Идти переодеваться уже не было смысла, так что я просто открыл контейнер с закусками. Когда мы ужинаем с ним вот так, я чувствую неловкость и трепет. Мои покойные родители, наверное, даже представить не могли, что я буду спокойно ужинать в своей квартире с кем-то кроме Сон Джи.
Со Хо молча взял палочки для еды – похоже, он не горел желанием слушать мои «не милые» слова.
– Это о секретаре председателя У. Вы ведь говорили, что ищете его?
Он поднял голову, тихо клацнув палочками.
– Он встретился с Сон Джи. В роли секретаря У Джэ Ёна.
– У Джэ Ёна?
– Да.
– Этой информации можно верить?
Судя по выражению лица Со Хо, он сильно в этом сомневался.
– …Сон Джи не взял визитку, но раз этот секретарь знал, что он будет моделью в рекламе седана Allster, я склонен верить в это. Хотя наверняка не знаю. Но важно другое – у вас получится склонить на свою сторону кого-то из исполнительных директоров?
– Возможно, одного.
Тогда на его стороне будут три исполнительных директора и четыре независимых – это численное большинство.
– Этой информации можно верить?
Я вернул ему его фразу. Со Хо слегка прищурил свои удлинённые глаза. Мне показалось, он улыбнулся, но, даже если так, эта улыбка тут же исчезла.
– Я пока не знаю наверняка.
– Как вы собираетесь его убедить?
Он сделал совсем не свойственный для себя жест – сложил пальцы в знак «ОК».
– Деньгами?
И сжал их в кулак.
Так деньгами или силой? Пока я в замешательстве смотрел на него, он положил мне на тарелку с рисом мясистый кусочек рыбы. Похоже, он просто поддразнивает меня. Тут же захотелось сказать что-нибудь колкое, но вместо этого я просто закинул еду в рот.
Если у Со Хо не получится переманить на свою сторону исполнительного директора, то наилучшим выходом будет подговорить Хвана Но Ёна проголосовать против разделения компании. Я специально попросил выяснить, кто из директоров наиболее близок к У Джэ Ёну, – так будет легче вбить между ними клин. Чем ближе друг к другу два человека, тем проще их рассорить.
Хван Но Ён льстит У Джэ Ёну ради крох с барского стола, но он наверняка знает, насколько жесток может быть зампредседателя. И, раз бывший судья больше не планирует переизбираться на пост независимого директора, он станет отличной наживкой.
– Тебе нравится быть независимым директором? – равнодушно спросил Со Хо, вероятно, заметив, как я невольно улыбнулся своим мыслям.
– Очень. В Корее не так много людей моего возраста, которые родились в обычных семьях и взлетели настолько высоко. Знаете про один процент элиты? – сказал я, подняв вверх указательный палец.
– Слышал только про десять процентов элитных*.
Да что с ним сегодня?
– Вы что-то не то съели?
– Даже не знаю. Живот немного крутит. Просто не перевариваю твоего брата.
– И кто из нас тут ещё милый.
_____________
*В оригинале адвокат говорит «onepro» – 1% элиты, профессионалов. Со Хо отвечает про «tenpro» – этот термин используют для обозначения хостесс в элитных заведениях, которые обслуживают богатых людей и политиков.
_____________
Сказав это, я склонился над своей тарелкой и принялся за еду. Благодаря нашим совместным ужинам я снова начал набирать вес. Раз у меня теперь куча денег, надо пить витамины от Сон Джи и беречь здоровье, чтобы успеть их все потратить.
Вместе с рисом я положил себе в тарелку глазное яблоко жареной рыбы. Со Хо меж тем протирал палочки для еды салфеткой.
Глазные яблоки обычно едят только из-за их текстуры, но эти оказались весьма хороши на вкус.
***
– Неплохой домик.
Слова с ноткой хулиганского пренебрежения вырвались из меня сами собой. Передо мной стоял огромный особняк с садом и территорией в 300 квадратных метров в знаменитом районе Сонбук-дон.
Даже если семья этого бывшего судьи и нынешнего независимого директора Samjo Motors изначально была богатой, его особняк как-то уж слишком огромен. Стоимость такого дома наверняка переваливает за 7 миллиардов вон.
