Благодарю за редактуру Трёхлапую ворону.
Немедля Хэ Юй тут же последовал указаниям врача и потянулся рукой, чтобы расстегнуть пуговицы и снять пиджак с Се Цинчэна.
Когда он дошел до середины, бессознательный Се Цинчэн застонал и, нахмурившись, пробормотал:
– ... Нет... не надо...
Хэ Юю даже не надо было смотреть на его лицо, чтобы понять, что на нем написано отчаянное сопротивление.
Юноша почувствовал болезненный укол в сердце и прошептал:
– Все в порядке, гэ, тебя просто осмотрит врач. Не бойся.
Красивое лицо Се Цинчэна было болезненно бледным. Продолжая хмурить темные брови, он чуть пошевелил пальцами, словно подсознательно пытаясь прихватить рукава.
Чем больше Хэ Юй видел его в таком состоянии, тем сильнее ощущал, будто его сердце режут ножом. Ему хотелось залепить себе пощечину. Он вспомнил, как Се Цинчэн говорил, что после того, что произошло в клубе, ему часто снились кошмары, и он просыпался с чувством отвращения... Неужели это продолжается до сих пор?..
Хэ Юй невольно протянул руку и коснулся холодного лица Се Цинчэна.
– Гэ... не бойся... Я больше не буду так с тобой...
Из-за разделительной занавески вдруг появился университетский врач.
– Приятель, я же сказал тебе снять с него пиджак, почему ты до сих пор этого не сделал? – врач нетерпеливо отстранил Хэ Юя рукой. – Дай-ка я сам.
Он был довольно ловок и быстро справился с пиджаком Се Цинчэна, а затем взял стетоскоп, чтобы его послушать.
В процессе взгляд врача упал на запястье Се Цинчэна.
– Хм? А что у него на руке?
Хэ Юй тут же пришел в себя и подошел ближе, присматриваясь.
На запястье Се Цинчэна виднелись едва заметные буквы.
Никаких других следов.
Хэ Юй:
– Это татуировка.
Университетский врач прищелкнул языком:
– Кто бы мог подумать, что у обычно такого серьезного профессора Се на запястье есть татуировка? В тихом омуте черти водятся.
Хэ Юй:
– ...
Завершив осмотр, врач поставил Се Цинчэну капельницу и выписал лекарство.
Прошло более получаса прежде, чем тот, наконец, медленно пришел в себя.
Открыв глаза, Се Цинчэн увидел перед собой белое пятно. Ему потребовалось несколько секунд, чтобы осознать, что он лежит на койке в университетском медпункте.
Рядом с ним сидел Хэ Юй.
Медпункт был довольно большим, разделенный на множество секций, но сейчас кроме них здесь никого не было. Хэ Юй держал Се Цинчэна за руку, в которую была введена игла капельницы, согревая ее своими ладонями.
– Се-гэ, – торопливо позвал его Хэ Юй, увидев, что он очнулся.
Се Цинчэн моргнул. Первая мысль, появившаяся в его голове, была о том, что с него сняли пиджак.
У Се Цинчэна резко подскочил пульс, он бросил взгляд на свое запястье… И вздохнул с облегчением.
Прошло уже довольно много времени с последнего раза, когда он проходил процедуру, следы от наручников уже сошли с его запястий.
Его обморок был вызван постепенным ухудшением состояния организма, и обследование в университетском медпункте не смогло бы ничего выявить.
Вполне ожидаемо, Хэ Юй сказал ему:
– Врач сказал, у тебя, должно быть, понизился уровень сахара в крови... Гэ, ты что, плохо питался в последнее время?
– …
Се Цинчэн сел, опустил взгляд и высвободил руку из ладоней Хэ Юя.
Она была очень теплой.
На ней еще оставалось тепло Хэ Юя.
– … Я в порядке. А ты…ты все это время был здесь?
– Ага.
– …Кха-кха, тогда тебе лучше поскорее вернуться в свой университет, – Се Цинчэн слегка сжал пальцы, словно пытаясь удержать что-то невидимое, затем кашлянул и сказал, – Хватит везде вот так за мной ходить. Это неприлично. А если увидит кто-нибудь?
