Цзя Сюй всегда восхищался кротостью Цинь Ваншу – её манерами истинной благовоспитанной леди. Она говорила едва слышно, никогда не повышала голоса, а стоило ему проявить чуть больше настойчивости, как она тут же покорно извинялась.
В этот раз все было не так.
Цзя Сюй понимал причину. Отчасти виной тому была её неизменная привязанность к нему, отчасти – страх. Страх, что он и впрямь обнародует их личные тайны в сети. Страх, что он так и не вернёт ей долг.
И, признаться, этот страх даже льстил Цзя Сюй. После ссоры Цинь Ваншу стала куда более покладистой: осторожничала в словах и поступках, боясь, что малейшая оплошность заставит его окончательно отказаться от выплаты.
Цзя Сюй продолжал искусно вести свою игру, осторожно подводя Цинь Ваншу к самой грани тревоги и сомнений, лишь затем милостиво обещая рассчитаться с долгом.
– Ты же поддерживаешь мой бизнес. Ты была в моей компании. Разве стал бы я тебе лгать?
– Я даже проценты тебе плачу. Просто сейчас не самое подходящее время. К чему эта паника?
Чтобы никто ничего не заподозрил, Цзя Сюй тщательно скрывал свою страсть к азартным играм — ни на работе, ни в их общей квартире он никогда не позволял себе даже намёка на это увлечение.
Он умело маскировал свои вылазки: делал вид, что задерживается на работе допоздна, а сам тем временем отправлялся в свой уединённый особняк, где устраивал игровые вечера в компании сомнительных приятелей.
Но однажды Цинь Ваншу, терзаемая сомнениями, тайно наведалась в компанию Цзя Сюя. Она расспросила других соучредителей о состоянии дел — и с изумлением обнаружила, что никакого кризиса не существовало. Напротив, партнёры высказывали серьёзные претензии к трудовой этике Цзя Сюя: его частые отсутствия, странные оправдания, необъяснимые задержки с отчётностью.
Поняв, что дальше скрывать правду бессмысленно, Цзя Сюй наконец признался в своей пагубной страсти к азартным играм.
– И что с того? Мы же вместе ездили на тот курорт. Когда я крупно выиграл, ты ничего не сказала.
– Мы вскоре должны пожениться. А ты даже не можешь быть со мной и в горе, и в радости?
У Цинь Ваншу не нашлось ответа.
Больше года тянулся этот бесконечный цикл займов и выплат, а Цзя Сюй всё ещё был ей должен около 4 миллионов юаней.
Она становилась всё более замкнутой, перестала путешествовать и общаться с друзьями. В свободное время она просто сидела в тишине, безвольно держа на коленях кошку и уставившись в одну точку.
Цзя Сюй наблюдал за этим с удовлетворением. Ему нравилось видеть её такой.
Всякий раз, стоило ей выразить недовольство, он тут же поднимал вопрос о разрыве.
– Давай, – говорил он с холодной усмешкой, – подай на меня в суд
Эти слова всегда действовали безотказно. Он знал: она не решится. Не расстанется с ним. Не пойдёт в суд. Не расскажет родителям…
В глазах её семьи он оставался идеальным кандидатом в мужья — внимательный, тёплый, успешный, профессионал своего дела. Они уже строили планы на свадьбу, гордились им, не подозревая, что скрывается за безупречной маской.
А между тем всё имущество Цзя Сюя давно было заложено. Даже если бы она решилась подать в суд, вернуть деньги сразу не получилось бы. Хуже того — это обернулось бы публичным скандалом, который не просто лишил бы её средств, но и унизил перед всеми, разрушив репутацию семьи.
День за днём Цзя Сюй замечал всё новые признаки её упадка: волосы выпадали клочьями, она начала принимать антидепрессанты, а её некогда живой взгляд становился всё более отрешённым. Она превращалась в пустую оболочку самой себя.
И вот, наконец, настал его счастливый день.
В тот самый день их общую квартиру ограбили.
Вор унёс всё, что имело ценность, но самым жестоким ударом стало то, что он убил кошку, которую Цинь Ваншу растила восемь долгих лет.
Она застыла посреди опустошённой квартиры, сжимая в дрожащих руках трупик животного. Она снова и снова выкрикивала имя Цзя Сюя, словно это могло как-то помочь.
Слушая ее рыдания и безумное бормотание в телефонную трубку, Цзя Сюй чувствовал лишь раздражение.
