Домашка отстой! Хочу наслаждаться веселой школьной жизнью!
Я вступил в клуб, о котором никогда и не думал, меня предал друг (по крайней мере, один раз), но в целом я отлично провожу время.
Это история моей, Гонзабуро Таширо, бурной и абсолютно уникальной школьной жизни!
Ладно, шутки в сторону.
В последнее время мне не дают покоя два моих одноклассника. Наверное, лучше сказать, что я волнуюсь за них. Один из них – Куресава, который участвовал в какой-то драке в первом семестре. Другой – Мияно, к которому часто пристаёт семпай-второкурсник, один из самых пугающих на вид.
Прошло чуть больше полугода с тех пор, как мы оказались в этом классе, и хотя мы много по-дружески болтаем, я все еще не могу спросить их о подробностях инцидента, произошедшего перед летними каникулами.
Разве тот семпай, который вечно крутится вокруг Мияно, не связан с тем инцидентом?
***
Сегодня у нас только утренние занятия, потому как нужно готовиться к мероприятию. Как только заканчивается короткое собрание класса, я обращаюсь к Ширахаме. Он мой давний друг, с которым я близко общаюсь ещё со средней школы.
— У тебя ведь нет планов на сегодня?
Ширахама играет в баскетбольной команде, и их расписание тренировок довольно стабильное, так что я знаю, когда он свободен. Но перед и после матчей расписание может меняться, поэтому и следует уточнить на всякий случай.
— Нет.
— Тогда, может, сходим поесть торт?
— Почему вдруг торт?
На недоуменный взгляд Ширахамы я с энтузиазмом отвечаю:
— С начала декабря везде появились рождественские украшения: иллюминации и всё такое. Когда смотрю на всё это, очень хочется съесть торт.
— А, понимаю немного.
Витрины сменяются почти сразу после Хэллоуина. Они везде, от них не скрыться, и они практически рассчитаны на то, чтобы у старшеклассника заурчало в животе.
— Давай устроим себе ранний рождественский подарок!
— Слишком ранний. До Рождества еще месяц, знаешь ли!
Верно, времени еще достаточно. Но, может, стоит немного помечтать?
— Ну, может, на само Рождество я буду есть торт со своей девушкой!
— Ты, Таширо? Не смеши.
На эту насмешливую, неуважительную реплику я отвечаю со всей серьезностью:
— Эй, притихни! Всякое может быть! Может быть, прямо сейчас любовное письмо ждет меня в обувном шкафчике!
— В школе для мальчиков в шкафчике не может быть письма от девушки.
Ах, точно! Я упустил это из виду.
Ширахама может смеяться над любовными письмами сколько угодно, но я знаю, что он в той же лодке. У нас обоих нет девушек.
— Ладно, с тортом решено. Раз уж на то пошло, давай позовем еще кого-нибудь.
— О, давай.
Раз решение принято, дело пойдет быстро. Я сразу встаю с места.
Мияно и Куресава, как обычно, сидят друг напротив друга так, что непонятно, разговаривают они или нет.
— Эй, мы собираемся поесть торт, вы с нами?
Они оба поднимают головы и отвечают в унисон:
— Нет.
Удивляясь их синхронности, я продолжаю расспрашивать:
— Ты никогда никуда не ходишь. Чем ты так занят?
— Сегодня я ужинаю с девушкой.
— Я не тебя спрашиваю, Куресава. О твоей причине все знают.
В классе нет никого, кто не знает, что Куресава всегда ставит девушку на первое место. Он не слишком много говорил о своей личной жизни в первом семестре, но каким-то образом эта информация быстро распространилась.
— Я не люблю торты, — решительно отказывает Мияно.
Я издаю удивленный звук. Мияно же выглядит как типичный любитель десертов.
— Мияно, у тебя лицо человека, любящего сладкое.
— Какое лицо? — говорит Мияно, явно раздраженный.
— Миленькое.
Когда он дуется, он выглядит еще младше, чем он есть.
— Чистое предубеждение! Таширо, я тебя не прощу.
Он сердито смотрит на меня, но это не очень пугающе.
Куресава, выглядящий раздраженно, вмешивается в разговор.
— Таширо, ты слишком долго был в школе для мальчиков, у тебя уже притупилось восприятие.
— Эй, ничего не притупилось! На церемонии поступления я даже подумал, что Мияно – девушка.
— Как ты можешь такое говорить?! У Мияно, как ни взгляни, мужское лицо. Моя девушка гораздо милее!
— Я рад, что ты мой друг, Куресава, — говорит Мияно.
Куресава кивает, но не смотрит на Мияно. Он проверяет свой телефон. У него всегда все сводится к его девушке.
