Когда Фан Сю вернулся во двор, он потерял дар речи.
Во дворе было семь человек, и за исключением него самого и женщины, которая не вызывала призрака, у всех остальных было две тени. Их свирепые призраки овладели ими и скрылись в их тенях.
Бай Шуанъин следовал за Фан Сю, его ярко-белая фигура особенно привлекала внимание. Сила фальшивого сладострастного призрака было настолько ошеломляющей, что кто-то даже ахнул от удивления.
Фан Сю не собирался привлекать к своему призраку внимания, но в итоге, как только появился во дворе, устроил столь грандиозное шоу. Он задумался на пару секунд и решил, что произошло это из-за его образа мыслей...
Иллюзия прошлой ночи действительно была преувеличена, с грандиозными сценами и постановками, но по своей сути это была просто небольшая квест-комната. Руки призраков были довольно устрашающими, но Бай Шуанъин, по сути, только пытался его задушить, это было довольно просто и ничем не примечательно.
Поэтому, когда Бай Шуанъин сказал, что он не силен, Фан Сю без сомнения ему поверил.
Для остальных их свирепые призраки могли быть своего рода козырной картой, и, конечно, они не захотели бы еë показывать. Но Фан Сю не ожидал, что все поступят подобным образом, оставив его единственным, кто не стал прятать своего призрака.
Куда только катится этот мир!
Бай Шуанъин тоже почувствовал, что что-то не так, и взглянул на Фан Сю.
– Эта одержимость призраком, означает ли она, что призрак не может свободно передвигаться? – прошептал ему Фан Сю.
– Угу.
– Тогда забудь об этом, продолжай быть свободным. – Фан Сю покачал головой. – Ты можешь сам решать, хочешь ли ты овладеть мной.
Не было необходимости ограничивать ребенка только ради собственной прихоти. Недостаток места для передвижения пагубно сказывался как на психическом, так и на физическом здоровье.
Бай Шуанъин остановился, его лицо слегка сморщилось, как будто мышь пнула кошку.
Видя, что он колеблется, Фан Сю мягко спросил:
– Что такое? Ты хочешь овладеть мной?
Его тон был настолько мягким, что казался почти нежным.
– Нет, – Бай Шуанъин медленно отвернулся. Сейчас он выглядел немного расстроенным.
Конечно, даже на этапе жеребьевки Бай Шуанъин был крайне непокорным. Фан Сю понимал его, быть слабым и все еще вынужденным что-то делать – это, несомненно, неприятно.
Если случится нечто непредвиденное, Фан Сю просто придется больше защищать Бай Шуанъина. В конце концов, у него был только один призрак, и он не мог позволить себе так легко его потерять.
Бай Шуанъин действительно немного расстроился.
Из-за его слов «так себе» у этого человека, похоже, сложилось о нем весьма неуважительное представление.
Он хотел вести себя как можно более незаметно. И он должен был быть счастлив, что Фан Сю не нуждается в его помощи. Но почему это кажется ему таким... неправильным?
У одного человека и одного призрака были свои мысли, пока они продолжили двигаться вперед.
***
Принять участие в жертвоприношении было довольно просто.
Людям нужно было только подняться по лестнице в центре двора, пройдя с первого этажа на, окутанный тьмой, второй. Пройдя сквозь темноту коридора на втором этаже, они увидели, что он выглядит как грунтовая дорога в сельской местности, заканчивающаяся сгнившей деревянной дверью.
За дверью лил проливной дождь, и влажный воздух ударил им в лица, смешиваясь с резким запахом земли.
Фан Сю, занятый перешептыванием с Бай Шуанъином, вошел последним. Как только он перешагнул через порог, дверь исчезла, оставив за собой лишь земляную стену.
Жертвоприношение началось.
Фан Сю коснулся стены из земли и огляделся.
Лето еще не закончилось. Дождь был слегка теплым, и все почувствовали, как вокруг становится душно.
Поле перед ними заросло сорняками, вероятно, это было заброшенное гумно. Оно находилось совсем рядом с деревней, но поблизости не было видно ни души. Пейзаж был скрыт за пеленой дождя, которая не позволяла ничего нормально разглядеть.
