Цзян Цзямянь подумал, что Сюй Ян всё ещё переживает из-за семейных проблем. На самом деле, каким бы циничным и легкомысленным ни прикидывался Сюй Ян, в конце концов, он оставался старшеклассником, и его внешняя бравада была всего лишь маскировкой для самозащиты.
Возможно, сейчас ему просто нужно плечо, на которое можно опереться, чтобы сбросить эмоции, и он не хочет, чтобы кто-то видел его заплаканные красные глаза. Поэтому, хотя Цзян Цзямянь чувствовал себя неловко, он всё же сдержался и не оттолкнул его.
В конце концов, в самый тяжёлый для него момент Сюй Ян тоже его утешал.
Они прятались в углу самого дальнего стеллажа. Было слышно, как снаружи изредка доносятся шаги, которые звучали особенно отчётливо и чётко, раздражая чувствительные нервы Цзян Цзямяня.
Сердце колотилось очень быстро, его ладони вспотели от нервозности. Он боялся, что кто-нибудь пройдёт мимо и обнаружит их.
Руки Цзян Цзямяня висели вдоль тела, крепко сжатые в кулаки. Он изо всех сил старался игнорировать странное чувство, которое вызывал в нём Сюй Ян, и оставался неподвижным, позволяя Сюй Яну держать его в своих объятиях.
Неизвестно, сколько прошло времени. Как раз когда Цзян Цзямянь уже почти не мог сдерживать желание оттолкнуть его, Сюй Ян повернул лицо. Его горячее дыхание коснулось нежной, белоснежной шеи Цзян Цзямяня, вызвав на этом участке кожи едва заметную дрожь.
Сюй Ян глубоко вдохнул. От юноши исходил приятный запах, непонятно, то ли это был гель для душа, то ли стиральный порошок на одежде. Свежий и естественный, он невероятно радовал Сюй Яна.
"Мяньмянь, от тебя так хорошо пахнет".
Цзян Цзямянь замер на одну секунду. Когда "дуга его рефлекса" передала услышанное мозгу, мозг уже автоматически отреагировал: он сильно оттолкнул Сюй Яна, а затем "наградил" его старым добрым ударом в живот!
Сюй Ян не был готов. Только что он блаженствовал, держа в объятиях тёплую и нежную "яшму" (п.п красивого человека), а тут внезапно получил удар, отшатнулся на два шага, согнулся пополам, держась за живот, и на его лице выступил холодный пот от боли: "Чёрт, ты убиваешь своего муженька?!"
Услышав это, Цзян Цзямянь так разозлился, что у него покраснели уши. Он почувствовал себя невероятно оскорблённым, замахнулся кулаком и ударил прямо в лицо Сюй Яна. К счастью, на этот раз Сюй Ян был готов и, увернувшись, избежал удара, который мог изуродовать его лицо.
"Я виноват! Я виноват!" — Сюй Ян тут же поднял руки в знак капитуляции. Лицо, которое только что выражало необъятную скорбь, снова сменилось на ту самую дразнящую, вызывающую скрежет зубов улыбку. — "Я пошутил с тобой, не будь таким невосприимчивым к поддразниваниям!"
Цзян Цзямянь очень хотел выругаться, но не смог подобрать ругательных слов. В конце концов, он свирепо посмотрел на него, бросил "Псих!" и ушёл, оставив Сюй Яна одного.
Он, должно быть, сошёл с ума, раз согласился выйти с этим противным типом!
Сюй Ян подождал, пока Цзян Цзямянь уйдёт, и не спеша вышел из угла. Он невинно почесал нос. Оказывается, его Мяньмянь в юности был таким вспыльчивым. А ведь в прошлой жизни он был послушным, словно "приглаженный котёнок". Как один и тот же человек может так сильно отличаться!
"Ой", — Сюй Ян помассировал ноющий живот, но уголок его губ изогнулся. — "Впрочем, он мне нравится любым".
Только что, когда Цзян Цзямянь послушно был в его объятиях, его сердце так всколыхнулось, что он не смог сдержать эмоций и сказал такую фразу. Эх, не ожидал он, "старый водитель" , что и его однажды "занесёт на повороте от слишком большой скорости"!
...
Наступил понедельник. Цзян Цзямянь не пошёл на утреннюю самоподготовку, а сразу направился в учительскую, чтобы найти классного руководителя У Хао.
"Учитель У, я хочу поменяться местами".
У Хао как раз пил чай из термоса и, не успев проглотить глоток воды, поперхнулся: "По... почему?"
Цзян Цзямянь опустил голову: "Не хочу с ним сидеть".
Кто такой "он", было очевидно. У Хао медленно закрыл крышку термоса и спросил: "Что случилось? Неужели Сюй Ян успел с тобой поссориться, едва мы поменяли места?"
Ссорой это назвать было нельзя, просто Цзян Цзямянь на самом деле не хотел иметь никакого отношения к Сюй Яну.
