Следующий день, раннее утро.
В утренний час пик транспортный поток аномально затопил улицы города. Автобус продвигался урывками, и был так плотно набит, что, казалось, вот-вот лопнет. Тетка, державшая в руках корзину для овощей, офисный планктон с изможденным лицом, ученики с огромными портфелями, уткнувшиеся в свои телефоны — все как один раскачивались в такт движениям автобуса. У Юй оказался прижат толпой к окну. В одной руке он держал пакет с вегетарианскими булочками, а второй ухватился за поручень. Защитная маска закрывала и обтягивала изящные черты переносицы и нижней челюсти, взгляд был опущен, а сам У Юй тих и незаметен.
— Эй, ты слышал? На следующей неделе в средней школе Сили отменили вечернюю самоподготовку. Каждый день в три часа уже всех будут отправлять по домам...
— Ого, круто!
— Говорят, у них там какой-то гуль выполз из реки и убивает людей, а сам при этом настолько сгнил, что остался один скелет. Думаешь, правда?
Выражение лица У Юя слегка изменилось, он скосил взгляд в сторону говорящих.
Несколько учеников, что были зажаты у дверей, оживленно обсуждали новость. Смех и завистливое гудение смешивались с взволнованными, боязливыми комментариями. Мальчик с перекинутой через плечо сумкой восторженно заговорил:
— Я знаю, я знаю! Это по всему Weibo разошлось! Убили девчонку, которая училась в той же школе, что и мой двоюродный брат...
Новость разлетелась так быстро?
Стоявшая впереди женщина, очевидно, офисный работник, прижимала к груди сумку, полностью погрузившись в чтение онлайн-комикса. Когда на экране всплыло сообщение "Войдите, чтобы читать дальше!", она без колебаний выбрала регистрацию и ввела адрес своего почтового ящика. Позади нее несколько студенток образовали круг. Склонив головы, они болтали, обменивались сообщениями в WeChat, qq и на Weibo, с энтузиазмом регистрировали учетные записи, чтобы отдать голос за своего кумира. Рядом с рекламной вывеской "Новая экономика блокчейна! Получай процент с дохода от рекламы и зарабатывай миллион юаней в год!" стоял мужчина средних лет. Он поднял свой телефон, недоверчиво отсканировал QR-код, а затем шаг за шагом, следуя инструкции, ввел номер мобильного телефона для идентификации.
Вездесущие щупальца Интернета множились из рода в род, будто бесчисленные глаза, что шпионили и высматривали. Они накрывали приливом, постепенно превращаясь в глубокое море, которое затапливало каждый уголок современного общества, достигая самой вершины.
Все с радостью купались в этом море, не замечая под своими ногами огромную бездну данных.
У Юй втянул в себя воздух, прикрыв глаза.
Дин-дон! Раздался звук из динамиков автобуса.
— Остановка "Бюро общественной безопасности". Выходя из автобуса, не забывайте свои вещи. Из дверей выходите по очереди...
В это время сотрудники сдавали ночную смену и принимали дневную, поэтому здание уголовного розыска наводнил нескончаемый поток людей. Как только дверь главного офиса открывалась, из него по всему коридору тянуло запахами сигарет, чая и лапши, которые скопились там за целую ночь.
У Юй стоял в коридоре и доедал свои вегетарианские булочки. Он выбросил пакет и как раз собирался отправиться на свое место, когда вдруг услышал слабый шум, доносившийся из-за двери приемной:
— ... вырядились тут в полицейскую форму и строите из себя порядочных, мать вашу!
— ?
У Юй уже видел, как семьи жертв устраивали скандалы в отделе судебно-медицинской экспертизы, но чтобы кто-то осмелился в открытую ругаться под крышей уголовного розыска — такое он наблюдал впервые. Стоило ему оглянуться в поисках источника шума, как дверь вдруг с грохотом распахнулась, и громкая ругань и плачь вырвались наружу.
