Система рассеянно взглянула на экран — прошло всего два часа.
Некоторые хосты умудряются удерживаться на отметке -5 до самого конца. А её подопечный? Он толком не успел даже заговорить с Фу Сюннином, как уже рухнул с -5 до -15.
С самого первого появления! И это ведь только начало. Есть ли хоть какой-то шанс, что кто-то когда-нибудь снова проникнется к нему симпатией?
Син Ши, разумеется, и не подозревал, что только что побил внутренний антирекорд системы.
В наступившей тишине он спокойно произнёс:
— Учитель, я закончил.
Практиканты, будто пережившие нечто вроде звукового экзорцизма, начали хлопать с выражением глубокой душевной опустошённости. Аплодисменты вышли вялыми и нестройными — и вскоре тишина вновь опустилась, словно ничего и не было.
Преподаватель по вокалу с трудом пришёл в себя:
— Как называется эта песня?
— Уже не помню, — беззаботно пожал плечами Син Ши. — Это горная народная. У них там все её поют. Говорят, это их духовный тотем.
Все про себя хором:
«Ага. Ну конечно.»
Тотем — это, конечно, красиво сказано, но что-то подсказывает: песня изначально была не во славу духов, а чтобы их, скорее, отпугнуть. Возможно, даже с боевым умыслом.
— У тебя есть оригинал? — осторожно поинтересовался преподаватель.
— Так я и пел оригинал, — искренне пояснил Син Ши. — Ничего не менял.
Преподаватель предпочёл промолчать. Похоже, возвращаться к воспоминаниям о его вокале ему не хотелось. Зато преподаватель по танцам оживился:
— Раньше танцами занимался?
— Ни разу.
Преподаватели переглянулись и великодушно отпустили его.
Син Ши вернулся на своё место. Система, наконец, собралась с мыслями.
«Ладно, — подумала она, — начнётся тренинг — научим. Всё можно выучить.»
Но тут же насторожённо добавила:
«Хотя… если он и дальше будет упираться, как осёл?.. Наказания на него не действуют, в лотерее новичков — пустышка. Что с ним делать-то?»
Система робко отправила запрос на дополнительную попытку в главную систему. Ответ пришёл отрицательный. Её накрыло уныние с головой.
Син Ши, заметив заминку, лениво поинтересовался:
— Это я тебя своим пением выбил из сети?
Система глухо отозвалась:
— Я на связи.
Син Ши уловил нотки в её голосе:
— Вот мне интересно… вы вообще кто? Искусственный интеллект? Или что-то посложнее?
Система тут же оживилась:
— Я расскажу, но и ты ответишь на мой вопрос. По-честному. Договорились?
— По рукам, — без раздумий согласился Син Ши.
Система спокойно пояснила:
— Мы — высокоразвитый разум. Наполовину биологический, наполовину механический. Обладаем мощными вычислительными возможностями, способны к самостоятельному мышлению и в определённых пределах испытываем эмоции.
Син Ши всё понял.
Проще говоря — и на запчасти разобрать можно, и, если что, прибить.
Система продолжила:
— А теперь мой вопрос. Есть несколько вариантов сближения с Фу Сюннином: романтический, дружеский, ты можешь стать его верным псом, или наоборот — он твоим. А может, вы будете как отец и сын. Какой путь выбираешь? Только не увиливай — ответ нужен серьёзный.
Син Ши сделал вид, что не заметил, как система говорит о «сближении с Фу Сюннином» будто бы это уже решённый вопрос. Но и спорить не стал.
Раз все хосты направлены к одному и тому же человеку, значит, Фу Сюннин — ключевая фигура. Так или иначе, столкновение с ним неизбежно. Уговаривать его незачем.
Он честно ответил:
— Всё зависит от его поведения. Будет вести себя по-человечески — подружимся.
Он всерьёз собирался рано или поздно разобрать систему по винтикам. Если Фу Сюннин решит присоединиться — прекрасно, будут напарниками. Вместе и грохнут всю эту бодягу.
Система насторожилась, вспоминая “послужной список” Фу Сюннина:
— А если он будет вести себя плохо?
Син Ши не раздумывал ни секунды:
— Тогда — сыновние отношения. Я ему отец.
Пауза. Система зависла:
— ?
Син Ши мысленно кивнул, развивая мысль:
А что? Если мне придётся в одиночку ломать всю эту конструкцию, он ещё и «папочка» меня звать будет. Хочешь не хочешь.
Система колебалась. С одной стороны, формально «взаимные отцовские отношения» не были запрещены… Но с другой — ты хоть представляешь, сколько хостов Фу Сюннин уже выбросил из системы в один клик?
Тем не менее, раз уж хост наконец начал говорить по существу, система не стала упираться. Наоборот — с энтузиазмом наметила план:
— Хорошо. Начнём с дружбы.
Тем временем Фу Сюннин, не изменившись в лице, дослушал выступление шестого участника, встал и вышел.