– Бог дал тебе встретиться со мной, Бог дал твоей кошке умереть. Это значит, что ты не нравишься Богу. Если не можешь с этим справиться, иди и умри вместе со своей кошкой. Перестань вымещать на мне свои обиды.
Сказав это, он равнодушно повесил трубку.
Чуть более чем через десять минут Цинь Ваншу, спрыгнув с крыши их дома, погибла на месте.
Цзя Сюй тут же помчался домой, удалил всю историю чатов с их телефонов и уничтожил долговые расписки. Он горько плакал перед её родителями, изображая безмерное горе. Он сказал, что не заботился о ней должным образом и не знал, что она взяла так много кредитов.
Когда речь зашла о переводах денег, он был готов к вопросам:
– Цинь Ваншу как-то сказала, что на гране разорения, поэтому я перевёл ей эти деньги, чтобы она смогла рассчитаться с долгами.
Переводила ли она ему деньги?
– Да, Цинь Ваншу была гордой и сама настояла на том, чтобы вернуть все.
Что же касается первоначального крупного перевода, который она когда-то сделала ему? У него и тут нашлось объяснение. Он утверждал, что она заняла у него деньги в стране А на покупку различных брендовых вещей. Это был просто возврат долга.
Родители Цинь Ваншу не были до конца убеждены. Но у Цзя Сюя была престижная работа, и вел он себя безупречно. И да, формально Цинь Ваншу сама взяла столько кредитов и сама спрыгнула с крыши. Может быть, это было горе, а может быть, они не хотели смотреть правде в глаза, но в конце концов пожилая пара не стала и дальше выяснять причины ее падения.
Вот так просто долг в размере 4 миллионов юаней растворился в воздухе.
«Отлично. Мне действительно везет», – думал Цзя Сюй.
***
После просмотра видеоролика о долге крови Гуань Хэ испытал такое отвращение, что едва не потерял сознание.
Даже Сун Чжэн и сяо Ли были потрясены увиденным, особенно сяо Ли. Ему самому однажды задолжали денег, и он от ярости чуть не вышел из состояния гриба.
Сам же Цзя Сюй остался совершенно невозмутим. Он забрал свои 2024 обмененные фишки, добавил их к уже имеющимся, теперь их общее число превышало четыре тысячи, и решительно направился к игровым автоматам.
Вскоре он нашёл то, что искал: игровой автомат с джекпотом 80 000 к 1, напоминавший тот, в который он выиграл на курорте.
Остановившись перед ним, он вытащил свои «Игральные кости, заимствующие удачу», и с вызовом окинул взглядом окружавших его людей: хотите следовать за моими ставками? Посмотрим, как вы сможете это сделать на игровом автомате.
Если поставить сразу все 4000 фишек, то приумножив их в 80 000 раз, он разом получит более 300 000 фишек.
С такой суммой он мог бы давать деньги в долг и получать стабильный доход в виде процентов. А если удача однажды изменит ему, он всегда мог бы прибегнуть к крайним мерам – например, купить человеческое мясо, чтобы избежать последствий табу.
Такой артефакт, как «Игральные кости, заимствующие удачу», лучше использовать раньше, чем позже.
После этого ему придется строго контролировать себя, прибегая к ним лишь в самых крайних случаях.
Это был уже третий день подряд, когда он использовал кости, а значит, перед смертью его ждало три дня невезения. Но это всего лишь несколько неудачных дней в самом конце жизни – Цзя Сюй был готов с этим смириться.
В играх «Вселенной Хуаньси» не было ограничений по ставкам.
Под завистливыми и напряжённо-ожидающими взглядами толпы Цзя Сюй разом поставил все свои оставшиеся четыре тысячи с чем-то там фишек.
Игральные кости зашевелились в его ладони, становясь холодными, как лёд.
Казалось, что-то покинуло его тело, и Цзя Сюй вздрогнул.
Но это не имело значения.
Цзя Сюй не отрывал взгляда от игрового автомата. Барабаны послушно вращались и замерли на комбинации «777». Весёлая музыка взорвала тишину зала, золотые конфетти разлетелись во все стороны, а мигающие огни почти ослепили его.
Он выиграл более 300 000 фишек!
Толпа взорвалась криками от восторга, воздух наполнился свистом. Цзя Сюй глубоко вздохнул. На мгновение ему показалось, что он снова оказался в том курортном городке.