Я живу один, поэтому никогда даже не задумывался о том, чтобы купить себе такой. Хотя после продажи акций вполне смогу себе это позволить.
Я рассчитываю забрать себе 15% от общей суммы, но с учётом налогов у меня останется около 8 миллиардов вон, так что денег хватит впритык только на такой особняк. 8 миллиардов – огромная сумма, но на фоне остальных денег, которые получит Сон Джи, она кажется несущественной. Однако я не настолько бессовестный, чтобы обкрадывать собственного брата.
Заглянув за забор высотой где-то мне по грудь, я увидел уличный столик, вокруг которого стояли топиары в форме медведей. Они могли показаться обычными, но выделялись тем, что состояли из срезанных и скреплённых между собой растений. Вообще всё оформление в саду напоминало тематический парк, – похоже, в доме живут маленькие дети.
Я оглядел свой наряд и нажал на кнопку домофона. Из динамиков зазвучала механическая «Весна» из «Времён года» Вивальди, но почти сразу оборвалась.
[Это Сонбук-дон, чем могу помочь?]
Кто не знает, что это Сонбук-дон? Я приставил кулак ко рту, чтобы скрыть смешок.
– Это Чон Со Хон. Я договаривался о визите.
[Открываем.]
Я направился к входной двери, ступая по гравию на тропинке вдоль сада. Говорят, такой гравий полезен для стоп, но этот хруст под ногами жутко раздражал. Куда приятнее было бы идти по зелёной траве в саду, а не по гравийной дорожке в обход.
Я подошёл к двери непринуждённой походкой, расправив плечи и нацепив на себя дружелюбное выражение лица.
– Ох, кого я вижу! Это же наш директор Чон!
Раскрасневшийся от радости Хван Но Ён вышел на порог, чтобы встретить меня.
– Простите, что нагрянул так неожиданно.
– Да о чём вы, какие извинения! Я так рад, что вы заглянули в моё одинокое жилище!
Несмотря на его вежливые слова, он окинул меня хитрым взглядом и приобнял за плечи. В памяти мелькнула сцена, как он, тяжело дыша, облизывал ногу своего подопечного во время оргии. Я едва удержался от желания оттолкнуть его руку. Вместо этого пришлось легонько похлопать его по спине в знак нашей «дружбы».
– Проходите, проходите. Тётушка, директор Чон уже здесь, подайте нам чаю!
Хван Но Ёну, кажется, около пятидесяти пяти лет. Думаю, он заключил какую-то сделку с У Джэ Ёном, раз вышел на пенсию раньше положенного и вёл такой расслабленный образ жизни.
Как мне и показалось ранее, в доме наверняка жил ребёнок – рядом с рождественской ёлкой стоял огромный, выше моего роста, плюшевый медведь. Хотя Рождество давно прошло, на ёлке всё ещё мерцали гирлянды. Кроме того, весь современный интерьер гостиной был дополнен фигурками персонажей из диснеевских мультфильмов. Рядом с камином стоял робот Тэ Квон V из одноимённого аниме. Я даже захотел рассмотреть его поближе – судя по всему, он был сделан на заказ. Рядом с ним располагалась большая модель Галактического экспресса 999. Где-то здесь я уже начал задаваться вопросом, не является ли всё это увлечением самого Хвана Но Ёна.
– О, господин Чон тоже любит мультфильмы?
Пока я с интересом оглядывался по сторонам, Хван Но Ён подошёл ко мне сзади.
– К моему большому сожалению, родители не разрешали мне смотреть их в детстве.
– Наверное, ваши родители были очень строгими.
– Вы правы.
Домработница поставила на стол чай, торт и печенье. Я не особо люблю сладкое, но всё равно сел напротив Хвана Но Ёна и взял в руки вилку.
Отпив чая из кружки, я отрезал кусочек торта со взбитыми сливками. Благодаря Ли Чан У, который ожидал меня снаружи и сейчас подслушивал наш разговор через мобильную связь, в этот раз я мог не опасаться последствий.
– Как вкусно!
– Тётушка печёт очень вкусные торты. Я попрошу её упаковать вам немного с собой.
– Спасибо вам большое. Однако я заглянул к вам не просто так.
