Фан Сю открыл глаза и увидел, что земля опять стоит вертикально.
Ему потребовалось несколько секунд, чтобы осознать, что он лежит, прижавшись к земле правой щекой... Подождите, такое развитие событий показалось ему немного знакомым.
В тусклом лунном свете он увидел, что его окружают темные тени деревьев. Вдалеке, словно море, простирались бесконечные горы.
Из тени донесся звук льющейся воды, похоже, рядом протекала река. Ночью вода была темной и мутной, и Фан Сю мог видеть только выступающие из нее белые камни.
Висок болел так сильно, что Фан Сю застонал и сел. Что-то тяжелое уперлось ему в бедро. В тот момент, когда он увидел, что это было, на него нахлынули воспоминания недавнего прошлого.
***
Бумажная фигурка дала Фан Сю лопату.
Фан Сю решительно начал копать. К сожалению, ему не удалось докопаться до тела призрака, следуя вниз, вдоль руки. Запястье призрачной руки было плотным, затем следовало полупрозрачное предплечье, которое и вовсе вскоре, как тень, сливалось с землей.
Фан Сю снова повернулся к бумажной фигурке и спросил:
– У вас есть цветочный горшок?
Выражение лица бумажной фигуры становилось все более сложным. Казалось, он хотел что-то сказать, но остановился. В конце концов он повернулся к курильнице и вытащил оттуда погребальную чашу для сжигания бумажных денег.
Горшок есть горшок, разница была не существенной.
Фан Сю взял лопату и начал свой грандиозный план пересадки.
Столкнувшись с этой простой сценой труда, все на мгновение забыли о своем страхе, и вместе с окружающими их злобными духами принялись внимательно наблюдать. Примерно через десять минут Фан Сю удалось пересадить в горшок вместе с землей призрачную руку.
– Извините, что заставил всех ждать, – произнес Фан Сю, вытирая пот со лба. В центре погребальной чаши безвольно висела призрачная рука.
Жуткая атмосфера вызова свирепых призраков была полностью уничтожена, и бумажная фигурка, казалось, сдалась. Она принялась распределять комнаты, находящиеся тут же в маленьком дворике, говоря, что обсудит с ними дела после того, как все переживут ночь.
Фигурка говорила это, пристально глядя на Фан Сю.
Фан Сю был невозмутим. Не его вина, что призрачная рука отказалась двигаться. Он крепко обнял погребальный горшок и пошел осматривать свою новую комнату.
Согласно словам бумажной фигурки, прежде чем вернуться домой, ему придется пробыть здесь какое-то время.
Выделенная комната имела квадратную форму, но, не смотря на небольшие размеры, в ней было все необходимое, включая шкаф и письменный стол. Кровать стояла у стены и была довольно просторной, ее изголовье располагалось рядом со стеклянной перегородкой, отделяющей душевую.
Стандартная квартира-студия.
Однако три вещи доставляли ему дискомфорт: в комнате не было окон, не было туалета, а у входа стоял ветхий алтарь для подношений. Алтарь был сделан из старого дерева со сколами краски, а на его поверхности виднелись подозрительные пятна. Фан Сю тщательно вытер пепел с погребальной чаши решая поставить ее на прикроватную тумбочку.
Он не мог плохо обращаться с этой рукой. Поскольку хорошее впечатление могло стать первым шагом к дружескому сотрудничеству.
Фан Сю пристально посмотрел на «растение» в горшке – нет, на призрачную руку.
Эта комната была меньше двадцати квадратных метров. Даже парам было бы тесно жить вместе. Остальные, вынужденные жить в одной комнате со свирепыми призраками, должно быть, находились под еще большим давлением.
Однако его призрак был великолепен. Места он почти не занимал, и на него было приятно смотреть. Призрачная рука была примерно такого же размера, как и его, и, вероятно, принадлежала мужчине, так что им было удобно делить одну комнату.
– Эй, приятель, хочешь поболтать? Если хочешь, просто немного подвигайся, – попытался завязать разговор Фан Сю.
Призрачная рука не отреагировала.
Фан Сю кивнул.
– Тогда я немного посплю. Спокойной ночи.
Он был немного сонным после того, как его притащили сюда посреди ночи, и заставили копать.
Бумажная фигурка просила их пережить ночь, но не сказала, что они обязательно должны прийти к соглашению сегодня вечером. На всякий случай Фан Сю переместил призрачную руку на край кровати. Он осторожно разжал пять пальцев призрачной руки и переплел их со своими.
Обычно он спал очень чутко. Таким образом, он заметит, если рука пошевелится.
***
На этом воспоминания заканчивались.
Испытание «пережить ночь» началось бесшумно. Как оказалось, Фан Сю спал не так чутко, как думал, отметил он про себя.