— Можешь радоваться ещё больше.
Я знаю, что он снова смотрит на фотографии своей девушки, но решаю ничего не говорить. Наверняка он начнет рассказывать о своей любви.
— Вы, ребята, немного странные, знаете?
— Правда?
— Да?
«На этот раз они не ответили синхронно. Так близко!»
— Да, правда.
Не желая их задерживать, я прощаюсь с ними и иду спрашивать других одноклассников.
Хотя сейчас Куресава и Мияно легко общаются, в первом семестре я почти не видел их вместе, и даже сейчас они не всегда проводят время вдвоем. К моему удивлению, они обычно не обедают вместе. Вместо этого Куресава отдает приоритет своему клубу, а Мияно крутится вокруг дисциплинарного комитета. Я также знаю, что в отличие от меня и Ширахамы, Куресава и Мияно не учились в одной средней школе.
«Интересно, что-то между ними произошло?»
Если вспомнить, то я впервые услышал имя Куресавы от Мияно перед летними каникулами.
Тогда в школе произошел инцидент, когда на Куресаву напали, и он получил травмы. В то время Мияно и Куресава, а также учителя и дисциплинарный комитет были напряжены, проводили осмотры и расследование в школе, и атмосфера не располагала к тому, чтобы посторонние совали свой нос.
Примерно в начале октября я смутно понял, что в этом деле замешан какой-то семпай по имени Сасаки. Примерно в то время, когда мы начали носить зимнюю форму, Сасаки-семпай начал иногда появляться в нашем классе. Он всегда ищет Мияно. Обычно они некоторое время разговаривают, а потом он снова уходит. Похоже, они неплохо ладят – настолько, что Мияно, который обычно не ведет себя напористо, смело отвечает ему и весело обменивается с ним колкостями.
Сасаки-семпай кажется полной противоположностью Мияно; он выглядит таким же легкомысленным, каким серьезным кажется Мияно. Со своими осветленными волосами и пирсингом повсюду он практически является олицетворением классического образа хулигана. Кроме того, его холодное выражение лица отталкивает, а высокий рост, превышающий 180 сантиметров, делает его ещё более пугающим.
Несмотря на все это, он всегда кажется мягким и дружелюбным с Мияно. Очень странно. Но стоит ему принять отстранённое выражение лица, как он снова начинает выглядеть как грозный старшеклассник.
Я думаю, что, возможно, у него и Мияно есть «особая» связь – о таком часто слышишь в школах для мальчиков. В любом случае, они хорошо ладят, и я беззаботно думаю: «Это здорово.»
Однако однажды я подслушиваю разговор Сасаки-семпая с Куресавой, и он заставляет мое сердце пропустить удар.
— Знаю, что немного опоздал, но с твоими очками всё в порядке?
— Да, линзы не пострадали. Правда, оправа была безнадежно погнута, так что пришлось купить новую.
— Страшное дело, когда дело касается глаз, да?
Этот короткий разговор запомнится мне, потому что Куресава кажется немного сжавшимся. Может быть, он осторожничает или чувствует себя подавленным.
Тот факт, что обычно невозмутимый Куресава ведет себя так, в сочетании с неожиданностью ситуации, оставляет у меня негативное впечатление от этого тревожного разговора.
«Означает ли это, что Сасаки-семпай причинил травму Куресаве?»
— Хмм…
Этот вопрос беспокоит меня, но я не могу просто спросить об этом.
С того дня я чувствую смутную злость на Сасаки-семпая. Если он действительно причинил боль Куресаве, то, возможно, Мияно лишь притворяется смелым, а на самом деле страдает от постоянных приставаний.
⠀
Сегодня пятница, в выходные я с пятью одноклассниками пойду есть торт, а сейчас я бегу по коридору. Переодеваясь в клубной комнате, я замечаю уведомление на телефоне – сообщение от Куресавы с одним словом: «Тетрадь».
— Черт! — кричу я.
К счастью, один из старшеклассников слышит меня и освобождает от начала нашей тренировки. Я говорю Ханзаве-семпаю, что собираюсь забрать свою тетрадь и заодно захватить бутылку с водой, а после этого я сразу же вернусь.
Мы должны сдать наши тетради сегодня после уроков, но Куресава, ответственный за их сбор, попросил нас отдать их ему до полудня. Уроки уже закончились, и если я не успею его поймать, мне конец.
Я вбегаю в класс, распахивая дверь, и кричу:
— Куресава, ты еще здесь?!
— Едва-едва, — отвечает он безразлично, не отрываясь от телефона. Он даже не поворачивается ко мне, но для меня это как луч спасения.
— Прости, пожалуйста! Вот моя тетрадь...