Так что сегодняшняя неудача была всего лишь мелкой неприятностью. Он по-прежнему мог использовать «Игральные кости, заимствующие удачу». А это означало, что он, по крайней мере, доживет до завтра!
Цзя Сюй повернулся и торжествующе поднял кулак в сторону толпы. В этот момент к нему подбежал желтоволосый и с силой хлопнул его по спине
– Триста тысяч! Цзя-гэ, я буду следовать за тобой всю жизнь! – кричал он, и голос его чуть дрожал. Заметив, что Цзя Сюй почти не обращает на него внимания, желтоволосый повысил голос. – Цзя-гэ, мы с тобой созданы друг для друга!
– Хе-хе, ты не знаешь, но это я убил твою кошку! Посмотри, я помог тебе избавиться от такой огромной проблемы… – Цзя Сюй резко обернулся и взглянул на ухмыляющегося желтоволосого.
Радость мгновенно испарилась с его лица, а по спине пробежал холодок.
«Нет. Что-то тут не так», – пронеслось у него в голове.
Но уже в следующее мгновение из-за стойки обслуживания раздался крик:
– Помогите… помогите мне!..
С потолка спустился багровый огненный шар, и поджёг сотрудницу, которая завершала выдачу фишек Цзя Сюю. Объятая пламенем, она кричала от боли. Толпа затихла, уставившись на стойку. «Вселенная Хуаньси» всегда считалась абсолютно безопасным местом – ничего подобного здесь прежде не случалось!
– Чего застыли? Тушите! – заорал дядя Хоу.
Его люди схватили стоявшие рядом вазы с цветами и напитки, желая потушить пламя, объявшее девушку. Но пламя не угасало. Оно только разрасталось. Сотрудница «Вселенной Хуаньси» рухнула на землю, корчась в конвульсиях, сгорая вместе с толстым ковром.
Вода не могла потушить красный призрачный огонь.
«Это Фан Сю», – ошеломлённо подумал Цзя Сюй. – «Фан Сю здесь».
Но этого не могло быть. Фан Сю сегодня даже не переступал порог «Вселенной Хуаньси». У него попросту не было на это права!
«…Мог ли Фан Сю найти способ рассеять «E»?»
«…Сейчас? Сразу после того, как он обменял всё на фишки?»
«Нет. Этого нельзя допустить».
Он был обязан защитить «Вселенную Хуаньси». Это было его будущее. Его более 300 000 фишек ещё даже не были выданы. Стойка обслуживания не могла сгореть…
– Не используйте воду! – хрипло крикнул Цзя Сюй. – Перекройте доступ кислорода. Придумайте, как перекрыть доступ кислорода…
Говоря это, он посмотрел на куполообразный потолок, но ослепительный свет казино был слишком ярок – он ничего не мог разглядеть.
«Чёрт возьми», – Цзя Сюй стиснул зубы и бросился к стойке обслуживания.
Но едва он сделал шаг, женщина в маске слегка выставила ногу. Лицо Цзя Сяю ударилось о пол, из носа хлынула кровь. Боль была невыносимой, казалось, нос сломан.
Но теперь это не имело значения. Цзя Сюй, пошатываясь, поднялся на ноги и продолжил атаку, расталкивая толпу, пытаясь потушить огонь.
Пламя добралось до стойки. Спотыкаясь и превозмогая боль, Цзя Сюй устремился к стойке. Он проталкивался сквозь толпу, невольно сбивая с ног людей, которые спешили потушить пожар. Огонь уже вовсю лизал стойку. Цзя Сюй сорвал с себя пиджак и отчаянно попытался сбить призрачное пламя. Но каждый раз, когда он наносил удар, его рука попадала не в то место, и огонь лишь разгорался с новой силой
Внезапно крепкий мужчина схватил Цзя Сюя за воротник и грубо отшвырнул от стойки.
– Цзя Сюю сегодня не повезло. Уведите его отсюда, – холодно сказал дядя Хоу. – Особенно подальше от нас.
Цзя Сюй врезался в груду столов и стульев, покатился по ковру, получия еще больше синяков.
– Это… это просто совпадение! – прохрипел Цзя Сюй, вытирая кровь с лица. – Вероятность такого события не равна нулю! А-Цин, скажи им!
Но А-Цин стоял рядом с дядей Хоу и смотрел на Цзя Сюя почти с сочувствием.
