Чжень Юаньбай прекрасно знал, если Ши Буфан не скажет этим троим о своем хорошем друге, они точно будут говорить про него разные гадости. В ту секунду, когда Ши Буфан взбунтуется и оставит его, мало ему не покажется.
Сейчас он надеялся, что никто ничего не узнает. Пока Ши Буфан не восстановит память, он и не узнает, что его обманули.
Но согласится ли Ши Буфан хранить секрет?
Чжень Юаньбай был не уверен.
Ши Буфан разглядывал его какое-то время, прежде чем медленно произнести: «Я знаю.»
Он неожиданно снова расслабленно лег, вогнав Чжень Юаньбая в состояние паники. «Разве они не идут тебя забрать?»
«Но ты не позволяешь мне выслать им твой адрес. Мне лень куда-то идти прямо сейчас.» Ши Буфан нахмурил брови и добавил: «У меня болит голова.»
Чжень Юаньбай постоянно поглядывал на часы на стене. Ши Буфан лежал на животе и наблюдал за Чжень Юаньбаем. «Почему ты так нервничаешь?»
«Я… ни-ничего.» Чжень Юаньбай снова сел и спросил: «Как долго ты собрался лежать тут?»
«Когда отдохну, пойду.» Ши Буфан закрыл глаза, собираясь снова заснуть.
Стрелки часов медленно приближались к шести и Чжень Юаньбай был уже готов взорваться. Толпа мурашек побежала у него по телу, он был вынужден подойти и опять потянул Ши Буфана, «Как насчет того, что я тебя подвезу?»
Ши Буфан открыл глаза и взглянул на него: «Почему ты так переживаешь, чтобы я ушел?»
Конечно потому, что у тебя плохая репутация!
Чжень Юаньбай не знал, что сказать: «Я просто думал о тебе. Ты уже договорился с друзьями, но так им и не ответил. Теперь они будут сидеть и ждать тебя?»
Ши Буфан сказал с легкостью: «И ладно. У меня болит голова. Они поймут, когда я им объясню.»
«Как долго ты планируешь остаться тут?» Взгляд Чжень Юаньбая опять упал на часы. Он был так встревожен, что почти плакал.
Ши Буфан раздумывал, глядя на него: По какой причине Чжень Юаньбай так нервничает? Боится, что его родители узнают о школьных друзьях? Или что они узнают о его первой любви?
Это было забавно. Ши Буфану хотелось смеяться.
Когда глаза Чжень Юаньбая стали влажными, Ши Буфан наконец-то сжалился над ним и встал с постели. «Ты прав. Я не могу заставлять их долго ждать.»
Чжень Юаньбай поспешил за ним и быстро вытащил электровелосипед. Они вышли во двор, и наконец-то его сердце успокоилось. Он с трудом довез Ши Буфана к популярному зданию в районе и сказал: «Можешь им выслать свое месторасположение. Я пойду.»
Ши Буфан еще раз на него взглянул.
Чжень Юаньбай был симпатичным. У него была гладкая и белая кожа, деликатное и изысканное лицо. Он был действительно привлекательным. Ши Буфан думал о «подтверждении отношений», когда смотрел на него. Он неожиданно облизнул свои губы и медленно сказал: «Ок, будь аккуратнее по дороге.»
Чжень Юаньбай сел на электровелосипед и, уже уезжая, несколько раз стрельнул глазами на Ши Буфана, словно был не в силах с ним расстаться: «У-мм, ты мог бы не рассказывать про нас? Пожалуйста?»
«Окей.» Ши Буфан помахал ему рукой.
Чжень Юаньбай все еще чувствовал себя неуверенно. Ши Буфан не был похож на того, кто держит слово. Он не знал, можно ему верить или нет.
Ши Буфан был высоким и, просто стоя на месте, он уже привлекал к себе внимание, как рекламный щит 3D. Парни его возраста, особенно богатое второе поколение, часто испытывали правила на прочность. Цю Цзинь, игнорируя знак, запрещающий парковку, остановил машину перед Ши Буфаном. Трое парней вышли из машины и уставились на бинт, обернутый вокруг головы пострадавшего.
