Последний день финальных экзаменов. Фу Жанъи должен был дежурить на проверке днём, и хотя большинство преподавателей уже не выходили в офис, он всё равно встал рано и отправился на работу.
Как обычно, Чжу Чжиси в полусне доплёлся до прихожей, привалился к зеркалу в обнимку со сном.
На нём была мягкая пижама цвета неба. Ободок с утра ещё не снят. На щеках — капли воды после умывания. Он даже глаза не раскрыл — просто вслепую протянул руку вперёд, высоко подняв её, будто что-то выполняет по инструкции.
Фу Жанъи вдруг захотел пошутить. Вместо того чтобы взять руку, он просто шлёпнул по ней.
— Эй! — только теперь Чжу Чжиси открыл глаза и резко дёрнул руку назад. Сыграл обиду, уперев руки в бока. И, конечно, следующая фраза — уже на подлёте.
Фу Жанъи предугадал её. Они произнесли это хором:
— Ну как так можно?! / Ты как вообще можешь?!
Чжу Чжиси уставился на него, поражённый синхроном. В следующую секунду Фу Жанъи наклонился и легко чмокнул его в щёку.
Потом, как ни в чём не бывало, поправил очки перед зеркалом и, стараясь выглядеть непринуждённым, бросил:
— Ты же говорил, что держаться за руки больше не помогает.
Чжу Чжиси так и застыл с руками на боках, в той же самой позе. Весь в ступоре.
Фу Жанъи скосил на него глаз, улыбнулся:
— Сейчас ты и правда похож на тот бирюзовый стеклянный сосуд с цветочным горлышком из музея в Запретном городе.
— Чего? — Чжу Чжиси едва вернулся в реальность и был окончательно добит этой репликой. — Какой ещё сосуд?!
— Я тебе потом фото пришлю.
То, что Фу Жанъи только что протянул, — ни разу не выглядело как какой-то благородный антиквариат. Чжу Чжиси был уверен: он издевается. Место, куда его только что поцеловали, пылало так, будто туда приложили раскалённую монету. Он на автомате дотронулся до щеки, потёр пару раз и не сводил глаз с Фу Жанъи.
Тот потянулся за подавляющим браслетом. Ради этой штуки Чжу Чжиси купил прозрачную акриловую коробку, поставил на полку, наклеил ярлык — «Дом браслета». И вбил правило: снял, как только вернулся, надел — только перед выходом. Пока что Фу Жанъи слушался.
Щелчок. Браслет застёгнут, но пока ещё выключен.
— Ай.
Фу Жанъи замер. Чжу Чжиси опёрся о стену в прихожей, нахмурился, будто ему действительно стало плохо.
— Ты как?
— Ты… ты что, исподтишка пшикнул феромонами?.. — простонал Чжу Чжиси обречённым голосом, с мученическим выражением лица. — Я… двигаться не могу. Плечи будто горой придавило.
Эта реплика включила что-то в памяти Фу Жанъи. Вспомнилось: в ту самую чувствительную фазу Чжу Чжиси говорил почти то же самое.
— Что?.. — паника. Такого ещё не случалось. Значит, скрыть «утечку» феромонов не получится.
Он нажал кнопку питания, выкрутил подавление на максимум:
— Прости. Ты в порядке? Сильно накрыло? Я думал, держу под контролем, честно…
— Рука затекла, гений. Ты чего, феромонами разбрасываешься? Моего сарказма тебе мало, да?
Фу Жанъи виновато вздохнул. Он — топ-Альфа, который лупит феромонами в сторону Беты так, что у того давление скачет. Это уже на грани буллинга. Он берёт его руку, аккуратно массирует ладонь, запястье, поднимается к предплечью — хоть как-то снять напряжение.
Но рука вдруг дёрнулась и исчезла за спиной.
Чжу Чжиси смотрел нагло и весело, глаза сверкали:
— А я тебя разыграл.
Фу Жанъи посмотрел на него — и сразу всё понял:
— Ты знал с самого начала.
— Что знал? — продолжал ломать комедию Чжу Чжиси, но уши у него почему-то покраснели.
Он редко краснел, когда врал.
— Про то, что я распыляю на тебя феромон.
Чжу Чжиси сжал губы, глаза быстро забегали, потом уставились на отражение руки Фу Жанъи в зеркале:
— Ну я ж каждый день общаюсь с кучей народа. Я вообще-то бета, и если на мне вдруг SA-феромоны, конечно кто-то скажет.