– Что это? – удивился Фан Сю.
Ситуация оказалась не совсем такой, как он ожидал.
Когда они прибыли, на поле уже стояло довольно много людей.
Четверо сгрудились в центре открытого пространства во главе с высоким, крепким мужчиной, сжимающим в руках нефритового Будду.
Чуть дальше стояли еще два человека с серьезными лицами. Они были увешаны странными магическими артефактами и выглядели как опытные ветераны.
А ближе к краю поля на корточках сидел еще один мужчина. Он был одет в лохмотья, копался руками в земле и с безумным видом что-то бормотал себе под нос.
«Столько людей?» – вздохнул про себя Фан Сю.
Но если хорошенько подумать, то это неудивительно.
Пагода помощи при бедствиях все же была пагодой, так что не могло быть так, чтобы у нее был только маленький дворик на этом этаже. Вся пагода могла участвовать в тысяче жертвоприношений, разделенных разными уровнями.
Больше всего Фан Сю беспокоило то, что у всех этих людей была только одна тень. Похоже, свирепые призраки не были обычными, и «защитные меры» для разных групп не обязательно были одинаковыми.
Некоторое время все внимательно присматривались друг к другу. А тем временем не было никаких признаков, что дождь скоро утихнет.
Цзя Сюй обернулся и первым нарушил молчание.
– Давайте найдем место, где можно укрыться от дождя.
Его голос не был ни громким, ни тихим, но в его тоне слышались командные нотки. Этими словами он, по сути, объявил себя лидером.
Мрачный подросток, стоящий рядом с Фан Сю, хмыкнул, но ничего не сказал.
Вместо этого молодой человек с желтыми волосами указал вдаль и произнес:
– Это место кажется вполне спокойным. Нам следует пойти на разведку. Может быть, мы кого-нибудь встретим.
– Лучше не надо.
Отреагировала пара опытных ветеранов: мужчина и женщина. Сказавшим эти слова, был мужчина.
– Если зайдёте слишком далеко, повсюду будут призраки, которые разорвут вас на части.
Желтоволосый юноша пренебрежительно фыркнул. Он намеренно переместил свое тело, и две тени у его ног переместились вместе с ним.
– Давайте сначала найдем место, где можно укрыться от дождя. Мы сможем это обсудить, когда дождь прекратится, – тон Цзя Сюя стал немного жестче, затем он повернулся к двум ветеранам. – Как нам следует обращаться к вам?
– Лао* Мянь. Ее зовут Май Цзы, она моя жена, – сказал мужчина, явно используя вымышленные имена. – Это ваш первый раз? Я вижу, что все восемь из вас здесь.
*老 [lǎo] – уважительное обращение к старшим.
Фан Сю приподнял бровь. Лао Мянь явно посчитал Бай Шуанъина за человека.
Цзя Сюй не стал его поправлять.
– А что не так с тем, что нас восемь?
– Кто-то всегда умирает при первом жертвоприношении. Видите ли, из нашей группы остались только двое, а это всего лишь четвертый раз. Мы не прошли и половины пути, – улыбнувшись, ответил лао Мянь.
– Солнце вот-вот сядет. Ночью бродить небезопасно. Давайте найдем место, где можно переночевать, – добавила Май Цзы.
Фан Сю посмотрел на небо. В дождливый день трудно было определить время, но сейчас действительно темнело. Они только что закончили завтракать, так что время вне жертвоприношения и здесь совершенно не совпало.
Прошлой ночью все были заняты подчинением своих призраков и фактически провели ночь без сна, так что это был хороший шанс немного отдохнуть.
– Может, нам позвать остальных? – женщина средних лет указала вдаль.
Во время завтрака Фан Сю отметил, что эту женщину звали Чэн Сунюнь. Ранее она вызвала свирепого призрака, лицо которого было скрыто длинными рукавами.
Чэн Сунюнь была из тех людей, которые излучали избыток доброты. К счастью, она была восприимчива к советам. И было неясно, была ли она сообразительной или просто нерешительной.
Такие люди могут быть весьма полезны, в подобных ситуациях.
«Да, почему бы не позвать остальных?»
Не считая сумасшедшего, группа из четырех человек не выглядела новичками и могла бы помочь.