Цю Цзинь сказал: «Ого, ты правда повредил себе голову.»
Мин Май сказал: «Мой дядя твой доктор. Вначале я поверить не мог, что ты потерял память. Сейчас я своими глазами вижу, что это правда.»
Е Лиан сказал: «Поехали. Сейчас кто-нибудь придет и выпишет нам штраф. Садитесь в машину.»
Цю Цзинь совершенно не волновался: «Подумаешь, штраф! Я считаю бессмысленным, что они не выдают права подросткам.»
Е Лиан пнул его: «Последнее время полиция очень строго к этому относится. Мой брат предупредил, чтобы мы соблюдали правила. Быстрее садитесь в машину.»
Хотя Ши Буфан не помнил их, ему казалась знакомой эта атмосфера. Он сел в машину на переднее сидение, не говоря ни слова. Парни вокруг него уже начали болтать.
«Я слышал, что «дурень» вызвал скорую и отправил тебя в больницу. Ты знаешь, как с тобой произошел несчастный случай?»
«Брат Ши потерял память! Очевидно, что он не может это помнить. Думаешь, это те ублюдки из соседних школ? Кто сделал это с братом Ши, когда увидел его одного?»
«Ну, мы собираемся как следует расспросить «дурня» об этом.» Цю Цзинь подвел итог: «В конце концов, он был единственным, кто там был.»
Глаза Е Лиана уставились в затылок Ши Буфану. Он спросил: «Где твой хороший друг? Почему я его не видел?»
«Я его отправил домой.» Медленно ответил Ши Буфан, и спросил: «Что за «дурень», о котором вы говорите?»
«Ты даже «дурня» не помнишь… Ох верно, ты же память потерял.» Мин Май торопливо объяснил: «Он пример всем студентам в учебе и гордость старшей школы Шенъи. Я слышал, его приняли в школу с высшими оценками на вступительных экзаменах. Тут нет никого лучше, чем Мудрый Чжень, Чжень Юаньбай.»
Ши Буфан взглянул на говорящего: «Он настолько умен?»
«Он умен только в учебе.» Цю Цзинь продолжил: «Кроме учебы, он больше ничего не может. Он не умеет играть в баскетбол или футбол. Во время физкультуры его шансы попасть по волану в бадминтоне равны шансам волана попасть по нему. Понимаешь теперь?»
Е Лиан добавил: «У него хорошие мозги, но нет мускулатуры.»
«Точно, точно, именно то, что я имел ввиду.»
Мин Май сказал: «Плюс, он тебя все время раздражал. Ты ему тоже не нравишься. Ведь директор все время сравнивает тебя и его. Однако ты из тех, кого другим студентам надо обходить стороной.»
Ши Буфан спросил: «У меня с ним плохие отношения?»
«Конечно, плохие» Цю Цзинь рассмеялся: «Ты довольно забавный, когда ничего не помнишь. Ты часто звал его «дурень». Было бы странно, если бы у вас были хорошие отношения.»
Ши Буфан приподнял бровь, а Мин Май продолжил: «Честно говоря, если бы он не был так слаб, он бы наверняка уже с тобой подрался. Но он не может. К тому же он трус. Как только он тебя увидит, он скорее всего обмочит себе штаны. Хахаха!»
Чжень Юаньбай чихнул несколько раз подряд.
Днем Ши Буфан занял его постель, так что сам он не мог подремать. Отослав Ши Буфана, Чжень Юаньбай вернулся домой и нетерпеливо забрался в свою кровать. Он накрылся одеялом с головой и неожиданно почувствовал запах капельницы и лекарств. Ему пришлось встать и поменять постельное белье, забросить грязное в стиральную машину. По дороге он спросил Чжень Юся: «Тебе нужно что-то постирать заодно?»
Младший брат снял наушники и поднял глаза: «Он ушел?»
Снимая постельное белье с кровати брата, Чжень Юаньбай ответил: «Ушел.»
«Как ты с ним подружился?»
Чжень Юаньбай закатил глаза: «Детишкам не нужно быть слишком любопытными.»