Хэ Юй ответил:
– Все уже и так увидели. Это я принес тебя в медпункт.
– …
– Ты упал в обморок прямо за кафедрой, разве я мог оставаться в стороне?.. Тебе не стоит слишком сильно беспокоиться, они увидели то, что увидели, но вряд ли заподозрят что-то другое, – Хэ Юй сделал паузу, а потом тише добавил, – А даже если и заподозрят, у них нет никаких доказательств.
На самом деле, поведение Хэ Юя в тот момент было действительно слишком красноречивым. В аудитории было много юношей, и все они были студентами-медиками, но разве кто-нибудь из них, кроме Хэ Юя, отреагировал так же?
Конечно, как и сказал Хэ Юй, даже если у людей появятся подозрения, без доказательств они будут безосновательны. Максимум, что они могут сделать, это вручить Хэ Юю грамоту за героизм и заботу о преподавателе.
Се Цинчэн вздохнул и изможденно откинулся на койке.
Из-за душевных терзаний последних дней у него совсем не осталось сил. Раз Хэ Юй отказывался уходить, Се Цинчэн решил просто закрыть глаза и попытаться отдохнуть.
Хэ Юй сказал:
– Я купил тебе кашу из красной фасоли, добавил в нее меда. Может, поешь немного?
Се Цинчэн чуть отвернул голову. Есть он не хотел.
Хэ Юй отставил одноразовую миску и опустил голову.
– …
Видя его таким, Се Цинчэн почувствовал горечь в сердце. Хэ Юй тоже сильно похудел за эти дни. Браслет мониторинга на его запястье до сих пор горел оранжевым и никак не возвращался к нормальному цвету. Се Цинчэн видел муки Хэ Юя, но не знал, как может его успокоить.
Ситуация с Хэ Юем или ситуация с Се Сюэ – Се Цинчэн не знал, что из этого тяготило его сердце сильнее.
Надолго повисла мрачная атмосфера. К счастью, Хэ Юй был еще так молод и так сильно любил человека, лежавшего перед ним, что огонек надежды, который до сих пор теплился в его сердце, помог ему взбодриться. Спустя какое-то время Хэ Юй снова взял себя в руки и попытался найти тему для разговора, которая могла бы быть интересна Се Цинчэну.
– Эм... Гэ, так Се Сюэ и Вэй Дунхэн встречаются?... Я тоже об этом слышал.
Се Цинчэн и правда пошевелился, искоса взглянув на него.
Пару мгновений спустя он спросил:
– Откуда ты узнал?
– В наших кругах говорят, что Вэй Дунхэн уже раскрыл все карты перед своей семьей, – увидев, что Се Цинчэн, наконец, снова с ним заговорил, в глазах Хэ Юя появился блеск.
Се Цинчэн тут же вскипел:
– Он все рассказал? Да он... Кха-кха…
Хэ Юй поспешил похлопать его по спине.
– Не переживай ты так. Все равно ты с этим ничего не можешь сделать.
Покрасневшими от кашля глазами Се Цинчэн уставился на Хэ Юя:
– Она ведь не твоя младшая сестра, конечно, чего тебе волноваться.
– Разве? Все, что беспокоит тебя, беспокоит и меня, – ответил Хэ Юй. Он поднялся, налил Се Цинчэну стакан теплой воды и продолжил его убеждать. – Но в наши дни отношения – дело личное. Если она хочет быть с Вэй Дунхэном, ты с этим ничего не поделаешь. Они могут пожениться, получить свидетельство о браке и стать законной супружеской парой. Что ты с этим сделаешь?
Хэ Юй поглаживал Се Цинчэна по спине, одновременно успокаивая и убеждая.
– Гэ, расслабься, тебе вредно нервничать...
Се Цинчэн смутно чувствовал, что здесь что-то не так. Хэ Юй и Се Сюэ были знакомы с детства, так что Хэ Юй должен был знать, насколько сильно Се Сюэ с юности ненавидела Вэй Дунхэна. Видеть их сейчас вместе для Хэ Юя должно было казаться чем-то совершенно нереальным, однако он выглядел абсолютно спокойным. Се Цинчэн медленно нахмурился:
– Так... как же ты все-таки узнал?