Он вообще пришёл сегодня только затем, чтобы оценить «новую поставку». Хотел понять, появился ли среди практикантов потенциальный хост. Увидел — и хватит.
Остальные участники украдкой переглядывались и бросали взгляды на Син Ши.
Босс весь экзамен стоял у него за спиной, а как только тот закончил выступление — посмотрел на него и тут же ушёл. Ну и как тут не подумать, что между ними что-то есть?
Фэн Цзыфань, знавший, что они познакомились только сегодня, сильно расстроился. Подумал: вот если бы он тогда не вышел посреди экзамена, может, и у него получилось бы наладить контакт с Фу Сюннином…
Все шестнадцать участников завершили выступления. Как и ожидалось, Син Ши занял последнее место.
Когда закончили две другие тренировочные группы и подвели общие итоги, его результат остался неизменным: твёрдое последнее место.
Тем не менее, преподаватели смотрели на него с неожиданным интересом — и даже с надеждой.
Становление айдола — дело не быстрое. Прежде чем выйти на сцену, стажёров ждёт долгая и суровая подготовка. Начальные пробелы — не страшны: всему можно научиться.
Отбор, прошедший сегодня, нужен лишь затем, чтобы разделить тех, у кого уже есть база, и тех, кто начинает с нуля — исключительно для удобства преподавателей.
А вот через месяц начнётся настоящее испытание: голос, танец, актёрское мастерство, внешность, работа в кадре — всё будет оцениваться в комплексе.
С внешностью у Син Ши всё в порядке. Если будет заниматься как следует, доберётся до первого класса без особых проблем.
Следующий этап — расселение.
Комнаты — на двоих, с двухъярусной компоновкой: кровать наверху, рабочая зона внизу. Просторно, особенно по меркам обычных общежитий: есть санузел, холодильник, два встроенных шкафа до потолка, большое зеркало для тренировок. В здании — прачечная, спортзал и зона отдыха.
Комнаты распределяются случайным образом, но при желании можно подать заявку на обмен.
После первого и второго тура многие уже успели познакомиться, так что старались поселиться с кем-то из своих.
Син Ши решил остаться здесь хотя бы на время — для удобства тренировок. С кем жить — было без разницы. В итоге его соседом оказался такой же «вброшенный сверху»: без связей, знакомств и групповой поддержки. Оба оказались в одной комнате.
Фэн Цзыфань и Дачжуан заглянули на разведку, но, увидев, что всё устроилось, не стали затевать разговор о переселении. Вместо этого весело позвали всех на ужин.
Когда один из них потянулся за плечом Син Ши, тот едва не дёрнулся. Мгновенно напрягшись, он ловко отшатнулся. Рука зависла в воздухе. Но Син Ши тут же, как ни в чём не бывало, спросил:
— Что едим?
Внимание быстро переключилось.
На улице уже вечерело.
Огни мегаполиса вспыхнули тысячами огней. Высотки теснились друг к другу, машины катили по улицам плотным потоком, в воздухе смешивались крики, музыка, гудки — и над всем этим витал густой, тёплый запах еды.
Прямо у общежития начинался торговый квартал. Син Ши, идя вместе с другими, вслушивался в шум города, улавливал ароматы — и будто на миг оказался внутри чужого, огромного, но мирного сна.
Он остановился у ларька с печёным бататом.
Система тут же подала голос:
— Это сытно. Но вы же через полчаса идёте на хотпот.
Син Ши уже доставал телефон:
— Напомни, какой у меня платёжный пароль?
Система обречённо вздохнула (если бы умела) и продиктовала.
Он купил один батат, разломил его, подул на мягкую золотистую мякоть и надкусил.
Горячая сладость ударила в рецепторы — вкус был насыщенным, настоящим. Син Ши медленно оглядел ночной пейзаж, словно пытаясь запомнить этот момент, а потом не спеша шагнул вперёд, догоняя остальных.
Компания дала участникам трое суток на адаптацию.
Те, кто уже подписал контракт или был уверен, что пройдёт отбор, заранее привезли вещи. Остальным пришлось либо ехать домой, либо ждать посылки. Большинство пока жили в отеле, поэтому после ужина все разошлись по своим временным логовам.
И именно тогда, в непринуждённой беседе, Фэн Цзыфань и остальные с изумлением узнали: Син Ши учится в престижном университете.
В глазах группы, где в основном были троечники и бездельники, вспыхнули искреннее уважение и лёгкая зависть.
Син Ши улыбнулся, попрощался с ребятами и вернулся в университет.
Общежитие бакалавров Z-Университета — четырёхместные комнаты того же типа: кровати наверху, рабочие зоны внизу.
Благодаря системе он быстро определил, кто из троих соседей кто, и нашёл свою койку.
Он достал с полки учебник по специальности, лениво пролистал несколько страниц, потом убрал его и потянулся за другим. Открыв, заметил на форзаце подпись — почерк был резкий, словно вырезанный ножом. И удивительно похожий на его собственный.
Та же подпись. То же имя. То же лицо. Даже наклон букв — почти одинаковый.