— Не нужно втирать мне это дерьмо! Я уже все сказал вам! С этим старшим такая брехня не прокатит! — крупный мужчина сорока или пятидесяти лет источал такой перегар, что Мэн Чжао вынуждена была поскорее выйти из приемной. — Моя дочь не вернулась с прошлой смены, поэтому вы обязаны арестовать ее босса! Он должен ответить за наши убытки!
— О, Пин-пин, моя бедная Пин-пин!.. — женщина с всклокоченными волосами стояла на коленях, неистово кричала и плакала. Две сотрудницы внутренней службы держались рядом, краснели и бледнели в растерянности, но ничем не могли ей помочь.
Мэн Чжао чувствовала себя немного униженной, но продолжала держаться с достоинством:
— Господин Нянь Дасин, прошу вас, успокойтесь. Полиция не упустит ни одной улики, но мы непременно должны следовать протоколу...
...
Оказалось, что это родители жертвы, Нянь Сяопин — Нянь Дасин и Фань Лин.
В материалах дела лишь говорилось, что Нянь Дасин — рабочий-мигрант, который помогает охранять склад, но никто не ожидал, что он окажется личностью такого бандитского вида.
— Какие еще улики? Все твои улики — дерьмо! Этот старший и так все знает, и уже сказал вам, что хозяин этого сборочного завода при деньгах! — Нянь Дасин пьяно указал на нос Мэн Чжао и сплюнул. — Все богачи — мрази! Иначе стал бы он заставлять мою дочь работать сверхурочно до половины одиннадцатого?! Дело вовсе не в сверхурочной смене! Он просто трахнул ее, убил и выбросил! Этот старший все знает!
Мэн Чжао заскрежетала зубами:
— Вскрытие не показало повреждений девственной плевы, на теле нет никаких признаков сексуального насилия...
— Не нужно втирать мне эту хуйню! Разве полиция не пишет о вскрытии все, что ей вздумается?! Чиновники всегда прислуживают богатеям!
Двери нескольких офисов в коридоре открылись, дежурный персонал один за другим выглядывал наружу. Даже Ван Цзюлин, который пришел из соседнего технического отдела за материалами, наблюдал за представшей перед ним сценой с изумлением. Шушуканье и разговоры не утихали.
Фань Лин, вероятно, застыдилась. Она прекратила рыдать, качнулась в сторону Нянь Дасина, обняла его за ногу и потянула назад:
— О чем ты говоришь?! Что за чушь?! Пин-пин не такая девочка!..
— Заткнись, нахрен! — Нянь Дастин пинком отбросил женщину назад, отчего она едва не врезалась в У Юя.
Мэн Чжао была в ярости:
— Что вы делаете?! Прекратите!
Нянь Дасин, вероятно, настолько привык избивать свою жену, что даже в бюро общественной безопасности не знал, как сдерживаться. От крика Мэн Чжао он стал еще более агрессивным. Он бросился на двух сотрудниц, оттолкнув их, и потащил Фань Лин с явным намерением выбить из нее всю дурь.
— Опять ты ревешь! Только и умеешь рыдать! Никакой помощи от тебя, бесполезная старая сука!
Раздался крик Мэн Чжао:
— Остановите его!
Хлоп!
Нянь Дасин лишь почувствовал, что его локоть с силой сдавили — он будто оказался в железных тисках, а его огромный кулак больше не мог сдвинуться с места. Вытаращив свои красные глаза, мужчина увидел перед собой красивого и худого молодого человека, который, опустившись на колено рядом с рыдающей Фань Лин, хмуро смотрел на него.
— Еб твою мать, полиция еще смеет избивать людей?!
Нянь Дасин, будучи чертовски пьян, толкнул того со всей силы. Он весил не менее ста килограмм, а под действием алкоголя напора у него прибавилось. У Юй отшатнулся на несколько шагов и чуть было не врезался в стену под испуганный визг.
