Поболтав со своими знакомыми, Юй Чжинянь успокоился и направился в туалет.
Изначально эта встреча на выставке была заданием, нужно было просто выполнить его —эмоциональные взлеты и падения здесь были совсем не к месту.
Он вышел и стал искать Сяо Ичи.
Его спутник стоял, задумавшись, перед другой картиной.
Если смотреть со стороны, то у Сяо Ичи было пропорциональное тело. У многих людей присутствует неправильная осанка в положении стоя: либо грудь имеет впадину, либо талия опущена вперед, либо ноги чрезмерно вытянуты, что сказывается на их эстетике. Но Сяо Ичи стоял очень красиво, это не была нарочито чопорная военная поза, его руки были сжаты в кулаки, голова слегка наклонена вбок, плечи и спина открыты, талия прямая, а ноги длинные.
К сожалению, его внешность была слишком заурядной.
В современном обществе внешний вид очень важен. Не говорите, что внешность не может быть вкусной — это все кислый виноград. В общепринятом понимании приятный внешний вид почти равен понятию «красота».
Сяо Ичи, с другой стороны, размышлял про себя: «Юй Чжиняню действительно нравятся картины Альмы, а мое собственное поведение в данный момент было действительно разочаровывающим. Я слишком увлекся ощущением чувства превосходства над кем-то, кто не знает всей правды. Ну получил я небольшое злорадное удовольствие, и что дальше?»
В это время Юй Чжинянь улыбнулся и подошел к Сяо Ичи.
— Извини за долгое ожидание.
Сяо Ичи пришел в себя и с улыбкой покачал головой.
— Все в порядке.
Хотя «Полночь на Ближнем Востоке» уже не подлежала подробному обсуждению, о другой картине Альмы, которую он сейчас рассматривал, можно было поговорить. Когда он уже собрался начать разговор, Юй Чжинянь вдруг извинился и сказал:
— У меня появились кое-какие рабочие дела, так что, возможно, мне придется вернуться в юридическую фирму. Должен ли я сначала отправить тебя обратно, или ты останешься здесь и продолжишь осматривать выставку? В конце концов, такая возможность выпадает редко, и я не хочу портить тебе удовольствие.
Сяо Ичи покачал головой, всем своим видом показывая, что ему все равно:
— Раз дело настолько важное, ты не обязан отвозить меня обратно. Я осмотрю здесь все еще раз и вернусь домой сам немного позже.
Юй Чжинянь на мгновение задумался.
— Хорошо, тогда до связи.
— Ага.
Юй Чжинянь уже собрался уходить, но Сяо Ичи нерешительно окликнул его.
— Только что... извини. Я мало что знаю о картине «Полночь на Ближнем Востоке», поэтому не осмелился ничего сказать, было бы неприятно, если бы я потерял лицо перед тобой, большим поклонником живописи. Что касается других картин, я кое-что знаю о них, жаль, что у нас сегодня нет времени поговорить. Когда у меня будет возможность в будущем, я попрошу тебя дать мне несколько советов.
Эти искренние слова словно разгладили растрепавшиеся волосы в сердце Юй Чжиняна.
Они были очень хороши, но выражение лица Юй Чжиняня нисколько не изменилось.
Он улыбнулся и сказал.
— Я не принял это близко к сердцу. Хорошо, давай поговорим снова, когда у нас будет возможность в будущем.
Сяо Ичи посмотрел на удаляющуюся фигуру Юй Чжиняня и улыбнулся.
Он получил удовольствие от сегодняшнего дня.
Вернувшись домой, Сяо Ичи сразу же сменил костюм, в котором был на выставке.
Он сложил его в сумку, надел свои повседневные вещи и отправился в химчистку.
На въезде в район было очень оживленно и людно, когда он подошел поближе, то понял, что это тетушки, танцующие кадриль, ждут автобуса, который отвезет их на соревнования.
— Ичи! — из толпы раздался знакомый голос. Это была тетя Мэй.
Ее ярко накрашенное лицо сверкало всеми цветами радуги — счастливая тетушка появилась словно из ниоткуда с огромной охапкой цветов в руках.
— Эй, кто эта красавица? — Сяо Ичи, улыбаясь, подошел, взял зонтик тети Мэй, чтобы подержать его для нее, — у тебя сегодня соревнования?
— Да, сегодня финал! У нас хорошие шансы на победу! Если мы займем первое место, мы вернемся и приготовим для тебя вкусный ужин!
— Я уверен, вы сегодня выиграете!
— Это...— внезапно раздался чей-то голос.
— Эй, да, да, да, да! Это тетя Пан! — Тетя Мэй подвела к Сяо Ичи свою соседку. — Она давно хотела с тобой познакомиться, сегодня все просто идеально совпало!
Сяо Ичи пристально посмотрел на нее. Густой макияж скрывал ее настоящие черты, но эта пожилая женщина выглядела довольно нежно.
— Здравствуйте, тетя Пан! Я Сяо Ичи.