Чжень Юся снова надел наушники: «Если он тебя ударит…»
Чжень Юаньбаю хотелось услышать, что брат готов его защищать или что-то такое же приятное.
«…беги как можно быстрее.» - закончил младший.
Чжень Юаньбай молча швырнул одеяло без пододеяльника обратно на кровать, развернулся и вышел из комнаты.
Наконец-то перестелив белье, Чжень Юаньбай устало растянулся на кровати. Он уже почти заснул, когда телефон неожиданно пикнул. Кто-то прислал сообщение.
Пришлось потянуться и взять телефон, на экране высветился профиль со страшной картинкой: белая маска в форме черепа, изукрашенная цветами с черными дырами вместо глаз и носа, очень похоже на маску смерти.
Имя Ши Буфана в WeChat было написано обычным шрифтом. В окошке чата, где было отмечено что они друзья, появился вопрос: «Какие конкретно у нас отношения?»
Чжень Юаньбай сразу сел. Он заставил себя успокоиться и напечатал: «Если ты продолжишь спрашивать одно и то же, я буду тебя игнорировать.»
Ши Буфан развалился на софе в приватной комнате, потягивал сок и, не отрываясь, смотрел на сообщение. Эти слова показались ему немного «приятными для глаз».
Чжень Юаньбай послал еще одно сообщение: «Я тебе уже много раз повторил. Если ты мне не веришь, давай закончим наши отношения.»
Закончить отношения тоже было неплохо. Они могут сделать вид что между ними ничего не произошло. Чжень Юаньбай немного помечтал об этом, пока не увидел ответ Ши Буфана: «Возьми свои слова назад.»
Чжень Юаньбай растерялся. Он стиснул зубы и подумал: и что будет, если я не возьму свои слова назад? Ты же не можешь меня избить по интернету.
«Вы удалили сообщение.»
Чжень Юаньбай лег назад и сердито смотрел на экран, словно это было его раздавленное достоинство. Он еще подождал, но Ши Буфан не ответил. Тогда он нехотя спросил: «Тебе кто-то что-то рассказал?»
Прямо в этот момент Ши Буфан раздумывал, как поменять ник Чжень Юаньбаю. Сначала исправил на «Дурень». Но потом решил, что, учитывая их отношения, это было неуместно. Тогда он поменял ник на «Умница» и стал разглядывать картинку Губки Боба на аватарке Чжень Юаньбая. Ши Буфану все же казалось, что такой ник тоже не подходит. Так что он снова его поменял на «Глупыш».
Ши Буфан был удовлетворен результатом.
Он снова открыл окно диалога и ответил: «Нет.»
Чжень Юаньбай лежал в постели, нахмурив брови. Он поменял ник Ши Буфана на «Надоедливый Ши», а потом уснул.
Наступило воскресенье. Чтобы Ши Буфан неожиданно не пошел искать «лучшего друга», Чжень Юаньбай проснулся рано и послал сообщение: «Ты пойдешь сегодня в больницу?»
Ответ от «Надоедливого Ши» пришел только после одиннадцати. Он ответил «да», коротко и ясно.
Чжень Юаньбай был по-настоящему обеспокоен: «Ты чувствуешь себя лучше?»
Надоедливый Ши: «Довольно неплохо.»
Чжень Юаньбай продолжил печатать: «Хочешь, чтобы я проводил тебя в больницу?»
Ши Буфан в этот момент пил молоко. Он на секунду замер, глядя на эти заботливые слова, облизнул губы и ответил через минуту: «Не нужно.»
Чжень Юаньбай сразу почувствовал себя свободным, как ветер, и подпрыгнул от радости. Прекрасно. Он, возможно, не увидит Ши Буфана целый день.
Кто же знал, что в полдень родители Ши Буфана прибудут к нему домой. Отец был дома в свой выходной и буквально остолбенел, увидев нежданных посетителей. Он торопливо принял подарки. Пара прибывших казалась дружелюбной и легкой в общении. Чжень Юаньбай сидел на диване, пока гости благодарили его за спасение их сына и непринужденно общались с его отцом. Это казалось немного странным.
