В кромешной тьме, среди влажного праха, стоял сандаловый ящик. Рядом на корточках сидел Чжоу Ся и с ожесточением высекал камнем три резких, словно кровавых, иероглифа: «Лю Цзяньго».
Эти слова он оставлял всюду — на земле, на потрескавшихся каменных стенах, на потемневших статуях богов, на древних фресках семьи Сан, на расколотых гробах. Мир вокруг словно распался на руины, но сквозь них вечно торчали выцарапанные буквы: «Лю Цзяньго».
Тишина здесь была невыносимо густой. Густой и тяжелой, чем сама могила. Она давила, медленно лишала рассудка.
Лю Цзяньго. Всё из-за этого проклятого Лю Цзяньго.
Иногда, изнывая от бессилия и тоски, Чжоу Ся задумывался — а что, если вызвать Богиню-Матерь и взглянуть на неё собственными глазами?
Ведь в деревне Гуймэнь произошло нечто, о чём лучше не говорить вслух: место осквернило чужое, нечистое. И, пожалуй, за Вратами мёртвых таились не один, а целый сонм богов.
Но всякий раз, стоило ему вспомнить о Лю Цзяньго, пришельце из иного мира, безрассудное желание угасало. Скрежетая зубами, Чжоу Ся снова замирал, прятал дыхание и терпеливо ждал часа, когда появится шанс вырваться отсюда.
И вот — наконец — вдалеке донёсся зов:
— Душа, вернись. Не блуждай во мраке. Предки мои великие, славьте имя Ся…
Он резко вскинул голову и холодно вгляделся в темноту.
Кто-то взывал к его душе.
Этот голос он слышал и раньше. Но тогда ленился отозваться, предпочитая лежать в родовой усыпальнице семьи Сан. Теперь же, загнанный в ловушку Лю Цзяньго, он решил ответить.
⸻
«Дзынь-дзынь-дзынь!»
Сан Сюй распахнул глаза и глухо ударил по будильнику.
На экране телефона — половина девятого утра, его обычное время подъёма. Всего одна ночь прошла в реальности с тех пор, как он уснул.
Выходит, во сне время текло совсем иначе.
Выйдя в гостиную, он заметил на столе старый, потрёпанный радиоприёмник. Сан Сюй наклонился, изучил его и осторожно снял корпус.
На задней панели, среди ржавчины и пыли, обнаружилась крошечная надпись:
«Радиокомпания Хорошая история, здание Иньцзянь, район Хайдянь, столица».
Проверив адрес в Гаодэ-картах — одном из самых точных китайских навигаторов, — Сан Сюй с удивлением обнаружил, что место действительно существует. На карте значилось:
«Радиокомпания “Хорошая история”, Пекин, район Хайдянь, здание Иньцзянь».
Адрес был подлинный. Он всмотрелся в экран телефона и не сдержал лёгкого вздоха.
Стоит ли сходить?
Мысль не давала покоя.
Слишком много загадок клубилось вокруг этого странного «вхождения во сны». Кто был тот, кто поздравил его с днём рождения? Зачем? Чего хотел добиться?
Сан Сюй перебирал в памяти свои двадцать пять лет. Из всего прошлого лишь одно воспоминание могло сравниться по ужасу с происходящим сейчас: пожар, случившийся в его десять лет. Тогда в огне сгорели отец, мать, дед и бабушка. А он сам провёл полгода в приюте, пока его не забрали дядя с тётей.
Нет, он обязан докопаться до сути этих снов. Иначе всегда останется беспомощной жертвой.
До следующего погружения оставалось семь дней. Времени — катастрофически мало.
Сан Сюй отправил сообщение Лю Цзяньго с просьбой об отгуле, умылся, почистил зубы и открыл шкаф. Там висели одинаковые худи одного бренда — чёрные, серые, белые, различавшиеся только оттенками. Он вытащил наугад одну, натянул с джинсами, сверху накинул пуховик и вышел.