Фу Жанъи не подумав выдал:
— Кто такой невоспитанный?
Чжу Чжиси поднял глаза, посмотрел на него — и почему-то расхохотался.
Фу Жанъи не понял, что тут смешного. Чужая логика — загадка, особенно когда она раскрывает твой личный компромат. От неловкости захотелось спрятаться в браслет.
Но Чжу Чжиси враз пододвинулся ближе, тапочки шорохнули по полу:
— Но вообще мне это не мешает. Раньше как выйду — сразу какие-то странные типы пристают. Кто-то с флюидами сталкера, кто-то просто липкий. Жуть. А теперь — тишина. С тех пор как на мне твои феромоны — ни одного такого. Такое ощущение, как будто… ты меня защищаешь.
Он потупился, голос всё тише, но руки ухватились за его ладони — и чуть качнули ими, как ребёнок:
— Я каждый день себя чувствую в безопасности. Спасибо тебе.
Фу Жанъи ощутил, как сердце опять поехало вразнос. Его, видимо, заводит по расписанию — достаточно одного взгляда, одной фразы, одного невинного “спасибо” от Чжу Чжиси.
Он вообще-то уже жалел, что поцеловал только в щёку.
Чжу Чжиси почти прижался к нему вплотную. От кожи шёл едва уловимый запах его геля для душа — свежий, тёплый, как утро без будильника.
Он поднял голову, моргнул:
— Я уже сказал тебе “спасибо”, ты не думаешь, что тоже должен что-то сказать?
Что сказать? Что я хочу прижать тебя к зеркалу и целовать, пока ты не начнёшь путаться в глаголах? Или, может, сразу признаться, что мечтаю тебя пометить?
Бестолочь, по биологии двойка, а флиртует с Альфой как профи.
Фу Жанъи, разумеется, ничего такого не сказал. Только уставился на этого вредного кролика и спросил:
— У меня машина в ремонте. Хотел сегодня поехать на работу на такси, но ты ведь с утра в музей? Подкинешь до универа?
Чжу Чжиси больно сжал его руку:
— Ты вообще нормальный? И так пользуешься, и эскорт требуешь?
Фу Жанъи сдержал улыбку:
— А если да?
— Можно~ — пропел Чжу Чжиси, вытянув последнее слово. — Говори спасибо.
— Спасибо.
— Говори: «Спасибо, мой маленький ангел».
Фу Жанъи немного поколебался, но всё же послушался:
— Спасибо тебе, мой маленький ангел…
— Вот и отлично. Маленький ангел пойдёт переодеваться. Подождёшь пять минут — и поедем!
На секунду Фу Жанъи даже всерьёз представил, как тот появляется в образе ангела. Как тот самый маленький… нет, большой пожарный гидрант — только теперь с пушистыми белыми крылышками и нимбом над головой. Вполне мог бы сойти.
Но вот увидев настоящего ангела — и осознав, что да, они существуют, — первой мыслью Фу Жанъи было совсем не это.
А вот что: если этот маленький пожарный гидрант умеет превращаться в разных животных, да ещё и понимает звериный язык… может, он умеет и людей превращать? Ну хотя бы на день. Ну хотя бы разок.
— Эй, завис что ли? — Чжу Чжиси уже пристегнулся и обернулся к нему. — Ты что, реально ждёшь, что я и тебе ремень застегну?
Нет, не настолько.
Просто только что на водительском сиденье сидел пушистый кролик. Совсем крошка, до руля еле дотягивается. Забавно же. Вот и уставился.
— Нет, просто задумался, — Фу Жанъи сам пристегнулся.
Это была его первая поездка в машине Чжу Чжиси. И всё казалось новым. Тут всё иначе. Внутри — куча мелочей и декора. На панели целый строй мини-фигурок: зверюшки, выстроенные по росту. Подушка под поясницу, подголовник — мягкие, с мордашками котиков. А на зеркале — брелок. Сначала казался просто золотистым сердечком, но когда машина тронулась и оно закрутилось, Фу Жанъи увидел обратную сторону — фотография.
Женское лицо, очень похожее на Чжу Чжиси. Молодая Омега.
Фу Жанъи сразу понял, кто это. Если бы мама Чжу Чжиси была жива, он бы, наверное, был ещё счастливее.