– …
– Тебе Се Сюэ рассказала?
– Нет, – не задумываясь, ответил Хэ Юй, – клянусь.
Се Цинчэна терзали сомнения.
Хэ Юй не мог рассказать Се Цинчэну о своей прежней влюбленности в Се Сюэ, поэтому сказал:
– … На самом деле, я сам это понял. Когда человек кого-то любит, в его глазах загорается огонек, который невозможно скрыть.
Се Цинчэн стиснул зубы:
– Да что она в нем нашла? Что хорошего в этом Вэй Дунхэне? Красивая обертка с гнильцой внутри… Что у нее за вкус? В мире полно мужчин, а она выбрала такого!
– Ладно-ладно, посмотри на себя, только начали говорить, а ты уже опять злишься, – продолжил успокаивать его Хэ Юй. – Не сердись, злиться тут без толку. Внешность бывает обманчива, знаешь ли... У Вэй Дунхэна действительно есть достоинства, которые остальные не замечают, Гэ, ты можешь попытаться довериться выбору Се Сюэ или откровенно поговорить с ней об этом. Не надо больше так злиться, хорошо ешь и заботься о себе как следует, ладно?
– …
Видя молчание Се Цинчэна, Хэ Юй снова попытался протянуть ему кашу.
– Давай, не забивай голову, лучше поешь немного.
Се Цинчэн:
– Поставь.
Хэ Юй хотел сказать ему что-то еще, но Се Цинчэн резко выпалил:
– Уходи.
– Гэ…
– У тебя занятия скоро. Семестр заканчивается, так что иди учись, как следует.
Услышав эти слова, Хэ Юй нехотя вспомнил, что у него действительно были сегодня занятия и даже один очень важный тест. Он взглянул на телефон – время почти истекло.
Выбора у Хэ Юя не оставалось, кроме как сказать:
– Тогда я... тогда я пойду. Но я вернусь позже, хорошо?
– Нет нужды, – ответил Се Цинчэн.
Он поднял взгляд и посмотрел на заметно исхудавшее лицо Хэ Юя.
В процессе лечения бывает этап, когда состояние резко ухудшается, а затем наступает постепенное улучшение. Се Цинчэн понимал, что Хэ Юю трудно пережить его отказ, но это был этап, через который Хэ Юй должен был пройти.
Се Цинчэн подумал, что раз он не может справиться с проблемой Се Сюэ, то, по крайней мере, должен разобраться с проблемой Хэ Юя, поэтому сказал:
– Иди. Тебе больше не стоит приходить на мои лекции так часто. Ты же не студент-медик, в этом нет никакого смысла.
Хэ Юй ничего не ответил, только посмотрел на него своими чуть покрасневшими миндалевидными глазами.
Се Цинчэн не знал, уже в который раз заставлял его плакать, и про себя вздохнул. Говорят, мужчины не плачут. Хэ Юй всегда была сильным, держался равнодушно и даже высокомерно перед другими, но перед ним не мог сдержать слез.
Се Цинчэн отвел взгляд и, выдержав паузу, сказал:
– Тебе пора.
– Гэ…
Се Цинчэн даже не взглянул на него.
– Я хочу отдохнуть.
Процесс разрыва был долгим, но рано или поздно он обязательно закончится.
Просто Хэ Юй не знал, что в то время как он все еще может плакать перед Се Цинчэном, Се Цинчэн, со своей стороны, не может показать и толики своей тоски перед ним.
Этот мужчина был связан бесчисленными обязательствами и невидимыми оковами, и, в конце концов, утратил право на проявление искренних чувств.
Се Цинчэн спустился ниже, натянул на себя одеяло и закрыл глаза.
Под одеялом он коснулся своего запястья: к счастью на этот раз... Хэ Юй ничего не заметил...
В одном из шанхайских отелей.