Погребальная чаша с призрачной рукой давила на его ногу, ощущаясь тяжелой и реальной. Она была покрыта пеплом от благовоний, а земля, выкопанная со двора, все еще была на месте, но призрачной руки нигде не было видно.
Это заставило Фан Сю немного занервничать.
По словам бумажной фигурки можно «быть убитым призраком, если переговоры провалятся» и «заключить договор с призраком, если переговоры увенчаются успехом». Однако она не упоминала, что свирепый призрак может бесшумно исчезнет. Могла ли рука расстроиться из-за того, что Фан Сю пожал ее?
Неважно, сон это или реальность, для начала ему нужно отыскать сбежавшую призрачную руку.
Лунный свет был лучше, чем ничего, но вокруг все равно было так темно, что он не мог видеть перед собой дальше собственного кончика носа. В конце реки, словно приглашение, замерцал слабый огонек.
Фан Сю, спотыкаясь, шел по берегу реки к этому огоньку, проваливаясь все глубже и глубже. Звук соны, слабый и неясный, доносился со всех сторон, отчего голова Фан Сю шла кругом. К счастью, шум реки был чистым и отчетливым, а белые камни посреди течения располагались группами по три-пять штук, служа своеобразными указателями.
Однако темп Фан Сю постепенно замедлился.
Он проснулся босиком. Земля была усеяна острыми камнями, которые время от времени впивались ему в ступни, раздирали плоть и, казалось, даже вгрызались в раны.
Как ни странно, он не чувствовал боли.
И прежде чем Фан Сю успел опомниться, его ноги превратились в кровавое месиво, а звуки шагов сменились с сухого «тап-тап» на липкое «хлюп-хлюп». По мере того, как кровь продолжала течь, иссякали и его силы. Его тело онемевшее и тяжелое, словно превратилось в кожаный мешок с плотью.
Фан Сю примерно понял природу предстоящего ему «испытания»...
С каждым шагом его плоть немного изнашивалась, как в игре с ограниченным количеством ходов.
Проблема заключалась в том, что это место было слишком огромным и темным. Если он свернет не туда, то ему только и останется блуждать в темноте, пока его ноги не будут полностью стерты. Тогда ему придется ползти по земле, пока он не превратится в груду фарша.
Концепция была довольно жестокой, но процесс был действительно утомительным. Фан Сю не смог сдержать вздоха.
Звук соны становился все громче и громче, как будто пытался проникнуть в его мозг и выдавить его наружу через уши.
В нескольких шагах от него росла ива. Фан Сю в изнеможении прислонился к ее стволу, решив немного отдохнуть.
Он был еще далеко от слабого огонька. Кровопотеря происходила слишком быстро, он не мог оставить это без внимания. Ему нужно было найти что-нибудь, чем можно было бы защитить ноги.
Ткань его нижнего белья была слишком тонкой, чтобы ее можно было использовать, а штаны, наоборот, слишком грубые и жесткие, чтобы их можно было разорвать. Ткань футболки была подходящей, но Фан Сю очень нравилась эта красная футболка...
Что-то нежно коснулось его лица.
Только теперь Фан Сю заметил, что дерево уже давно погибло. То, что он принял за ветки ивы, на самом деле оказалось полосками белой ткани, свисающими вниз. Среди белой ткани висела дюжина иссушенных трупов в выцветших погребальных одеждах и медленно покачивающихся на ветру.
Пара костлявых ног висела всего в нескольких сантиметрах над головой Фан Сю.
Глядя на это жуткое дерево с плавающей белой тканью и свисающими трупами, Фан Сю затаил дыхание, его сердце колотилось.
«Господи, что я увидел?»
«Это дикорастущий бинт!»
– Прошу меня извинить.
Фан Сю попытался подавить свое волнение, осторожно обращаясь к трупам, свисающим с дерева. Он осторожно снял несколько полосок белой ткани. Ткань была неестественно холодной на ощупь, но казалась чистой и достаточно толстой.
Он взял свои слова обратно. В конце концов, эта гигантская квест-комната оказалась не такой уж скучной: в ней было несколько неожиданных сюрпризов.
Фан Сю сел у реки и начал промывать свои раны проточной водой.
Возможно, из-за того, что он так долго шел в темноте, его глаза постепенно адаптировались к темноте. Фан Сю вытащил из ран несколько острых камней и с удивлением обнаружил, что на самом деле это пожелтевшие человеческие зубы.
Неудивительно, что они пытались глубже проникнуть в его плоть.
С отвращением Фан Сю выбросил зубы в воду, от чего на поверхности реки образовалась небольшая рябь.
Один из белых камней, лежащий посередине реки, вздрогнул и подплыл ближе... Прищурив глаза, Фан Сю внимательно присмотрелся, и ему показалось, что этот камень больше похож на человеческую голову.