Он представлял родителей Ши Буфана высокомерными и властными. Но, хотя его родители были одеты в роскошную одежду, в общении они больше напоминали простых людей. Они не должны были вырастить Ши Буфана таким надменным и заносчивым. Может быть, они слишком баловали его? Поэтому у него самомнение Императора?
Гости не остались на обед. Они так хвалили Чжень Юаньбая, что он даже покраснел. Наговорив комплиментов, гости удалились в хорошем настроении.
Когда за родителями Ши Буфана закрылась дверь, Чжень Юаньбай почувствовал на себе тяжелый взгляд Чжень Пиньжиня. Как и предполагалось, настроение у отца было мрачным: «Хорошо помогать другим, но держись подальше от Ши Буфана.»
«Разве ты не хотел, чтобы я дрался с другими?»
«Ты хочешь попасть в местную газету?» Отец поднял руку, и Чжень Юаньбай немедленно отступил на несколько шагов назад. Чжень Пиньжинь недовольно опустил руку: «Мы пойдем пообедаем в кафе. Иди спроси, чего Юся хотел бы съесть.»
«Он выбирал на прошлой неделе и на позапрошлой тоже. Сейчас должна быть моя очередь. Я даже совершил геройский поступок.»
Чжень Пиньжинь уставился на него и возразил: «Какой еще геройский поступок? Без разницы. Я пойду переоденусь, а вы решите между собой, что хотите не обед.»
Он зашел в спальню и закрыл за собой дверь. Чжень Юаньбай заглянул в комнату младшего брата и позвал: «Отец сказал, мы пойдем обедать в кафе. Что бы ты хотел съесть?»
«Разве не твоя очередь выбирать на этой неделе?» Пальцы Чжень Юся быстро стучали по клавиатуре. На экране в игре мелькали разные события, смысл которых Чжень Юаньбай совершенно не понимал. «Выбирай, что ты хочешь на обед.»
«Отец сказал выбирать тебе, мне все равно.»
Чжень Пиньжинь не любил готовить. Каждый раз, когда дети оставались под его присмотром, они всегда шли обедать в кафе. А вечером они врали Цинь Инь, что ели дома. Потому что мама всегда была бережливой, а отец, по сравнению с ней, казался транжирой.
Чжень Юаньбай мечтал, чтобы это воскресенье продолжалось вечно. Тогда ему бы не пришлось встречаться с Ши Буфаном. Не нужно было бы врать. Ведь, чтобы прикрыть одну ложь, нужно соврать еще бесчисленное количество раз. Если в истории есть ложь, то будут и расхождения.
Но чем больше он об этом думал, тем быстрее приближался понедельник. Чжень Юаньбай закрепил школьный бейджик, глядя на себя в зеркало, и печально вздохнул.
В понедельник была линейка и поднятие государственного флага. Все классы собирались на спортивном поле, выстраивались по росту. Чжень Юаньбай на рост не жаловался. Он нашел свой класс и молча встал в заднем ряду.
Член студенческого комитета Сон Мо протиснулся через толпу и встал рядом. Он возбужденно начал сплетничать: «Я слышал, что Ши Буфан упал и разбил голову? И ты вызвал скорую для него?»
Новости разлетались быстро.
Однако Чжень Юаньбай был не слишком доволен «Надоедливым Ши». Он кивнул и спросил: «И что такое?»
«Значит, ты его спаситель?»
Услышав такое определение Чжень Юаньбай сначала воспрял духом, но потом почувствовал сожаление. Точно. Почему же он не подумал о таком очевидном варианте? Почему он не сказал, что он его спаситель, вместо сложной роли друга, которую теперь приходиться играть?
«Я думаю, ты можешь его сдерживать в будущем и сказать, чтобы он прекратил обзываться», - предложил Сон Мо. «Ты же теперь его спаситель. Хотя Ши Буфан ублюдок, он должен понимать правила поведения в социуме, верно?»
Глаза Чжень Юаньбая заблестели. Разве он не думал об этом?
Церемония поднятия государственного флага еще не началась, и на спортивной площадке царил беспорядок. Негодник из параллельного класса свистнул Чжень Юаньбаю: «Эй, ты, дурень! Ты уронил свой студенческий ID!»