Люй Чжишу сидела на террасе, глядя на мутные воды реки Хуанпу, и ждала, пока официант отеля накроет стол для завтрака. Вчера она закрывала сделку, засиделась с клиентом допоздна, а затем любезно подбросила его до аэропорта. Уставшая, она решила не ехать домой, а попросила водителя отвезти ее в отель на набережной Вайтань.
Она только что проснулась и, завернувшись халат, сонно вдыхала городской воздух.
Сев завтракать, она вдруг вспомнила, что у нее был неотвеченный звонок, который она вчера вечером получила от нанятого частного детектива.
Хотя поначалу она не планировала устанавливать слежку за Хэ Юем, но, так и не выяснив, что за сучка его соблазнила, в конце концов, она наняла детектива, чтобы тот провел расследование. Но она попросила его быть осторожным и держаться на расстоянии, чтобы Хэ Юй ничего не заподозрил, даже если это займет больше времени и не принесет результатов.
«Кроме того, мой сын – хакер. Даже не думайте использовать для слежки за ним ваше так называемое высокотехнологичное оборудование. Будьте предельно осторожны».
Детектив прислушался к ней, поэтому расследование дела заняло больше времени, чем обычно.
Вчера вечером Люй Чжишу было неудобно отвечать на звонок, но сейчас, когда она вдруг вспомнила об этом, она немедленно перезвонила детективу.
– Алло, – скрестив руки на груди, спросила она человека на другом конце. – Есть какие-нибудь новости?
– Да, госпожа Люй. – Почему-то голос частного детектива звучал неуверенно. – Этот человек... мы установили, кто это.
Люй Чжишу тут же подскочила:
– И кто же?
Частный детектив:
– Я… я собрал кое-какие материалы, давайте, я отправлю их вам по электронной почте.
Люй Чжишу повесила трубку, достала и открыла ноутбук. Через несколько минут ей пришло электронное письмо с вложениями. Щелкая мышкой своими пухлыми пальцами, она загрузила, распаковала и открыла файлы, и тут...
Бах!
Чашка, в которую вцепилась Люй Чжишу, чтобы успокоить нервы, выпала из ее рук на пол и разбилась вдребезги.
Ее лицо побледнело, она не могла поверить своим глазам...
Частный детектив собрал несколько фотографий и видеороликов. Одним из первых было короткое видео из какого-то приложения, которое пользователь записал в баре. У него было не слишком много просмотров, но тем не менее детектив сумел его отыскать. На видео молодой человек обнимал мужчину и целовал его, прижимая к барной стойке, под восторженное улюлюканье толпы.
Поскольку рука молодого человека намеренно закрывала лицо мужчины, Люй Чжишу не смогла разглядеть, кто именно это был. А вот горделивый, красивый, статный юноша – кто еще это мог быть кроме Хэ Юя?
Детектив отметил дату видео – это была осень прошлого года, до начала съемок «Процесса».
Люй Чжишу пролистнула вниз и увидела несколько фотографий.
По одежде можно было понять, что кадры были сделаны детективом недавно: Хэ Юй и Се Цинчэн стоят и смотрят друг на друга у входа в Большой театр, Хэ Юй обнимает Се Цинчэна за талию у входа в отель, Хэ Юй и Се Цинчэн перекусывают на трибуне стадиона Шанхайского университета, и Хэ Юй смотрит на Се Цинчэна нежнее, чем главный герой на героиню в любом романтическом сериале. А еще было фото из коридора Шанхайского медуниверситета. Неясно, что случилось с Се Цинчэном, но, похоже, тот потерял сознание, и встревоженный Хэ Юй, держа его на руках, бежит в сторону медпункта.
Она пролистнула дальше…
Здесь было видео.
Дверца университетского туалета превратилась в ударный инструмент, отбивающий первобытный ритм, словно доносившийся из Эдемского сада. Она не видела, кто был внутри, но слышала звуки. Один из голосов явно принадлежал Хэ Юю, другой было не разобрать...
Прокрутив страницу вниз… у Люй Чжишу загудело в голове, и кровь застыла в жилах.
Это видеозапись была предельно ясной.