Дядя Хоу обернулся к толпе:
– Поднимайтесь и используйте свои тела, чтобы потушить пламя! Тот, кто приложит больше усилий, получит фишки, а я позабочусь о лечении!
«Альянс Банкротов» оживился. Они бросились на горящую стойку и начали самоотверженно тушить огонь, жертвуя собой.
Люди громоздились друг на друге, образуя живую гору плоти. С шипением и едким запахом огонь начал постепенно утихать. За стойкой обслуживания красивые сотрудники и сотрудницы, дрожа и жалобно причитая, сбились в кучу.
Над залом, за световым люком…
Фан Сю опустил взгляд, глядя на сервер, из которого валил густой чёрный дым.
Несколько минут назад, при просмотре кровавого долга Цзя Сюя, проецируемого на виртуальный экран сервера, он решительно поджёг кусочек персикового дерева и бросил вниз огненный шар.
Пламя вспыхнуло, охватив стойку обслуживания, но продержалось недолго, его быстро потушили люди, забравшиеся на сервер. Обгоревшие до черноты фигуры, корчившиеся внутри кричащих мозгов, были поистине шокирующим зрелищем.
Фан Сю прищурился, оценивая скорость распространения пламени.
Увидев, что призрачное пламя погасло, Чэн Сунюнь напряглась:
– Сяо Фан, неужели это не сработало?
Она ничего не сказала о травме Цзя Сюя, явно разгневанная его долгом крови.
Фан Сю не ответил. Он вытащил всех нефритовых Будд, смазал кровью и аккуратно повесил одного себе на шею.
– Чэн-цзе, ты тоже надень одного.
Чэн Сунюнь послушалась, хотя на её лице по-прежнему читалось замешательство.
Убедившись, что Чэн Сунюнь активировала своего Будду, Фан Сю вытащил тело Шан Дебао. Схватив мертвеца за волосы, он с силой ударил его головой о световой люк…
С глухим стуком множество цементных обломков полетело вниз из светового люка, обрушиваясь прямо на стойку обслуживания.
«Человеческий череп не сможет пробить световой люк», – пронеслось в голове у Бай Шуанъина. Он потянулся к своей «Персиковой косточке», но Фан Сю покачал головой.
На лице этого человека появилась странная улыбка, пока он вновь и вновь с силой продолжал бить головой мертвеца по узкому световому люку.
Удар реальности разбил иллюзию.
Внизу Цзя Сюй услышал отдалённый, странный звук и поднял глаза к потолку, наблюдая, как сверху сыплется пыль. Затем он схватил желтоволосого, который следовал за ним:
– Это Фан Сю, это, должно быть, его рук дело! Это его призрачное пламя. Он там, наверху, что-то делает…
– Чего ты боишься? Что он вообще может сделать в его состоянии?
– Возможно, он нашёл способ уничтожить «Е»! Что-то не так… А вдруг он разобьёт потолок? – Цзя Сюй был крайне взволнован
Бах!!!
Едва Цзя Сюй закончил говорить, как сверху рухнула огромная бетонная плита, мгновенно раздавив сотрудника за стойкой обслуживания.
– Твоё проклятие слишком точное… – желтоволосый изумлённо посмотрел на Цзя Сюя.
Цзя Сюй с трудом поднялся на ноги:
– Ни в коем случае не позволю ему разрушить это место! Я должен пойти к дяде Хоу!
Дядя Хоу не знал, насколько безумен Фан Сю и что у него есть нефритовый Будда. Цзя Сюю следовало предупредить его как можно быстрее.
Чтобы остановить Фан Сю, нынешних средств защиты было недостаточно – действовать нужно было немедленно!
Над головой Цзя Сюя Чэн Сунюнь безучастно смотрела на разбитый световой люк. То ли из-за многолетней ветхости конструкции, то ли благодаря умело рассчитанной силе удара, но Фан Сю действительно удалось пробить цемент человеческим черепом. Окровавленная дыра получилась небольшой, но её хватало, чтобы через неё пробрались два таких худых человека, как Фан Сю и Чэн Сунюнь.
Потолок в казино находился вовсе не на высоте шестиэтажного дома, а всего лишь на высоте шести метров. Осторожный прыжок не был бы смертельным.
– Как ты… – начала спрашивать Чэн Сунюнь
– Я должен поблагодарить Цзя Сюя, – пожал плечами Фан Сю. – Ему невероятно везло, а теперь придётся расплачиваться за нее своей неудачей, причем с процентами.