День с самого начала складывался неудачно. У выхода из двора он споткнулся и растянулся на сырой земле. Поднявшись, тут же чихнул от пронизывающего ветра.
Сначала он заехал в больницу — пройти полное обследование, с особым вниманием проверив ВИЧ, HPV и другие инфекции. Затем через интернет нанял хакера, чтобы тот разузнал всё о пожаре, случившемся пятнадцать лет назад.
И только после этого вызвал такси и поехал к зданию Иньцзянь.
Перед ним высился невысокий корпус, явно повидавший слишком многое. Судя по виду, построен он был ещё в восьмидесятые или девяностые годы. Фасад изъеден пятнами, штукатурка облупилась, грязь въелась в трещины и швы. Дом стоял в глубине переулка один-одинёшенек, словно дряхлый старик, который потерял дорогу и случайно забрел в чужое время.
Сан Сюй подошёл к тяжёлой железной двери на первом этаже и костяшками осторожно постучал.
Дверь с протяжным скрипом сама собой приоткрылась — медленно, нарочито, словно приглашая его войти.
Вестибюль оказался пустым и гулким. За стойкой, словно два нелепых стража, стояли картонные чучела в ярких, вычурных ципао, разрисованные так густо и неумело, что в своей гротескности они походили на живых. А в центре зала, прямо под потолком, висело тело. Его облепляли рои мух.
У покойника был высунут язык, глаза широко распахнуты — и казалось, он неотрывно смотрит прямо на Сан Сюя. Но что-то не складывалось. В зале не было привычного запаха тлена. Наоборот — от мертвеца исходил лёгкий аромат, узнаваемый до дрожи. Тот самый, который принадлежал только Пилюле починки неба.
Первое впечатление было ясным: это чужак. Человек из другого мира. Причём не новичок. Судя по насыщенности запаха, он успел проглотить не одну такую пилюлю и вобрал в себя её чистую силу.
На груди у мертвеца была прибита бумага.
Сан Сюй не спешил входить. Сначала достал маску, надел её и только тогда внимательнее оглядел помещение. Чучела, несмотря на пугающий вид, угрозы не представляли. А если и взбредёт им ожить — бумага всегда боится огня, а в его кармане лежала зажигалка. В зале было достаточно светло, тени оставались неподвижными, никаких ловушек он не заметил. Убедившись в безопасности, он осторожно переступил порог.
На бумаге значилось:
«Договор о передаче радиокомпании “Хорошая история”.
Стороны А и Б, на равных и добровольных началах, пришли к соглашению о передаче всех активов радиокомпании “Хорошая история” от Стороны А к Стороне Б.
Для закрепления прав и обязанностей стороны заключают настоящий договор…»
В графе «Сторона А, передающая» стояла подпись: Чжао Цзюньнань.
А в графе «Сторона Б, принимающая» значилось: Сан Сюй. С указанием его паспортных данных.
Сан Сюй застыл.
В памяти всплыл тот самый звонок перед погружением в сон. Незнакомый голос, странное пари с ведущим… И теперь — разве это не выплата ставки? Неужели мертвец, качающийся под потолком, и был тем самым радиоведущим?
Строки договора словно жили своей жизнью. Они не были написаны чернилами — сияли, переливались мягким светом. Стоило поднять лист к окну, и бумага играла радужным блеском. Внутри ощущалась чужая, непостижимая сила. Казалось, стоит лишь подписать имя — и эта сила немедленно вступит в действие, превращая его в нового владельца компании.
Сан Сюй замер.
Принять ли этот дар?
Ведь в Пекине недвижимость стоит баснословных денег. Даже этот облезлый корпус в переулке тянул на десятки миллионов.
И в тот миг он — простой наёмный работник, снимающий чужую квартиру — почувствовал с постыдной ясностью: алчность сильнее страха.
Три секунды сомнений.
И его любовь к деньгам перевесила ужас.
Кто не мечтает о собственной квартире в столице?