Действие происходило на открытой парковке, здесь был припаркован «Куллинан» со знакомым ей номером. С ракурса скрытой камеры было видно, что дверца машины была не закрыта, а на заднем сиденье находился Хэ Юй и с кем-то страстно целовался. Из-за ветра и дождя он не осознавал, что их кто-то тайно снимает, его внимание было полностью поглощено вторым человеком. С начала видео прошло какое-то время, и тут вдалеке проехал чей-то автомобиль, тогда Хэ Юй заметил, что оставил дверцу открытой, поднялся и захлопнул ее.
Казалось бы, на этом запись должна была бы закончиться.
Однако частным детективам часто приходится снимать салоны автомобилей. Хотя «Куллинан» и имел тонированные стекла, у скрытой камеры была специальная линза, позволяющая запечатлеть происходящее внутри.
Изображение было лишь немного темнее, но можно было разглядеть происходившее в салоне автомобиля.
Люй Чжишу побледнела, когда увидела, как Хэ Юй сменил позу, откинувшись на спинку сиденья, а тот, кто до этого лежал на сиденье, поднялся. Его лицо раскраснелось, ресницы были полуопущены, но взгляд оставался надменным. Он поднял руку и длинными пальцами схватили Хэ Юя за галстук.
Галстук был словно уздой для плотских желаний. Мужчина, доминируя, притянул Хэ Юя к себе и что-то ему прошептал. Затем их лица, на которых было написано немного смятения и отрешенности, медленно сблизились и, наконец, они слились в долгом поцелуе.
Тем, кто держал Хэ Юя за галстук и управлял процессом... Был...
Профессор Шанхайского медицинского университета, старший брат Се Сюэ…
Бывший личный врач Хэ Юя…
Се Цинчэн!!!
Как… как это мог быть он? Они… что у них за отношения?
Люй Чжишу словно ударило молнией. Она не могла в это поверить, но улики, предоставленные детективом, были неоспоримы. В ее голове всплыли обрывки прежних отринутых подозрений...
Она узнала, что Хэ Юй покупал презервативы в университете, но, судя по записям камер видеонаблюдения, в тот день он не виделся ни с одной женщиной, зато был наедине с Се Цинчэном.
На съемках «Процесса» Хэ Юй вдруг без причины попросил поменять ему номер на соседний с номером Се Цинчэна.
А еще, когда она открыла дверцу «Куллинана» и обнаружила внутри наполовину использованную пачку «Durex»...
Раньше она недоумевала, почему Хэ Юй так беспечен, разве он не боится, что Се Сюэ забеременеет? Теперь Люй Чжишу, наконец, поняла, что Хэ Юя этот вопрос вообще не волновал, потому что в машине с ним была вовсе не девушка, а... это был Се Цинчэн... Мужчина!
Тело Люй Чжишу била дрожь. Она смотрела, как на видео Се Цинчэн нахмурил брови и, стараясь сдерживаться, прикусил губу, в то время как Хэ Юй целовал его снова и снова. И хотя на видео не было слышно их голосов, даже идиот бы понял, с какой страстью Хэ Юй произносит имя Се Цинчэна.
Это… просто… Настоящее безумие!
Не смея больше медлить, Люй Чжишу нашла свой резервный мобильный телефон, вставила в него специальную сим-карту и набрала один из номеров.
Абонент ответил.
Из трубки раздался голос Дуань Вэня:
– Алло.
– Алло, господин Дуань, – Люй Чжишу нервно сглотнула. – Я только что кое-что обнаружила и должна вам сообщить...
Автору есть что сказать:
Мини-театр:
Будда:
– Сегодня одному из вас откроется великая тайна.
Хэ Юй:
– Неужели я обнаружу синяки на запястьях Се Цинчэна?
Се Цинчэн:
– Неужели я узнаю, что Хэ Юй когда-то был влюблен в Се Сюэ?
Будда:
– Дамы вперед.
Се Сюэ:
– Неужели я узнаю, что у моего гэ роман с Хэ Юем?
Будда:
– Старшие вперед.
Госпожа Люй:
– …Ох. Мне придется наблюдать за тем, как мой сын и его личный врач резвятся в «Куллинане»! (закатывает глаза)
http://bllate.org/book/14584/1293777