Какова вероятность, что это просто совпадение?
Он действительно попал в новый мир?
Или… вернулся?
После того как его занесло в мир магии, воспоминания о прежней жизни начали расплываться. Осталось только ощущение, что он родом из современного мира. Но теперь, оказавшись здесь, он по-прежнему ничего не может вспомнить.
Он позвал:
— Система.
— На связи, — отозвалась она.
— Ты знаешь, откуда я?
— Нет. Это личная информация хоста.
— А почему я вообще попал сюда?
— Тоже не знаю. Я только слежу за выполнением заданий, — система помедлила, а потом добавила:
— Кажется, у тебя амнезия?
Она объяснила:
— Душа — это энергетическая структура. При передаче возможны потери. Потеря памяти — один из частых побочных эффектов. У большинства хостов так. Кто-то потом всё вспоминает, а кто-то — нет.
— Но ничего страшного! — бодро добавила система. — В магазине есть «Капсулы памяти». С их помощью можно вспомнить всю жизнь — от рождения до текущего момента. Нужно только накопить достаточно очков симпатии и обменять.
Син Ши спокойно хмыкнул и убрал книгу на место.
Три дня пролетели, и начались тренировки.
Помимо профессиональных дисциплин, шли занятия по языкам, культуре и искусству. Расписание было забито под завязку.
Из всей группы только трое, включая Син Ши, продолжали параллельно учёбу в университете. Спустя две недели один из них уже всерьёз подумывал взять академический отпуск.
Система сначала беспокоилась — а вдруг хост сдастся и всё бросит? Но, к её удивлению, Син Ши не жаловался вовсе.
Более того, иногда он даже пропускал не самые важные университетские лекции ради тренировок в компании.
Это растрогало систему до глубины её программного кода.
Но один момент всё же огорчал: они с Фу Сюннином так и не пересеклись снова.
Фу Сюннин не жил в общежитии. В университет приходил только по делам или на пары. В компании тоже появлялся редко. Дружеская линия топталась на месте.
После обеда Син Ши по привычке завалился в тень и растёкся по скамейке.
Система подала голос:
— До общежития осталось два шага.
Син Ши даже глаз не открыл:
— Объелся. Дай отдышаться.
— …Так зачем ты тогда ел столько?
Ответа не последовало. Он просто наслаждался теплом солнца и покоем.
Система поняла, что в данный момент от него не добиться даже междометия, и решила на время замолчать. Но через пару минут вдруг снова оживилась:
— Фу Сюннин идёт прямо к вам!
Син Ши не пошевелился.
Система возмущённо наблюдала за ним, потом не выдержала:
— Ты вообще собираешься что-то делать?! Я уже не раз сообщала тебе, где он, а ты каждый раз игнорируешь. А как же наша дружеская линия, а?!
Син Ши наконец открыл один глаз:
— Если бы с Фу Сюннином всё решалось парой разговоров, вы бы не гоняли за ним столько хостов. Хватило бы и одного.
— То есть… у тебя есть план?
— Есть. И для начала — не мешай.
Система: …
Обиженно отключив звук, она решила больше не вмешиваться. А когда поняла, что Фу Сюннин вот-вот пройдёт мимо, даже отвернулась.
Меньше знаешь — крепче алгоритм.
За последние полмесяца Син Ши попадался Фу Сюннину на глаза ровно четыре раза. И каждый раз — как издевательство.
Первый — в обед. Син Ши мчался к выходу с такой скоростью, будто за ним гнался демон. Фу Сюннин насторожился. А потом понял: парень бежал за доставкой. Судя по сияющему лицу, это была еда, достойная победителя.
Второй — в столовой компании. На столе у Син Ши громоздилась гора пустых тарелок. А рядом — аккуратной башенкой — четыре десертные коробочки. Одну он уже прикончил, вторую ел с выражением просветления. Десерты были на вес золота: остальные либо считали калории, либо считали деньги. А он — просто ел. Причём с душой.
Третья встреча — у бокового выхода из университета. Фу Сюннин проходил мимо и застал Син Ши в естественной среде: за дешёвой лапшой, с опущенной головой, в окружении студентов, как будто в уличном кафе он родился и вырос.
И, наконец, четвёртая. Сегодня.
Сквер на территории кампуса. Тихо, мирно. И вот он — Син Ши. На скамейке. Весь в себе, весь в дзене.
Руки в карманах бейсбольной куртки. Капюшон натянут чуть ли не до подбородка. Ноги раскинуты, поза — как у человека, которому за это платят.
Рядом свернулась уличная кошка. Она жмурилась и явно пыталась синхронизироваться с его аурой покоя. Вместе они выглядели как местные боги солнца и сна.
Фу Сюннин остановился.
Что-то внутри него пошевелилось. Что-то тёмное. Несправедливое.
Почему у хоста жизнь должна быть такой… расслабленной?
Он развернулся и пошёл к Син Ши.
http://bllate.org/book/14461/1279009