Мэн Чжао упустила момент, когда У Юй схватил Нянь Дасина за руку. Лишь увидев как его отталкивают, как его чуть не сдуло от этого движения, она резко забеспокоилась. Сестрица Мэн прекрасно знала, что У Юй, с его мягким и дружелюбным характером, тут совершенно бесполезен. Обернувшись на офисных зевак, она рявкнула, велев немедленно позвать кого-нибудь из уголовного розыска. Нянь Дасину, однако, было совершенно все равно. Он дернул за волосы девушку, которая бросилась помогать Фань Лин, чуть не сорвал одежду с ее плеча, после чего швырнул ее прямо на пол.
Начальник Ван со всех ног рванул к ним:
— Ебал я этого ублюдка! Ну-ка, отошел!
Мэн Чжао кинулась девушке на помощь. Рядом были лишь женщины, офисные сотрудники и У Юй, толку от которого было ровно ноль, поэтому решение она приняла моментально:
— Позовите Ляо Гана! Бегом!
Раздался звук удара. Нянь Дасин пнул Фань Лин, свалив ее на пол, плюясь проклятиями и брызжа слюной:
— Свалили нахер! Бью я или нет свою старуху — не вашего ума дело! Сунетесь, и этот старший покажет вам...
Договорить он не успел. Шея его вдруг оказалась в удушающем локтевом захвате, а лицо стало красным от злости.
Голос Мэн Чжао просел:
— Малыш У?
Выражение лица У Юя пугало. Схватив Нянь Дасина за руку, он яростным броском швырнул того на пол.
Раздался тяжелый удар грузного тела, повсюду разлетелась мелочь. Присутствующие потрясенно взирали на это, даже Фань Лин разинула рот, позабыв плакать.
— Ты... ты... — Нянь Дасин тоже одурело замер после падения, но мгновенно пришел в бешенство. Вскочив на ноги, он вцепился в ворот У Юя, явно вознамерившись драться с ним насмерть. — Этот старший убьет тебя, сукин ты сын!
Строгий дресс-код существовал только для офисных сотрудников, а сотрудники же внешней службы, в большинстве своем, надевали все, что хотели. У Юй триста шестьдесят пять дней в году носил свои старые застиранные футболки с широким вырезом, и в тот момент, когда его рывком дернули за ворот, на свет показалась солидная часть черной, чуть выцветшей татуировки, промелькнув взмывающей в небо птицей.
Увидев ее краем глаза, Нянь Дасин на секунду замер. У Юю этого оказалось достаточно. Он схватил руку, что тянула его за одежду, и без всякой жалости вывернул ее. Эхом прозвучал хруст суставов.
— А...! — вопль Нянь Дасина едва успел зазвучать, как тут же прервался от пинка ногой в грудь. Удар, скорости и силы которого хватило бы, чтобы расколоть камень, молниеносно отправил его в полет.
Тело Нянь Дасина прокатилось и с громким ударом опрокинулось на пол в сопровождении визга будто отправленной на бойню свиньи.
Окружающие не издавали ни звука, повисла мертвая тишина. Никто не мог поверить своим глазам. Ошеломленная Мэн Чжао наконец пришла в себя:
— У... У Юй! Здесь камеры!
Фань Лин, дрожа, плюхнулась на пол:
— Убивают! Полицейский убивает человека!
— По делу у реки Сили, в соответствии с вашим распоряжением, водная полиция уже начала поиск орудия убийства и маршрута побега убийцы. Однако из-за дождя в тот день Наньчэн едва не затопило. Сили напрямую соединяется с Бохайским заливом, а течение его необычайно быстрое. Из водной полиции доложили, что выловить орудие убийства в этой области будет крайне трудно. Кроме того, на обоих берегах, в том числе и ниже по течению, не обнаружили никаких следов убийцы. Даже если следы и оставались, то ливень их уничтожил...