Пока я говорил, Хван Но Ён вдруг вытащил что-то из-под стола.
– Возьмите это. Я с трудом отбил её у одного коллекционера.
Это оказалась выцветшая карточка с изображением персонажей какого-то мультфильма.
– Благодарю вас…
Думаю, вскоре она окажется в ближайшем мусорном ведре, но сейчас я аккуратно положил её рядом с собой. Хван Но Ён встал с места, открыл ящик комода и достал оттуда что-то ещё.
– И это тоже возьмите.
С лицом, полным невысказанного восторга, он протянул мне какую-то одежду. Это оказалось длинное чёрное пальто.
– Э… то что?
Как ни взгляни, пальто явно женское.
– Вы не знаете Мэйтел?*
– Мэйтел?..
– Когда директор Чон хмурится, то становится очень на неё похож.
_____________
*Здесь и далее – персонажи манги и аниме «Галактический экспресс 999».
_____________
Директор Хван указал на свою переносицу.
Может, он совсем слетел с катушек? Или ведёт себя так намеренно? Пусть он на пенсии и живёт, ни в чём не нуждаясь, я всё же предполагал, что в бывшем судье должно быть чуть больше достоинства.
– Спасибо, позже обязательно примерю.
Я положил пальто рядом с собой и обратился к Хвану Но Ёну, который выглядел слегка разочарованным:
– Причина, по которой я пришёл к вам… Ох, позвольте мне говорить прямо…
Я заговорил быстрее, опасаясь, что он снова встанет с места.
– Вы ведь знаете о повестке предстоящего собрания совета директоров?
– …
Лицо, посветлевшее с момента моего прихода, внезапно потемнело и осунулось.
– На повестке собрания довольно много пунктов.
– Я говорю о самом важном из них.
Директор Хван зацепил указательным пальцем ручку чашки с чаем. Когда он подносил её ко рту, его рука дрожала. Вряд ли он так распереживался из-за моих слов – наверное, это просто тремор. Может, один из побочных эффектов от приёма наркотиков.
– Слышал, когда вы были на передовой, то выносили честные и справедливые приговоры.
Признаться, я понятия об этом не имею. Я никогда им не интересовался.
Глотнув чёрного чая, Хван Но Ён отщипнул шоколад и сливки от кусочка торта и закинул их в рот. Увидевшая это домработница принесла ему какао с зефирками и тонной взбитых сливок. Такая зависимость от сахара тоже может быть из-за наркотиков.
– Если вы любите аниме и мангу, то в вас наверняка ещё жив внутренний ребёнок.
У меня чуть язык не свело от этих слов.
– Возможно ли, – начал Хван Но Ён, – что директор Чон пришёл ко мне только из-за повестки на предстоящем собрании?
Я достал из кармана костюма платок и аккуратно вытер сливки с уголка его рта. Глаза Хвана Но Ёна широко раскрылись, и он несколько раз растерянно моргнул.
– Судья Хван, вспомните старые добрые времена, когда вы вершили правосудие в зале суда и карали преступников. Вы не тот человек, который поступит неправильно. Я знаю, что вам сейчас очень тяжело. Я ведь и сам когда-то был зависим.
– …
Я сжал руку Хвана Но Ёна.
– Вам нужно выкарабкаться. А чтобы это сделать, надо остановить человека, который поставляет вам наркотики.
Отвернись от У Джэ Ёна, долбанный ты нарик!
– Могу я спросить, почему вы не собираетесь переизбираться на новый срок?
– Я… хочу уйти, пока всё не стало ещё хуже.
Его слова, подтверждающие мои мысли о добровольной отставке, придали мне сил. Хотя мне плевать, даже если на самом деле это У Джэ Ён выбрасывает его, как уже сделавшую свой ход пешку.
– Вам нельзя и дальше потакать своим слабостям. Думаю, вы слышали сплетни о том, как я стал независимым директором?
Независимые директора должны быть в курсе, что я не на стороне У Джэ Ёна. Прежде чем Хван Но Ён успел задуматься над ответом, я ещё раз крепко сжал его руку.
– Вы, вероятно, не хотели начинать? Просто не знали, во что ввязываетесь...
Его зрачки заметно дрожали.
