Хозяин прошептал жене:
— Чего это он так покраснел?
— Странный какой-то, — тихо ответила жена.
Ло Чжисин хотел сказать: «Я вообще-то всё слышу!», но не мог совладать с бешеным стуком сердца. Он быстро взял баоцзы с чашао и порцию шариков с османтусом.
Всё, пропал. Он наконец понял истинный смысл того, зачем Су послал его за едой. Су этим предупреждал его: даже если Ло его не любит, Су всё равно будет любить его вечно...
«А-а-а-а-а! Что же делать?!» — мучился Ло Чжисин. По дороге обратно он специально прошел мимо стола новой помощницы. У неё всё еще были красные глаза, и при виде него она вздрогнула.
— Ст-старший... — её голос охрип. Коллеги вокруг шептались, гадая, кто же так довел бедняжку. Ло Чжисин потер нос, достал баоцзы и положил перед ней: — Знаешь, что это?
— Это... мне? — Новичок на миг подумала, что Ло Чжисин не такой уж плохой — хоть и грубый, но принес ей поесть. Она уже потянулась за булкой со словами «спасибо», но Ло шлепнул её по руке.
Помощница: «?»
Ло Чжисин самодовольно спрятал баоцзы обратно:
— Это куплено специально для маленького господина Су. А ты знаешь, что он с детства больше всего любит именно этот вкус?
Помощница: — Н-нет...
— Эх, а я вот знаю. Учись, молодежь, — Ло Чжисин со своими баоцзы гордо зашагал в кабинет. Су Цинъюань уже побледнел от голода: — Почему так долго?
Глядя на его капризный взгляд с легкой обидой, Ло Чжисин на мгновение представил себе маленькую жену, которая ждет мужа дома.
«Черт, — выругался он про себя, — этот лис с самого утра не дает мне покоя».
И тут же снова расстроился: «Черт, и что мне делать с тем, что он так сильно меня любит?!»
От автора:
【Мини-сцена】
Ло Чжисин: «Боже мой!! Ну почему я такой идеальный? Неужели Красавица так сильно влюбился в меня из-за этого? Но я же натурал, самый настоящий натурал, я не могу ему ответить! Как вообще двое мужчин ЭТИМ занимаются?!»
【Извинения】
Orz!!! Я думала, что справлюсь, но... вчера хвасталась вам своим супер-острым хот-потом за 3.50, и вот результат — пожалуйста, не пробуйте "экстра-острый" хот-пот в провинции Сычуань!!!! Спасайте жизни. Честно, я весь день мучилась от боли...
В последних главах я помогаю вам разобраться в чувствах нашего дурачка Ло Чжисина, скоро перейдем к сюжету с "Белым лотосом", хе-хе~ Люблю вас, чмоки-чмоки!
http://bllate.org/book/14701/1313688