Катастрофическое невезение означало, что любое ужасное предчувствие могло стать реальностью, а всё, что ты стремишься защитить, неизбежно исчезнет. Как и удача товарища, неудача противника также могла быть мощным оружием.
– Чэн-цзе, когда мы прыгнем, сразу же активируй «Щит свирепого призрака», – сказал Фан Сю.
– Этот щит блокирует только магию. Он не остановит столько людей! – с тревогой возразила Чэн Сунюнь.
– Всё в порядке. Верь мне.
Бай Шуанъин, вдоволь насладившись зрелищем, качнул «Персиковой косточкой»:
– Я могу помочь уничтожить эту штуку.
– Не нужно, я сам справлюсь, – коротко отрезал Фан Сю.
С этими словами он, подтащив свое искалеченное тело ближе к краю, рухнул в пролом. Чэн Сунюнь последовала за ним, а после минутного колебания к ним присоединился и Бай Шуанъин.
***
Внезапный пожар поверг казино в хаос.
Сяо Тянь завязала волосы в хвост, стёрла помаду, сбросила маску и присоединилась к грибному отряду. Все четверо в шоке наблюдали, как дядя Хоу яростно борется с огнём. Игнорируя попытки охранников остановить его, Цзя Сюй протиснулся к дяде Хоу, пытаясь что-то сказать.
Сяо Тянь повернулась к Гуань Хэ:
– Эй, это провернула твоя команда? Жаль, что огонь не разгорелся сильнее, ещё один пожар был бы весьма кстати.
Едва она закончила фразу, из ослепительного света упала фигура в красном.
Фан Сю приземлился на труп Шан Дебао, совершив мягкую посадку. Он очутился точно на светильнике круглой стойки обслуживания – более чем в двух метрах от земли. Следом упала Чэн Сунюнь, и Фан Сю ловко поймал её за руку, и та осталась невредима.
Как только она коснулась пола, то мгновенно активировала «Щит свирепого призрака».
В тот же миг свет внутри «Вселенной Хуаньси» окрасился в ужасающий кроваво-красный цвет. Музыка оборвалась, сменившись монотонным повторяющимся сигналом тревоги:
«Внимание! Обнаружены два несанкционированных нарушителя. Устраните угрозу. Награда: 10 000 фишек за человека».
«Внимание! Обнаружены два несанкционированных нарушителя. Устраните угрозу. Награда: 10 000 фишек за человека».
«Внимание! Обнаружены два несанкционированных нарушителя. Устраните угрозу. Награда: 10 000 фишек за человека».
В тот же миг голос дяди Хоу прорвался сквозь хаос, перекрывая шум:
– Я удвою награду! Добудьте их!
Гуань Хэ уже собирался броситься вперёд, но Сун Чжэн удержал его:
– Не ходи. С ними всё будет в порядке. Твоя задача – оставаться в безопасности и защищать себя.
Среди царящего вокруг безумия Фан Сю едва заметно улыбнулся.
Оказалось, что реальность, открывшаяся ему после прохода через «Аварийный выход» действительно была реальностью. Перед глазами развернулась жуткая картина: бесчисленные игроки устремлялись к ним, карабкаясь друг на друга, словно муравьи в растревоженном муравейнике, взбираясь по серверу, залитому мозговым веществом.
Фан Сю прижал одну руку к корпусу сервера и вновь зажег призрачный огонь. Щит Чэн Сунюнь окружал их двоих, надёжно защищая от магического жара и пламени.
Бай Шуанъин парил в воздухе, молча наблюдая за происходящим.
В мгновение ока огонь распространился. Злой дух, образующий тело сервера, и ближайшие к нему игроки, мгновенно вспыхнули багровым огнём.
Плоть трещала и лопалась, источая едкий запах гари, но люди, казалось, не чувствовали боли, они продолжали двигаться вперёд. А с дальних рубежей, словно стрелы, в сторону их щита, вырываясь из артефактов, летели бесчисленные заклинания.
Сервер напоминал квадратную черную свечу, а Фан Сю – ее неугасимое пламя.
Обезумевшие человеческие мотыльки летели на него, только чтобы сгореть до тла.
Чёрный дым клубился густыми волнами. Огромный сервер постепенно деформировался: большинство красных лампочек погасло, даже светящийся символ бесконечности наверху начал тускнеть.