Он убрал телефон в карман, медленно оглядел вестибюль. У лестницы висела табличка с указателем:
первый этаж — комната для приёма и выдачи посылок,
второй — конференц-зал,
третий — кабинет директора.
Сан Сюй без колебаний направился наверх.
Кабинет оказался странно целым, будто время сюда не добралось. Вдоль стены стоял массивный шкаф, доверху заставленный одинаковыми старыми радиоприёмниками. Такие же, как тот, что однажды оказался у него дома.
На письменном столе лежал ключ.
А над столом, прямо в воздухе, висел полупрозрачный экран.
На экране высветились строки:
Правила компании
1. Ночью в здание не входить. Ночью дежурит охрана.
2. Сотрудникам приёмной категорически запрещено разговаривать с кем-либо. Если нужно отправить посылку — оставьте её у двери.
3. Войти в компанию могут только директор и те, кому он даст разрешение.
4. Если администраторы рядом, держите лицо обращённым к ним. Никогда не поворачивайтесь спиной.
5. С помощью ключа можно открыть любую дверь и вернуться в компанию.
6. Все — сотрудники или директор — обязаны исполнять условия договора. Нарушение повлечёт суровое наказание.
7. Директор обязан поддерживать численность персонала не ниже шести человек. Если сотрудников окажется меньше — последует ответный удар против директора. Варианты:
— упасть на ровном месте, вероятность 50%;
— простудиться от ветра, вероятность 30%;
— запор, вероятность 10%;
— внезапная смерть, вероятность 10%.
Сан Сюй застыл, уставившись в экран.
Три из четырёх «ответных ударов» он уже испытал на себе. Оставались только запор и смерть.
Он непроизвольно сглотнул.
Постой… А как же зарплата?
Пальцы дрожали, когда он пролистал экран дальше. Там выстроились разделы: «Шаблон трудового договора», «Список сотрудников», «Созвать собрание» и ещё несколько пунктов.
Он открыл шаблон договора.
Текст был прост: сотрудники обязаны вовремя выполнять порученные задания.
А в графе «месячная зарплата» стояло без всяких двусмысленностей:
Одна пилюля починки неба.
В списке сотрудников значились пять имён: «Пять духов» из почтовой комнаты, администраторы Цуйхуа и Эръя, а также охранник Лао Ша.
Всё это, похоже, были люди… или сущности… оставленные Чжао Цзюньнанем. И теперь, без всяких формальностей, они числились под началом Сан Сюя.
Их месячная зарплата — по одной Пилюле починки неба.
Сан Сюй уставился на список и не мог поверить своим глазам. Зарплата у этих «сотрудников» была слишком высокой даже для самой богатой корпорации.
А последним в списке стоял он сам:
«Сан Сюй. Должность: владелец компании».
Администраторы… выходит, это и были те самые два бумажных чучела в вычурных ципао, встречавшие его в вестибюле?
Договоры сверкали той же радужной дымкой, что и акт передачи компании. В каждой строке чувствовалась чуждая, тяжёлая сила. Четыре «сотрудника», и каждому — по пилюле в месяц. А его собственный запас пилюль в лучшем случае тянул на полгода.
Компания досталась ему в наследство. Отказа не предусматривалось.
Сан Сюй помрачнел. А что, если… урезать зарплаты?
Он медленно обошёл кабинет. Компания была маленькой и потрёпанной, но, как ни странно, оснащена всем необходимым: курьерская служба, возможность нанимать людей, проводить собрания. Только вот откуда бралась прибыль, оставалось загадкой. Всё, похоже, зависело от нового хозяина.
Взгляд невольно упал на третий пункт правил. Выходит, Чжао Цзюньнань и вправду прислал ему радиоприёмник именно через курьерскую службу компании? Если так — адрес можно было указать любой.
И в этот момент в голове Сюя мелькнула мысль.
Мысль, которую хотелось проверить немедленно.
Сан Сюй взял ключ, закинул за спину рюкзак и вернулся на первый этаж.
