Этого было достаточно, чтобы свести его с ума. Кайл Блейк ловил себя на таких мыслях всякий раз, когда смотрел на своего возлюбленного.
Его возлюбленный — тёплый, жизнерадостный, но скрытный — не был тем, кто приносил ему страдания. И всё же порой он причинял Кайлу мучительную боль — не намеренно, а просто тем, что заставлял осознать собственную беспомощность и границы своих возможностей.
Кайл хотел защищать его. Потому что любил. Потому что хотел, чтобы тот был счастлив. Потому что не желал, чтобы этот человек, уже однажды умерший и попавший в чужой мир, снова сталкивался с опасностью или болью.
Но это желание казалось почти невозможным.
Если оглянуться назад, Шу попадал во всевозможные опасные передряги. От мелких, вроде похищения хомяка или инцидента с люстрой, до серьёзных — разведка на Севере, политические интриги, а теперь ещё и экспедиция...
— ...Ваше Высочество.
— ...
— Ваше Высочество!
Только после нескольких окликов Кайл вспомнил о тех, кто шёл позади него.
Он резко выдохнул холодный воздух, обернулся и зыркнул исподлобья и увидел Джеймса, бледного, едва дышащего, изо всех сил пытающегося заговорить.
— М-можем мы немного отдохнуть? Рыцари измотаны после битвы с виверной. Солнце скоро сядет, а идти по горной тропе ночью слишком опасно...
Ответ Кайла прозвучал холодно и безжизненно:
— ...Опасно? Для кого?
— ...
— Разве кто-то умер только потому, что мы столкнулись с виверной? По-настоящему опасные моменты мы уже прошли — и только благодаря чьей-то помощи. Так что теперь вас останавливает?
Он не мог понять. В тот момент их просьба показалась Кайлу совершенно нелепой.
Если уж кто и имел право сказать, что было «опасно», то это Шу тот, кто подверг себя риску, чтобы они могли выбраться невредимыми.
На самом деле никто из них не получил серьёзных ранений. Но и никто не мог с уверенностью сказать, что с Шу всё в порядке.
— Даже если мы поторопимся, это не значит, что Специалист окажется в большей безопасности. К тому же, он сам сказал, что обязательно вернётся...
— ...
— И разве не важно, чтобы мы тоже все вернулись живыми?
Только тогда Кайл остановился.
Пусть все его мысли были заняты только безопасностью Шу, он оставался Великим герцогом Блейком — правителем этой земли и командиром этих рыцарей.
Когда на его холодном лице наконец проступила усталость, рыцари, уловив это, начали молча готовиться к лагерю. Они знали: если не отдохнут сейчас — другого шанса не будет.
Кайл некоторое время смотрел на их действия, а потом отвернулся.
Джеймс был прав. Шу вернётся. Он всего лишь должен обернуться зверем и сам найти дорогу назад.
Но ведь тот, с кем он остался — маг в белых одеждах, человек с пугающе опасной аурой. Возможно, самая угрожающая фигура во всей Зоне Беззакония.
А если он не даст Шу даже малейшего шанса? А если за это короткое время Шу получит рану? А если... путь назад окажется отрезан?
Тревога точила его изнутри. Впервые он чувствовал страх такой силы, что она почти парализовала разум.
— ...Шу, — прошептал Кайл, в отчаянии зажав голову руками. — Что мне с тобой делать?
Его глухой голос, будто скорбное признание, растворился в застывших горах.
— Что же мне делать…
А позже, когда он, наконец, снова увидел Шу, тревога Кайла — и гнев, граничащий с саморазрушением — только усилились.
Обморожение с ядовитым отголоском холода за три дня расползлось от руки до плеча, и он едва мог поднять руку.
Даже когда маг оказывал ему срочную помощь, Шу лишь покрывался холодным потом, но не издавал ни звука боли. И от этого Кайла будто разрывало изнутри.
Он должен был двигаться быстрее. Пока это проклятое клеймо не распространилось дальше, он должен был измотать себя до предела, лишь бы добраться раньше.
Нет, он должен был убить этого ублюдка.
Если бы только он был значительно сильнее. Если бы тогда его не одолели, Шу не пришлось бы следовать за этим проклятым магом. Не пришлось бы доводить себя до крайности, чтобы защитить Кайла, кашляя кровью в процессе.
А когда Кайл узнал, что причиной кровоизлияния стало сгорание жизненной силы Шу — он понял.
«Этот момент… будет преследовать меня, как кошмар, ещё очень долго.»
— Я больше никогда не оставлю тебя одного.
На это Шу ответил с неохотой:
— Я тебе что, ребёнок?
Хотя его слова прозвучали резко, по тому, как он внимательно следил за выражением Кайла, было понятно — он чувствовал вину за то, что заставил того волноваться. Он из тех, кто не отступает, когда нужно действовать, но и не выносит, когда его любимому больно.
Вместо ответа Кайл тихо прижался лбом к его лбу. Вздох сорвался с губ и, обдав дыханием, коснулся щеки и уголка рта.
Он хотел спросить — почему?
Почему даже в такие моменты ты не показываешь ни малейшей обиды? Ты жертвуешь собой ради других, даже сталкиваешься с недоверием, но на твоём лице — только усталость или неудобство.
Почему… ты никогда не показываешь ни намёка на раздражение или предательство?
Это ведь даже не тот мир, в котором ты родился и вырос.
— Всё хорошо.
Шёпот Шу мягко коснулся уха Кайла. За ним последовал лёгкий поцелуй в уголок губ — такой нежный и невесомый, как перо птицы.