После того, как Сюй Ян вчера над ним подшутил, Цзян Цзямянь всю ночь видел кошмары, в которых было злобно ухмыляющееся лицо Сюй Яна. Если так пойдёт и дальше, он рано или поздно получит нервное истощение.
"У нас несовместимые характеры".
У Хао засмеялся: "Что значит 'несовместимые характеры' для двух больших парней, сидящих за одной партой? Вы же не 'объект для знакомства' (п.п то есть, не встречаетесь)".
Он сказал это как шутку, считая себя остроумным, но не заметил, что лицо Цзян Цзямяня стало ещё хуже.
"Кроме того, если у вас несовместимые характеры, ты просто не обращай на него внимания, разве нет?" — У Хао встал, похлопал его по плечу и с улыбкой утешил: "Вы не ссорились, и Сюй Ян не совершил никаких ошибок, так что мне, как учителю, не годится делать для тебя такое исключение. Иначе, что будет, если все остальные ученики в классе придут ко мне проситься поменяться местами?"
Этот Сюй Ян... даже такой хороший ученик, как Цзян Цзямянь, не хочет сидеть с ним за одной партой. Если он пересадит Сюй Яна к кому-то другому, разве это не "испортит моральный дух" всего класса?!
Цзян Цзямянь понял, что имел в виду У Хао: очевидно, он специально так рассадил их, считая, что Сюй Ян не сможет плохо повлиять на Цзян Цзямяня.
Но если ты не ищешь проблем, проблемы сами придут к тебе.
Цзян Цзямянь подумал и сказал: "Учитель У, вы хотите сказать, что если Сюй Ян совершит ошибку, то нас можно будет рассадить?"
У Хао опешил. Казалось, он имел в виду не совсем это, но, чтобы отделаться от Цзян Цзямяня, всё же кивнул: "Пожалуй, да".
Цзян Цзямянь поднял голову, его улыбка была одновременно слабой и холодной: "Я понял. Спасибо, учитель. Я вернусь в класс".
Ха, поймать "плохого парня" на ошибке — это разве сложно? Вот увидишь!
Однако, к разочарованию Цзян Цзямяня, в течение этих нескольких дней Сюй Ян не только не прогуливал, но и приходил вовремя на уроки и самостоятельные занятия, а также вёл себя тихо и не задирал Цзян Цзямяня, словно его подменили.
Это заставило Цзян Цзямяня, который "копил дыхание" (п.п: то есть, готовился), почувствовать, будто он ударил кулаком по ватному тюку, и теперь ему некуда деть свою злость.
Так спокойно они дожили до четверга. Первый урок после обеда была физкультура. Как только закончился обеденный перерыв, большинство парней из класса побежали на спортивную площадку играть в баскетбол.
"Братец Мянь, ты сегодня пойдёшь на урок?" — Ли Вэйсянь и Юань Сяо собирались на площадку и спросили Цзян Цзямяня перед уходом.
Цзян Цзямянь собирал вещи за своей партой: "Нет".
Ли Вэйсянь приподнял бровь, давая понять, что понял: "Ладно, я тебя отпрошу у учителя физкультуры".
"Спасибо", — Цзян Цзямянь встал, вышел из класса вслед за ними, но пошёл в противоположную от спортивной площадки сторону. Его целью был школьный медпункт.
Школьный врач уже хорошо его знал. Как только он постучал и вошёл, врач махнул рукой, предложил ему пойти отдохнуть и даже не спросил причину.
Цзян Цзямянь только успел сесть на своё обычное место и открыть сборник задач, как снаружи снова раздался стук в дверь. Школьный врач взглянул и увидел очередного постоянного посетителя: "Вы что, решили превратить моё место в комнату отдыха?" Но он лишь посетовал, потому что у пришедшего в руке была записка с разрешением от заместителя директора.
"Просто нет на вас, студентов, управы. Заходите, заходите".
Цзян Цзямянь, услышав голоса, из любопытства поднял голову, чтобы посмотреть, кто вошёл в медпункт, и увидел, что это снова Сюй Ян, чьё лицо вызывало у него "скрежет зубов" (п.п: сильное раздражение).
Напрасно природа наградила его красивым лицом, если в душе он был до крайности порочен.
Цзян Цзямянь опустил глаза, не желая на него смотреть, и раздражённо спросил: "Что ты здесь делаешь?"
"А что, сюда можно приходить только тебе одному?" — Сюй Ян бросил взгляд на спину врача, который сидел во внешней комнате. Врач смотрел прямую трансляцию в наушниках и, вероятно, не мог их слышать, поэтому Сюй Ян не понизил голос.
Сюй Ян сел на кровать напротив Цзян Цзямяня и спросил: "Ты, кажется, никогда не ходишь на физкультуру?"
Цзян Цзямянь проигнорировал его, будто его и не существовало.