Ляо Ган последовал за Бу Чунхуа из лифта, когда его доклад неожиданно был прерван донесшимся спереди шумом. Они одновременно подняли головы, и Бу Чунхуа неожиданно рявкнул:
— Стоять!
Фань Лин, что каталась и ползала, вдруг замерла, вой Нянь Дасина тоже внезапно прекратился. Мэн Чжао, которая в этот момент пихнула У Юя, чтобы тот поскорее отошел, от звуков этого голоса всем телом испуганно вздрогнула:
— Ка-капитан?
Зрачки У Юя резко сузились.
Представление тут же зашло в тупик. Бу Чунхуа вышел вперед, остальные же подсознательно расступились перед ним.
— Что здесь происходит?
— Это он начал! — быстро отозвались несколько дежурных полицейских, говоря наперебой: — Семья жертвы устроила скандал, требуя арестовать владельца сборочного завода и выплаты компенсации, а этот человек к тому же начал избивать свою жену...
— Он разнес приемную! И даже поднял руку на малыша У!
— Да, это он все начал!
Нянь Дасин все еще сидел, уставившись на У Юя. Его лицо выражало нескрываемое недоверие, и даже, если немного приглядеться, в нем можно было обнаружить толику страха. Но в момент, когда вокруг начались разговоры, он мгновенно очнулся: обхватил свой живот и стал кататься по полу:
— Полиция избивает людей! Остались ли еще хоть где-то справедливость и закон? Издеваются над нами, простым народом, ох! Притесняют нас лишь потому, что нет у нас ни денег, ни власти...
Наблюдая за этим плачем, криками, катанием по полу, стоявший неподалеку начальник технического отдела Ван наконец потерял последнее терпение:
— Что за хуйню эта семейка выливает на главу уголовного розыска?! Почему до сих пор никто не позвал охрану, чтобы те вышвырнули их к чертовой матери?!
Стоявший рядом криминалист торопливо потянул его за руку:
— Босс, давай немного тише! Не ты ли при всяком удобном случае выступаешь с нападками на капитана Бу?
Начальник Ван в ответ огрызнулся:
— Я — это я, а посторонним не позволено этого делать!
Каковы бы ни были причины инцидента, полицейские, которые начали драку с семьей жертвы в дверях отдела, оказались в незавидном положении. Что произойдет с ними дальше, зависело от того, захочет ли начальник защищать их. Бу Чунхуа нахмурился и посмотрел на У Юя, взгляды их неожиданно встретились.
Лицо У Юя было слегка опущено, голова чуть повернута в сторону. Поза выглядела привычно скованной и сдержанной, но если внимательно присмотреться, можно было обнаружить, что пальцы его руки слегка дрожали. Он косился на Бу Чунхуа и, казалось, напряженно наблюдал за его реакцией. Под этим углом тени под его надбровными дугами стали особенно глубокими, челюсти плотно сжаты, а переносица и скулы будто обрели твердость нефритового камня.
Бу Чунхуа не был знаком с этой стороной У Юя, однако в данный момент он необычайно ясно ощутил его настрой: человек перед ним установил защиту и выпустил шипы.
Сейчас он даже не мог скрыть враждебность, которую обычно очень хорошо скрывал.
— Как ты? Ты в порядке? — Фань Лин ощупала Нянь Дасина, после чего обессиленно села на пол и вернулась к тому, что умела лучше всего, и чем владела на уровне инстинктов: хлопала себя по ногам и ударилась в слезы. — Моя бедная Пин-пин! Что мне теперь делать?! Какое горе! Ааа!..
Каждый, кто наблюдал за этим, был возмущен, но никто не смел открыть рот. Мэн Чжао, заслонявшая У Юя, хотела за него вступиться, несколько раз порывалась что-то сказать, но так и не издала ни звука. С преспокойным видом Бу Чунхуа перевел взгляд на Нянь Дасина, который по-прежнему лежал на полу:
— Можете встать?