— Со мной и правда всё в порядке, Ваше Высочество. Так что, пожалуйста, не делай такое лицо.
— …Какое «такое»?
Шу тихо усмехнулся.
— Хм. Сложно описать…
А потом, быстрыми движениями, осыпал Кайла короткими, полными ласки поцелуями — в нос, губы, веки, щёки.
Это было так трогательно и мило, что Кайл едва сдержался, чтобы не обнять Шу. Но он замер, боясь задеть его плечо или руку и причинить боль.
Увидев это, Шу снова рассмеялся и сказал:
— Потому что ты добрый, Ваше Высочество.
Кайл опустил взгляд с лёгкой улыбкой.
— Только ты можешь сказать обо мне такое.
Кайл ухаживал за мной с предельной заботой. Он кормил меня, подавал вещи, даже настаивал на том, чтобы сам открывать передо мной двери.
Поскольку я заставил его волноваться своим безрассудством, я молча всё принимал… но…
«Купаться с его помощью я точно не позволю!»
Я упрямо покачал головой, отталкивая Кайла, когда он попытался зайти со мной в ванную. В удобной одежде, с полотенцем на руке, он смотрел на меня с таким тревожным, почти жалким выражением, что сердце сжималось.
— Я волновался о тебе до безумия.
— …
— Если бы всё зависело от меня, я бы разорвал этого ублюдка в клочья… но у меня не было ни единого шанса на победу. А больше всего... бросить жизнь, которую я обязан тебе, так бездумно — было бы самым жестоким поступком по отношению к тебе.
Я с трудом сглотнул от тяжести, звучащей в голосе Кайла.
Заметив колебание в моих глазах, он мягко обхватил ладонью мою щеку и прошептал:
— Всё потому, что я недостаточно силён.
— …
— Так что хотя бы позволь мне помочь вымыть твою руку.
— …Я знаю, к чему ты клонишь.
— Шу…
— Хааа…
Я тяжело вздохнул, повернулся к нему спиной и направился в ванную. Кайл остался стоять на месте, провожая меня взглядом, в котором смешались нерешительность и ожидание.
На полпути я почесал затылок, оглянулся через плечо и буркнул:
— …Ну, чего стоишь, заходи уже.
Его лицо тут же просияло, и он поспешно зашагал ко мне. Преодолев расстояние за три-четыре шага, он поравнялся со мной, а я с кривой, чуть насмешливой улыбкой привалился к его плечу.
— Только в этот раз.
— Хорошо.
Боясь, что я передумаю, Кайл сразу согласился и обнял меня за талию. Его прикосновение было осторожным до натянутости — он так старался не задеть мою больную руку, что я чувствовал напряжение в каждом его движении.
Ладно… Пусть так. Хоть сейчас.
Наверное, это один из способов, как он справляется с тревогой. Может, я был с ним слишком резок.
Говорят, даже мёртвым исполняют последнее желание — почему бы не исполнить одно для живого? Тем более он ничего невозможного не просит… Наоборот, всё очень скромно. Не то чтобы он предложил нам… вместе купаться или что-то такое —
[(/▽＼)]
— Нет, совсем не это!!!
Я внезапно выкрикнул в пустоту, и Кайл наклонил голову в замешательстве.
— Что — не это?
— Н-ничего. Ничего такого.
— Неважно. Снимай одежду.
— …Что?
Даже мне было слышно, насколько глупо прозвучал мой голос. Я несколько раз прокашлялся и снова посмотрел на него:
— Прямо здесь? Сейчас? Вот так вдруг?
— Я добавил в воду травы для расслабления и наложил магию для восстановления. Нужно успеть, пока эффект не улетучился.
Сказав это совершенно спокойно, Кайл начал расстёгивать рубашку.
Я тут же отвернулся и уставился в сторону так называемой «ванны».
«…Ванна?»
Нет, это была не ванна.
Большая круглая чаша — больше похожая на бассейн — была достаточно просторной, чтобы в ней уместилось не меньше пяти взрослых мужчин. Вода в ней спокойно колыхалась, а цветом напоминала натуральный горячий источник. Даже запах был таким же.
«…Может, просто настоянная на травах вода?»
Я закатал брюки и осторожно коснулся воды кончиком пальца ноги… и тут же отпрянул, словно меня током ударило, резко отскочив обратно к Кайлу.
Ч-что, что, ЧТО это за дьявольская жижа?! Это вообще вода?!
— Шу?
— Нет! Это вода, по-твоему?! Это лава?! Ты собираешься меня сварить?!
Кайл перевёл взгляд с меня на ванну и в следующий миг — исчез.
Он сдвинулся с места так быстро, что мои глаза даже не успели зафиксировать движение.
— Я—
Прежде чем я договорил, он уже подхватил меня на руки, словно я ничего не весил, и с лёгкостью сдёрнул с меня рубашку.
— Ай! Ты что творишь?!
— Собираешься купаться в одежде?
— Нет, но это не ванна! Это котёл! Если я туда полезу — я умру!
— Не умрёшь. Всё нормально.
— Я умру!! Ааааа! Горячо!!
Я вцепился в Кайла одной рукой, в обнимку, как в последний спасательный круг, и закричал, чтобы он не смел меня отпускать.
Почему-то его это до жути развеселило — он сначала попытался сдержать смех, но в итоге громко расхохотался.
Что смешного?! Я тут на грани варки заживо!
Хомяка—нет, кто-нибудь, спасите меня!
http://bllate.org/book/14633/1298767