Ребёнок, которого растили с любовью, всё равно носит в себе брешь, которую ничем не залатать.
— Чего такой тихий? — вдруг спросил Чжу Чжиси. — Ты что, укачиваешься, когда я за рулём? У меня вообще-то водительское не только на легковую, но и на грузовик.
Фу Жанъи очнулся и покачал головой:
— Всё отлично.
Он не хотел, чтобы Чжу Чжиси заметил, как он уставился на ту фотографию. Не хотел ворошить больное. Поэтому быстро сменил тему, вспомнив, что увидел на заднем стекле наклейку:
— Я заметил у тебя наклейку AED. Ты поставил дефибриллятор в машину?
Чжу Чжиси удивился, на красном взглянул на него:
— Первый раз кто-то это замечает. Ты и в этом шаришь?
— У меня в прежней машине тоже стоял. Потом сменил, всё собирался снова установить — и каждый раз забывал.
Чжу Чжиси пальцем тихонько постукивал по рулю:
— Понятно, почему ты узнал. Я когда-то в Чили ходил в поход. Один из ребят в лагере вдруг свалился без сознания. Хорошо, что у одного мужика в машине был дефибриллятор — парня спасли. Тогда я и подумал: надо обязательно поставить себе. Вот и попросил брата помочь. Правда, пока он ни разу не пригодился. Я ведь почти всё время за границей торчал, а машина стояла дома, пылилась. Так что теперь стараюсь почаще сам за руль садиться.
Фу Жанъи кивнул, помолчал немного и предложил:
— Я могу научить тебя делать СЛР. Я не раз приводил в чувство пациентов с остановкой сердца, весь процесс знаю до автоматизма.
Чжу Чжиси фыркнул:
— Не надо, я сам учился. У меня даже сертификат есть.
Фу Жанъи абсолютно серьёзно:
— Тогда, доктор Чжу, может, потренируешься на мне?
— Чего?! — Чжу Чжиси аж подскочил. — Не неси чушь. — Через пару секунд всё же буркнул пару приглушённых “тьфу-тьфу”.
Разговаривая, они уже доехали до университета S. Чжу Чжиси подвёз его прямо ко входу. Фу Жанъи, выходя, обошёл машину и постучал в окно водителя.
Стекло опустилось. Внутри Чжу Чжиси, сцепив пальцы и подперев ими подбородок, смотрел на него с улыбкой.
— Спасибо, — сказал Фу Жанъи.
— Спасибо кому? — Чжу Чжиси игриво моргнул.
Фу Жанъи глубоко вдохнул, и выдал:
— Спасибо, маленький ангел.
Чжу Чжиси наклонил голову:
— Ух ты, какая вежливость! Вам пятёрочка, дорогой клиент. Не забудьте заказать меня снова!
Тут же понял, что прозвучало двусмысленно, и срочно добавил:
— В смысле — мою машину заказать.
Фу Жанъи, кажется, и не подумал в пошлом ключе. Слово “заказать” напомнило ему о вечерней встрече:
— Ты помнишь, у нас ужин сегодня? В шесть. Я тебе вчера адрес скинул.
— Ага, помню, — Чжу Чжиси снова склонил голову, на этот раз почти с кокетством. — Я наряжусь от души. Чтобы у Фу-лаоши не было ни капли стыда.
— Не стоит, — отрезал Фу Жанъи, даже чересчур быстро.
— Почему? — Чжу Чжиси нахмурился, протянул руку и двумя пальцами зацепил пуговицу на его пальто. — Тебе не нравится, как я одеваюсь?
Он изображал обиженного, но в глазах билась плутовская искорка.
Я не люблю, когда на тебя пялятся.
Фу Жанъи раньше и не думал, что Бета может провоцировать даже сильнее, чем Альфа или Омега. В этом нет ни барьеров, ни тормозов, ни правил — все на тебя глаз кладут.
— Эй, ты чего молчишь? Реально не нравится, как я выгляжу? — Чжу Чжиси толкнул его в грудь.
— Да нет же, — Фу Жанъи поймал его руку и честно сказал: — Просто ты и без нарядов красивый.
Чжу Чжиси застыл.
Фу Жанъи говорил без задней мысли, потому ничего не заподозрил. Быстро отпустил его руку и перед тем, как уйти, обернулся и буднично добавил:
— Приходи пораньше, маленький ангел.
