Наследный принц, сказав это, глубоко поклонился и искренне произнес:
- Чжао’эр попал в беду, и я еще не отблагодарил господина Сюя за спасение.
Сюй Цзыцин мягко ответил:
- Это всего лишь пустяковое усилие. Чжао’эр уже поблагодарил, вам действительно не стоит так.
Дун Лиси же сказал:
- Чжао’эр - мой единственный брат. Если я не проявлю хоть немного искренности, мое сердце не будет спокойно. - Сказав это, он полностью соблюл этикет и выпрямился.
Сюй Цзыцин почувствовал его искренность и принял поклон. В его сердце зародилось еще большее одобрение к этому наследному принцу. Однако человек был доставлен, и ему не стоило задерживаться. Он сказал:
- Раз уж Чжао’эр благополучно передан вам, мне пора уходить.
Дун Личжао вскрикнул от испуга:
- Господин уходит?
Сюй Цзыцин с извиняющейся улыбкой подтвердил. Смена династий - это не то, во что он может вмешиваться, поэтому ему необходимо было уйти.
Дун Лиси знал, что у совершенствующихся тоже есть свои табу, но из-за нежелания младшего брата он все же искренне сказал:
- Господин Сюй, если вы хотите уйти, мы с Чжао’эром, конечно, не смеем вас задерживать. Но уже поздно, прошу вас, останьтесь на ночь, а уже завтра утром отправляйтесь в путь.
Сюй Цзыцин все еще хотел отказаться, но вдруг его сердце дрогнуло, и он согласился.
Чтобы не привлекать внимания посторонних, Дун Личжао остался с Дун Лиси, а Сюй Цзыцина разместили в боковой комнате позади спальни. Это место было очень тихим, и поскольку там никого не было, его никто не беспокоил, что вполне соответствовало его желаниям.
Сюй Цзыцин вошел в комнату, закрыл дверь, установил ограничение, а затем погрузил сознание в пространственное хранилище и позвал:
- Брат Юнь, брат Юнь.
Конечно же, мгновение спустя появился мужчина в белой одежде.
Сюй Цзыцин посмотрел на него и слегка улыбнулся:
- Брат Юнь, почему ты просил меня остаться?
Оказывается, когда он собирался уходить, Юнь Ле неожиданно подал ему сигнал из кольца, из-за чего он и согласился остаться. Теперь Сюй Цзыцин было очень любопытно, почему его друг, который всегда равнодушно относился к внешним делам, обратил внимание на это?
Юнь Ле слегка кивнул:
- Садись.
Сюй Цзыцин удивленно приподнял бровь. Неужели это не так просто? Он сел за стол и спокойно ждал, что скажет друг.
Напротив него, круглый стул выдвинулся сам собой. Юнь Ле тоже сел. Выражение его лица оставалось холодным:
- В случившемся с Цзиньхуаном виноваты последователи демонического пути. Раз ты культивируешь путь бессмертных, ты не можешь оставаться в стороне.
Сюй Цзыцин вздрогнул:
- Демонический путь?
Юнь Ле кивнул:
- Еще раз посмотри на энергию судьбы этой династии.
Сюй Цзыцин повиновался. В его глазах вспыхнули два сгустка зеленого света, и он пристально посмотрел в окно. Выражение его лица было еще более осторожным, чем когда он смотрел на энергию вечером.
Юнь Ле сказал:
- Не смотри на золотого дракона, смотри только на черночешуйчатого.
Сюй Цзыцин внимательно присмотрелся. Черночешуйчатый дрокон в ночной темноте казалась еще более высокомерным и свирепым. Сейчас его хвост переплелся с хвостом золотого дракона, и два огромных тела еще сильнее скрутились.
Эта поза... словно драконы совокупляются.
Вспомнив, что он только что увидел за дверью, Сюй Цзыцин невольно запнулся.
Юнь Ле холодно сказал:
- Посмотри ему в глаза.
Сердце Сюй Цзыцина дрогнуло. Он почувствовал легкое смущение, затем снова собрался с духом и посмотрел на глаза черного дракона. Он увидел, что они похожи на змеиные, зрачки тускло-золотистые, а вокруг них - кроваво-красный ободок, обвитый нитями черной мглы. Сначала это было неясно, но при ближайшем рассмотрении казалось чрезвычайно зловещим и пугающим.
Эта картина явно указывала на то, что черночешуйчатый дракон был заражен демонической энергией.