Лао Мянь и Май Цзы обменялись сложными взглядами.
Через некоторое время лао Мянь подошел к Цзя Сюю.
– Посмотри на лидера той группы. Разве у него на шее не слишком много подвесок с нефритовыми Буддами?
– Мы слышали об этих нефритовых Буддах. Каждый стоит трех жизней. Он забрал нефритовых Будд своих товарищей по команде, так что с таким человеком нелегко иметь дело...
Фан Сю взглянул на лидера другой команды: на шее высокого крепкого мужчины висело пять или шесть нефритовых кулонов с изображением Будды, их ярко-красные шнурки даже издалека были хорошо заметны.
«Защитные меры» у всех действительно были разными. Нефритовые Будды были выполнены в одном стиле, вероятно, они были созданы подземным миром. Поскольку мужчина открыто носил их в большом количестве, очевидно, что их захват был оправдан.
Мужчина был покрыт мускулами, и на нем было столько нефритовых Будд, так что убить его было труднее, чем кота-демона с девятью жизнями. Фан Сю не удержался и бросил на него еще несколько взглядов.
Конечно, он не был уверен, что лао Мянь и Май Цзы говорят правду.
В конце концов, у этих двух ветеранов было множество магических артефактов, которые могли быть получены от других.
– У нас недостаточно рабочей силы. Нам нужны надежные люди. Это ваш первый раз жертвоприношения, и вам пригодится наш опыт. Давайте открыто сотрудничать, – искренне продолжил лао Мянь. – У всех вас есть по две тени, так что вы, должно быть, получили для защиты какие-то заклинания или то, что нельзя просто украсть. Не нужно беспокоиться о том, что мы просто убиваем ради добычи.
То, что он сказал, было разумным, поэтому не согласиться с ним было трудно.
Полчаса спустя.
Под руководством двух ветеранов группа нашла убежище в пустом доме на окраине деревни.
Внутри дома было всего несколько вязанок дров, из-за чего складывалось ощущение, что это какой-то заброшенный сарай. Окна были заклеены бумагой, пола не было, под ногами была обычная земля.
В столь дождливый день внутри дома было жарко и влажно, а в воздухе стоял запах рыбы* и плесени. Девять человек втиснулись в узкое пространство, так что уровень комфорта упал практически до нуля.
*очень часто в китайских новеллах можно встретить слова «пахло рыбой», «стоял рыбный запах». Чаще всего это означает, что пахло кровью или чем-то неприятным, а не именно самой рыбой
Фан Сю инстинктивно держался рядом с Бай Шуанъином. Призрак был прохладным, что было весьма приятно. К тому же Бай Шуанъин оставался неподвижным, как гора или как труп.
– Вокруг «Е» много энергии инь, привлекающей злых духов. Лучше всего исследовать местность днем и защищаться ночью, – любезно объяснила Май Цзы, прежде чем кто-либо успел пожаловаться. – Выбирая место для ночлега, убедитесь, что вы выбрали такое, которое мало связано с кармой. Так меньше шансов нарушить табу.
– Табу? – с любопытством спросил Фан Сю.
– Да, старайтесь не нарушать табу, иначе вы можете умереть, – криво улыбнулась Май Цзы.
– Бумажная фигурка сказала, что «Е» является источником энергии инь... Но, на самом деле, «Е» это не просто высвобожденная энергия инь. У нее есть свои табу.
Термин «табу» был слишком расплывчатым, поэтому все были сбиты с толку.
– Например, во время нашего первого жертвоприношения нож мясника был «Е». Когда-то он использовался убийцей как орудие убийства, а после был спрятан в родовой гробнице, – с мрачным выражением лица принялась вспоминать Май Цзы. – Табу для этого «Е» было... Дайте-ка мне подумать. Кажется, они были такими: «нельзя оставаться дома одному» и «нельзя отвечать ни на какие приглашения». Если нарушить табу, то вы определенно пострадаете. Если будет нанесен незначительный вред здоровью, то это еще терпимо, но некоторые табу смертельно опасны. Например, в том нашем случае это было: «если получишь травму, то истечешь кровью». Как только человек получал рану, он начинал истекать кровью, и она не останавливалась, пока полностью не вытекала.