Нянь Дасин сразу повернулся на другой бок, прикрывая живот и плача от боли.
— Хорошо, — холодно выплюнул Бу Чунхуа.
Затем он обернулся и на глазах у всех отдал распоряжение Ляо Гану:
— Провокация беспорядка в бюро общественной безопасности. Уведите его и поместите в следственный изолятор, пока не успокоится.
У Юй был ошеломлен.
Мэн Чжао тоже остолбенела от неожиданности, но вслед за этим просияла. Несколько дежурных полицейских, не дожидаясь повторного приказа, кинулись его выполнять. Только лишь Фань Лин пришла в замешательство и слабо вопрошала:
— Что? В чем дело?!
Она попыталась преградить им путь, однако этой слабой тщедушной женщине было не по силам помешать полиции. Несколько человек суетливо подняли Нянь Дасина на ноги, толкая его вперед:
— Пошли с нами!
— Идем!
Нянь Дасин, как ни странно, не осмелился заговорить. Он что-то сконфуженно бормотал, то и дело оборачиваясь на У Юя. Взгляд его был наполнен откровенным недоверием и страхом.
— Ну что ты там копаешься? Иди уже!
Нянь Дасин дернулся, будто увидел приведение. Обруганный, он нетвердой походкой вышел в сопровождении нескольких полицейских.
— Капитан Бу, видите ли... — сказала Мэн Чжао, улыбаясь и потирая руки, — малыш У не нарочно, он только хотел помешать Нянь Дасину совершить бытовое насилие над женщиной. Послушайте, это дело...
Бу Чунхуа не отвечал, лицо его не выглядело ни довольным, ни сердитым. Он лишь слегка прищурился, изучая У Юя. Сердца всех присутствующих замерли. Прошло довольно много времени, прежде чем они услышали:
— Он не ударил тебя?
Мэн Чжао торопливо пихнула У Юя, прошептав:
— Не хочешь поспешить и извиниться?
У Юй склонил голову:
— Простите, капитан. В следующий раз...
— Он не ударил тебя?
После минутного молчания У Юй кое-как выдавил из себя одно слово:
— Нет.
Бу Чунхуа кивнул:
— Впредь не давай волю рукам в коридоре. Тут стоят камеры.
Все с облегчением вздохнули, атмосфера быстро стала оживленной.
— Этот Нянь Дасин и так уже славился тем, что пьянствовал, избивал своих домашних, совершал мелкие кражи и участвовал в сомнительных делишках. Он даже не спросил, как умерла его дочь, и сразу начал требовать денег! Цэ-цэ!..
— А мы и не знали, что наш малыш У тренировался раньше! Как он зарядил тому ногой в грудь! Бац!
— Молодец, У Юй! Почему мы обычно не видим насколько крут? Тебе нужно быть смелее!
Ляо Ган легко рассмеялся:
— Да что вы знаете? Сестрица Мэн — единственная женщина во всем отделе уголовного розыска, малыш У защищал наш полицейский цветок...
Он повернулся, но не успел закончить фразу, как наткнулся на пристальный ледяной взгляд Бу Чунхуа. По телу тут же пробежали мурашки, он мгновенно смолк.
— Возвращайтесь все в офис. Собрание по делу состоится через пять минут, — спокойно сказал Бу Чунхуа. — К этому вопросу вернемся позже.
***
— Дело об убийстве № 502, жертва — Нянь Сяопин, пятнадцать лет. Причиной смерти стала острая тампонада перикарда, вызванная травматическим разрывом сердца. Орудием убийства был обоюдоострый предмет, три с половиной сантиметра в ширину. На данный момент не удалось обнаружить на теле какие-либо следы указывающие на убийцу.
— Проведен первичный осмотр места преступления. Мы проверили всю местность, но пока не обнаружили ни следов обуви убийцы, ни крови, ни волос или отпечатков пальцев.
