— Я человек, идиот! С чего бы мне знать такие вещи?!
«….»
Его рот открылся, губы беззвучно шевельнулись.
«Думай.»
Среди племени Мё есть те, кто не может превращаться в людей. Снаружи? Ну, что тут скажешь? Они выглядели бы как обычные кошки.
Тогда… какая разница между Мё, который не может превратиться, и самой обычной кошкой?
Маленькая искорка надежды, только что вспыхнувшая, погасла с шипением. Уши Райса прижались, хвост бессильно опустился.
Что бы ни подумал Сефиут, видя эту реакцию, он быстро вмешался, чтобы успокоить его:
— Но мне всё равно нужна твоя помощь, и это не изменилось. Просто выслушай меня, ладно? Ты ведь хочешь жить счастливо до конца своих дней рядом с хозяином, моим потомком? У тебя есть всё, что нужно!
— Увааэнг…
«Ладно, пока послушаю…» — пробормотал он сдавшимся тоном. Сефиут дважды откашлялся, а затем заговорил:
— Начнём с того, как появилась эта печать.
Да. Верно.
Сефиут представился как «тот, кто наложил это проклятие на род Лауфе».
Значит… он знает, как его снять? Райс тут же выпрямился.
— Дом Лауфе служил хранителем печати одного существа с самого основания империи. Если сравнить это с жизненным циклом человека, то это существо было уже мёртвым, но следы его воли были такими упрямыми, искажёнными и опасными, что требовали заключения.
«…?»
Вопросительный знак словно повис над головой Райса.
Неважно, насколько это звучало внезапно и грандиозно, можно ли вообще подобные вещи вслух произносить? Райс в оцепенении уставился на него, но губы Сефиута, раз начав, больше не останавливались.
— У него не было имени, но если бы пришлось назвать, я бы сказал «демон». Тот самый, что в древние времена бесконечно противостоял богам.
Сефиут прервался на полуслове и прищурился, в его взгляде мелькнуло предупреждение.
— Если разболтаешь это кому-то, я буду преследовать тебя до смерти. Так что держи язык за зубами.
Угроза прозвучала холодно и жестоко, но… Райс даже не дрогнул. Ну а что ему теперь делать, паниковать? Он ведь и так уже был мёртв, разве нет?
Сефиут продолжил, не обращая внимания на возможные возражения в голове Райса:
— В любом случае, по записям, тот демон питался страданиями живых существ — несчастьями, болью, отчаянием. И самым мощным источником была разумная жизнь, созданная с любовью богами. Иными словами люди.
Его лицо постепенно мрачнело. Глаза, устремлённые далеко в прошлое, были полны мучительного сожаления.
— Демон был уничтожен, но души, которых он терзал, не исчезли. Они оказались слишком испорченными, чтобы куда-то вернуться, и остались скитаться в этом мире. Печать, которую хранит семья Лауфе… была создана, чтобы удерживать эти остатки злобы.
Он глубоко вдохнул и медленно выдохнул.
— И мне… нужна была эта сила.
«Не может быть.»
Райс ошарашенно уставился на него, с трудом удерживаясь от того, чтобы не бросить взгляд на Джастина.
— Я знаю, как это звучит. Но в то время заимствовать эту силу было единственным выходом. Император был слаб. Века мира сделали оборону империи рыхлой. Люди были невежественны. А Таласса…
Голос Сефиута стал горьким.
— Таласса не ответила на отчаянные молитвы своих жрецов.
Он медленно повернул голову. Вокруг была лишь тёмная комната со занавешенными окнами, но его взгляд был далёким, словно он смотрел на весь мир сразу.
— Я взвешивал варианты. Тысячи жизней, сметённых катастрофой, или моя собственная. Я выбрал второе. Я одолжил эту проклятую силу и использовал её. В итоге империя выжила. А я заплатил цену.
Он раскинул руки, как бы говоря: «Посмотри на меня теперь». Но жест быстро угас. Будто из воздушного шара выпустили воздух, Сефиут осел вперёд, опустошённый.
— …Я и представить не мог, что мои потомки будут расплачиваться и дальше. Видимо, одной души оказалось мало.
Вот почему люди говорят: никогда не заключай сделку легкомысленно. Он горько усмехнулся.
Райс, который до этого молча слушал, начал постепенно складывать картину. Эти тёмные жилы, сейчас оплетающие половину лица Джастина…
Это была цена. Его предок — Сефиут — потянулся за силой, к которой никогда не должен был прикасаться, и вот результат.
— Но эти ублюдки…
Пока Райс осмысливал услышанное, Сефиут вдруг выплюнул слова, как яд. Его глаза, искривлённые яростью, вспыхнули чёрным пламенем.
— Тогда они называли меня героем, а теперь обращаются с моими потомками, будто они чума? Эти трусливые крысы, прячущиеся по норам… как они смеют?!