Кожа на нем разбухла, нижняя половина лиц была погружена в воду, оставляя на поверхности только выпученные глаза. Привлеченные запахом крови в воде, все больше и больше голов быстро приближалось к кровоточащим ногам Фан Сю.
Река была абсолютно черной, а головы, плотно сбившиеся в кучу, напоминали личинок насекомых на гнилом мясе.
«Что делать?» – задумался Фан Сю. Он ведь еще не закончил промывать раны.
У него была погребальная чаша, но она предназначалась для того, чтобы вернуть домой руку призрака. Если он вымоет в ней ноги, а затем использует, чтобы держать руку, это будет уже слишком.
«Верно, говорят, что звери боятся громких звуков, а как насчет диких человеческих голов?» Внезапно охваченный вдохновением, Фан Сю схватил кость и осторожно постучал по краю чаши.
Бззз...
Хотя погребальная чаша была сделана из глины, она издавал пронзительный и леденящий душу звук.
Ближайшие головы отпрянули, прижавшись к тем, кто приплыл позже. Они держались от чаши примерно на расстоянии вытянутой руки. Сотни глаз были прикованы к ней.
Бззз... Бззз...
Резкий звук распространился над поверхностью воды, пробирая до костей. От легкого постукивания чаша вибрировала, как живая, и протяжный звук надолго отдавался эхом.
Чаша была достойна называться официальным продуктом подземного мира – она была невероятно эффективной. Фан Сю вздохнул с облегчением и ускорил темп промывания ран.
Его пятки уже стерлись до костей, а пальцы ног пронзили несколько зубов. Фан Сю подозревал, что пока зубы будут разбросаны по тропе, даже полоски ткани, которыми он хотел обмотать ноги, прослужат долго.
У него было странное ощущение, что само пространство пожирает его.
Когда эта гора поглотит его, его зубы тоже разлетятся по тропе, готовые впиться в ноги кому-нибудь другому.
Если он не хотел такой участи, ему стоило найти ветку, на которой можно было бы повеситься. Таким образом его ноги не будут касаться земли, а тело останется нетронутым. Или он мог бы прыгнуть в реку и стать частью армии голов... Подождите, армии голов?
Фан Сю взглянул на дерево на берегу реки, затем на массу голов в воде, внезапно его посетила безумная идея.
***
Тем временем, в одной из комнат Пагоды помощи при бедствиях.
Бумажная фигурка держала бронзовое зеркало и постоянно наблюдала за происходящим внутри. Зеркало показывало изображение Фан Сю.
Сцена в зеркале была чрезвычайно четкой: в нем отражались не только висящие трупы и головы, но и бесчисленное множество злых духов вдалеке. Сотни глаз были устремлены на Фан Сю, ожидая, пока он заблудится или совершит ошибку.
Честно говоря, бумажную фигуру больше беспокоила призрачная рука, чем сам Фан Сю.
В лотерейной трубке было ровно сто палочек, каждая из которых представляла собой свирепого призрака, известного в подземном мире и заученного бумажной фигуркой.
И все же он не узнал призрака, которого получил Фан Сю.
Фан Сю вытаскивал седьмым, и в трубке осталось девяносто четыре палочки. Бумажная фигурка могла опознать каждую оставшуюся палочку, а это означало, что Фан Сю каким-то образом вытащил несуществующую сто первую.
Это было странно, невероятно странно. Подобного никогда раньше не случалось, и за этим нужно было тщательно наблюдать и все подробно регистрировать.
И предпосылок к тому, что Фан Сю сможет пережить эту ночь...
Ладно, это была всего лишь предварительная проверка. Свирепые призраки использовали иллюзии, чтобы проверить призывателя. Если они были совместимы, они заключали договор, если нет – призрак съедал призывателя. Простой и жестокий процесс.
Согласно правилам Пагоды помощи при бедствиях, иллюзия должна показывать место зарождения свирепого призрака. Это мог быть заброшенный дом, пустынное кладбище, но в любом случае это место не могло быть больше дворца.
Однако иллюзия, в которой находился Фан Сю, казалась бесконечной, с богатой экосистемой подземного мира. Это было совершенно ненормально. В изначальной иллюзии свирепого призрака не должно было быть никаких других злобных духов.
Было только одно объяснение: с вызовом призрака что-то пошло не так .
Что бы ни призвал Фан Сю, оно было очень, очень свирепым.
Автору есть что сказать:
Мистер Бай в буквальном смысле появился на 5%, но эти двое уже достигли таких показателей, как «переплетенные десять пальцев» и «разделение одной постели» √
Они только встретились и уже играют в такую будоражащую игру, как прятки, это так мило (...
http://bllate.org/book/14500/1283236