Хотя Сюй Цзыцин культивировал путь бессмертных, он знал, что в мире существуют и другие пути: демонический, призрачный, звериный и множество других особых путей. Его путь сильно отличался от их путей.
Последователи звериного пути были невежественны, а последователи демонического и призрачного путей были противоположны пути бессмертных: один был инь, другой - ян; один был отрицательным, другой - положительным. Между последователями разных путей не было разделения на хороших и плохих, все они находились под небесным дао.
Призрачных культиваторов было мало, а демонические и бессмертные культиваторы были в большой оппозиции. За прошедшие годы, хотя они и не были смертельными врагами, они были не слишком далеки от этого.
Однако, независимо от пути культивации, все должны были следовать правилам небесного дао. Поэтому Сюй Цзыцин избегал дел, связанных с императорским двором, и был удивлен, увидев, что в это вмешиваются демонические культиваторы.
Кроме того, у него оставался один вопрос:
- Брат Юнь, что такое демонический путь?
Юнь Ле равнодушно посмотрел на него и холодно заговорил.
Демонические культиваторы обладали всеми семью эмоциями и культивировали то, что было угодно их сердцу. Помимо поглощения духовной энергии неба и земли, их техники в основном требовали негативных энергий, таких как энергия зла, энергия инь, энергия крови, энергия смерти и энергия скверны. Они также часто были одержимы жадностью, гневом и невежеством, или были склонны к пьянству, распутству и убийствам, не переставая пребывать в ложных мыслях. Среди них существовало разделение на праведный демонический путь и демонический путь зла.
Если кто-то культивировал «Великое дао гармонии инь и ян», то это был гарантированно последователь праведного демонического пути, но он не был распутным, и его любовные отношения происходили по взаимному согласию, без принуждения, и обе стороны получали выгоду. Последователи демонического пути зла же занимались изнасилованиями, прелюбодеяниями, похищениями и грабежами, используя людей в качестве котлов для бессовестного извлечения энергии, убивая и уничтожая их.
Поэтому культиваторы бессмертного пути, возможно, и не одобряли последователей праведного демонического пути, но предпочитали их избегать. А последователей демонического пути зла они убивали без колебаний.
Однако из-за особенностей демонических техник, демонический путь зла был гораздо легче для культивации, чем праведный демонический путь. Поэтому последователей демонического пути зла было гораздо больше, чем последователей праведного демонического пути.
Сюй Цзыцин слушал его с увлечением. Раньше он лишь изредка слышал, что демонический путь и путь бессмертных являются врагами, но не знал причин и таких подробностей. Услышав это, он тоже погрузился в размышления.
Когда друг закончил говорить, он невольно спросил с некоторым любопытством:
- Как вы относитесь к этим двум путям, брат Юнь?
Юнь Ле холодно сказал:
- С последователями праведного демонического пути наши пути расходятся, мы не сотрудничаем. Последователей демонического пути зла, увидев, следует убивать. Если их секта злодействует, ее следует полностью уничтожить.
Его тон был леденящим, убийственное намерение было столь сильным, что почти обрело форму. Сюй Цзыцин вздрогнул от холода:
- Я не знаю, брат Юнь... - сколько он убил?
Юнь Ле понял его мысль. Убийственное намерение не исчезло. Он прямо сказал:
- Полностью уничтожил девятьсот тридцать три человека, совершивших великое зло на демоническом пути зла.
Сюй Цзыцин поразился. Такая убийственная натура действительно вселяла ужас. Однако он не боялся его, наоборот, он считал, что хотя Юнь Ле обладал сильной убийственной натурой, он не убивал безрассудно, что вызывало восхищение. Теперь, поняв причину, Сюй Цзыцин сказал:
- Брат Юнь, вы хотите, чтобы я нашел того, кто идет по демоническому пути зла, и уничтожил его? - Подумав о недавней резне в городе, которую он увидел вместе с Дун Личжао, он предположил, что это связано с последователем демонического пути зла. Поэтому, хотя он чувствовал себя неловко, он не стал возражать, но все же задал вопрос: - Культиваторы не должны вмешиваться в дела человеческого двора. Как я могу...
Не говоря уже о другом, если бы он вызвал гнев небесного пути, его будущий путь совершенствования был бы полон опасностей. Если бы он разозлил его слишком сильно, на него мог бы обрушиться божественный гром, и это было бы несправедливо. Однако Юнь Ле никогда бы не навредил ему. Поэтому Сюй Цзыцин думал, что должна быть другая причина.