Сюй Ян скрестил руки на груди, приняв поучительную позу, и продолжил говорить, обращаясь сам к себе: "Ты совсем не тренируешься, твоё тело такое хилое. Как это годится? Даже если у тебя отличная успеваемость, без хорошей физической формы это бесполезно".
"Какое тебе дело?" — Ручка в руке Цзян Цзямяня остановилась. Он сердито ответил: "Тебе не кажется, что ты слишком много о себе возомнил?"
Сюй Ян знал, что Цзян Цзямянь всё ещё злится из-за событий нескольких дней назад, поэтому он сидел рядом с ним эти дни и сдерживался, чтобы не дразнить его, вёл себя как хороший ученик, спокойно посещал занятия, чтобы хоть немного завоевать его расположение.
Но Цзян Цзямянь, очевидно, не ослабил своей бдительности, несмотря на "раскаяние" Сюй Яна, и по-прежнему не хотел с ним общаться.
Сюй Ян первым смягчил тон, осторожно и заискивающе улыбнулся: "Прости, в прошлый раз я был неправ. Я очень хочу перед тобой извиниться. Ты можешь простить меня на этот раз?"
"Сюй Ян", — Цзян Цзямянь отложил ручку, поднял густые, длинные ресницы, и его чёрно-белые глаза пристально посмотрели на него. Выражение и тон были необычайно серьёзными: "Мне всё равно, по какой причине ты снова и снова дразнишь меня. Но если ты действительно сожалеешь, то, пожалуйста, держись от меня подальше в будущем".
"Я не дразнил тебя, я просто так сильно тебя люблю..." — Заметив, что лицо Цзян Цзямяня потемнело, Сюй Ян тут же поправился: "Я хотел сказать, что очень хочу с тобой подружиться".
Цзян Цзямянь холодно усмехнулся, нахмурившись: "Очень жаль, но я не хочу с тобой дружить".
Сюй Ян на мгновение остолбенел, затем вдруг улыбнулся. Он не рассердился, поменял положение на кровати на более удобное, лениво вздохнул: "Ты действительно очень сильно меня ненавидишь".
Его тон был утверждением, а не вопросом.
"Похоже, я выбрал неправильный подход", — Сюй Ян говорил, словно сам с собой, а словно и для Цзян Цзямяня. — "Оказывается, мысли одного и того же человека в разные периоды могут так сильно отличаться. Я слишком упростил ситуацию".
Брови Цзян Цзямяня нахмурились ещё сильнее. Слова Сюй Яна сбивали его с толку, но инстинкт подсказывал, что ничего хорошего в них нет.
"В общем, пожалуйста, не преследуй меня больше. Давай жить 'как вода в колодце и вода в реке' (п.п: то есть, не пересекаться). Иначе у меня тоже есть свой способ дать отпор".
Сюй Ян изначально думал, что, возможно, ему стоит дать Цзян Цзямяню немного времени и пространства, чтобы тот постепенно принял его, но, услышав мягкую и совершенно не угрожающую угрозу юноши, его врождённая порочность дала о себе знать. Ему вдруг очень захотелось узнать, каков же этот способ, которым Цзян Цзямянь будет давать отпор.
Сюй Ян наклонился вперёд, медленно приближаясь к Цзян Цзямяню. На его губах играла лёгкая улыбка: "О? Правда? Мне очень любопытно".
Холодный взгляд Цзян Цзямяня, пронзающий сквозь толстые линзы очков, скользнул по лицу Сюй Яна. Голос юноши был ещё холоднее, чем взгляд: "Не веришь? Можешь попробовать".
Спина Цзян Цзямяня была напряжена, выражение лица настороженное, как у испуганного котёнка, который "распушил шерсть". В этой серьёзности было что-то милое. Сюй Ян никогда не видел Цзян Цзямяня таким.
В нём проснулось желание завоевать. Так хотелось прижать этого человека к себе и хорошенько "поиздеваться", чтобы посмотреть, как долго он сможет сохранять такое выражение лица.
Но этот человек ещё не был "заполучен", а его уже успели возненавидеть. Сюй Ян мог только подавить своё внутреннее нетерпение, нацепить на себя невинную, сияющую улыбку, протянул руку, чтобы погладить Цзян Цзямяня по голове.
"Не нервничай, я..." Остальная часть фразы оборвалась мучительным низким рыком.
Запястье Сюй Яна, которое висело в воздухе, было схвачено Цзян Цзямянем с "быстротой молнии, накрывающей уши" (п.п: очень быстро). Он вывернул руку в обратную сторону, применив хитрый приём, и раздался звук смещения кости — "клац!" — запястье было вывихнуто!
В очередной раз, не успев защититься от "нападения на личность", Сюй Ян держался за запястье, боль прошибла его холодным потом: "Цзян Цзямянь! Твой 'способ дать отпор' — это 'домашнее насилие'?!"
http://bllate.org/book/14381/1273469