Он пошёл по тенистой аллее. Увидел двух студентов, замедлил шаг и вежливо кивнул.
Чжу Чжиси не отрываясь смотрел ему вслед. Потом машинально пробормотал, как будто озвучивал диалог за студентов:
— …Здравствуйте, Фу-лаоши. До свидания, Фу-лаоши.
Сказал — и только тогда включил зажигание. Лицо пылало, но окно закрывать не спешил. Подставлял щёки ветру, пока всё внутри не остыло.
Только приехал в музей, как на телефон пришло новое сообщение от Фу Жанъи.
[Красавчик вдовец: ☆☆☆☆☆]
Чжу Чжиси сидел в машине и хихикал, как дурак.
Работа над выставкой продвигалась куда быстрее, чем он ожидал. Хотя Чжу Чжиси явно не из тех, кто выстраивает чёткие планы и действует по списку, зато у него было море идей, и креатив он выдавал почти безостановочно.
Чжоу Мин наблюдал, как Чжу Чжиси возится с камерой:
— Ты собираешься снимать?
— Влог, — обернулся тот с улыбкой. — Хочу задокументировать процесс подготовки выставки, потом выложу в сеть. С одной стороны, это привлечение зрителей, с другой — будет, что на память оставить.
Он хлопнул в ладоши и встал:
— Вообще, до того как взялся за этот проект, я сам не особо шарил в этих исторических артефактах. Но пересмотрел всё, что у нас есть, и понял — за каждым предметом своя история. Где-то это кусочек истории страны, где-то — прикольный случай из археологической практики.
Это всё — благодаря Фу Жанъи. Он объяснял ему экспонаты один за другим, боялся, что Чжу Чжиси заскучает, и потому добавлял к каждому рассказу живую деталь или забавный факт. Чжу Чжиси сидел рядом с блокнотом и буквально залипал.
Он понял, что за строго логичным, жёстко организованным, требовательным к себе, профессионалом до мозга костей — скрывается мягкое, почти уязвимое сердце. Сам Фу Жанъи, похоже, и не замечал, как в его рассказах эти холодные, древние вещи оживали, будто кто-то наложил чары. Они выстраивались в очередь, чтобы сыграть для Чжу Чжиси свой спектакль — показать, кем были, откуда и зачем.
И Чжу Чжиси, внимая этим историям, касался чего-то удивительно нежного. И влюблялся — в саму эту хрупкую искренность.
Поэтому он и сказал от чистого сердца:
[Завидую твоим студентам. У них такой крутой преподаватель.]
И сунул ему в руку плитку шоколада:
[Стань и моим учителем, профессор Фу. Это моя оплата за обучение.]
Фу Жанъи взглянул на него, но соглашения не последовало:
[Не называй меня “профессор Фу”. Словно ты мою квалификацию занизил.]
Вот уж у кого приоритеты всегда непредсказуемые.
Хотя буквально через пару секунд он дотронулся до очков, неловко отвёл взгляд и пробурчал:
[На лекциях я так не объясняю. Это вообще… не слишком академично.]
Вспоминая это, Чжу Чжиси не сдержался и хихикнул.
Чжоу Мин, как по заказу, вставил:
— Это Фу-лаоши давал профессиональные советы, да?
Чжу Чжиси вернулся к реальности и кивнул:
— Ага, я ему уже заплатил. Так что можешь быть спокоен — музей он на деньги не разведёт.
Он продолжил:
— На самом деле эти истории очень классные, но у людей почти нет возможности о них узнать. Даже те, кто приходят на выставку, максимум читают таблички с описаниями — и всё. Такой формат просмотра скучноват. Поэтому я решил выбрать десять самых интересных артефактов и рассказать их истории от их лица. Сделаю десять коротких видео — по одному в день перед открытием выставки. Крутая идея для промо, правда?
У Чжоу Мина аж глаза загорелись:
— Правда круто! Но работы-то сразу в разы больше. Мы же тебе и так немного платим, теперь как-то даже неловко.
— Да неважно, — Чжу Чжиси искренне улыбнулся и облегчённо выдохнул. — Я просто хочу, чтобы выставка удалась.
Он с самого начала знал, что это в последний раз. Но очень хотел, чтобы это оказалось не так.
Чтобы не опоздать на ужин, Чжу Чжиси вышел из музея уже в четыре. Хотел заехать домой и переодеться. Он хорошо запомнил, что утром на Фу Жанъи было тёмно-серое пальто, и заранее прикинул лук в тон.