Напряжение, казалось, давно исчезнувшее, снова вспыхнуло. Хвост Райса резко встал торчком от этого резкого тона Сефиута.
— Уф…
К счастью, он довольно быстро успокоился. Но сожаление в его глазах осталось — тёмное, глубокое и неподвижное.
— Вот и всё, если коротко. Я и сам не смог до конца избавиться от проклятия……
И тут он вдруг широко улыбнулся, словно пытаясь отшутится. С такой внешностью не втянуться в его харизму было невозможно.
— Ну? Ты теперь меня ненавидишь?
«…Мяак?»
Райс склонил голову набок. С чего это этот тип внезапно такое несёт? Видя его вялую реакцию, Сефиут, похоже, решил подлить масла в огонь и заговорил ещё активнее:
— Это проклятие, под которым твой хозяин? Его наложил я. И, судя по тому, как ты предан моему потомку…
А. Вот о чём он.
Райс понял, но выражение лица стало ещё более кислым. Он уже видел подобный сценарий.
«Ага. Прямо как каждый другой Лауфе, с которым я встречался.»
Они что, по сценарию живут? Почему эти Лауфе так жаждут, чтобы их ненавидели?
Он почесал лапой за ухом, источая раздражение: «Хватит тянуть, переходи к сути уже».
Вред был нанесён, а Сефиут явно действовал из лучших побуждений. Он и не подозревал, что проклятие перейдёт по его крови. Райс не собирался вываливать обиду на того, кто и так об этом сожалел. Мысли снова вернулись к словам, которые Сефиут произнёс раньше.
Он ведь сказал, что хочет снять проклятие.
А значит, должен быть способ. Этого уже достаточно.
— Кухахахаха!
Сефиут разразился диким, почти истеричным смехом, будто всё это было дико забавно. Райс ждал. Он не перебивал. Просто смотрел, пока смех наконец не стих и в комнате не воцарилась тишина.
И тогда он задал вопрос, который держал внутри:
— Мяак. Мяаанг. Уэонг?
«Ты сказал, что я могу снять проклятие. Так как его снять?»
И ответ?
— Я не имею ни малейшего понятия.
«…вот как.»
Райс не выдержал. Он крепко зажмурился от раздражения. Может, стоило просто свернуть это всё прямо сейчас? Неприязнь к этому призраку стремительно росла.
Сефиут почесал затылок, глаза метались по сторонам в панике. Было даже забавно видеть, как он смущённо оправдывается перед котом, который помещался бы в корзине для белья — и всё же в его лице читалась настоящая вина.
Хотя, надо признать, в его словах был смысл.
— Эй, откуда мне было знать, что ты Мё, который даже не знает, что он Мё? Я думал, ты просто какой-то эксцентричный комочек шерсти, которому нравится притворяться питомцем.
«Это еще что за бред…»
Райс опасно прищурился.
— Я решил, что ты слишком ленив, чтобы превращаться в человека, и просто предпочёл быть котом на коленях у хозяина. Племя Мё ведь знаменито своей нелюбовью к работе и любовью ко сну, знаешь ли…
Если подумать… оно даже как-то сходится.
— Я в книге прочитал.
«….»
И тут же искра согласия погасла. Голова начала раскалываться. Он даже почувствовал себя виноватым за то, что раньше сравнил этого парня с Джастином.
— У племени Мё от природы есть силы направлять души, отгонять проклятия и притягивать удачу. Проклятие, цепляющееся за моего потомка — духовное, такое, что реагирует на подобные вещи. Так что я подумал… может, ты сможешь его очистить.
— …Уэок?
«Ты тоже это из книги взял?» — сухо спросил Райс.
Но на этот раз Сефиут покачал головой.
— Нет. К этому… Я пришел сам.
Его голос стал твердым, серьезным, таким, что прорезал привычную расслабленность. Даже его улыбка на мгновение треснула, уступив место чему-то тяжелому, личному.
Это явно было неприятное воспоминание.
И все же для Райса, который едва знал хоть что-то о собственном племени, это была именно та история, что ему нужно было услышать. Он открыл рот, чтобы расспросить дальше…
— Ах, время вышло.
— Мяак?!
Одна из рук Сефиута полностью исчезла.
Его и без того прозрачное тело теперь стремительно таяло, едва удерживая форму. И всё же призрак выглядел совершенно спокойным, будто так и было задумано.
Теперь начинала исчезать нога. Рука пропала, нога растворялась, а он всё ещё стоял прямо.
Это было… отвратительно. Иного слова не подобрать. Призрачное тело, остающееся безмятежным, пока распадается по частям, такая картина могла преследовать кого угодно.
Райс зажмурился, не раздумывая.
— О-хо? Смотри-ка. Уже притворяешься мертвым?
http://bllate.org/book/14632/1298596