– Не знал. Я не знал, что это наркотики. Такого никогда не происходило, пока председатель был жив…
– Вы только недавно начали, так что сможете бросить в любой момент. Если будете так сильно налегать на сладкое, то навредите своему здоровью. Мне больно видеть моего уважаемого сонбэ из Университета судебных исследований и подготовки в таком состоянии. Вот почему я пришёл к вам.
Я нахмурился, изображая крайнюю степень беспокойства. Хван Но Ён пристально посмотрел мне в глаза. Я – насколько мог искренне – взглянул на него в ответ.
– Я помогу вам. Вы обязательно встанете на верный путь. И однажды мы посмотрим аниме вместе, а когда ваш разум прояснится, я попрошу вас о добром совете и наставлении.
– Мэйтел.. Пожалуйста, направь Тэцуро!..
Вот же чокнутый ублюдок. Хотя, если приглядеться, он и правда похож на Тэцуро.
– Хоть я и не настоящая Мэйтел, но я могу вернуть судье Хвану его прежнее здоровье и направить его на честный путь. Пожалуйста, помогите и вы мне.
– Вы… вы правда беспокоитесь обо мне?
Хотя я не слышал о семейном положении Хвана Но Ёна, в гостиной не было ни одной семейной фотографии. Если у него и есть жена и дети, то, вполне вероятно, что у них не лучшие отношения.
– Конечно, беспокоюсь. Разве я пришёл бы к вам, если бы не беспокоился? Мне всё равно, что будет с другими директорами, но я столько слышал о судье Хване и его былых заслугах от старших коллег, что стал уважать вас, даже не зная лично. Поэтому моё сердце болит именно за вас. Если позволите, я скажу ещё одну вещь: несмотря на то, что вы принимали наркотики, при доказательстве факта принуждения все обвинения с вас будут сняты.
Хван Но Ён закивал головой:
– Да… да… Когда я был судьёй, все приходили ко мне за советом… А теперь от моего имени осталась только красивая визитка... Директор Чон!
– Да?
Хван Но Ён сжал мою руку.
– Давайте вместе помолимся, чтобы я смог выбраться из этого ада!
Теперь он ещё и уверовал. Со всеми твоими оргиями, наркотиками и пьянством Бог точно не захочет тебя спасать… Но вслух я смиренно сказал лишь одно:
– Аминь.
Должно быть, он поверил в мою искренность, ведь за бесконечные тридцать минут его молитвы я ни разу не выказал скуки.
Когда я вышел из особняка, держа в руках подарок Хвана Но Ёна: выцветшую карточку и пальто Мэйтел, – мне показалось, что этот день длился целую вечность. Домработница настояла на том, чтобы проводить меня до ворот.
– Спасибо, господин. Наш судья Хван на самом деле действительно хороший человек, ему просто очень не везло в жизни. Жена забрала детей и уехала за границу, и он всё время оставался один.
Домработница постоянно кланялась мне, словно я оказал ей невероятную услугу.
– Ну что вы, не стоит. Предоставьте всё мне. Я обязательно верну вам прежнего судью Хвана.
Когда он проголосует за Со Хо, то тут же перестанет для меня существовать.
Я взял торт, который домработница упаковала для меня с собой, и подошёл к чёрному седану, припаркованному неподалёку.
Перед машиной, даже не прислонившись к ней, ждал Ли Чан У. Увидев меня, он вынул наушники из ушей и состроил уставшее лицо. Проигнорировав его, я сел на заднее сиденье и положил рядом пакет с тортом.
– Вы куда лучший актёр, чем Сон Джи, – сказал Ли Чан У, пристёгивая ремень безопасности.
– А вы видели игру Сон Джи?
– Случайно.
– Торт очень вкусный, угощайтесь.
– Вы были зависимы от наркотиков, адвокат Чон?
– Вы с ума сошли? Моё тело чрезвычайно ценно.
Слова о том, что я когда-то сидел на наркотиках, были лишь уловкой, чтобы Хван Но Ён доверился мне.
Я тщательно вытер руки салфетками, которые лежали в машине. Ощущение, что на мне осталась куча микробов после этого визита. Сейчас я как никогда понимал Со Хо с его маниакальной чистоплотностью.
http://bllate.org/book/14526/1286812