Трупа Чжао Цзюньнаня там уже не было.
За стойкой сидели два бумажных создания в ярких ципао, их густо накрашенные лица улыбались. Улыбка была слишком широкой, слишком красной — словно рты только что вкусили человеческой плоти. На полу тянулся свежий след крови, уходящий за стойку.
Они… съели его?
— Здравствуйте, босс, — пропели тонкие, пронзительные голоса.
Сан Сюй вздрогнул. Всю жизнь его звали «Сяо Сан». А теперь… кто-то, или скорее — что-то, называло его «боссом».
— Ах, какой запах… чужак… как вкусно…
— И босс тоже пахнет… сладко…
Кровь застучала в висках. Он вспомнил правило: не поворачиваться спиной к администраторам.
Сан Сюй упрямо глядел прямо перед собой и двинулся к почтовой комнате, шаг за шагом, пятясь спиной вперёд.
Дверь почтовой комнаты оказалась плотно закрытой. Рядом стоял стол, на котором лежал журнал регистрации. Сан Сюй пролистал страницы и увидел на первой инструкции:
«Для отправки посылки достаточно указать имя и номер телефона получателя.
Адрес для получения: Пекин, район Хайдянь, здание Иньцзянь».
Он замер.
Сквозь щель у порога, в полутьме, виднелась пара синеватых ног с почерневшими ногтями — словно их владелец не мылся сотни лет.
Сан Сюй стиснул зубы.
Из рюкзака он достал Пилюлю починки неба. Рукой, дрожащей больше от напряжения, чем от страха, вписал в журнал имя: «Хань Жао».
Хань Жао был хорошим человеком. И если кто-то заслуживал спасения — то именно он.
Раньше Сюй подумывал отправить пилюлю анонимно, но быстро понял: вычислить отправителя не составит труда. Слишком велик риск, что его раскроют. Подкинуть пилюлю прямо к дому Хань Жао тоже было невозможно: камеры наблюдения висели повсюду, его сразу бы засекли.
Оставалась одна надежда — эта странная курьерская служба.
Если она работала, то это был самый безопасный способ.
И вряд ли Хань Жао рискнёт задавать вопросы … таким работникам.
Собираясь положить пилюлю у двери, Сан Сюй вдруг вспомнил последний пункт правил:
число сотрудников не должно быть меньше шести.
Он быстро прикинул: два бумажных создания, один охранник, один старик из почтовой, и он сам — и босс, и сотрудник одновременно. Пятеро.
Одного не хватало.
А испытывать на себе «откат» — будь то простуда, падение на ровном месте или, чего доброго, внезапная смерть — он совершенно не желал.
Сан Сюй вернулся в кабинет директора. В ящике стола нашёл бланк трудового договора. Название компании в нём пустовало. Он без колебаний вписал: «ООО “Ночной кошмар”».
В графу «Сотрудник» он вывел имя: Хань Жао.
А внизу добавил особенно важный пункт:
«Если сторона Б соглашается работать в компании по данному контракту, сторона А немедленно предоставляет ей одну Пилюлю починки неба».
Дальше — зарплата. Там значилось: «одна пилюля в месяц».
Сан Сюй, не моргнув глазом, исправил «одна» на «половина».
И приписал примечание: «Пилюля, только что выданная, засчитывается как аванс из зарплаты».
Он распечатал договор и аккуратно положил его у двери почтовой комнаты. Сделал круг по холлу, вернулся — листа уже не было.
Сан Сюй достал список сотрудников. Несколько мгновений — и на пустой строке медленно проступило новое имя: Хань Жао.
Значит, посылка дошла.
Значит, Хань Жао согласился.
Сан Сюй облегчённо выдохнул.
Он вернулся к двери почтовой, положил туда Пилюлю починки неба и снова вписал в журнал имя Хань Жао. На этот раз, в графе «Отправитель» он тщательно вывел одно слово: Босс.
http://bllate.org/book/14554/1289371