С виду он вёл себя спокойно, как будто воспринимал эту встречу легко, но внутри… это была важная деталь. Первый раз в жизни он шёл на такое мероприятие как чей-то партнёр. Совершенно новый опыт.
Он поймал себя на том, что слишком разволновался — аж ногу дёргает. Даже маршрут выбрал не тот, что обычно.
Успокойся, Чжу Чжиси. — скомандовал он себе.
Когда переехал мост, начался снег. Над рекой повисла лёгкая зимняя дымка. Он сбавил скорость и аккуратно свернул с развилки. На красном свете, дожидаясь сигнала, лениво глядел по сторонам — и вдруг заметил.
Метрах в двадцати впереди, у обочины, сидела собака. Беленькая, крошечная, с голубым ошейником.
У Чжу Чжиси по коже пробежала дрожь, мурашки вскинулись по всему телу. Он молча выхватил телефон, щёлкнул фото и нетерпеливо ждал зелёного света. Как только загорелся, рванул к обочине и припарковался.
Белая собачка действительно сорвалась с места. Она мчалась через дорогу.
— Эй! — Чжу Чжиси бросился следом. Глазами выискивал её, но она была слишком мала. А район — старый, с узкими улицами, усеянными уличными прилавками с овощами, хозтоварами, чем угодно. Кроху мгновенно поглотила толпа.
Он пронёсся через всю улицу, лавируя между лотками, свернул в переулок — и снова потерял её из виду.
— Она же точно сюда свернула… — выдохнул он, задыхаясь.
Наклонился, чтобы отдышаться — и вдруг почувствовал, как по губам потекло что-то тёплое. Провёл рукой — чёрт, снова кровь из носа. Быстро залила ворот и капнула на одежду.
— Да ё-моё… — вытащил салфетки, прижал к носу, вспомнил советы Фу Жанъи: зажать, голову вперёд. Всё сделал правильно. Но несмотря ни на что, упорно продолжал искать. Ходил по округе, зовя негромко:
— Сяо Юй? Это ты? Мы же только что виделись. Ну ты чего, забыл уже?
Неужели он даже их встречу забыл? Такой уж слабенький ангел…
Как сквозь землю провалился.
Глянув на часы, Чжу Чжиси понял, что уже рискует опоздать. Пришлось выходить из переулка, возвращаться. Мимо ларька купил мороженое — приложить к шее.
Снег усилился. Холод пробирал до костей. Он включил печку на максимум, сел в машину. Тревожный писк напоминал о временной парковке, как будто кто-то отсчитывал время. Всё это казалось сном.
На лобовом стекле образовался туман.
Температурный перепад — и на стёклах белая пелена. Он провёл пальцем — влажная дорожка. Размазывается, тает. Снова вытер.
…Когда Фу Жанъи протёр стёкла своих очков, взгляд прояснился. На столе уже дымились первые порции жареного мяса. Коллеги вокруг суетились:
— Ешь, ешь, не жди!
Мясо легло на решётку — и зашипело, скукожившись от жара.
— Эй, а где же жена Сяо-Фу? Он же обещал с ним прийти. Чего один?
Фу Жанъи только тогда поднял голову и мягко ответил:
— У него работа. Сказал, что подъедет сам, уже в пути.
Соседка-Омега с другого конца стола с улыбкой вставила:
— Вот везёт… Вы посмотрите на кольцо Фу-лаоши! Такой вкус! А мой муж только и знает, что платина с бриллиантом — ни капли фантазии.
— Точно, кольцо шикарное, — подхватила другая. — Я думала, ты украшения вообще не носишь.
— Наверняка это его жена выбрал!
Фу Жанъи, как правило, никогда не распространялся о личном. Обычно, если разговор заходил об этом — просто тихо улыбался. Так что то, что он вдруг ответил — стало неожиданностью.
— Я сам выбрал, — сказал он спокойно, с тёплой ноткой в голосе.
— Да ну! Серьёзно?!
— Почему именно рубин? Все же обычно берут с бриллиантом…
Фу Жанъи поднял чашку чая, сделал глоток, опустил взгляд и ответил:
— Он сейчас подойдёт. Посмотрите ему в глаза — и всё поймёте.
http://bllate.org/book/14416/1274478