– Это легко. Всего и нужно – это быть осторожным, – усмехнулся желтоволосый юноша.
– Легко? Никаких намеков на табу нет. Мы должны разобраться в них сами, – ответила Май Цзы, четко произнося каждое слово.
– Короче говоря, жертвоприношение включает в себя три шага: определить табу для «Е», понять связанную с ним карму и, наконец, найти само «Е».
Фан Сю молча принял это к сведению.
Казалось, что табу для «Е» не были созданы случайно, а были тонко связаны с его происхождением. Так что, если они поймут, что за табу, они смогут использовать их как подсказки, чтобы найти «Е».
В нескольких шагах Чэн Сунюнь несколько раз открыла и закрыла рот, прежде чем наконец спросить:
– Извините, а вы случайно не знаете, что происходит снаружи? Считают ли нас пропавшими без вести... или?.. И что насчет наших семей?
Выражение лица Май Цзы слегка смягчилось.
– Не нужно об этом беспокоиться. После первого жертвоприношения бумажная фигурка все объяснит... Уже совсем стемнело, так что давайте на сегодня закончим с вопросами.
Чэн Сунюнь, казалось, хотела спросить больше, но смогла лишь разочарованно закрыть рот.
Лао Мянь взмахнул мечом с медной монетой, который держал в руке, и подошел к Май Цзы.
– Не торопись. Это только первый день. Мы можем поговорить завтра не спеша.
– Сегодня вечером мы вдвоем будем на страже. Если вы нам не доверяете, выберите кого-нибудь, кто будет за нами следить...
– Мы вам доверяем, – великодушно сказал Цзя Сюй.
«Это не имеет ничего общего с доверием. Это уверенность, которую дал ему призрак», – подумал Фан Сю. Призракам не нужно спать, и они могут тайно следить за происходящим.
Группа готовилась к своей первой ночи здесь.
Фан Сю выбрал угол подальше от окон и притащил вязанку дров, чтобы использовать их в качестве стула. Он даже постарался оставить рядом с собой место для Бай Шуанъина. Когда Бай Шуанъин устроился, Фан Сю, естественным движением собрал его длинные волосы, чтобы они не замарались, касаясь земли.
– Я буду присматривать за тобой, – предложил Бай Шуанъин.
Нет, не будет. Он планировал воспользоваться этой возможностью, чтобы выйти на прогулку, подышать свежим воздухом, съесть парочку призраков и привести свои мысли в порядок. Пока Фан Сю жив, все будет хорошо.
– Незачем. Просто притворись, что ты человек, – Фан Сю воспользовался возможностью и обнял Бай Шуанъина за плечи, крепко прижимая его, как наседка, защищающая своих цыплят. – Давай вместе отдохнем. Если что случится, я очень чутко сплю.
Бай Шуанъин не знал, что на это возразить...
Он без особого удовольствия вспомнил тот раз, когда они «переплели пальцы».
Эта ситуация была почти такой же: пальцы Фан Сю практически впились в его плоть. Бай Шуанъин искоса взглянул на руку, но в конце концов не отстранился.
Успокоив своего призрака, Фан Сю зевнул.
Он слышал, как лао Мянь и Май Цзы шептались друг с другом, при этом лао Мянь неоднократно призывал Май Цзы быть осторожной. Казалось, у этой пары была сильная привязанность друг к другу.
Прежде чем заснуть, Фан Сю сонно подумал о том, что завтра будет нужно собрать хоть какую-нибудь информацию о паре и выяснить, что они за люди.
Однако когда он снова открыл глаза, все его планы рухнули.
На следующий день они нашли бездыханные тела лао Мяня и Май Цзы.
Их смерть была крайне мучительной и тихой.
Автору есть что сказать:
Гайд для новичков был трагически пропущен!
Бай Шуанъин:
– Моя сила «так себе» (по сравнению с моей необузданностью).
Фан Сю:
– «Так себе сила» = «недостаток силы» = очень слабый, понял.
Бай Шуанъин:
– ?
Бай Шуанъин:
– Не верь слухам и не распространяй их.
http://bllate.org/book/14500/1283239