— Следственная группа, которая нанесла визит в школу Сяоган, запросила информацию. У Нянь Сяопин не было конфликтов с одноклассниками или выговоров от учителей, поэтому насилие в школе можно пока исключить. Мы также опросили владельца сборочного завода "Хунсин", в котором она подрабатывала, и начальника цеха. Подробный протокол находится здесь. Никаких значимых расхождений при перекрестном допросе обнаружено не было.
...
— Не нужно смотреть на криминалистов, криминалисты и так трудятся в поте лица. Вы знаете, как мы старались? — сидя в офисе, заполненном до отказа, Ван Цзюлин развел руками под пристальными взглядами присутствующих и беспомощно произнес: — Даже водная полиция с водолазами не смогли отыскать в реке орудие убийства, не говоря уже об убийце. Мы-то что можем сделать? Наколдовать вам кровавый отпечаток пальца из грязи?
Детективы смотрели на него с одухотворенным блеском в глазах, на лицах их почти читалось: "Отец криминалистики, одари нас вновь своей милостью!"
— Ничего не поделаешь. Можно попросить малыша Гуя и других медэкспертов сделать еще серию микрофотографий, возможно им удастся обнаружить скрытую кровь,* — сказал раздраженно начальник Ван. — Вы только посмотрите на свои бестолковые рожи! В следующий раз, когда вам снова придет в голову идея отправить в технический отдел шампунь от облысения, будьте осторожны. В следующий раз я по-настоящему разозлюсь!
П/п. Анализ на скрытую кровь — тест, позволяющий выявить наличие крови в образцах почвы, на теле или одежде, которая незаметна невооруженным глазом.
Сотрудники уголовного розыска тут же прикрыли ладонями рты, делая вид, что ничего об этом не знали. Заговорил Бу Чунхуа:
— Что насчет видеонаблюдения?
Все как один взгляды тут же переместились, и мишенью стал руководитель следственной группы, взиравший на них с честными глазами. Он сразу покачал головой.
— В тот день шел сильный дождь, видимость была крайне плохой, а убийство произошло в пригороде, в районе, который управляется кое-как. Объемы мониторинга и проверки слишком велики.
Старый добрый Ляо Ган вздохнул и помог ему перевести сказанное на человеческий язык:
— Если мы сосредоточимся на просмотре записей, то это займет уйму времени, и черт знает, когда у нас появятся улики. Нам ведь до сих пор не известно, куда именно упал убийца, прыгая в воду.
Не обнаружили ни улик на месте преступления, ни каких-то социальных конфликтов. Другими словами, с момента убийства прошло уже три дня, но следствие практически не продвинулось.
Ливень смыл все улики, а убийца, пользуясь удачным стечением обстоятельств, сделал и без того сложное дело еще более странным.
— Есть ли у Нянь Дасина враги? — Цай Линь сидел на стуле, обнимая его спинку, и поднял руку, чтобы спросить. — Этот ублюдок был настолько пьян, что даже осмелится провоцировать нашего бога войны. Может тут удастся найти зацепку?
"Спровоцированный бог войны" У Юй в этот момент как раз сидел за столом, опустив голову. Из-за своей чересчур свободной футболки он выглядел еще более тихим и худым. Казалось, что он и тот У Юй из приемной были совершенно разными людьми.
Взгляд Бу Чунхуа на полсекунды задержался на нем.
Мэн Чжао беспомощно сказала:
— Нянь Дасин бил себя в грудь, утверждая, что строго соблюдает дисциплину и законы, и никогда не создавал проблем полиции. Он требовал привлечь к ответственности завод "Хунсин", на котором подрабатывала Нянь Сяопин, в противном случае отказывался подписывать показания. Что тут сделать? Он — член семьи жертвы, мы можем только расспросить его как свидетеля, но не допрашивать как подозреваемого.
Это было очевидно. Такой мошенник как Нянь Дасин часто имел дело с полицейскими, прекрасно знал как с ними разговаривать и давно уже превратился в изворотливого нахала. Призвать его добровольно сознаться в собственных грязных делах? Невозможно.