Но мозговая ткань работала вместе с людьми, отчаянно пытаясь потушить огонь. К сожалению, столкнувшись с неумолимым огнем Фан Сю, они могли лишь с криками гибнуть.
В пылающем хаосе Цзя Сюй наконец добрался до дяди Хоу. Его сломанный нос чудовищно распух, голос звучал приглушённо от боли и усталости:
– Это «Щит свирепого призрака», он блокирует магию! Нам нужны физические атаки… – увидев, что стойка обслуживания наполовину разрушена, он принялся отчаянно жестикулировать руками.
Дядя Хоу бросил на него косой взгляд и рявкнул:
– Прекратите заклинания! Используйте стрелы и ружья!
Люди схватились за оружие: полетели стрелы, засвистели пули, кто-то даже начал метать ножи.
Цзя Сюй вытянул шею, пытаясь разглядеть происходящее. К его ужасу, атаки неизменно поражали товарищей, карабкавшихся по стойке, но раз за разом промахивались мимо щита.
Взгляд дяди Хоу, обращённый к Цзя Сюю, становился всё более враждебным. Он бросил взгляд на игральные кости Цзя Сюя и подал знак одному из своих людей. Этот человек подкрался ближе и потянулся к шее Цзя Сюя.
Но Цзя Сюй резко обернулся и бросился прочь.
– Это не моя вина! Я сегодня позаимствовал удачу. Я не могу сегодня умереть! – он проталкивался сквозь толпу к стойке, в его горле клокотала кровь. – Я его остановлю, вот увидите!
Дым становился всё гуще. Вонь от горящей плоти была невыносимой. Многие уже сгорели заживо, а их обугленные тела образовали ступеньки, облегчая подъём тем, кто шёл следом. Цзя Сюй, спотыкаясь, добрался до вершины как раз вовремя, чтобы увидеть, как какой-то человек с металлическим прутом в руках яростно бьёт по «Щиту свирепого призрака».
Рука Чэн Сунюнь была сломана, сознание затуманивалось, щит мерцал, становясь полупрозрачным. Фан Сю, защищая, накрыл её своим телом.
Нападавший, казалось, совсем не чувствовал боли: половина его тела была обожжена и изувечена, но он стоял твёрдо. Его налитые кровью глаза не отрывались от цели, а прут метко падал на голову и позвоночник Фан Сю.
Голова Фан Сю была вся в крови, спина превратилась в кровавое месиво.
В хаосе Цзя Сюй услышал треск разбившегося нефритового Будды.
Несмотря на отчаянные попытки Фан Сю поддерживать огонь, всё больше безумцев наступали вперёд. Они размахивали магическим оружием, наносили удары кулаками и ногами по фигуре в красной футболке.
– Да, да, продолжайте бить! Не останавливайтесь! – Цзя Сюй несколько раз кашлянул, задыхаясь от дыма, но упорно продолжил ползти вперед.
От жара на его коже появились волдыри, но боли он, казалось, не замечал. В его глазах были только раны Фан Сю.
Главное, чтобы нефритовые Будды Фан Сю были уничтожены, и всё будет хорошо. Это место было невелико, тело Фан Сю уже изуродовано, и даже если он попытается спрятаться, сбежать ему не удастся.
Ему всё ещё везло… Фан Сю вот-вот лишится ещё одной жизни, а он… он благополучно добрался сюда!
Чёрт возьми. Как раз когда ему больше всего была нужна боевая мощь желтоволосого, тот бросил его. Когда всё это закончится, он даже не взглянет на этого придурка.
– Продолжайте бить! – взревел Цзя Сюй, бросаясь вперед. Он прошел через языки пламени, обгоревшие трупы и невидимого Бай Шуанъина.
Бай Шуанъин проигнорировал это жужжащие надоедливое насекомое, продолжая парить в воздухе, молча наблюдая за происходящим.
Фан Сю действительно не нуждался в его помощи для уничтожения «Е» «Хуаньси Синь». При такой скорости горения оно будет рассеяно раньше, чем разрушится нефритовый Будда Фан Сю.
Но всё равно это было крайне рискованно.
Как только «Е» будет уничтожено, реальность раскроется. И судя по тому, что Бай Шуанъин знал о людях, они не будут благодарны за это Фан Сю, скорее наоборот они попытаются от ярости убить того. Даже если он сможет сразу же вернуться в Пагоду помощи при бедствиях, он рискует получить серьёзные увечья…
Бай Шуанъин пристально посмотрел на Фан Сю.