Я достаю ее из парты и передаю Куресаве, вздыхая с облегчением. Он клялся отомстить любому из нас, кто не сдаст вовремя, но не похоже, что он собирается прикончить меня прямо здесь. Он добр в этом отношении.
Мияно тоже находится в классе, хотя не похоже, что у него есть причина все еще быть здесь. Я думаю, что, возможно, он ждет Куресаву, но оказывается, он на дежурстве после уроков и занят заполнением журнала.
«Только эти двое...»
Хоть это и не совсем правильно называть это шансом, но лучшей ситуации для выяснения интересующих меня вещей не найти. Мое любопытство заставляет меня наконец нарушить молчание о отношениях между Сасаки-семпаем и Мияно.
Это взаимная симпатия? Или Мияно действительно загнан в угол?
— Кстати, давно хотел спросить, Мияно, ты встречаешься с тем семпаем, который постоянно приходит?
— С чего ты вообще это взял?!
— Ну, мы же в школе для мальчиков... И этот парень часто называет тебя милым. Хм... Так он просто использует тебя?
— Ты все неправильно понял!
Выслушав его объяснения, я понимаю, что мои предположения были полностью ошибочны. Оказывается, Сасаки-семпай, наоборот, помог Куресаве, когда на того напали. Он практически герой. Короче говоря, Сасаки-семпай и Мияно просто хорошие друзья.
«Зря я сомневался, плохо поступил…»
Размышляя, что нельзя судить о людях по своим предположениям, я выхожу из класса.
На этот раз иду медленно, не бегу, но перед спортзалом вдруг понимаю, что забыл что-то важное. У меня пустые руки.
— Бу-ты-лоч-ку за-был~, — тихонько напеваю я, возвращаясь в класс.
Мияно уже запер дверь, поэтому я иду в учительскую за ключом.
«Хм?...»
Когда я возвращаюсь к классу, то обнаруживаю, что дверь приоткрыта. Это странно. Я уверен, что раньше она была закрыта. Я с подозрением заглядываю внутрь и вижу две фигуры. Но это не Куресава и Мияно, которые были здесь только что, а Мияно и печально известный Сасаки-семпай.
«Стоп, проблема ведь уже решена?»
Пытаясь исправить свои мысли, я немного отступаю, чувствуя, что атмосфера не располагает к тому, чтобы войти.
Их разговор не доносится до коридора. Мияно прячет лицо за классным журналом.
Сасаки-семпай, в свою очередь, лежит на парте, за которой Мияно что-то пишет. Я не могу разглядеть снаружи, что там происходит.
«Что происходит?»
Думая, не случилось ли чего, я, колеблясь, делаю шаг вперёд.
Хотя они оба говорили, что Сасаки-семпай порядочный парень, я все еще не совсем избавился от ощущения, что он кажется немного страшным. Если покажется, что вот-вот что-то случится, я закричу. Если Мияно в беде, я должен ему помочь. Я готов.
На фоне света из окна я четко вижу, как Сасаки-семпай тянется рукой к Мияно, словно собираясь прикоснуться к нему, но отстраняется, ничего не сделав. Мияно по-прежнему закрывает лицо журналом и, вероятно, не замечает этого, но я точно вижу.
«Это что сейчас было...»
Я медленно, с тяжестью сглатываю. Их разговор начинает доноситься до меня отрывками. Мияно непринужденно говорит о манге, которая его интересует. Сасаки-семпай не похож на заядлого читателя, возможно, он просто поддерживает разговор.
— Кстати, сегодня я видел в магазине рекламу манги, похожей на BL. Мия-чан, ты знаешь о ней?
— Как называется? Помнишь какие-нибудь слова?...
— Эм... Может, найдется, если поискать. О, вот это.
— А, это близко к BL, но не совсем...
А? Он не боится?
И тот его жест раньше... Может быть...
Мне кажется, я начинаю понимать отношения между Сасаки-семпаем и Мияно, и с этой мыслью я решаю прекратить задавать вопросы. Если с Мияно все в порядке, то этого достаточно.
Недавние тревоги рассеиваются, и на душе становится легче.
Я практически вприпрыжку возвращаюсь в спортзал, где объявляю:
— Я вернулся! Успел сдать свою тетрадь!
Ханзава-семпай, похоже, решил сделать небольшой перерыв.
— С возвращением… — начинает говорить он, но останавливается и недоуменно наклоняет голову. — А где бутылка?
— Вот черт!
Я смотрю в потолок, понимая, что совсем забыл о ней. Но в тот класс мне точно не хочется возвращаться.
Потому что это слишком неловко!
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется
http://bllate.org/book/14341/1270372