Тетя Пан оглядела его с головы до ног и, казалось, осталась очень довольна.
— Это здорово, он хороший мальчик.
— Правда ведь? Я же говорила тебе, что наш Ичи особенно хорош! Не смотри на него сейчас так строго, он на полгода моложе твоего племянника!
«Ах, тетя Мэй, ты действительно моя дорогая тетя, я даже не знаю, комплимент это или уничижение».
— Это не беда, он очень хорош, — улыбнулась тетя Пан.
Сяо Ичи был благодарен за комплимент.
— Спасибо, тетушка!
— Вы с Чжинянем хорошо ладите? — женщина выжидающе посмотрела на него.
Что Сяо Ичи должен был сказать? Что они встретятся еще раз, а потом придет время попрощаться?
Вместо этого он ответил:
— Очень хорошо, мы встречались несколько раз.
Тетя Пан и тетя Мэй были вне себя от радости, услышав это, они весело переглянулись.
— Это так здорово!
К счастью, в это время капитан танцевальной команды, стоявший впереди, свистнул в свисток и прокричал:
— Народ! Собирайтесь! Автобус уже на подходе!
Чем сам того не ведая, избавил Сяо Ичи от дальнейших расспросов о личной жизни.
— Эй, хватит разговоров, давайте собираться! — Встревоженная тетя Мэй потянула тетю Пан за собой и уже была готова бежать обратно.
Тетя Пан загадочно посмотрела на Сяо Ичи.
— Давай как-нибудь еще поговорим.
— Ладно, ладно, будьте осторожны, не упадите! — Сяо Ичи проводил убегающих ярких тетушек взглядом и вздохнул с облегчением.
Когда автобус отъехал, Сяо Ичи все еще продолжал стоять на том же месте, смотря куда-то вдаль.
Если бы его родители сейчас были живы, стали бы они так же беспокоиться о нем, как тетушка Мэй и тетушка Пан?
Что ему нравятся представители одного с ним пола, Сяо Ичи узнал во время своего подросткового сексуального созревания.
Из-за сильного внутреннего смятения он с трудом окончил среднюю школу и поступил в местный университет. В университете он получил больше информации и многому научился, а на последнем курсе ему захотелось открыться своим родителям.
Они были простыми рабочими, трудившимися на фабрике по изготовлению соевого соуса. Родители были открытыми и щедрыми людьми, любили читать, поэтому в представлении Сяо Ичи могли бы понять своего сына.
В ту ночь его мама и папа должны были быть на дежурстве, но, поскольку их ребенок сказал, что хочет сообщить что-то важное, они взяли отгул и решили вернуться. По дороге домой они встретили перегруженный грузовик, и их мотоцикл был сбит с дороги. Когда их отправили в больницу, они оба были уже мертвы.
Спустя время Сяо Ичи стоял перед крематорием и мучительно думал, если бы он решил промолчать, если бы они не решили вернуться домой тогда — они остались бы живы.
Если бы только он не был геем.
Он был тем, кто убил их, потому что он не был нормальным.
Когда он заканчивал последний курс университета, в зарубежных представительствах новостных организаций не хватало сотрудников, поэтому в то время набирали молодых людей для работы за границей. Хотя об этом не говорилось прямо, ходили слухи, что речь шла о поездке в зону боевых действий. Это звучало настолько опасно, что желающих нашлось очень мало.
Если быть точнее, Сяо Ичи был единственным, кто записался.
Когда он собирался уезжать, он солгал тете Мэй о своей реальной будущей деятельности. В то время интернет и другие подобные вещи еще не были развиты, а он был уже взрослым, так что тетя Мэй ничего не могла поделать.
Сяо Ичи отправился в путь со словами: «Если я умру — то умру, может быть, мне лучше быть мертвым».
В то время он был таким наивным.
Когда он действительно попал в горячую точку, туда, где шли настоящие бои — он был напуган, даже после стольких длительных тренировок и основательной подготовки.
Сильный страх в сочетании с инстинктом самосохранения заставили его осознать, что идея о том, что если ты хочешь умереть, то ты можешь умереть, равносильна детскому плачу без причины.
Первые два года он жил очень тяжелой жизнью, как с точки зрения его повседневной рутины в постоянных разъездах, так и со стороны психологического состояния.
Зато к нему вдруг пришло четкое осознание того, что несмотря ни на что, он хочет жить.
Ему нужно было просто примириться с самим собой.
И это был очень долгий процесс.
За прошедшее десятилетие он встречал на своем пути войны и вооруженные конфликты, видел уродство и величие человеческой натуры, знакомился с культурами разных стран и новыми интересными людьми, которые либо выступали с ним на одной стороне, либо нет. В итоге все равно они становились близкими друзьями со схожими интересами. Все это объединилось в мощную силу, позволившую Сяо Ичи переосмыслить себя.