Под пропитанной кровью челкой он увидел его слегка прищуренные глаза, горящие азартом и болью. Но Фан Сю улыбался. Его темные зрачки оставались яркими и острыми, как лезвия.
Глядя на капающую кровь и клубящийся чёрный дым, Бай Шуанъин погрузился в воспоминания.
Он уже видел такие глаза раньше... Но их обладателем был не Фан Сю.
Тот человек тоже был очень худым и весь в ранах, его изорванная одежда пропиталась кровью. Вооружённый странным огнестрельным оружием, он ворвался в место, где обитал запечатанный цепями Бай Шуанъин.
Бай Шуанъин понимал: этот человек вот-вот умрёт. И всё же он улыбался, а его глаза ярко сияли.
– ■■■, мне бабушка рассказывала о тебе… – пошатываясь, хрипло шептал он. – Ты исполняешь желания в зависимости от настроения, но также забираешь жизни в качестве жертв. Ты действительно жесток…
«Ах, ещё один человек, который помнит меня, – пронеслось в мыслях Бай Шуанъина. – Ещё одна кармическая связь, которую нужно разорвать».
Бай Шуанъин не ответил. Он просто слушал.
Мужчина продвигался всё глубже, с каждым шагом оставляя кровавые следы. Он говорил сам с собой, хотя скорее, даже не говорил, а бормотал себе под нос.
– ■■■, если ты действительно здесь, помоги мне поймать и убить тех, кого я заманил. Не дай им сбежать… – бормотал он в оцепенении. – Я привлек довольно много людей… Я знаю, что выбраться отсюда живым будет трудно, но если один или двое сбегут, значит, все было напрасно. Ты должен убить их всех. Они все – кровожадные демоны… Бабушка говорила, тебе такие по вкусу…
Наконец силы оставили его и он рухнул под дерево. Из-за потери крови его дыхание стало поверхностным и учащённым.
Неподалёку действительно оказалась группа людей. И судя по их языку и одежде: это были иностранные солдаты.
Бай Шуанъин счёл это выгодной сделкой. Хотя он был запечатан, и у него почти не было сил, но эти люди сами шли к нему в руки. Он мог просто открыть рот и немного откусить, подземный мир не должен был заметить.
Поэтому он ответил на просьбу мужчины.
Когда иностранные солдаты с криками бросились вперёд, земля внезапно размягчилась, и болото мгновенно поглотило их всех. Человек не солгал: души этих людей оказались невероятно «вкусными» от долгов крови.
К этому времени мужчина был едва жив. Даже увидев такое чудо, он лишь прикрыл глаза и закашлялся. Бай Шуанъин некоторое время понаблюдал за ним, а затем мысленно спросил: [Почему ты не попросил спасти тебя?]
– Какой смысл спасать меня? Я не смог бы один убить столько… – пробормотал мужчина, его сознание быстро угасало. – Одна жизнь за столько зверей… Оно того стоит… хех… – он коснулся своей грубой винтовки, его расфокусированные глаза все еще блестели. – Вот так… мы победим…
Последний взгляд этого человека был точно таким же, как сейчас у Фан Сю.
Но, в отличие от Фан Сю, душа этого человека слишком ярко светилась от заслуг. Поэтому Бай Шуанъин не стал её трогать, просто наблюдая, как она уходит.
Тогда Бай Шуанъин не понял, что означал этот взгляд.
Даже сейчас он этого до конца не понимал. Но одно он одно осознал чётко: возможно, Фан Сю и не наёмный убийца подземного мира.
Потому что это был не взгляд убийцы, а взгляд воина.
Среди воя призрачного пламени раздался внезапный треск…
И шестьдесят четыре цепи лопнули одновременно.
_________________________________
Автору есть что сказать:
Следующая глава: объединение пары! Кого-то ждут пышные похороны, хе-хе.
Некоторые читатели отметили, что темы, связанные с наркотиками и азартными играми, кажутся им слишком нравоучительными... ха-ха-ха.
Наркотики – это совершенно отдельно! Арка с азартными играми неразрывно связана с основным сюжетом. Её нельзя пропустить _ (:з」∠ )
После этого снова будет обычная история~
http://bllate.org/book/14500/1588197