Он был одноклассником Чжень Юаньбая в средней школе. Его звали Линь Кун. Это именно он был тем, кто начал распространять прозвище «дурень». Сначала Чжень Юаньбай думал, что в элитной школе не должно быть много идиотов. Но жизнь доказала, что он сильно ошибался. Придурков можно найти где угодно в большом количестве.
Сон Мо боялся проблем, поэтому он промолчал.
Он знал, почему над Чжень Юаньбаем все время издевались другие. У него были прекрасные оценки, и учителя говорили другим ученикам брать с него пример в выполнении домашней работы. Про него писали в школьной газете каждую неделю, а учителя его нахваливали. Чжень Юаньбай привлекал врагов, и характер у его был мягкий. Если бы он мог дать отпор и надавать тумаков своим обидчикам, никто бы не осмелился называть его «дурнем».
Молчание Чжень Юаньбая еще сильнее раззадорило хулиганов по соседству. «Я слышал, что ты спас Шу Буфана? Скажи честно, ты ведь описал себе штаны, когда увидел кровь?»
Все рассмеялись.
Все окружающие студенты смотрели на представление. Многим ученикам был симпатичен Чжень Юаньбай, а издевались над ним обычно богатые студенты из второго поколения с плохими оценками, которых заставляли учиться родители. Не только учителя, но и родители все время ставили в пример Чжень Юаньбая. Поэтому на нем срывали злость.
Остальные делали вид, что это их не касается, и никто не осмеливался вступиться за лучшего ученика.
Чжень Юаньбай не показывал своих эмоций и относился к происходящему, как к громкому собачьему лаю.
Несколько девочек с повязками отдела дисциплины как раз проходили мимо. Та, что была во главе патруля, услышала разговор и нахмурила брови: «Эй, класс, потише.»
«Псс, отдел дисциплины. Вам не к чему придраться. Мы в форме и у всех есть школьные бейджики. Церемония поднятия флага еще не началась. Неужели мы даже не можем пошутить? Хотите нам рты заткнуть?»
Парни с ухмылками заправских хулиганов переговаривались и наблюдали, как девочки сбились в кучку. Чжень Юаньбай не мог это терпеть и решил блефовать: «Вы, парни, знаете, что я спас Ши Буфана. И вы все равно смеете болтать чушь. Когда он придет и узнает, что вы издевались над его спасителем, он преподаст вам урок.»
Задиры на секунду засомневались. Они все же побаивались Ши Буфана и его банду, которая даже оказалась в местных новостях. Школьные негодяи с почтением относились к Ши Буфану.
Девочки благодарно поглядывали на Чжень Юаньбая, который опустил глаза в пол. Он был из тех, кто старался избегать неприятностей, когда это возможно. Он боялся драк, ведь в драке он точно не мог победить.
Парни посовещались, и один из них рассмеялся: «Мы никогда не видели Ши Буфана на церемонии поднятия флага. Плюс у него травма. Очевидно, что он тут не появится.»
«Ты посмел использовать его имя, чтобы нас запугивать. Какая великолепная шутка. Дурень. Ты действительно дурень!»
«Иди и скажи Ши Буфану за тебя заступиться, потому что ты его спас. И посмотрим, станет ли он кого-то бить или нет. И ты даже осмелился угрожать… Проклятье! Какой придурок швырнул мяч?!»
Баскетбольный мяч врезался в лицо Линь Куна и отскочил в сторону. Линь Кун сердито поднял взгляд и увидел Ши Буфана с перевязанной головой, который медленно приближался к эпицентру спора. Прибывший нахмурился и произнес: «Кого, ты говоришь, никогда не видели на церемонии поднятия государственного флага?»
Цю Цзинь, которого притащили сюда насильно, неожиданно оживился: «Брат Ши, он намекает что ты не любишь нашу страну.»
Мин Май, которого тоже насильно притащили на линейку, радостно потирал руки: «Он также обвинил тебя в несоблюдении школьных правил.»
Е Лянь, который всю ночь играл в компьютерные игры и не выспался, добавил: «А еще он назвал тебя придурком.»
http://bllate.org/book/14561/1289951