Как и ожидалось, Юнь Ле сказал:
- Смена династий - это изначально дело смертных. Но если в это вмешивается демонический путь, и это видят культиваторы бессмертного пути, они не могут оставаться в стороне.
Оказывается, смертные занимались делами смертных, а когда последователь демонического пути зла ступил в эту мутную воду, равновесие было нарушено. Последователи бессмертного пути должны были противостоять ему и превратить дело смертных в битву культиваторов.
Юнь Ле с ледяным выражением лица продолжил:
- Совершая благие дела, получаешь благие плоды; совершая злые дела, получаешь воздаяние за грехи. Последователь демонического пути зла действует извращенно, и ты встретил это. Это воля небес.
Сюй Цзыцин замер:
- Если бы я не пришел сюда... - или не встретил Дун Личжао, или встретил, но не спас его, как бы тогда сложились эти дела?
Юнь Ле холодно сказал:
- Правила небесного дао имеют свое следование. Если бы не ты, нашелся бы другой человек. Раз ты встретил это, значит, это твоя благоприятная возможность.
Сюй Цзыцин рассмеялся и вздохнул:
- Я понял. Повинуюсь указаниям брата Юня.
Верно. Два сына, рожденных от законной жены правителя Цзиньхуана: Дун Лиси, наследный принц, обладал золотисто-желтой энергией Дракона, что было признаком процветающей судьбы. А второй сын, Дун Личжао, обладал чистым характером и очень уважал старшего брата. Его энергия Дракона также была золотисто-желтой. Это означало, что небесное дао оставило для этой династии путь к выживанию, и от Дун Лиси до Дун Личжао благословение будет продолжаться. Было очевидно, что судьба этой династии была сильной и не должна была приходить к концу, приближаясь к смене династии.
Более того, Дун Лиси был мудр, щедр и доброжелателен, обладая манерами мудрого правителя. Если бы он был правителем обреченной страны, он не был бы таким. Поэтому должно быть, что внешние бедствия нарушили порядок двора и вмешались в небесное дао.
Это был великий грех.
Сюй Цзыцин, как последователь пути бессмертных, раз он культивировал, чтобы стать бессмертным, он должен был выполнять дела для небесного дао. Если он справится хорошо, возможно, получит похвалу. Если справится плохо... Небесное дао хотело использовать его руку, чтобы наказать нарушителей. Пока он будет прилагать усилия и не обманывать небеса, это не приведет к трагическим последствиям.
Юнь Ле, наблюдая за его выражением лица, равнодушно сказал:
- Ты уже все понял.
Сюй Цзыцин кивнул:
- Да, я все понял. - И снова улыбнулся. - Большое спасибо, брат Юнь, за наставление.
В ту ночь, чтобы последователь демонического пути зла не почувствовал колебания духовной энергии в его теле, Сюй Цзыцин не медитировал, а лег в постель, как обычный человек, и отдохнул.
***
На следующий день Дун Личжао рано утром постучал в дверь снаружи:
- Господин, вы проснулись?
Сюй Цзыцин открыл глаза, перевернулся и поднялся. Он подошел к двери, открыл ее и с улыбкой спросил: -
Ты пришел рано?
Дун Личжао невольно смутился. Он не спал всю ночь, боясь, что господин уйдет, оставив его. Было только начало рассвета, но он уже не выдержал и поспешно пришел.
Слуги во Восточном дворце ничего не заметили. Сюй Цзыцин увидел его посиневшие от усталости глаза, слегка вздохнул и пропустил его:
- Не будь таким безрассудным. Будь осторожен, чтобы тебя не увидели.
Дун Личжао ответил: «Хорошо», вошел в комнату, закрыл дверь и сказал:
- Я маленький, пробрался по стене. Здесь очень укромное место, и если не случится ничего важного, меня никто не заметит.
Сюй Цзыцин увидел, как сильно он ему доверяет, и его взгляд невольно смягчился.
Примечание:
При описании черночешуйчатого дракона/ящерицы было использован иероглиф 蛟 - цзяо - это тоже дракон, но если дракон (龍) - благородный, то тут скорее змея-дракон, ящерица - огромная продолговатая змея/ящерица с примесью драконьей крови, похожая на дракона. Что бы не путаться я дальше буду использовать слово цзяо для описания таких драконьих рептилий. И да цзяо - рептилия, она.
http://bllate.org/book/14678/1307077