***
Для Юй Чжиняна не было ничего необычного в том, чтобы заниматься одновременно несколькими проектами — некоторые из них проходили в виде «due diligence», некоторые нуждались в дополнительных консультациях, другие были готовы для юридического заключения и так далее. Но в последнее время он был особенно занят, потому что знаменитая в городе семья Е переживала неспокойные времена.
В семье Е было много членов с переплетенными интересами. К сожалению, старейшина семьи Е заболел и попал в больницу, поэтому все они предпринимали все возможное, чтобы избежать потерь при разделе семейного имущества.
Несколько членов семьи Е были клиентами «Фанды» — юридической фирмы, где трудился Юй Чжинянь. Среди этих людей особое место занимал внук семьи — Е Чжаолинь, весьма способный молодой мужчина, завоевавший сердце старика, поэтому сейчас он являлся основным объектом пристального внимания всех сторон.
В настоящее время он работал в сфере гостиничного бизнеса и общественного питания в семейном бизнесе. С тех пор, как молодой человек занял свою должность, он приложил немало усилий для внедрения инноваций в индустрии общественного питания и создал множество известных интернет-магазинов с растущими продажами.
Е Чжаолинь вложил значительные средства в создание ресторана французской авторской кухни, который открылся два месяца назад и стал лидером местного рейтинга «Black Pearl Must Eat Guide».
В данный момент этот ресторан переживал кризис — французский шеф-повар планировал уволиться.
Е Чжаолинь и Юй Чжинянь обсуждали эту проблему, заходя в лифт.
— Главный козырь этого ресторана — шеф-повар, и если он уйдет, то все закончится, а с момента открытия прошло всего два месяца. Если мои дяди и двоюродные братья узнают об этом, они могут устроить бурю в стакане воды.
Е Чжаолинь внезапно высказал смелое предположение.
— Возможно ли, что за всем этим кто-то стоит?
Юй Чжинянь ответил:
— Я уже отправил кое-кого для расследования. Но вы же понимаете, что шеф-повар уникален, горд и капризен, и, похоже, тут кроется совсем не внешняя причина, побуждающая его уйти в отставку. Я предупреждал вас, когда вы впервые наняли его, что этот человек будет представлять собой фактор неопределенности.
— Но его навыки действительно великолепны, его популярность на зарубежных социальных платформах также высока. Если бы он тогда не придумал тот трюк, в центре внимания оказалась бы кинокомпания третьего дяди, — вздохнул Е Чжаолинь.
— Не волнуйтесь, он уже подписал контракт, там все изложено черным по белому, давайте сначала проявим вежливость, прежде чем прибегать к насилию.
Сегодня в ресторане проходил день дегустации. Юй Чжинянь и Е Чжаолинь специально освободили свои рабочие графики, намереваясь после ужина поговорить с шеф-поваром о его проблемах.
Юй Чжинянь был настроен на работу, его аура элитного юриста была на высоте, пока он не увидел Сяо Ичи с сумкой для фотоаппарата у входа в ресторан.
Город быстро развивался и хорошел. Сяо Ичи, будучи безработным в настоящее время, целыми днями бродил по городу и фотографировал.
Неподалеку находился ресторан французской авторской кухни с самым высоким рейтингом в приложении «Food guide», и, повинуясь внезапному порыву, он решил попробовать ее, заранее не заказывая столик для обеда.
Официантка извиняющимся тоном сообщила ему, что, к сожалению, сейчас ресторан закрыт для посетителей и будет открыт только во второй половине дня.
Сяо Ичи стоял в дверях, сетуя на свою невезучесть, когда наткнулся взглядом на Юй Чжиняня.
Официантка отреагировала быстро и почтительно поприветствовала его.
— Господин Юй, добро пожаловать, внутри все готово.
Взгляд Юй Чжиняня остановился на Сяо Ичи.
— Почему ты здесь?
Е Чжаолинь, заметив это, спросил.
— Знакомый?
Юй Чжинянь только хмыкнул.
Сяо Ичи объяснил свое появление так:
— Я просто случайно проходил мимо и услышал, что этот ресторан очень известен, поэтому я зашел попытать счастья и посмотреть, есть ли здесь свободные места.
Сегодня здесь будут проходить официальные переговоры, ресторан закрыт для посетителей, — сказал Юй Чжинянь.
Е Чжаолинь был более великодушен и приветлив.
— Все в порядке, раз уж вы друг Чжиняня и оказались здесь, давайте зайдем и пообедаем вместе. В любом случае, деловые вопросы мы обсудим после ужина.
Сяо Ичи с интересом посмотрел на Юй Чжиняня. Тот услышал, что за приказ отдал большой босс, и у него, как у сопровождающего, не было причин опровергать его слова, поэтому он натянуто улыбнулся.
— Тогда пойдем вместе.
Сяо Ичи с удивлением поднял брови. Он впервые видел подобное выражение лица у Юй Чжиняня — улыбающееся неискренней улыбкой.
http://bllate.org/book/14369/1272525