— Я уже распорядился, чтобы местная группа уголовной полиции нанесла визит в деревню Сяоган и поговорила с местными. До конца рабочего дня они наверняка дадут ответ, — Бу Чунхуа встал и произнес тяжелым голосом: — Была убита пятнадцатилетняя девочка, а свидетель остался невредим. Если существовал какой-то мотив основанный на конфликте, то ее родители наверняка к этому причастны, поэтому мы должны все тщательно проверить.
Цай Линь проворно вскочил:
— Да!
— Единственное, что указывает на убийцу — это костяная маска. Нужно проверить больницы, кладбища, крематории, похоронные бюро, и особенно сосредоточиться на сельской местности в округе Цзиньхая, где не используется кремация. Если обнаружатся следы продажи или похищения трупов, нужно немедленно и тщательно это расследовать. Помимо этого две маневренные группы останутся в отделе для решения экстренных задач, а остальные отправятся досматривать всех производителей и продавцов манекенов в городе. Если кто-то откажется сотрудничать, сообщите в местное торгово-промышленное управление, а если и после этого откажутся, организуйте им проверку пожарной безопасности.
Бу Чунхуа не посрамил репутацию старого матерого копа с передовой: трюк этот вполне можно было считать злонамеренным и жестоким. Все как один встали:
— Да!
— Поняли!
Детективы поспешно надевали полицейские восьмерки и готовились к выезду. В этой суматохе немало обеспокоенный Ляо Ган, понизив голос, спросил:
— Капитан, что мы будем делать, если не найдем зацепок, которые бы указывали на костяную маску?
Бу Чунхуа не ответил.
— Мы никогда не сталкивались с подобным делом, когда место преступления настолько чистое, без записей с камер, без сотрудничества со стороны семьи жертвы, да к тому же время ограничено... Если мы не сможем узнать истинное происхождение этой странной костяной маски, не станет ли дело 502 мертвым?
Мертвое дело. Без улик, без доказательств, без мотива и без подозреваемых. Каждый руководитель следственной группы так или иначе сталкивался с мертвым делом, словно с хроническим недугом, который долго не удается излечить, и в конце концов он остается сердечной болью на всю жизнь.
— Не бывает чистых мест преступления, бывают непрофессиональные детективы, — Бу Чунхуа на секунду замолчал, а затем добавил: — Однако больше меня беспокоит не это, а кое-что другое.
Ляо Ган удивился. Он посмотрел на Бу Чунхуа, нахмуренные брови которого едва не сошлись на переносице. Спустя довольно долгое время, он произнес глубоким голосом:
— Приближается сезон дождей. Как считаешь, он захочет еще раз убить?
На лице Ляо Гана появилась гримаса ужаса.
Удача обошла стороной отдел уголовного розыска.
Технический отдел многократно проверил образцы почвы с места преступления и подтвердил, что в них нет никаких следов убийцы. Судмедэксперты провели вскрытие, электронную микрофотографию, но так и не смогли дать детальное описание орудия убийства, так же как и не обнаружили следов скрытой крови, отпечатков пальцев и ДНК убийцы.
Ни в одном из сельских полицейских участков не было заявлений о разграблении могил, а в крематориях и похоронных бюро количество тел соответствовало записям. Опросили сотрудников крупных больниц и производителей манекенов, но ответы их не внушали оптимизма: не появилось ни одной нити к разгадке тайны происхождения костяной маски.
Казалось, что дело о человеческом черепе №502, возникшее в дождливую ночь, действительно представляло собой историю о гнилом трупе. Он просто вылез из реки, убил проходившую мимо невинную девушку, а затем вернулся в свое царство мертвых, исчезнув без следа.
Что еще они могли сделать?
Булочка, которая может тебя убить 😏
http://bllate.org/book/14291/1265640
